Озвучивание не поддерживается в этом браузере
20
# Глава 20. Не переходите черту
Неделя без кофе продержалась ровно два дня.
На третий Лин вошла в медицинскую комнату и обнаружила на столе стакан.
Она остановилась.
Рядом лежала записка.
**«Это не от меня».**
Ниже мелким почерком:
**«Но если понравится - можете сказать спасибо мне».**
Лин закрыла глаза.
- Ким Сокджин.
Тишина.
Она вышла в коридор.
Никого.
Вернулась.
Взяла телефон.
**Лин:**
*Неделя начинается заново.*
Ответ пришел через несколько секунд.
**Джин:**
*За что? Я же написал, что не от меня.*
**Лин:**
*Тогда кто?*
Долгая пауза.
**Джин:**
*Анонимный поклонник.*
**Лин:**
*Две недели.*
**Джин:**
*ЭТО БЫЛ Я.*
Лин рассмеялась.
И именно в этот момент дверь открылась.
Джин стоял на пороге.
- Вы смеетесь.
Она сразу стала серьезной.
- Нет.
- Я видел.
- Что вам нужно?
- Спасти срок.
- Поздно.
- Две недели - это слишком.
- Три?
- Хорошо. Две.
Он поднял руки.
- Сдаюсь.
Лин взяла кофе.
Джин посмотрел на ее руку.
- Но вы его оставили.
- Чтобы вы не тратили деньги зря.
- Конечно.
- Уходите.
Он улыбнулся.
- Хорошего дня.
---
Последние дни были странно спокойными.
Слишком спокойными.
После взаимной ревности словно исчезла необходимость притворяться, что они совсем ничего не замечают.
Джин больше не отрицал, что ему не нравится чужое внимание к Лин.
Лин всё еще отрицала.
Но уже не особенно убедительно.
Остальные, к счастью, почти перестали вмешиваться.
Почти.
- Сегодня ужин? - спросил Хосок после репетиции.
- Да, - ответил Намджун. - С руководством тура и частью команды.
Чонгук повернулся к Лин.
- Вы идете?
- Да.
Он застыл.
- Вот так просто?
- Это рабочий ужин.
- Но раньше рабочий ужин тоже был поводом для переговоров.
- Сегодня нет.
Тэхён подозрительно посмотрел на нее.
- Вы заболели?
- Хотите, я передумаю?
- Нет!
Джин молчал.
Лин заметила.
Почему он ничего не сказал?
И сразу разозлилась на себя за этот вопрос.
---
Вечером ресторан был закрыт для команды.
Несколько длинных столов.
Менеджеры.
Продюсеры.
Стилисты.
Охрана.
Медицинский персонал.
Лин пришла одной из последних.
- Лин!
Чонгук махнул рукой.
Рядом с ним было свободное место.
И еще одно - рядом с Джином.
Слишком очевидно.
Лин посмотрела на Чонгука.
- Вы специально?
- Что?
- Ничего.
Она села.
Между Чонгуком и Джином.
- Добрый вечер, - сказал Джин.
- Добрый.
- Вы сегодня добровольно.
- Не начинайте.
- Я просто рад.
Лин посмотрела на него.
Он сказал это спокойно.
Без шутки.
- Хорошо.
Чонгук перевел взгляд с одного на другую.
- Я здесь лишний?
- Да, - одновременно ответили оба.
- Эй!
---
Первый час прошел нормально.
Разговоры.
Шутки.
Еда.
Лин даже позволила себе расслабиться.
Она разговаривала с Хосоком.
Спорила с Намджуном о том, можно ли считать четыре часа сна «почти нормальными».
Слушала очередную историю Тэхёна.
И несколько раз ловила взгляд Джина.
Каждый раз он первым улыбался.
Каждый раз она отводила глаза.
А потом к их столу подошел один из руководителей местной команды.
Лин знала его.
Пак Сонхо.
Около сорока.
За последние несколько дней они несколько раз спорили из-за медицинского расписания.
- Весело у вас, - сказал он.
