Midnight Garden -полуночный сад

13 глава

Истина мира снов

Даниэла не успела ответить Чонгуку — воздух вокруг неё вдруг замерцал, задрожал, словно поверхность воды, по которой пробежала рябь. Чонгук протянул руку, но не смог дотронуться: девушка начала растворяться в серебристом тумане.

— Даниэла! Что происходит?! — в панике воскликнул Чонгук.

Но она уже не слышала его. В следующий миг Даниэла оказалась в знакомом месте — в зале богини снов Луджи. Высокие колонны из лунного камня, мерцающие огни, воздух, наполненный шёпотом забытых снов…

Луджи, стоя у трона, строго произнесла:

— Даниэла, ты нарушила главное правило.

Даниэла ответила дрожащим голосом:

— Госпожа… я не хотела. Но я не могу перестать думать о нём.

— Любовь между хранительницей снов и человеком невозможна. Ты знаешь это. Ты должна была защищать его сон, а не влюбляться, — сказала Луджи.

— Но почему? Разве любовь — это преступление? — спросила Даниэла.

Луджи вздохнула и жестом приказала ей подойти ближе.

— Посмотри, — произнесла богиня.

Она взмахнула рукой, и перед Даниэлой развернулось видение. Молодой воин в доспехах из звёздного света — Чонгук. Он стоял рядом с богиней, их голоса звучали в унисон, они вместе управляли потоками снов.

— Он был стражем снов. Одним из самых могущественных. Он знал тайны, которые не должны были попасть в мир людей. Но он полюбил смертную девушку, — пояснила Луджи.

Даниэла прошептала:

— Что случилось потом?

— Я изгнала его в опустошённый мир — место между мирами живых и мёртвых. Там нет никого, только пустота и эхо забытых снов. Он должен был остаться там навечно, — ответила Луджи.

В этот момент в зал вошёл муж богини — высокий мужчина с тёмными глазами и ледяной улыбкой.

— Но этого было мало. Я предложил проклясть его, — произнёс он.

Даниэла вздрогнула.

— Я знал: если он когда‑нибудь вернётся в мир людей, то может рассказать то, что знает обо мне. О моих тайнах. Поэтому я проклял его: он переродился человеком, но с тяжёлой судьбой. Если он и рождался, то в несчастье — чтобы никогда не вспомнил, кто он на самом деле, — продолжил муж богини.

— Вы лишили его памяти? Его силы? — в ужасе спросила Даниэла.

— Да. И сделал так, чтобы его жизнь была полна боли — чтобы он никогда не смог собрать осколки прошлого, — подтвердил мужчина.

— Я согласилась. Я думала, это единственный способ сохранить равновесие, — тихо добавила Луджи.

— Но он всё равно нашёл меня. Даже без памяти, — возразила Даниэла.

— И это опасно. Его душа помнит то, что ты не должна знать. Если он вспомнит — мир снов и мир людей столкнутся. Равновесие нарушится, — сказала Луджи.

— Поэтому ты должна отказаться от него. Немедленно, — жёстко произнёс муж богини.

— Нет, — твёрдо ответила Даниэла.

— Что ты сказала? — удивлённо переспросила Луджи.

— Я не откажусь. Да, он человек. Да, его судьба тяжела. Но я видела его душу — она всё ещё та же. Он не изменился. И если он был когда‑то стражем снов, значит, в нём есть сила. Я помогу ему вспомнить, — заявила Даниэла.

— Ты бросаешь вызов богине? — гневно спросил муж богини.

Луджи подняла руку, останавливая его.

— Подожди. Даниэла… ты готова рискнуть всем? Своим положением, своей силой, своим существованием? — спросила она.

— Да. Потому что если любовь — это преступление, то я готова нести наказание. Но я не предам его, — ответила Даниэла.

Луджи долго смотрела на неё, затем медленно кивнула.

— Хорошо. Ты сделаешь выбор. Но знай: если ты останешься с ним, ты потеряешь свои силы хранительницы снов. Ты станешь смертной. И обратного пути не будет, — предупредила богиня.

— Я готова, — твердо сказала Даниэла.

— Ты пожалеешь об этом, — процедил сквозь зубы муж богини.

— Пусть будет так. Но помни: если равновесие нарушится, вина будет на тебе, — произнесла Луджи.

Она взмахнула рукой, и Даниэла почувствовала, как что‑то внутри неё меняется. Её связь с миром снов ослабевала.

— Ступай. Но будь осторожна. Твой выбор может изменить всё, — сказала богиня.

В следующий миг Даниэла снова оказалась в зале, где был Чонгук. Он всё ещё стоял там, протянув руку, будто пытался поймать её образ.

— Даниэла?! Где ты была? Ты исчезла на секунду! — с отчаянием воскликнул он.

Она посмотрела на него, и в её глазах читалась решимость.

— Чонгук, мне нужно тебе кое‑что рассказать. О тебе. О нас. И о том, кто ты на самом деле, — произнесла Даниэла.

Он замер, чувствуя, как в груди что‑то дрогнуло — будто далёкое воспоминание пыталось пробиться сквозь пелену забвения.

— Говори, — тихо сказал Чонгук.

Даниэла глубоко вздохнула и начала свой рассказ.

(Продолжение следует…)