Анатомия контроля. /ЗАВЕРШЕННО/

Закрытый VIP-клуб на верхнем техническом этаже небоскреба «Мин Индастриз» был доступен лишь избранным. Здесь не было случайных людей — только приглушенный янтарный свет, тяжелая мебель из массива мореного дуба, кожаные кресла цвета дорогого табака и панорамный вид на ночной Сеул, полыхающий миллионами неоновых огней.

В углу зала, у барной стойки из полированного оникса, сидели трое. Пак Чимин лениво покачивал в бокале янтарный виски, наблюдая, как тает крупный кубик льда. Ким Тэхён, закинув ногу на ногу, делал медленный глоток изысканного красного вина, а Чон Чонгук, по обыкновению, сидел на высоком стуле, широко расставив колени, и крутил в сильных, покрытых татуировками пальцах тяжелый стакан с ледяной водой.

— Ну и? — Чонгук первым нарушил тишину, его голос прозвучал резко и отрывисто. Он бросил короткий взгляд на Чимина. — Ты написал в чат, что у нас появилась новая кошечка. Я урезал ей бюджет, думал, она прибежит умолять и плакать. А она чуть не размазала меня по моему же столу. Злая, высокомерная и чертовски горячая.

— О, значит, ты тоже заметил, Чонгук-а? — Тэхён бархатисто рассмеялся, прикрывая глаза. Его длинные пальцы, украшенные кольцами, плавно скользнули по ножке бокала. — Она восхитительна. В ней столько европейского лоска, но под этим строгим серым пиджаком прячется настоящее пламя. Когда я предложил ей выбрать чай, она посмотрела на меня так, будто я пустое место. Меня это завело до безумия.

Чимин молча сделал глоток виски, и на его пухлых губах появилась хищная, сытая улыбка. Он перевел взгляд на экраны своих планшетов, где в режиме реального времени отображалась база данных сотрудников. На дисплее светилась фотография Камилы: строгий взгляд, собранные волосы, безупречная осанка.

— Вы оба правы, — вкрадчиво произнес Чимин, и его кошачьи глаза опасно блеснули в полумраке бара. — Она не похожа на тех пустышек, которые вешаются на нас ради продвижения по службе. У нее шикарное образование, характер из титана и тело, от одного вида которого у меня в штанах становится тесно. Она думает, что сможет играть по своим правилам в нашей песочнице.

— Так давай покажем ей, чья это песочница, — Чонгук нагло усмехнулся, подаваясь вперед и упираясь мощными предплечьями в стойку бара. — Предлагаю пари. Кто первый затащит её в постель и заставит умолять о продолжении, тот забирает долю в следующем квартальном бонусе.

Тэхён покачал годовой, пригубив вино, его взгляд стал задумчивым и глубоким.
— Нет, Чонгук-а, ты как всегда слишком груб. С такой девушкой нельзя действовать силой. Ее нужно ломать медленно, через эстетику, через соблазн. Показать ей, что такое настоящий вкус жизни. Я принимаю пари. Но играть мы будем красиво. По отдельности. Пусть сама выберет, кто из нас станет её персональным грехом.

— Чимин? Ты в деле? — Чонгук повернулся к главе безопасности.

Чимин медленно поставил бокал на ониксовую столешницу. Его улыбка стала еще шире, обнажая ровный ряд зубов. Он знал, что у него есть огромное преимущество — камеры видеонаблюдения и доступ ко всем её шагам в этом здании. Он мог просчитать каждый её вдох.

— О да, — тихо ответил Чимин, протягивая руку вперед. — Я в деле. Но помните правила: никакого принуждения. Только чистый азарт, манипуляции и страсть. Посмотрим, насколько хватит её хваленого лондонского самообладания, когда мы начнем атаковать её с трех фронтов.

Три ладони соприкоснулись над барной стойкой, скрепляя негласный, порочный договор. Охота на Камилу официально началась.

В это же время в своей небольшой, но уютной и дорогой квартире в элитном районе Сеула Камила стояла перед зеркалом в ванной. Она уже смыла макияж, распустила густые темные волосы, которые теперь мягкими волнами падали на её обнаженные плечи, и надела простую шелковую майку на тонких бретельках.

Она смотрела на свое отражение, но её мысли были далеко. В голове до сих пор крутились события сегодняшнего дня. Лица трех мужчин вспыхивали перед глазами по очереди.