Намджун вежливо улыбнулся.
- Присоединяйтесь.
Сонхо сел напротив.
Сначала всё было нормально.
Потом принесли алкоголь.
Лин отказалась.
- Не пьете? - спросил Сонхо.
- Сегодня нет.
- Почему?
- Не хочу.
- Вы всегда такая правильная?
Лин улыбнулась.
- Нет.
- Не верю.
Джин перестал слушать разговор Чимина.
Сонхо продолжил:
- Вы вообще когда-нибудь расслабляетесь?
- Сейчас, например.
- Не похоже.
- Это потому, что вы плохо меня знаете.
- Так давайте исправим.
Лин посмотрела на него.
Тон ей не понравился.
- Думаю, рабочей информации вам достаточно.
Сонхо рассмеялся.
- Вот. Опять.
- Что?
- Эта дистанция.
Джин медленно поставил стакан.
Юнги заметил.
- Не надо, - тихо сказал он.
- Я ничего.
- Пока.
Сонхо налил себе еще.
- Вы со всеми такая холодная?
Лин уже не улыбалась.
- Это вас беспокоит?
- Просто интересно, как ребята вас терпят.
За столом стало немного тише.
Чонгук нахмурился.
Хосок посмотрел на мужчину.
Лин спокойно ответила:
- Пока жалоб не поступало.
- Потому что они воспитанные.
- Возможно.
Сонхо усмехнулся.
- Хотя, наверное, когда постоянно находишься рядом с известными мужчинами, начинаешь чувствовать себя важнее.
Тишина.
Полная.
Лин замерла.
Джин поднял глаза.
- Что вы сказали? - спросил Намджун.
- Да ничего такого. Шучу.
Лин медленно положила вилку.
- Очень смешно.
- Не обижайтесь.
- Я не обиделась.
- Вот и хорошо.
- Я просто не понимаю, в чем шутка.
Сонхо пожал плечами.
- Да ладно. Все понимают, почему молодая девушка соглашается месяцами ездить в туре с семью мужчинами.
Стул резко отодвинулся.
Джин встал.
- Хён, - тихо сказал Намджун.
Но было поздно.
- Повторите.
Сонхо посмотрел на него.
- Что?
- Последнюю фразу.
- Джин, я пошутил.
- Я не смеюсь.
Лин тоже поднялась.
- Джин.
- Нет.
Он даже не посмотрел на нее.
- Пусть повторит.
- Не нужно.
- Нужно.
Сонхо усмехнулся.
- Вы чего так завелись? Она сама может ответить.
- Именно, - сказала Лин.
Джин наконец повернулся к ней.
- Лин-
- Сядьте.
Он замер.
- Что?
- Сядьте.
- Вы слышали, что он-
- Слышала.
- Тогда-
- Я сказала: сядьте.
Ее голос был холодным.
Джин несколько секунд смотрел на нее.
Потом медленно сел.
Лин повернулась к Сонхо.
- Вы правы в одном.
Мужчина поднял бровь.
- Я действительно сама могу ответить.
Она взяла стакан воды.
- Моя работа заключается в медицинском сопровождении артистов. Ни их известность, ни пол, ни ваши фантазии к моей профессии отношения не имеют.
Сонхо перестал улыбаться.
- Я не имел в виду-
- Имели.
Лин не повысила голос.
- И если вы еще раз позволите себе обсуждать меня или причины моего присутствия здесь в таком тоне, разговор продолжится уже с руководством вашей компании.
- Вы слишком серьезно-
- Нет. Это вы сказали слишком много.
Она взяла сумку.
- Доброй ночи.
И ушла.
---
Джин поднялся через секунду.
Юнги схватил его за запястье.
- Не сейчас.
- Отпусти.
- Дай ей пять минут.
- Он ее оскорбил.
- И она сама ответила.
- Я знаю!
Джин резко выдохнул.
Все смотрели на него.
Он сел обратно.
Сонхо уже ушел к другому столу.
Чонгук выглядел непривычно злым.
- Я его ненавижу.
