Точка столкновения

— Ещё три круга!

Резкий свисток разрезал воздух.

Мистер Рид даже не поднялся со складного стула у боковой линии. Лишь лениво махнул рукой в сторону дорожки, словно отправлял команду не на очередной круг, а на прогулку.

По полю тут же прокатился дружный стон.

Кто-то громко выругался.

Кто-то театрально рухнул на колени.

Несколько первогодок переглянулись так, будто тренер только что объявил им смертный приговор.

Но спорить никто не рискнул.

Как по щелчку команда развернулась и снова потянулась вдоль края поля.

Солнце уже поднималось достаточно высоко.

Декабрь в Калифорнии больше напоминал позднюю весну.

Воздух был прохладным только первые минуты тренировки. Сейчас же футболки липли к спине, а дыхание становилось тяжелее с каждым кругом.

Где-то впереди Тайлер что-то выкрикивал своим защитникам.

Несколько парней обсуждали предстоящий матч.

Кто-то жаловался на нагрузку.

А кто-то украдкой косился на Стерлинга.

Слишком часто косился.

Эдриан замечал эти взгляды уже вторую неделю.

Потом следовали тихие разговоры.

Переглядывания.

Усмехающиеся лица.

Будто вся команда ждала момента, когда новичок оступится.

Проблема была только в том, что оступаться Эдриан не собирался.

— Напомни мне, почему я согласился на это?

Запыхавшийся Итан догнал его только на повороте.

Очки съехали набок.

Волосы прилипли ко лбу.

Выглядел Паркер так, словно уже увидел свет в конце тоннеля.

— Потому что не смог отказать такому обаятельному парню.

— Когда тебя заберёт отец?

— Никогда.

Эдриан широко улыбнулся.

И тут же ускорился.

Словно специально.

Словно знал, насколько Итан сейчас его ненавидит.

— Я серьёзно!

— А я нет!

Через несколько секунд Стерлинг уже оставил позади не только друга, но и большую часть команды.

Ветер ударил в лицо.

Ноги работали автоматически.

Бежать было легко.

Слишком легко.

Именно поэтому он первым закончил круг и направился к тренеру.

Мистер Рид даже не посмотрел в его сторону.

Сделал пометку в планшете.

Перевернул страницу.

И только потом произнёс:

— Стерлинг. Ещё пять кругов.

Эдриан замер.

— Почему?

— Потому что я так сказал.

Мужчина поднял взгляд.

На губах появилась неприятная усмешка.

— Или что?

Он откинулся на спинку стула.

— Пойдёшь жаловаться старосте?

Несколько ближайших игроков тут же замедлились.

Слишком уж знакомым был этот тон.

— Ты ведь так привык решать проблемы?

Эдриан почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.

— В Нью-Йорке папа.

Усмехнулся тренер.

— Здесь Моррис.

Он пожал плечами.

— Удобно устроился.

На секунду стало очень тихо.

Даже выкрики игроков будто отошли на второй план.

Эдриан смотрел на мужчину несколько долгих секунд.

Потом медленно кивнул.

Без улыбки.

Без привычной колкости.

Без желания спорить.

Потому что вдруг понял:

Рид не шутил.

Он действительно так думал.

Думал, что Эдриан попал в команду благодаря Элене.

Думал, что за него постоянно кто-то решает проблемы.

Думал, что без чужой помощи он ничего не стоит.

Стерлинг молча развернулся.

И побежал.

Быстрее, чем раньше.

Будто пытался оставить эти слова далеко позади.

Но они всё равно продолжали звучать в голове.

А с другой стороны поля за происходящим внимательно наблюдал Тайлер Брукс.

****

Нервно прокручивая между пальцами шариковую ручку, Элена вполуха слушала одного из учеников лицея, состоявшего в музыкальной группе.

Парень уже минут десять пытался объяснить, что именно произошло с аппаратурой, но в голове девушки его слова давно превратились в бессвязный шум.

Час назад в кабинет буквально ворвалась Зои и сообщила ужасную новость:

Две большие колонки и основной микрофон перестали работать.

Причём перестали одновременно.

А самое неприятное заключалось в том, что никто так и не смог понять причину поломки.

Если бы подобное случилось в любое другое время, Элена спокойно разобралась бы с проблемой.

Но до зимнего бала оставалось совсем немного времени.

Каждый день после уроков актовый зал был заполнен репетирующими учениками.

Кто-то готовил танец.

Кто-то музыкальный номер.

Кто-то театральную постановку.

Без музыки всё это мгновенно превращалось в хаос.

Поэтому Моррис пришлось действовать.

Сначала она обзвонила несколько соседних школ и колледжей, надеясь одолжить оборудование хотя бы на пару дней.

Безрезультатно.

Каждое учреждение готовилось к собственным рождественским мероприятиям и расставаться с техникой никто не собирался.

Затем Элена связалась с техником.

После десятиминутных уговоров она всё-таки попросила его раньше вернуться из отпуска.

Отказ.

Вежливый.

Но категоричный.

Последней надеждой оставался мистер Холл.

