Возвращение

- Почему наложница Кан кажется такой растерянной и сбитой с толку? Разве она не должна быть счастлива? Ведь её выбрали из сотен девушек, чтобы она вошла во дворец.

Лалиса на мгновение задумалась, прежде чем ответить:

- Она приехала с далёкого юга и ничего не знает о людях и культуре севера. У неё здесь никого нет, кто мог бы ей помочь, поэтому, думаю, она должна чувствовать себя ещё более беспомощной и потерянной.

Мужчина кивнул. На его лице появилась лёгкая улыбка. Он откинулся назад и начал играть ручкой.

Режиссёр Тэхён выпрямился, скрестил руки на груди и серьёзно сказал:

- Вы сыграли безупречно. Однако ваша внешность слишком примечательная. Наложница Кан не должна быть настолько красивой.

- ...

Ну не виновата же она в том, что была красивой!

- Я уверен, что гримёр сможет решить эту проблему.

Тэхён больше ничего не сказал и повернулся к мужчине, который только что задавал вопросы:

- Господин Пак, что вы думаете?

Мужчина улыбнулся:

- Мне она очень понравилась.

Другой человек, сидевший с краю стола, тоже кивнул:

- Мне тоже!

И тут Лалиса заметила, что в комнате для прослушивания также находился Чимин! Он сидел в углу, поэтому его было трудно заметить. Увидев, что Лалиса смотрит на него, он помахал ей рукой и улыбнулся.

Лалиса вздрогнула, заметив поразительное сходство между Чимином и Чонгуком, когда они улыбались. Они родственники? Если нет, почему же они так похожи?

Выслушав мнение господина Пака и Чимина, Тэхён встал и объявил:

- Хорошо, роль утверждена.

- Лили, приступай к работе со съёмочной группой через две недели.

На лице Лалисы появилась широкая улыбка. Она поклонилась:

- Хорошо. Спасибо, режиссёр Тэхён.

Тэхён указал на мужчину рядом с собой:

- Тебе стоит поблагодарить автора.

Лалиса слегка расширила глаза, услышав слова Тэхёна.

Она вдруг поняла, что человек, сидевший рядом с Тэхёном и задававший ей вопросы, был Ли Джунсок - знаменитый автор книги «Beautiful Things Past»!

Лалиса удивилась, увидев его на прослушивании.

После того как она заметила Чимина, Лалиса не могла не обратить внимания на то, что он пристально смотрит на неё, из-за чего ей стало немного неуютно.

Она ещё раз поблагодарила Ли Джунсока и повернулась, чтобы выйти из комнаты. Даже уходя, она чувствовала на себе пристальный взгляд Чимина.

Лалиса быстро закрыла дверь и встретилась с Розэ. Вместе они покинули место проведения прослушивания и отправились отмечать успех поздним обедом.

Во время еды Лалиса упомянула, что на прослушивании присутствовал автор, и Розэ тут же начала рассказывать всевозможные сплетни о Ли Джунсоке.

- Ты не знала? Ли Джунсок присутствует на прослушиваниях на все роли в каждой экранизации своих книг! Об этом знают все! Как ты могла не знать?!

Лалиса почесала голову и спросила:

- Почему он так стремится присутствовать на каждом прослушивании?

Розэ закончила жевать и ответила:

- Потому что автор помешан на внешности! Все это знают. Он терпеть не может, когда в его фильмах снимаются некрасивые знаменитости или даже просто симпатичные! Все актёры должны быть красивыми! Я слышала, что даже массовку выбирают по этому критерию.

- Откуда ты всё это знаешь?

Розэ гордо подняла голову:

- Я его фанатка! Я прочитала все его книги!

Розэ уже собиралась взять ещё еды, когда зазвонил её телефон. Она ответила и включила громкую связь.

Это был её старший приёмный брат Чанёль.

Чанёль был на два года старше своей сестры, и их характеры сильно отличались.

После короткого разговора Розэ виновато подняла глаза и сказала:

- Брат хочет, чтобы я вернула ему машину, она ему нужна. Мне нужно идти.

