В объятиях теней: эхо чужих грехов

После той ночи Лия стала замечать их чаще.

Не потому, что они начали появляться рядом с ней.

Скорее, потому что теперь она научилась чувствовать разницу.

Рэйн оставлял после себя тепло, едва уловимый запах вина и ощущение чужого присутствия, которое невозможно было спутать ни с чем другим. Его след тянулся по коридорам, будто невидимая нить, и Лия всё чаще ловила себя на том, что идёт по этому следу, сама не понимая зачем.

Каин был противоположностью.

В его присутствии воздух словно становился неподвижным — не холодным, а просто лишённым движения. Он не нарушал порядок вещей, он сам был этой неподвижностью.

Иногда Лия замечала его в саду. Он мог стоять среди белых роз часами, совершенно неподвижно, будто время для него не имело значения. Тени ложились на его плащ ровными полосами, и казалось, что он сливается с ними, становится частью вечернего узора из света и темноты.

Он не подходил.

Не пытался заговорить.

Не вмешивался.

И именно это почему-то раздражало Лию сильнее всего — эта безупречная отстранённость, которая выглядела как вызов.

В тот день она нашла его там снова.

Каин стоял у каменной ограды, глядя куда-то за пределы сада. Белые волосы слегка шевелились от ветра, но всё остальное оставалось неподвижным. Чёрный плащ почти сливался с тенью деревьев, и Лие на мгновение показалось, что перед ней не человек, а силуэт, вырезанный из сумерек.

Лия остановилась в нескольких шагах, не решаясь подойти ближе, но и не желая уходить.

— Ты опять здесь, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без намёка на любопытство.

Каин повернул голову.

— Да.

— Ты вообще умеешь отвечать чем-нибудь кроме одного слова?

— Умею.

Лия закатила глаза.

— И почему тогда не делаешь этого?

— Не вижу необходимости.

Она прошла мимо него и остановилась возле куста белых роз. Их лепестки были сухими на вид, но при касании оказывались неожиданно упругими, будто хранили в себе остатки дневного тепла.

Несколько секунд она молчала, перебирая в голове фразы, которые звучали бы небрежно, но ничего не подходило.

— Ты всегда такой? — наконец спросила она.

— Какой?

— Отстранённый.

— Да.

Каин посмотрел на неё, и в этом взгляде не было ни раздражения, ни интереса — только спокойная уверенность в том, что он имеет право стоять здесь и молчать.

— Тебя это устраивает?

— Меня — да.

— А если других раздражает?

— Их проблема.

Она усмехнулась.

— Я не обязан быть другим, — сказал он.

— Я не говорила, что обязан.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Лия повернула к нему голову, чувствуя, как внутри поднимается что-то похожее на досаду.

— Ты специально делаешь так, чтобы тебя было невозможно понять?

— Нет.

— Тогда почему рядом с тобой невозможно понять хоть что-нибудь?

Каин посмотрел на неё.

— Ты слишком много спрашиваешь.

— Потому что ты ничего не объясняешь.

— Не обязан.

Лия скрестила руки.

— А если я хочу тебя понять?

— Не стоит.

— Почему?

— Не понравится.

Она на секунду замолчала.

— Это предубеждение?

— Да.

— Или угроза?

— Решай сама.

Лия покачала головой.

— Ты не возможный.

Каин отвернулся.

— Знаю.

Она усмехнулась, но в этой усмешке было больше горечи, чем насмешки.

— Ты специально делаешь всё, чтобы люди хотели узнать тебя ещё больше.

Каин ничего не ответил.

Лия вздохнула, и этот вздох прозвучал громче, чем ей хотелось.

— Ладно. Оставим.

Она уже собиралась уйти, когда Каин вдруг произнёс:

— Ты слишком часто разговариваешь с ним.

Лия остановилась, чувствуя, как в груди поднимается волна раздражения.

— С Рэйном?

— Да.

— И что?

— Ничего.

— Тогда зачем сказал?

Каин посмотрел на неё.

— Просто заметил.

— Ты всё время наблюдаешь.