- В очередь, - тихо сказал Тэхён.
Намджун посмотрел на Джина.
- Она сказала сесть не потому, что не хотела поддержки.
- А почему?
- Потому что не хотела, чтобы ты решал за нее.
Джин закрыл глаза.
Он знал.
Именно это она повторяла ему уже не раз.
Она может защитить себя сама.
Но слышать подобное и просто сидеть было почти невозможно.
- Я пойду.
На этот раз никто не остановил.
---
Лин стояла на улице возле ресторана.
Холодный воздух немного помог.
Она не плакала.
Даже близко.
Она была зла.
Очень.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Минсу.
Наверное, уже узнал.
Лин не открыла.
- Лин.
Она закрыла глаза.
Конечно.
- Я хочу побыть одна.
Джин остановился в нескольких шагах.
- Хорошо.
Она удивленно обернулась.
Он не подошел.
Просто остался там.
- Тогда почему вы здесь?
- Хотел убедиться, что вы нормально дошли.
- До улицы?
- Да.
Несмотря на раздражение, она почти усмехнулась.
- Убедились.
- Да.
Он должен был уйти.
Но не уходил.
Лин тоже молчала.
- Я не буду спрашивать, всё ли с вами нормально, - сказал Джин.
- Спасибо.
- Потому что очевидно, что нет.
Она посмотрела на него.
- Вы очень раздражаете.
- Знаю.
- И плохо выполняете просьбу оставить меня одну.
- Я стою в пяти метрах.
- Четырех.
Джин сделал шаг назад.
- Пять.
Лин неожиданно фыркнула.
Он улыбнулся.
Но тут же снова стал серьезным.
- Мне жаль.
- Вы его не заставляли говорить.
- Я не про него.
Она нахмурилась.
- А про что?
- Я опять полез защищать вас, хотя вы не просили.
Лин отвернулась.
- Вы бы устроили драку?
- Нет.
Пауза.
- Наверное.
Она посмотрела на него.
- Джин.
- Хорошо. Возможно.
- Вот именно поэтому я вас остановила.
- Я знаю.
- Мне не нужен телохранитель.
- Знаю.
- И человек, который будет решать, что я должна чувствовать.
- Знаю.
- Тогда почему вы постоянно вмешиваетесь?
Он замолчал.
Лин ждала.
- Потому что когда кто-то делает вам больно, мне сложно ничего не делать.
Она застыла.
Ни шутки.
Ни улыбки.
Ничего.
Просто честный ответ.
- Не надо, - тихо сказала Лин.
- Что?
- Говорить такие вещи.
- Почему?
- Потому что...
Она остановилась.
Потому что становилось слишком сложно.
Потому что каждое его такое признание разрушало еще один кусок стены.
- Потому что это моя работа, Джин.
Его лицо изменилось.
- Нет.
Лин нахмурилась.
- Что «нет»?
- Не делайте так.
- Как?
- Не прячьтесь за работой каждый раз, когда разговор становится личным.
Она почувствовала раздражение.
- Я не прячусь.
- Прячетесь.
- Вы ничего обо мне не знаете.
- Потому что вы никому не позволяете узнать!
Слова прозвучали громче, чем он хотел.
Лин замерла.
- Понятно.
- Лин...
- Нет. Продолжайте.
- Я не хотел-
- Вы правы. Я не позволяю.
Она сделала шаг ближе.
- Потому что это моя работа. Потому что я отвечаю за вас. Потому что существует граница, которую вы упорно делаете вид, что не замечаете.
- Я замечаю ее каждый день.
- Тогда уважайте.
- Я уважаю!
- Нет!
Впервые голос Лин тоже повысился.
- Вы ревнуете. Вмешиваетесь в мои разговоры. Следите, с кем я ухожу. Приносите кофе, когда я прошу не приносить. Вы постоянно двигаете эту черту и ждете, когда я перестану вас останавливать!
Джин молчал.
Каждое слово попадало точно.
- Я думал...
- Что?
- Что вам это тоже нравится.
Лин замерла.
