Код: «Вишня»

Приятного чтения мои дорогие!❤️

Эта глава — про то, что слишком долго оставалось между строк.

Тэхён больше не может делать вид, что ничего не происходит. Чонгук больше не хочет делать вид, что ему всё равно. Некоторые тайны наконец начнут открываться. Некоторые чувства — перестанут быть случайностью. И самое главное — прошлое, которое они оба забыли, начинает возвращаться.

И будьте готовы. Эта глава многое меняет. Обязательно оставляйте свои теории, предположение и эмоциями, мне будет очень интересно их читать😉

_______________________________

Тэхён не знал, сколько просидел на холодном асфальте. Десять минут? Час? Может, больше. Сначала он чувствовал холод, который забирался под куртку и заставлял плечи мелко вздрагивать. Он сидел, упершись затылком в бетонную стену, и смотрел в одну точку, невидящим взглядом.

Субъект №07.

Тэхён зажмурился, до боли сжав веки.

Чонгук — субъект №02.

Чёрт.

Он резко провёл ладонями по лицу, с силой растирая кожу, и тихо выругался сквозь зубы. Он не хотел все прокручивать в голове, но его мозг будто специально издевался, подбрасывая обрывки разговора. Слова отца возвращались одно за другим. «Мы знали о связи между вами». Тэхён нервно усмехнулся. Связи. Будто речь шла о двух людях, которые случайно познакомились и почему-то понравились друг другу, а не о двух детях, которых когда-то вписали в грёбаный протокол.

Он снова ударился затылком о стену. Не сильно. Просто чтобы почувствовать хоть что-то, кроме этой тупой, разъедающей пустоты внутри.

— Блядь... — выдохнул он с такой горечью, что сам не узнал собственный голос.

Тэхён опустил взгляд на свои руки, которые сейчас дрожали, сжал пальцы в кулак, пытаясь остановить дрожь, но стало только хуже.

Всю жизнь. Он вдруг подумал именно об этом, и мысль обожгла.

Всю жизнь. Анализы. Врачи. Странные обследования. Вопросы, на которые родители никогда не отвечали до конца. Детство, отдельные воспоминания которого теперь начинали складываться совсем иначе. И «Лабиринт». Он ведь был там. Когда-то. И даже не знал этого.

Тэхён хотел встать, но ноги затекли. Пришлось остаться на месте ещё на несколько секунд, чувствуя, как тело отказывается слушаться.

— Спокойно...

Он сказал это самому себе и тут же усмехнулся, зло и беспомощно.

— Да какое, к чёрту, спокойно...

Телефон в кармане завибрировал. Тэхён вздрогнул, будто этот звук выдернул его из какого-то странного оцепенения. Достал телефон, включил экран. Сообщение от Чимина. Наверное, единственный человек, который сейчас мог написать что-то простое, тёплое, живое. Тэхён открыл сообщение и несколько секунд просто смотрел на экран, чувствуя, как внутри всё сжимается.

«Ты где? Я волнуюсь. Напиши, что с тобой всё в порядке. Пожалуйста».

Тэхён сглотнул. Пальцы сжали телефон так, что побелели костяшки. Он хотел ответить. Правда хотел, написать что-то вроде «всё нормально» или «я скоро вернусь», но слова не находились. Да и что он мог сказать? Что сидит на холодном асфальте и впервые за вечер понимает, что вся его жизнь — чей-то проект? Что человек, которого он считал лучшим другом, сейчас кажется единственным настоящим, но даже до него слишком далеко?

Он снова посмотрел на сообщение, потом на свои дрожащие руки, а затем медленно, почти нехотя, нажал на кнопку блокировки. Экран погас. Тишина снова сомкнулась вокруг него, но теперь в ней было что-то ещё. Что-то похожее на предательство. Он не ответил, но знал, что Чимин будет ждать. Знал, что тот, скорее всего, уже места себе не находит. И всё равно не смог заставить себя напечатать ни слова.

— Прости меня, — прошептал он одними губами, и голос прозвучал так тихо, почти не слышно.