— Да.

— И тебе не надоедает?

— Нет.

Лия покачала головой, будто пытаясь стряхнуть с себя это странное напряжение, которое всегда возникало рядом с ним.

— Иногда мне кажется, что ты вообще ничего не чувствуешь.

На несколько секунд Каин замолчал.

На этот раз пауза длилась чуть дольше.

— Не кажется.

Лия внимательно посмотрела на него, пытаясь разглядеть хоть что-то, что могло бы объяснить эту непроницаемость.

— Что?

— Ты права.

Она не ожидала такого ответа.

— Правда?

— Да.

— И тебя это устраивает?

— Нет.

Это было настолько неожиданно, что Лия несколько секунд просто смотрела на него.

— Тогда почему ты ничего не меняешь?

Каин отвёл взгляд.

— Не могу.

Лия почувствовала, что впервые получила от него настоящий ответ.

— Каин...

Он посмотрел на неё.

— Что?

Но теперь она уже не знала что спросить.

— Ничего.

Он кивнул.

— Хорошо.

Она развернулась и ушла.

Каин остался среди белых роз.

И только когда её шаги стихли, он снова посмотрел в сторону дома, будто ждал, что что-то произойдёт.

⸻

К вечеру поднялся ветер.

Лия сидела в библиотеке у окна, листая книгу, но уже несколько минут не читала. Её взгляд скользил по строкам, не цепляясь за смысл, а мысли кружились вокруг слов Каина, возвращаясь к ним снова и снова, как вода возвращается к одному и тому же камню.

За стеклом качались деревья, их ветви сплетались в сложный узор, который менялся с каждым порывом ветра.

Ветер становился сильнее, и воздух наполнялся запахом приближающегося дождя — сырым, тяжёлым, обещающим перемены.

Она закрыла книгу, провела ладонью по обложке, будто пытаясь собрать с неё остатки смысла, и тихо сказала:

— Похоже, снова будет дождь.

— Возможно.

Лия вздрогнула.

Рэйн сидел в кресле напротив.

Она даже не заметила, когда он появился.

— Ты можешь хотя бы иногда предупреждать? — спросила она, стараясь скрыть раздражение.

— Зачем?

— Чтобы я не вздрагивала.

— Мне нравится заставать тебя в расплох и смотреть как ты вздрагиваешь.

— Конечно, — она вернулась к книге, но теперь страницы казались пустыми.

— Что тебе нужно? — спросила она, не поднимая глаз.

— Ничего.

— Вы с Каином сговорились?

Рэйн усмехнулся, и эта усмешка была такой знакомой, что Лия почувствовала, как внутри что-то сжимается.

— Пташка, он скорее согласится сговориться с собственной тенью.

— Вы давно знакомы?

— Очень.

Лия подняла взгляд.

— Насколько давно?

— Настолько, что я помню его ещё до того, как он стал таким невыносимым

Лия заинтересовано посмотрела на него.

— Каким?

— Молчаливым.

— Он всегда был таким?

Рэйн улыбнулся.

— Почти.

— Значит, ты знаешь о нём больше, чем говоришь.

— А ты начинаешь задавать правильные вопросы.

— И ты ответишь?

— Нет.

Она захлопнула книгу.

— Вы оба невыносимы.

Рэйн улыбнулся, и в этой улыбке было столько уверенности, что Лие захотелось её стереть.

— Но ты всё равно остаёшься.

— Потому что это мой дом.

— Уже нет.

Лия замерла, и эти слова повисли между ними, тяжёлые и неизбежные.

Рэйн смотрел на неё спокойно, будто ждал, как она отреагирует.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила она, чувствуя, как голос становится твёрже, чем она сама.

— Именно то, что я сказал.

— Рэйн.

— Что?

— Не играй со мной.

Улыбка стала едва заметной.

— Я и не обещал играть честно.

Он поднялся.

Лия следила за ним взглядом, пытаясь угадать, что будет дальше, но его движения были такими плавными, что казались заранее отрепетированными.

— Куда ты? — спросила она.

— Покажу тебе кое-что.