Собрав всю свою убедительность, девушка отправилась к директору просить дополнительный бюджет.

Но и там удача отвернулась от неё.

Денег не было.

Совсем.

После этого разговора Элена вернулась в кабинет в таком состоянии, словно сама разгружала грузовик с аппаратурой.

Голова неприятно пульсировала.

Желудок уже давно напоминал о том, что завтрак был несколько часов назад.

А ноги гудели после бесконечной беготни по школе на высоких каблуках.

На несколько секунд девушка даже позволила себе запретную мысль.

Отменить бал.

Просто отменить.

Без музыки.

Без выступлений.

Без бесконечных проблем.

Она тут же поморщилась.

Нет.

Слишком много ребят готовились к этому вечеру.

Слишком много сил было вложено.

В этом году Калифорния вновь решила проигнорировать существование зимы.

За окнами светило солнце.

На газонах зеленела трава.

О снеге напоминали разве что картинки на праздничных плакатах.

И именно поэтому ученики так старались создать рождественское настроение хотя бы своими силами.

Элена не могла всё перечеркнуть.

От тяжёлых мыслей её отвлёк короткий сигнал телефона.

На экране появилось сообщение.

«Чуть задержусь. Начинай без меня.»

Девушка замерла.

А потом неожиданно улыбнулась.

Совсем немного.

Едва заметно.

Странно.

Ещё несколько недель назад мысль о дополнительных занятиях с Эдрианом вызвала бы только раздражение.

Теперь же это был едва ли не единственный момент дня, который она ждала.

Хотя бы на пару часов можно забыть про бал.

Про бюджет.

Про сломанную аппаратуру.

Про бесконечные просьбы и обязанности.

Просто сесть за стол.

Поспорить.

Послушать очередную глупую шутку.

И попытаться пережить математический анализ.

От этой мысли стало неожиданно легче.

Собрав вещи, Элена поднялась из-за стола.

Погасила свет.

Заперла кабинет.

И направилась к выходу.

Вечерний лицей заметно опустел.

Большинство учеников уже разошлись по домам, и длинные коридоры наконец перестали напоминать оживлённый муравейник.

Поздоровавшись с женщиной на посту охраны, девушка поднялась в библиотеку.

Там было непривычно тихо.

Лишь негромко шелестели страницы и размеренно тикали старые часы над дверью.

Подойдя к знакомому столу в дальнем углу, который они заняли ещё во время первого занятия, Элена опустила сумку на соседний стул и устало выдохнула.

Впервые за весь день вокруг не было ни одной проблемы, требующей немедленного решения.

И это ощущалось почти как роскошь.

Ожидая Эдриана, Элена уже в третий раз перепроверяла домашнее задание.

Аккуратные строчки заполняли страницы тетради с пионами на обложке. Возле некоторых примеров виднелись маленькие пометки карандашом — девушка перепроверяла решения настолько тщательно, будто от них зависела вся её дальнейшая жизнь.

На самом деле сейчас ей просто хотелось услышать:

«Молодец».

И желательно от человека, который заставил её потратить на этот предмет последние недели своей жизни.

Закончив проверять последний пример, Элена довольно улыбнулась.

Сегодня всё должно получиться.

Впервые за долгое время она действительно чувствовала уверенность.

Ждать пришлось недолго.

Примерно через двадцать минут после назначенного времени двери библиотеки открылись.

Элена привычно подняла голову.

И сразу нахмурилась.

Что-то было не так.

Обычно Стерлинг появлялся шумно.

С глупой шуткой.

С самодовольной улыбкой.

С каким-нибудь комментарием по поводу её внешнего вида или количества учебников на столе.

Сегодня ничего этого не было.

Только тяжёлые шаги.

Только хмурый взгляд.

Только напряжённые плечи.

На нём были светлые джинсы и простая хлопковая рубашка с закатанными рукавами.

— Привет, — улыбнулась девушка.

— Привет.

Сухо.

Коротко.

Даже не взглянув толком на неё, парень плюхнулся на соседний стул.

Элена удивлённо моргнула.

Но решила не зацикливаться.

Мало ли что случилось.

— Я перепроверила все задачи, — воодушевлённо сообщила она, придвигая тетрадь. — Думаю, сегодня заслужу отличную оценку.

Молча кивнув, Эдриан открыл тетрадь.

Первые секунды ничего не происходило.

Он внимательно изучал решение.

Перелистнул страницу.

Потом ещё одну.

Нахмурился.

Перевернул следующую.

Сжал челюсть.

Ещё страницу.

Потом ещё.

С каждой новой задачей его лицо становилось всё мрачнее.

Будто он отчаянно искал хоть один правильный ответ.

И не находил.

Улыбка на лице Элены медленно исчезла.

— Что?

Эдриан резко захлопнул тетрадь.

Звук эхом разлетелся по библиотеке.

Несколько учеников невольно подняли головы.

— Я не понимаю.

Голос прозвучал непривычно жёстко.

— Мы прошли каждую тему. Каждую.

Он ткнул пальцем в раскрытую страницу.

