Любовь и гонки

Боксы команды гудят, как растревоженный улей. Механики проверяют болиды, настраивают телеметрию, а в воздухе витает знакомый, любимый запах паленой резины и бензина.
Мишель стоит возле своего кокпита в полном гоночном облачении — в обтягивающем комбинезоне, с собранными в тугой хвост волосами. Шлем зажат подмышкой. Она глубоко вдыхает этот воздух, чувствуя, как адреналин снова разгоняет кровь по венам. Долгая реабилитация после сломанных ребер и душевных травм осталась позади. Она вернулась. Она снова на своей территории.
В этот момент за её спиной раздается тихий щелчок затвора камеры и знакомый шелест шагов.
Мишель оборачивается и видит Феликса. Он приехал поддержать её перед первым заездом, несмотря на плотный график. На нем черная кепка, натянутая до бровей, и солнцезащитные очки, но широкую, ослепительную улыбку скрыть невозможно.
Забыв про камеры журналистов и суету паддока, Мишель сияет от счастья. Она срывается с места и буквально летит к нему, бросаясь на шею и крепко-крепко обвивая руками.
— Ликси!
Феликс с легкостью подхватывает её, кружа на месте, и утыкается носом ей в плечо, упиваясь её смехом и запахом духов, смешанным с ароматом гоночной трассы.
— Привет, огонёк . Я знал, что ты сможешь. Покажи им всем сегодня на треке!
Он бережно опускает её на землю, но не отпускает руки, переплетая свои пальцы с её пальцами в перчатках.
— И не забудь... сегодня вечером у нас свидание. Никаких отговорок, огонёк. Я уже забронировал столик в том месте с твоим любимым десертом.
Мишель чувствует, как внутри всё замирает от счастья. Она кивает, чувствуя себя непобедимой.
— Договорились, Ликси. Жди меня на финише.
Она надевает шлем, бросает на него последний влюбленный взгляд и уверенным шагом направляется к своему болиду. Вечером .Едва Мишель успевает снять шлем после успешной тестовой сессии, как из угла паддока до нее доносится знакомый, задорный голос.
К ней на всех парах спешит  Чонин — её лучший друг, который тоже выбрался поддержать её сегодня.
— Йени!
— Шелли! Наша гонщица вернулась!
Они бегут навстречу друг другу и с размаху сталкиваются в крепких, эмоциональных объятиях. Потеряв равновесие от нахлынувших эмоций, оба теряют опору и с громким смехом заваливаются прямо на бетонный пол паддока.
Чонин комично морщится, лежа на спине, но тут же звонко смеется. Мишель сидит рядом, опираясь на локти, и, не удержавшись, ласково треплет его по мягким волосам, сбивая челку.
— Эй, аккуратнее, макне! Ты мне всю укладку сбил.
— Зато какая мягкая посадка! Мы так за тебя переживали, Шелли. Ты просто невероятная!
Рядом появляется Феликс, наблюдающий за этой сценкой с теплой, мягкой улыбкой. Он подает Мишель руку, помогая ей окончательно встать и отряхнуть комбинезон, а Чонин подмигивает им обоих с хитрым видом, явно зная обо всем больше остальных.
Поздний вечер. После насыщенного дня и работы в боксах Феликс увозит Мишель на уединенную смотровую площадку в горах Намсан, откуда открывается потрясающий вид на ночной, сияющий тысячами огней Сеул.
Прохладный ночной ветер приятно освежает после духоты трека. Мишель кутается в легкий кардиган, слегка дрожа от зябкого воздуха.
Феликс тут же замечает это. Не говоря ни слова, он снимает свою просторную, теплую черную брендовую куртку и бережно накидывает ей на плечи. От ткани падает его фирменный аромат — легкие нотки цитруса и ванили.
Одновременно с этим Феликс уверенно, но невероятно нежно притягивает её к себе одной рукой, обнимая за плечи и прижимая ближе к своему телу, чтобы защитить от холода.
Мишель прижимается щекой к его груди, слушая ровное, спокойное биение его сердца. В этот момент она отчетливо понимает: Феликс — это воплощение абсолютной безопасности. Никаких сомнений, никакой тревоги. Он — сплошной зеленый флаг, его забота проявляется в каждой мелочи, в каждом взгляде и движении. Он растапливает остатки её брони окончательно и бесповоротно.
— Спасибо, Ликси... За всё. С тобой всегда так тепло.
Феликс цепляет пальцем её подбородок, заставляя поднять голову, и смотрит в глаза так нежно, что у Мишель перехватывает дыхание.
— Я буду греть тебя всегда, огонёк. Это моя любимая работа.
Они сливаются в долгом, сладком поцелуе на фоне бескрайнего моря огней ночного Сеула, где наконец-то всё встало на свои места.