Вот теперь стало действительно больно.
Потому что он был прав.
И именно поэтому она разозлилась еще сильнее.
- Это ничего не меняет.
- Значит, нравится.
- Не переворачивайте мои слова.
- Я не-
- Джин, хватит.
Она провела ладонью по волосам.
- Просто хватит.
Он впервые увидел в ее лице не злость.
Усталость.
- Хорошо.
Лин посмотрела на него.
- Что?
- Хорошо.
Он сделал шаг назад.
- Я понял.
Почему-то именно это напугало сильнее, чем спор.
- Что вы поняли?
- Что я действительно перешел черту.
Он кивнул.
- Простите.
- Джин...
- Вы просили дистанцию. Я перестал ее уважать.
- Я не говорила, что-
- Всё нормально.
Теперь уже он произнес это ее словами.
Спокойно.
Слишком спокойно.
- Я больше не буду.
И ушел.
Лин осталась стоять одна.
---
На следующее утро кофе не было.
Лин заметила это сразу.
Разозлилась на себя за то, что заметила.
В восемь вошел Джин.
Постучал.
Дождался разрешения.
- Доброе утро.
- Доброе.
Он сел.
- Жалобы?
- Нет.
- Бок?
- Не беспокоит.
- Сон?
- Семь часов.
- Хорошо.
Она проверила давление.
Пульс.
Температуру.
Джин отвечал на каждый вопрос.
Коротко.
Вежливо.
Не шутил.
Не пытался задержаться.
Когда Лин закончила, он сам опустил рукав.
- Всё в норме.
- Спасибо.
Он поднялся.
- Хорошего дня, Лин.
- И вам.
Джин вышел.
Дверь тихо закрылась.
Лин смотрела на нее.
Это именно то, чего она хотела.
Нормальные профессиональные отношения.
Никаких попыток перейти границу.
Никакой ревности.
Никакого лишнего внимания.
Никакого кофе.
Она должна была почувствовать облегчение.
Вместо этого медицинская комната впервые за долгое время показалась слишком тихой.
---
- Вы поссорились?
Чонгук спросил это вечером.
Лин подняла глаза.
- Кто?
Он посмотрел в сторону Джина.
Тот разговаривал с Намджуном в другом конце зала.
- Вы.
- Нет.
- Но он сегодня ни разу к вам не приставал.
- Чонгук.
- Что?
- Это называется нормальное поведение.
Чонгук нахмурился.
- Мне не нравится.
Лин невольно усмехнулась.
- Вам не обязано нравиться.
- А вам?
Она замерла.
- Что мне?
- Вам нравится?
Лин посмотрела на Джина.
Он в этот момент рассмеялся над чем-то, что сказал Хосок.
Не посмотрел в ее сторону.
Даже случайно.
Она сразу отвела взгляд.
- Идите на репетицию.
Чонгук понял, что ответа не будет.
И впервые не стал давить.
---
Поздно вечером Лин вернулась в номер.
Телефон молчал.
Никакого:
**«Бок - ноль».**
Никакого:
**«Спокойной ночи».**
Никакой глупой фотографии кофе.
Ничего.
Она положила телефон на стол.
Пошла в душ.
Вернулась.
Проверила экран.
Пусто.
- Прекрасно.
Она легла.
Через пять минут снова взяла телефон.
Открыла чат.
Последнее сообщение было вчерашним.
От нее.
**«Не забудьте утром сказать, если появится боль».**
Ответ Джина:
**«Не забуду. Спокойной ночи, Лин».**
Она могла написать первой.
Рабочий вопрос.
Например:
*Как бок?*
Но утром он сказал, что всё хорошо.
Других причин не было.
Лин закрыла чат.
И вдруг впервые отчетливо поняла одну неприятную вещь.
Дистанция была простой, пока ее устанавливал только один человек.
Когда Джин наконец действительно отошел, оказалось, что сама Лин вовсе не была готова к тому, насколько далеко он отойдет.
И хуже всего - она не имела никакого права просить его вернуться.
Комментарии