Пак Чимин с его пугающим, сканирующим взглядом и обманчиво мягкими губами. Ким Тэхён, от бархатистого баритона которого внутри неё до сих пор вибрировала какая-то опасная струна. И Чон Чонгук — наглый, сильный, пахнущий адреналином и дорогой кожей, который подошел к ней так близко, что она физически ощущала жар его тела.

Камила включила холодную воду и плеснула себе в лицо, пытаясь прогнать это наваждение.

— Соберись, Камила, — строго шепнула она своему отражению, вытирая кожу пушистым полотенцем. — Ты приехала сюда строить карьеру, а не сохнуть по местным топ-менеджерам. Они бабники. Весь офис шепчется об их похождениях. Ты для них просто новая игрушка. Не смей поддаваться.

Она выключила свет и прошла в спальню, ложась на прохладные простыни. Но сон не шел. Камила кожей чувствовала, что её появление в «Мин Индастриз» нарушило какой-то привычный баланс, и три хищника теперь не оставят её в покое. Она засыпала с твердой уверенностью, что сможет устоять перед любым их напором. Она еще не знала, что лавина уже сошла, и спастись из этого капкана страсти у неё не получится.

Глава 4. Проверка на прочность

Первый рабочий понедельник Камилы начался с чашки крепкого черного кофе и огромного массива данных. Ей нужно было подготовить глобальный аналитический отчет по логистическим цепочкам компании за последние два года. Задача была колоссальной, и Камила полностью погрузилась в цифры, графики и таблицы, забыв обо всем на свете.

Около двух часов дня тишину её личного кабинета нарушил резкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, внутрь вошел Ким Тэхён. Сегодня на нем был графитовый костюм-тройка, но без галстука, а верхние пуговицы рубашки были традиционно расстегнуты. В руках он держал изящную фарфоровую чашку, от которой поднимался тонкий, умопомрачительный аромат.

— Наша прекрасная Камила совсем себя не бередит, — Тэхён плавно подошел к её столу и поставил чашку прямо рядом с её ноутбуком. — Я заметил через систему внутреннего заказа, что ты не ходила на обед. Это недопустимо. Я лично распорядился приготовить для тебя этот чай — редкий сорт черного с лепестками дикой розы и каплей бергамота. Он снимает напряжение и активизирует работу мозга.

Камила оторвала взгляд от монитора, выпрямляя спину. Появление Тэхёна заставило её внутренне подобраться.

— Спасибо, господин Ким, но у меня очень много работы. Мне некогда устраивать чаепития, — сухо ответила она, хотя аромат чая действительно был гипнотическим.

— Работа никуда не убежит, а вот твоя красота пострадает от утомления, — Тэхён наклонился над столом, опираясь на него одной рукой. Расстояние между их лицами сократилось до опасных двадцати сантиметров. Его глубокие темные глаза смерили её долгим, интимным взглядом. — Знаешь, Камила, я изучил твой запрос на перепланировку аналитического отдела. Мне нравится твой подход. Но чтобы утвердить его окончательно… нам нужно обсудить детали в более спокойной обстановке. Как насчет сегодняшнего вечера? Я знаю один закрытый ресторан, где подают потрясающие десерты.

Камила почувствовала, как её сердце сделало лишний удар. Бархатистый голос Тэхёна буквально обволакивал, лишая воли. Но профессиональная гордость взяла верх.

— Все рабочие вопросы я обсуждаю исключительно в рабочее время и в стенах этого офиса, господин Ким, — твердо чеканя слова, ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Если у вас есть замечания по перепланировке — присылайте их на почту.

Тэхён не расстроился. Напротив, его улыбка стала еще шире и загадочнее. Он медленно выпрямился, поправляя пиджак.
— Какая неприступная крепость. Что ж, пришлю на почту. Но чай все-таки выпей, Камила. Он сделан с любовью.

Стоило Тэхёну выйти, как Камила шумно выдохнула, чувствуя, как по спине пробежал легкий трепет. Она сделала глоток чая — он действительно был божественным.

Однако расслабиться ей не дали. Буквально через полчаса внутренний телефон на её столе зазвонил. На экране высветился номер департамента безопасности.

— Госпожа Камила, — раздался в трубке вкрадчивый, с хрипотцой голос Пак Чимина. — В вашей базе данных по логистике обнаружен системный сбой. Некоторые файлы заблокированы протоколом безопасности. Вам необходимо немедленно спуститься ко мне на сорок пятый этаж, чтобы лично подтвердить свои права доступа и разблокировать архивы. Иначе ваша работа встанет.