— Но ты умудрилась ошибиться буквально везде.

Растерянно моргнув, девушка наклонилась к тетради.

— Я делала всё по твоим примерам...

— То есть я виноват?

Элена подняла голову.

И только сейчас поняла, насколько он зол.

По-настоящему зол.

Не раздражён.

Не недоволен.

Взбешён.

— Я не это имела в виду.

Стул с грохотом отлетел назад.

Несколько человек снова обернулись.

Даже библиотекарь подняла голову поверх очков.

— Ты хоть раз можешь взять ответственность за свои поступки?!

Повысил голос Эдриан.

— Или умеешь только раздавать наказания другим?!

У девушки внутри всё неприятно сжалось.

— Не смей повышать на меня голос.

Она тоже поднялась.

Медленно.

Стараясь сохранить остатки самообладания.

— Если у тебя после тренировки адреналин ударил в голову, это не мои проблемы!

— Не мои проблемы?!

Эдриан нервно рассмеялся.

— Серьёзно?

— Да!

— У нас был договор!

— И я выполнила свою часть!

— Конечно выполнила!

Он зло усмехнулся.

— Только о последствиях подумать забыла!

— О чём ты вообще говоришь?!

— О Риде!

Имя тренера ударило между ними словно пощёчина.

— Сегодня он только и делал, что издевался надо мной!

Элена нахмурилась.

— Это не мои проблемы.

— Конечно!

Стерлинг всплеснул руками.

— Только он прекрасно знает, кто именно уговорил его взять меня в команду!

Девушка застыла.

— Что?

— Что слышала!

Слова уже не контролировались.

Всё раздражение, накопившееся за день, выплёскивалось наружу.

— Наверняка использовала своё коварство! Шантаж! Давление! По-другому ты просто не умеешь!

У Элены перехватило дыхание.

Она отшатнулась так, словно её ударили.

— Что ты несёшь?

— А ты умеешь разговаривать с людьми?

— Эдриан...

— Теперь из-за тебя он мстит мне!

Женские пальцы начали мелко дрожать.

Она сжала их в кулак.

Потом ещё сильнее.

Но дрожь не исчезала.

— Я просто поговорила с...

— Ты всегда просто разговариваешь!

Перебил её парень.

— А потом люди делают то, что тебе нужно!

Повисла тишина.

Короткая.

Оглушительная.

— Самой не надоело?

Тихо спросил он.

И эти слова оказались страшнее крика.

— Что?

— Всё это.

Он сделал шаг вперёд.

— Тебя либо боятся. Либо ненавидят.

Элена замерла.

Мир будто на секунду остановился.

Голоса других учеников исчезли.

Шелест страниц исчез.

Даже собственное дыхание стало далёким.

Осталась только эта фраза.

Тебя либо боятся.
Либо ненавидят.

Самый страшный страх.

Самая болезненная мысль.

Та, которую она никогда не позволяла себе произносить вслух.

— Одна Зои умная.

Продолжил Эдриан.

— Она хотя бы нашла способ обезопасить себя.

Что-то болезненно кольнуло под рёбрами.

Элена открыла рот.

Закрыла.

Снова открыла.

Но слова не шли.

Она не плакала.

Не могла.

Не должна была.

Она никогда не плакала перед людьми.

Ни перед учениками.

Ни перед учителями.

Ни перед директором.

Ни перед самой собой.

Но глаза предательски защипало.

И по щеке скатилась одна единственная слеза.

Этого оказалось достаточно.

Потому что именно тогда Эдриан понял, что натворил.

Впервые за всё время знакомства Элена не спорила.

Не язвила.

Не закатывала глаза.

Не придумывала колкий ответ.

Она просто стояла напротив.

Растерянная.

Уставшая.

И какая-то удивительно маленькая.

Гнев начал стремительно исчезать.

Оставляя после себя только неприятную пустоту.

— Элена...

Но девушка уже покачала головой.

— Ты — олицетворение ошибки, Эдриан.

Голос дрогнул.

Однако она продолжила.

Упрямо.

Смотря прямо в его глаза.

— Носишь маску весёлого парня. Шутишь. Смеёшься. Издеваешься над всеми вокруг. Но на самом деле ты просто обиженный мальчишка, у которого отняли конфету. И теперь ты пытаешься отнять её у остальных.

Каждое слово било точно в цель.

Теперь уже его очередь была молчать.

— Только отношение людей — это твоя ответственность. Не моя. Не твоего отца. Не тренера. Твоя.

Она глубоко вдохнула.

Стараясь удержать голос ровным.

— Чего ты ожидал, когда попросил договориться о подобном? Футбол — не игрушка. Если хочешь играть, докажи Риду, что достоин этого места. Себе докажи.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Два упрямых человека.

Одинаково злых.

Одинаково раненых.

А потом Элена резко схватила рюкзак.

Развернулась.

И выбежала из библиотеки.

Только спустя несколько секунд Эдриан заметил, что на столе осталась лежать тетрадь с пионами.

Та самая.

Которую она никогда и нигде не забывала.