Сегодня Розэ приехала на прослушивание на машине брата.

- Но ты ещё не поела!

- Ничего страшного. Ешь без меня. Он сказал, что машина нужна ему прямо сейчас.

Розэ поспешно встала и вытерла рот салфеткой.

- Мне нужно идти. Пока!

Прежде чем Лалиса успела что-либо сказать, Розэ убежала, оставив её одну за столом.

Лалиса посмотрела на оставшуюся еду и вздохнула. Заплатив по счёту, она вышла из ресторана.

Она несколько минут бесцельно бродила по улицам, а затем вернулась к своей машине.

Солнце уже начинало садиться, когда Лалиса вернулась домой.

На улице было тихо, лишь листья деревьев шелестели на ветру. Заперев машину, она медленно направилась к входной двери.

Лалиса открыла дверь и вошла, немного удивившись царившей в доме тишине.

Она прошла в гостиную и увидела трёх человек, сидевших на диване. Лалиса слегка нахмурилась, заметив выражения их лиц.

Ынха вытирала щёки, и Лалиса предположила, что она изображает фальшивые слёзы. Увидев Лалису, Ынха подняла глаза и испепелила её взглядом, а затем снова начала плакать.

Рядом с ней Суджин мягко похлопывала дочь по спине, пытаясь её утешить. Увидев вошедшую Лалису, Суджин тоже нахмурилась.

Тем временем Минсок, сидевший напротив них, выглядел очень серьёзным, а по его взгляду на Лалису было ясно, что он в ярости.

Лалиса сделала вид, что не замечает этого, и спокойно сказала:

- Привет, папа.

Она как можно быстрее направилась к лестнице, надеясь избежать происходящего.

Минсок поднялся с дивана и нахмурился:

- Лалиса!

Лалиса остановилась и медленно обернулась:

- Да, папа? Что случилось?

Минсок усмехнулся:

- Что? Разве так младшая сестра должна обращаться со своей старшей сестрой?

Лалиса нахмурилась:

- Что ты имеешь в виду?

- Ты прекрасно знала, что Ынха проходила прослушивание на эту роль и много работала! Тогда зачем ты украла у неё роль?!

Лалиса поморщилась, не зная, что ответить. Эти трое действительно были глупцами.

- Прошу прощения, - саркастично сказала Лалиса. - Я не крала у неё роль, потому что о краже можно говорить только тогда, когда эта роль уже принадлежит кому-то другому. Папа, это было прослушивание, а значит, все боролись за одну и ту же роль. Эта роль не принадлежала Ынхе, поэтому я её не крала. Я просто оказалась талантливее и получила её.

Лицо Ынхи покраснело от злости, когда она услышала, что Лалиса назвала себя талантливее.

Как бы сильно ей ни хотелось это отрицать, Ынха была вынуждена признать, что это правда. Она была не такой талантливой, но роль всё равно должна была достаться ей!

- Не разговаривай так с отцом! - вмешалась Суджин.

Выражение лица Минсока тоже стало суровым после слов Лалисы.

- Но всё же. Ынха хотела эту роль, а ты её сестра. Тогда зачем тебе бороться за то, чего хочет она?

Лалиса едва не закричала:

«Я твоя родная дочь, ясно?!»

Но сдержалась.

Вместо этого она сделала жалобное выражение лица. Если Ынха и Суджин могли использовать образ невинной жертвы, почему она не могла?

- Папа, как ты можешь быть настолько несправедливым? Я тоже твоя дочь и тоже хочу эту роль. Почему ты не спросишь Ынху, зачем она спорит со своей младшей сестрой? Я тоже много работала, чтобы получить эту роль... И ты знаешь, с тех пор как я пришла в шоу-бизнес, у меня никогда не было настоящего шанса. А у Ынхи он был всегда. И сегодня я наконец получила то, чего добилась собственным трудом... А теперь она ещё и обвиняет меня в том, что я украла у неё роль!