Камила нахмурилась. Сбой? Это было очень некстати.
— Хорошо, господин Пак. Я сейчас спущусь.

Она подхватила свой планшет и направилась к лифту, даже не подозревая, что никакой системной ошибки не существовало — Чимин просто вручную заблокировал её порты, чтобы заставить её прийти в его владения.

Когда Камила зашла в кабинет Чимина, дверь за ней автоматически захлопнулась с тяжелым, глухим щелчком электронной блокировки. В комнате было прохладно, кондиционеры работали на полную мощность. Чимин сидел в своем кресле, закатав рукава рубашки. На его губах блуждала тонкая, торжествующая усмешка.

— Быстро вы, Камила. Присаживайтесь, — он указал на стул рядом со своим рабочим местом.

Камила подошла и села, открывая планшет.
— Какие именно файлы заблокированы, господин Пак? Мне нужно закончить отчет до вечера.

Чимин не ответил. Вместо этого он плавно пододвинул свое кресло вплотную к её стулу. Он наклонился так близко, что Камила почувствовала его дыхание на своей щеке. От него пахло дорогим табаком и ментолом.

— Забудьте пока про файлы, Камила, — тихо, почти шёпотом произнес Чимин. Его ладонь медленно, как бы невзначай, легла на подлокотник её стула, едва касаясь её предплечья. — Вы ведь понимаете, что я вижу все, что происходит в этом здании? Я видел, как полчаса назад Ким Тэхён заходил к вам в кабинет. И видел, как он на вас смотрел. Что он вам предложил?

Камила опешила от такой наглости. Она попыталась отодвинуться, но Чимин заблокировал её движение, положив вторую руку на стол перед ней, фактически отрезая все пути к отступлению.

— Это не касается безопасности компании, господин Пак, — её голос слегка дрогнул, что не укрылось от острого слуха Чимина.

— Все, что происходит в этих стенах, касается безопасности, — Чимин наклонился еще ниже, его губы теперь находились в паре сантиметров от её уха. Его пальцы начали медленно, едва ощутимо очерчивать контур её запястья. Кожу словно прошивало микротоками. — Тэхён красив, спорить не стану. Но он слишком мягкий. Он любит играть в долгую. А я не люблю ждать, Камила. И мне очень не нравится, когда кто-то пытается претендовать на то, что заинтересовало меня.

Камила затаила дыхание. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее. Внутренний голос кричал, что нужно немедленно встать и уйти, но тело словно налилось свинцом от этой пугающей, порочной близости Пак Чимина. Он доминировал, он подавлял её своей уверенностью, и это… странным образом будоражило её кровь.

— Разблокируйте… файлы, господин Пак, — прерывисто выдохнула она, пытаясь сохранить остатки гордости.

Чимин тихо рассмеялся, отстраняясь, но его взгляд продолжал пожирать её лицо.
— Хорошо, Камила. На первый раз я отпущу тебя. Файлы уже доступны. Но помни: я наблюдаю за каждым твоим шагом.

Камила буквально вылетела из его кабинета, чувствуя, как у неё горят уши и щеки. Этот мужчина был опасен. Намного опаснее, чем Тэхён.

Глава 5. Тонкий лед

Пятница подкралась незаметно, принеся с собой колоссальное ментальное истощение. Камила честно выполняла свою работу, игнорируя двусмысленные намеки Тэхёна, который продолжал присылать ей изысканные цветы и десерты прямо в отдел, и холодные, пронзительные взгляды Чимина, которые она то и дело ловила на себе, сталкиваясь с ним в коридорах или лифте.

Но наступил вечер пятницы. Часы на стене показывали ровно 18:30. Офис стремительно пустел: сотрудники, радостно переговариваясь, расходились по домам, предвкушая выходные. Камила осталась одна. Перед ней лежала папка с финальным недельным отчетом по аудиту бюджета. И ей нужно было отнести её на сорок седьмой этаж. К Чон Чонгуку.

Она вспомнила его слова: «Ты лично будешь приносить мне каждый отчет в конце недели. В пятницу вечером. Когда в офисе уже никого не будет».

Камила глубоко вздохнула, поправила юбку, взяла папку и направилась к лифту. Внутри неё нарастало глухое, предвкушающее волнение. Чонгук пугал её своей дикой, первобытной энергетикой. В нем не было лоска Тэхёна или шпионских интриг Чимина — он был ураганом, который сносил все на своем пути.