— Что?

— Увидишь.

— Нет.

Рэйн усмехнулся.

— Быстро.

— После твоего «увидишь» обычно означает неприятности.

Рэйн тихо рассмеялся, и этот смех прозвучал не зло, а скорее устало.

— Неужели ты начала меня изучать?

— К сожалению.

— Приятно слышать.

— Я не это имела в виду.

— Я знаю.

— Но ты всё равно хочешь узнать. — добавил Рэйн.

Лия несколько секунд смотрела на него, взвешивая свои слова.

— Куда? — наконец спросила она.

— К воде.

Она нахмурилась.

— Сейчас?

— А ты предпочитаешь утром?

— Я предпочитаю вообще никуда с тобой не ходить.

— Но пойдёшь.

— Самоуверенный.

— Люблю, когда ты меня хвалишь.

За окном снова ударил ветер, и стекло отозвалось тонким звоном.

Лия посмотрела на тёмное небо, где облака сплетались в плотные, тяжёлые пласты.

— Там дождь начнётся.

— Может быть.

Она вспомнила, как Каин говорил, что место становится опаснее, и эта мысль неожиданно придала ей решимости.

— Хорошо, — сказала она, поднимаясь.

Рэйн улыбнулся.

— Я знал.

⸻

Они вышли из дома.

Ветер сразу ударил в лицо, срывая с волос тонкие пряди и заставляя их липнуть к щекам.

Лия запахнула пальто и посмотрела на Рэйна, пытаясь прочитать в его лице хоть намёк на то, что он задумал. Но его выражение оставалось таким же спокойным, как и всегда, будто всё происходящее было частью какого-то давно составленного плана.

— Если я заболею, будешь виноват ты, — сказала она.

— Я переживу.

— Конечно.

Они прошли через сад.

Белые розы почти не двигались, несмотря на ветер, будто были сделаны из чего-то более прочного, чем живые цветы.

Лия заметила Каина у дальней стены.

Он стоял там же.

Смотрел в их сторону.

Она остановилась.

— Каин.

Он не ответил.

Рэйн продолжил идти.

— Не обращай внимания.

Лия посмотрела на него.

— Он что-то знает.

— Все здесь что-то знают.

— Кроме меня.

Рэйн усмехнулся.

— Пока.

Лия догнала его.

— Что значит «пока»?

— Ничего.

— Ты специально меня злишь.

— Как ты догадалась, Пташка?

Она толкнула его плечом, и это движение было таким привычным, что на мгновение Лие показалось, будто они делают это уже сотни раз.

— Ненавижу тебя.

— Ты уже говорила.

— И буду повторять.

— Мне нравится.

Они вышли из сада.

За деревьями показалась вода.

Море было непривычно тёмным, почти чёрным, и волны ударялись о берег с такой силой, что звук их падения разносился далеко вокруг.

Лия остановилась.

— Мы пришли сюда зачем?

Рэйн посмотрел на причал.

— Туда.

Она проследила за его взглядом.

Деревянный причал уходил далеко в воду, его доски потемнели от влаги и времени, и каждый шаг по нему казался рискованным.

— Нет, — сказала Лия, чувствуя, как внутри поднимается волна сопротивления.

— Почему?

— Потому что он мокрый.

— Боишься?

— Нет.

— Тогда пойдём.

Лия посмотрела на него с подозрением.

— Ты невозможен.

— Я знаю.

Он первым ступил на причал.

Дерево тихо скрипнуло, и этот звук прозвучал как предупреждение.

Лия осталась на берегу.

— Рэйн.

Он обернулся.

— Что?

— Если я упаду, я тебя убью.

— Если упадёшь, сначала придётся выбраться.

— Очень смешно.

Рэйн протянул ей руку.

— Давай.

Лия несколько секунд смотрела на ладонь, взвешивая все «за» и «против».

— Ты ведь специально это делаешь.

— Что именно?

— Делаешь так, чтобы я тебе доверяла.

Рэйн чуть улыбнулся.

— А ты всё-таки заметила.

— Я не настолько глупая.