Лалиса могла выглядеть очень холодной и уверенной в себе, когда хотела, но она также прекрасно умела изображать жалкую и милую жертву.

В этот момент она широко распахнула глаза, напоминая потерявшегося щенка. Её глаза слегка покраснели, пока она жаловалась отцу, а губы дрожали.

Суджин и Ынха смотрели на Лалису с ненавистью, а Ынха буквально тряслась от ярости.

Лалиса подняла взгляд на мать и дочь и ухмыльнулась так, чтобы Минсок этого не заметил, что только сильнее разозлило их.

Минсок немного успокоился и проникся словами дочери. К тому же её объяснение казалось ему вполне разумным.

Он повернулся к Ынхе:

- Ынха, твоя младшая сестра права. Ты должна радоваться за неё, а не вести себя мелочно и ревниво. Это не хорошее качество. Если хочешь получить роль, тебе нужно больше работать, а не нападать на человека, который получил её просто потому, что оказался талантливее тебя.

Лицо Ынхи сначала побледнело, а затем стало почти зелёным от злости. Она сжала кулаки, топнула ногой и решительно ушла.

Это ещё больше разозлило Минсока. Он повернулся к Суджин :

- Посмотри на свою дочь! Как она вообще может быть моей старшей дочерью, если она такая упрямая и мелочная?! Как мать ты должна лучше её воспитывать, чтобы она выросла достойной и воспитанной девушкой, которая сможет соответствовать нашей семье!

Суджин стиснула зубы от злости, но не осмелилась перечить Минсоку. Она кивнула и отправилась вслед за дочерью.

Минсок повернулся к Лалисе и похлопал её по плечу:

- Прости, Лили. Папа тоже ничего не знал. Поздравляю тебя с ролью.

Лалиса улыбнулась:

- Всё в порядке, папа. Спасибо.

Лалиса развернулась и поднялась в свою комнату, заперев за собой дверь.

Похоже, техника «белого лотоса» действительно оказалась довольно эффективной...

Неудивительно, что так много людей её использовали.

Но это совершенно не подходило Лалисе. Играть жертву было не в её стиле, и от этого она чувствовала себя слабой и испытывала отвращение к самой себе.

Приём «белого лотоса» лучше оставить глупцам и лицемерам - Лалиса не собиралась становиться одной из них.

Однако она должна была признать: время от времени использовать этот приём было довольно полезно!

Лалиса поужинала одна, поскольку Минсок был занят работой, а Ынха и Суджин нашли предлог, чтобы пропустить ужин, вероятно, просто потому, что не хотели за столом встречаться с Лалисой.

В своей комнате Ынха плакала на кровати, пока Суджин утешала её.

- Лиса украла её у меня! Сначала на прослушивании было всего три человека, а потом она появилась из ниоткуда! Она специально украла у меня эту роль!

Суджин кивнула:

- Я знаю, знаю. Не плачь, Ынха.

Через некоторое время Ынха успокоилась и вытерла глаза салфеткой.

- Ынха... Тебе не кажется, что Лиса изменилась? - спросила Суджин, нахмурившись.

- Изменилась? Что ты имеешь в виду?

Суджин вздохнула, глядя на дочь. В её возрасте она уже была хитрой и внимательной, так почему же её дочь оставалась такой наивной?

- С тех пор как она вернулась из университета несколько недель назад, она стала очень неприятной. Раньше она уважала нас и слушалась. Но теперь... она кажется намного умнее и хитрее.

Ынха прищурилась, словно тоже начала замечать эту перемену.

- Ты права! Я должна была понять это ещё тогда, когда она появилась у Сехуна! Раньше она не была такой проницательной.

Суджин тяжело вздохнула:

- Она что-нибудь заподозрила?

- Ынха, что ты ей сказала?

- Ничего, мама! Я всегда была очень осторожна и хорошо с ней обращалась, пока она не изменилась.

Суджин не до конца поверила дочери, но медленно кивнула:

- Хорошо. С этого момента будь осторожнее.