Когда лифт открылся на сорок седьмом этаже, Камила шагнула в абсолютную тишину. Свет в общем коридоре был приглушен, работали только дежурные лампы. Дверь в кабинет главного финансового директора была приоткрыта, оттуда лился мягкий желтый свет.

Камила подошла и тихо постучала.
— Господин Чон? Я принесла отчет.

— Заходи, — раздался из глубин кабинета его низкий, резкий голос.

Камила вошла. Чонгук сидел за своим огромным столом из нержавеющей стали и стекла. На нем не было жилетки или пиджака — только черная обтягивающая футболка, которая подчеркивала его невероятно рельефную, мощную грудь, кубики пресса, угадывающиеся под тканью, и сильные руки, покрытые татуировками. Он что-то быстро печатал на клавиатуре, но стоило Камиле войти, как он прекратил работу и откинулся на спину кожаного кресла.

— Ты пунктуальна. Мне это нравится, — Чонгук смерил её долгим, тяжелым взглядом с ног до головы. Его глаза остановились на её стройных ногах, подчеркнутых высокими каблуками. — Клади отчет сюда.

Камила подошла к столу и аккуратно положила папку перед ним.
— Здесь полные выкладки по оптимизации расходов аналитического отдела. Как вы и просили, я доказала, что мы можем работать эффективно без урезания бюджета. Проверьте, пожалуйста.

Чонгук даже не взглянул на папку. Вместо этого он медленно поднялся со своего кресла. Его рост и мощная фигура мгновенно заполнили пространство. Он обошел стол, приближаясь к Камиле. Девушка инстинктивно сделала шаг назад, но уперлась спиной в массивный шкаф с документами. Чонгук не остановился, пока не оказался вплотную к ней.

Он положил обе ладони на шкаф по обе стороны от её головы, полностью блокируя её. Камила оказалась зажата между его сильным, горячим телом и холодной поверхностью мебели. Она чувствовала, как от него пахло дорогим парфюмом, металлом и чистым, концентрированным мужским гормоном.

— Знаешь, Камила, — Чонгук наклонился к её лицу, его темные глаза гипнотизировали, лишая возможности мыслить рационально. На его губах играла наглая, дерзкая ухмылка. — Весь этот твой отчет… мне глубоко плевать на эти цифры. Я вернул твой бюджет еще в понедельник.

Камила растерянно моргнула, её сердце бешено заколотилось в груди, ударяясь о ребра.
— Зачем тогда… этот фарс? Зачем заставлять меня приходить сюда вечером?

— А ты сама не понимаешь? — Чонгук перевел взгляд на её приоткрытые губы, его дыхание опалило её кожу. Он медленно опустил одну руку со шкафа и коснулся пальцами её подбородка, заставляя смотреть на себя. Его кожа была горячей и слегка шероховатой. — Я хотел остаться с тобой наедине. Без Чимина, который вечно следит за тобой через свои камеры, и без Тэхёна, который заваливает тебя цветами. Они думают, что могут играть в свои интеллигентные игры. Но я не привык играть, Камила. Я привык брать то, что мне принадлежит.

Камила почувствовала, как по её телу разлилась волна парализующего, сладкого жара. Наглость Чонгука переходила все границы, но внутри неё, вопреки всей логике, вспыхнуло ответное, дикое желание. Этот парень действовал как первобытный хищник, и её собственная природа начала откликаться на этот зов.

— Я… я не ваша собственность, господин Чон, — прерывисто, задыхаясь от близости его губ, выдохнула она.

— Пока нет, — прошептал Чонгук, и его большой палец медленно, с нажимом провел по её нижней губе, заставляя её приоткрыться еще сильнее. — Но это только вопрос времени, куколка. Твой лед начинает таять, я это вижу.

Он отстранился так же резко, как и подошел, оставляя её стоять у шкафа с дрожащими коленями и пересохшим ртом. Чонгук вернулся к столу, забрал папку и подмигнул ей.

— Свободна, Камила. Хороших выходных. Увидимся в понедельник.

Камила на неслушающихся ногах покинула его кабинет. Она шла к лифту, понимая, что балансирует на самом тонком льду в своей жизни. Три самых опасных бабника офиса начали против неё полномасштабную войну на поражение, и её защита давала серьезную трещину по всем фронтам.