— Я никогда так не думал.

Она взяла его за руку.

Его пальцы сомкнулись вокруг её ладони, и на мгновение Лия почувствовала странную уверенность — будто, пока она держится за него, с ней ничего не случится.

— Вот видишь, — сказал Рэйн.

— Не радуйся.

— Даже не собирался.

Она ступила на причал.

Ветер стал сильнее, и доски под ногами слегка качнулись, напоминая о том, что здесь нет ничего надёжного.

— Мне это не нравится, — призналась Лия.

— Ты боишься воды?

— Нет.

Рэйн посмотрел на неё, будто пытался разгадать, что она скрывает.

— Лия.

Она отвела взгляд.

— Я просто не люблю глубину.

Он улыбнулся.

— Тогда тебе точно стоит посмотреть.

— На что?

Рэйн повёл её дальше.

К концу причала.

Лия остановилась.

— Всё. Дальше я не пойду.

— Почему?

— Потому что дальше вода.

— Очень убедительный аргумент.

— Рэйн.

Он развернулся к ней.

— Что?

— Я серьёзно.

На этот раз его улыбка стала слабее.

— Я тоже.

Лия нахмурилась.

— О чём?

— О том, что хочу показать тебе.

Она сделала шаг назад.

— Не нравится мне твой тон.

— А мне нравится твоя осторожность.

— Тогда почему ты всё время её проверяешь?

Рэйн несколько секунд молчал.

— Потому что хочу знать, где ты остановишься.

— А если я скажу, что дальше не пойду?

— Остановлюсь вместе с тобой.

В его взгляде снова появилась знакомая насмешка, но теперь в ней было что-то ещё — что-то, чего Лия не могла назвать.

— Ты мне доверяешь? — спросил он.

Лия замерла.

— Нет.

— Жаль.

— А ты хотел услышать другое?

— Нет.

Он сделал шаг ближе.

Лия невольно отступила.

Ещё шаг.

Она почувствовала край причала под пяткой, и это ощущение было таким резким, что заставило её остановиться.

— Рэйн...

— Что?

— Не надо.

Он остановился.

Несколько секунд просто смотрел на неё, будто взвешивая каждое слово.

Потом тихо сказал:

— Ты всегда думаешь, что я собираюсь сделать что-то плохое.

— Потому что ты обычно так и делаешь.

— А если сегодня нет?

Лия ничего не ответила.

Он протянул руку.

Она не взяла её.

— Почему ты всё время проверяешь меня? — спросила она.

— Потому что мне интересно, где твой предел.

— А если я его не знаю?

— Тогда узнаем вместе.

Лия покачала головой.

— Ты играешь слишком опасно.

— А ты всё ещё здесь.

Внезапный порыв ветра ударил в них, и Лия потеряла равновесие.

— Рэйн!

Её пальцы скользнули по его руке.

Он мог удержать её.

Но не удержал.

Лия почувствовала, как земля исчезает из-под ног.

На мгновение она встретилась с ним взглядом.

— Ты...

Она не успела договорить.

Вода сомкнулась над головой.

Холод ударил по телу.

Лия попыталась вдохнуть — и захлебнулась.

Она не умела плавать.

Паника вспыхнула мгновенно.

Она забила руками по воде, пытаясь подняться, но тело становилось тяжёлым.

Где-то сверху она увидела причал.

Рэйн стоял на краю.

Просто смотрел.

Лия снова попыталась крикнуть.

Вода ворвалась в рот.

Силы уходили.

Темнота начала подниматься перед глазами.

А далеко, среди белых роз, Каин стоял неподвижно.

Он тоже видел.

Он ничего не сделал.

Лия находилась в воде и уже потеряла всякую надежду на спасение.

В глазах потемнело.

Воздух выбило из лёгких.

И вдруг раздался звук.

Плеск.

Кто-то прыгнул в воду.

Лия уже не могла разглядеть кто.

Сознание медленно ускользало.

Последнее, что она почувствовала, — чью-то руку, крепко схватившую её за запястье.

А потом всё исчезло.