Корпорация "Перезагрузка". /ЗАВЕРШЕННО/

Стекло и бетон главного небоскреба «Kang Enterprises» буквально плавились в лучах заходящего сеульского солнца. На тридцать четвертом этаже, в конференц-зале, пахло дорогим парфюмом, свежесваренным кофе и чистым, концентрированным стрессом.

Кан Мирэ поправила воротник строгого белоснежного жакета и в сотый раз пробежалась глазами по графикам на планшете. Сегодня был её первый официальный день в качестве директора по развитию ритейл-направления. Ей безумно нравилась эта атмосфера: стук каблуков по глянцевому полу, шёпот за спиной, масштабные задачи, где одна цифра могла принести или сжечь миллионы вон. Она не хотела быть просто «дочерью председателя Кана», которую продвинули по кумовству. Она пришла сюда побеждать.

— Директор Кан, гости со стороны «Mirai Tech» прибыли. Председатель Ким уже в VIP-ложе с вашим отцом. Молодой господин Ким Намджун тоже здесь, — тихо доложил секретарь.

Мирэ едва заметно поморщилась при упоминании этого имени. Ким Намджун.

Они знали друг друга с самого детства, поскольку их отцы когда-то начинали бизнес в одном полуподвальном офисе. Но если отцы за тридцать лет превратились в названых братьев, то их дети выросли в состоянии перманентной холодной войны.

Намджун уже полгода как официально перенимал дела у своего отца. Он успел заработать репутацию жесткого, невероятно умного и педантичного руководителя. Пресса называла его «мозгом нового поколения чеболей». Мирэ же считала его заносчивым занудой, который слишком много о себе мнил.

Когда двери зала заседаний распахнулись, Намджун вошел первым. Безупречный темно-синий костюм-тройка, идеально уложенные темные волосы, дорогие часы на запястье. Он держал в руках тонкую папку и излучал абсолютную, давящую уверенность.

— Добрый вечер, директор Кан, — его голос, глубокий и бархатистый, прозвучал официально, но в глазах на секунду мелькнула знакомая ироничная искра. — Поздравляю с официальным вступлением в должность. Надеюсь, вы готовы к жесткому темпу.

— Благодарю, директор Ким, — Мирэ натянуто улыбнулась, сделав акцент на его фамилии. — Мой темп может вас удивить. Присаживайтесь. Время — деньги, как вы любите говорить.

Совместное заседание касалось запуска новой логистической платформы, которую «Mirai Tech» разработали для торговых сетей «Kang Enterprises». Намджун лично вел презентацию. Он говорил четко, оперировал сложными алгоритмами и цифрами, заставляя даже старых директоров одобрительно кивать.

Мирэ внимательно слушала, но её аналитический склад ума быстро зацепился за одну деталь. На сороковой минуте доклада, когда Намджун перешел к разделу рисков, она подняла руку.

— Секунду, директор Ким. Вернитесь на девятнадцатый слайд, пожалуйста.

Намджун прервался, слегка приподняв бровь, и перелистнул слайд назад.

— Ваша система ИИ учитывает задержки на центральных хабах, но вы полностью проигнорировали человеческий фактор в провинциальных филиалах, — четко, без тени сомнения произнесла Мирэ. — Там средний возраст линейного персонала выше, они не адаптируются к вашему новому интерфейсу за две недели. Мы получим коллапс на местах и убытки в первые два месяца. Проект сырой в плане юзабилити.

В зале повисла звенящая тишина. Пожилые топ-менеджеры переглянулись. Никто не ожидал от «новенькой» такой цепкости.

Намджун медленно опустил кликер. Он посмотрел на Мирэ долгим, оценивающим взглядом. В его глазах не было злости — скорее, легкое раздражение от того, что его безупречный план подвергли сомнению.

— Директор Кан, — Намджун оперся ладонями о стол, слегка наклонившись вперед. — Для этого предусмотрена система двухэтапного обучения. Мы учли это. Возможно, если бы вы провели в этом кресле чуть больше двух недель, вы бы знали, как работают наши интеграционные протоколы.

— А возможно, если бы вы иногда спускались из своего кабинета на тридцатом этаже к реальным грузчикам и кассирам, вы бы не строили иллюзий, — парировала Мирэ, гордо вскинув подбородок.

Их взгляды скрестились, словно рапиры. Между ними буквально летели искры. Каждый стоял на своем, и никто не собирался уступать.

Заседание завершилось на довольно натянутой ноте. Намджун пообещал прислать скорректированные расчеты, хотя всем своим видом показывал, что считает критику необоснованной.

Ближе к вечеру Мирэ уже собирала вещи, когда в её кабинет без стука зашел отец — председатель Кан. На его лице блуждала странная, довольная улыбка.

— Мирэ, дочка, ты сегодня отлично держалась на совете. Настоящая акула бизнеса, — похвалил он.

— Спасибо, пап. Просто Ким Намджун думает, что он самый умный.

— Вот и отлично, — загадочно подмигнул отец. — Собирайся. Мы ужинаем в «Шилле». Твой дядя Ким и Намджун уже едут туда. У нас есть для вас... очень важное объявление. В каком-то смысле, историческое для обеих наших семей.

Мирэ нахмурилась. Странное предчувствие, холодное и тревожное, внезапно зашевелилось в груди. Она еще не знала, что этот вечер перевернет её идеальную жизнь с ног на голову.