Разносторонний человек

- Валя, почему у тебя такой бардак в комнате?! – с криком ворвалась в комнату мать, - Я какой раз тебе говорю убирать краски с вечера? Они в три раза дороже, чем твой телефон, а ты так относишься!

- Как?.. – не успев продрать глаза от только подступившего сна, спросила Валя и сразу пожалела, что вообще открыла рот.

- Наплевательски. Я одна в этом доме пашу как проклятая, а ты даже за собой убрать не можешь, - Она, взмахнув мощным хвостом блестящих черных волос, подлетела к дочери и сорвала одеяло, - И вообще, почему ты еще не встала? Я точно знаю, что тебе к первой паре.

- Ну-ну, потише, - в дверном проеме показалась пухлая старушка с короткими седыми волосами.

- Мам, я… – снизила голос на два тона мать Вали, - Я только воспитываю свою дочь. Не вмешивайся, пожалуйста.

- Воспитывай, когда меня дома нет, - строго заявила бабушка и улыбнулась внучке, сверкнув своими лучезарными карими глазками, - Вставай, Валюша, собирайся. Ты же быстро все сделаешь, правда? А мама пока пусть на стол накроет.

- Да, конечно, - подскочила Валя.

Она выхватила из ледяных материнских рук одеяло и моментально заправила кровать. Мать под пристальным взглядом бабушки покинула комнату. Валя осела на кровать и выдохнула. Потом скидала в школьную сумку тетради и выскользнула в коридор.

Быстро умывшись, она расчесала недлинные, но и не то, чтобы очень короткие темно-каштановые волосы, подкрасила глаза и тихо прошла на кухню, молясь, чтобы хотя бы один завтрак прошел без скандала. Мать уже сидела за столом, уткнувшись носом в тарелку, а бабушка вальяжно расхаживала вдоль кухонного гарнитура, будто павлин по клетке.

- Ешь, - буркнула мать, мотнув головой в сторону белой плоской тарелки, на которую были небрежно брошены три тоста и вареное всмятку яйцо.

- Не подгоняй ее, - улыбнулась бабушка и вместе с Валей опустилась за стол.

Валя взяла в руки горячий тост и надкусила, громко хрустя горячей корочкой. Бабушка слегка прищурилась и выудила из Валиной тарелки один кусок:

- Тебе, Милена, еще учиться и учиться. Куда ты столько положила? Девочке не стоит есть так много мучного, а то бедра раздадутся, и так попа еле на табуретку вмещается! Материнский инстинкт не отключай, тебе еще два года дочь растить.

В молчании Валя дожевала кусок и принялась за яйцо. Когда бабушка привстала, чтобы налить чай и достать сахар, девушка вежливо отказалась и вышла из-за стола, оставив последний тост нетронутым.

- Хорошего дня в школе! – Крикнула ей вслед бабушка, а мать прошептала что-то неразборчиво, но Валя все равно ответила привычное «И вам.»

***
Войдя в школу, Валя сразу наткнулась на свою компанию – девочек и мальчиков из класса, дружеские отношения с которыми сложились с первого учебного дня, что в ее жизни бывало очень редко.

- О, Валя, доброе утро! – обняла ее подруга Алена, высокая девушка со светло-голубыми глазами и пухлыми розовыми губами. Другие ребята тоже подошли, чтобы поприветствовать подругу.

- Привет, родная, - улыбнулась миниатюрная девушка с темными миндалевидными глазами, длинными черными прямыми волосами, блестящими даже от слабого света стареньких школьных ламп.

- Доброе утро, Алена, Лариса, - натянуто весело ответила Валя, - И вам, Даша, Ярик, Петя. А где остальные?

Ярослав пустился объяснять, кто по какой причине сегодня не придет, но Валя уставилась куда-то вдаль. Она по привычке назвала всех по именам, как всегда пообнималась с друзьями, но внутренний подъем от встречи с близкими ей людьми вновь не ощутила. Переминаясь с ноги на ногу, она вполуха слушала одноклассников и потирала свое серебристое кольцо.

Уже сидя на паре, пока преподаватель говорил что-то о надвигающихся холодах, Валя невнимательно пролистывала тетрадку, и наткнулась на слово «замечательный».

«Несмотря на нелюбовь к советской власти, писатель называет эти места не просто замечательными, а идеальными для демонстрации силы русской культуры,» - Валя перечитала предложение полностью, не понимая, что ее смущает. «Замечательно, замечательно… Написано вроде правильно, как в этом слове вообще можно допустить ошибку?

Ошибки здесь действительно нет, но, может быть, не стоит употреблять именно это слово? Оно будто слух режет, как фальшивая нота. А Егор бы сразу почувствовал, что текст фальшивит? Он ведь занимался музыкой, и в литературе хорошо разбирается… Было хорошо, когда он перечитывал мои сочинения. Было, было… Только было.

Нужно забыть, все прошло. И время, когда мы ждали друг друга у кабинетов, а потом гуляли. И разговоры, казавшиеся бесконечными. Может, он просто чем-то напоминал мне Игоря? В любом случае и воспоминания, наверное, когда-нибудь закончатся.»

- Эй, Валь, все в порядке? – Лариса осторожно дотронулась до Валиной руки.

- Да, все хорошо. Просто мало спала, - улыбнулась Валя, - У тебя так красиво ресницы выглядят. Это нарощенные?

- Нет конечно, ты что! – прошептала Лариса, - это тушь, удлиняющая ресницы. Очень здорово, правда? Я в восторге от нее! Если хочешь, дам тебе попробовать, а понравится – можем вместе сходить в тот магазин. Возьмешь себе такую же.

- Я только за, - улыбнулась Валя, и на этот раз в сердце что-то екнуло.