Он сам не знал, у кого именно просит прощения. У Чимина — за нежелание отвечать. У себя — за то, что не может поступить иначе. А возможно, и у кого-нибудь ещё, кто даже не догадывался о происходящем с ним в этот момент. Тэхён закрыл глаза. Телефон в руке стал тяжёлым, как свинец. Он знал, что Чимин не заслужил этого молчания, но сейчас у него просто не было сил даже на одно короткое «я в порядке».

Тэхён сунул руку в другой карман — пальцы наткнулись на что-то твёрдое, он замер. Достал небольшой прямоугольник картона. Несколько секунд просто смотрел на него, перевернул. Прямо по центру— номер телефона. Тэхён провёл большим пальцем по краю визитки, чувствуя шершавость бумаги.

Он тихо выдохнул, и в этом выдохе было столько усталости, что хватило бы на двоих.

— Надо прекращать...

На этот раз твёрже, с решимостью, которая удивила его самого. Он ввёл цифры, но остановился. Удалил последнюю. Снова набрал. Палец завис над кнопкой, а перед глазами вспыхнуло лицо Чонгука. Потом отец. Тэхён нажал вызов. Гудок. Он сжал челюсть так, что заныли скулы. Второй. Сердце колотилось так сильно, что отдавало в ушах. Третий. Сбрось пока не поздно. Четвёртый. На том конце ответили.

— Да? — голос прозвучал спокойно, почти безразлично.

Тэхён ничего не сказал. Несколько секунд просто слушал чужое дыхание, пытаясь собраться с мыслями.

— Я вас слушаю.

Он сглотнул, чувствуя, как в горле пересохло.

— Я хочу встретиться с вами, — произнёс он, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Пауза.

— Когда?

— Сегодня, — ответил Тэхён, и прозвучала какая-то обречённая решимость.

— Ты уверен?

Тэхён коротко рассмеялся, но в этом смехе не было ничего весёлого.

— Не совсем...

Тишина.

— Тогда почему решился позвонить мне?

Он отвёл взгляд в сторону, потому что больше не мог.

Он устал. Ася его жизнь вдруг оказались сплошным вопросительным знаком, но вслух сказал совсем другое, и слова эти дались с трудом:

— Я хочу, наконец, услышать правду.

На другом конце тяжело выдохнули.

— Хорошо. Адрес пришлю сообщением. Через час сможешь?

— Смогу, — коротко бросил Тэхён.

— Тогда жди я пришлю адрес.

Связь оборвалась. Тэхён ещё несколько секунд держал телефон у уха, потом медленно опустил руку, чувствуя, как внутри всё сжалось в тугой узел.

— Вот и всё... — прошептал он, и голос прозвучал так тихо, едва слышно.

Посмотрел на экран, через несколько секунд пришло сообщение с адресом встречи. Он поднялся с асфальта, ноги неприятно покалывало от холода, но теперь это почти не ощущалось. Капюшон сполз на глаза. Тэхён поправил его и пошёл к выходу из переулка.

Он всё ещё боялся. Очень, но впервые за сегодняшний вечер страх не заставлял его бежать, а вёл его вперёд.

***

Минхо стоял у окна, когда телефон снова завибрировал. Он не обернулся. Знал, кто звонит. Знал, зачем. И всё равно несколько секунд продолжал смотреть на ночной Сеул — серый, сонный, затянутый холодной дымкой, потом поднёс телефон к уху.

— Да.

— Господин Ким, — голос Кана звучал сухо, как всегда, но Минхо уловил в нём едва заметное напряжение. — Есть подтверждение. Мы нашли ещё одну точку. Старый корпус. Восточное крыло.

Минхо прикрыл глаза.

— Люди?

— Двое. Работают посменно. Один из них — бывший сотрудник лаборатории.

— Имя?

— Уже устанавливаем. Первичные данные отправил вам.

Минхо наконец отошёл от окна. На столе лежала раскрытая папка: фотографии, маршруты, распечатки разговоров. Всё аккуратно разложено, почти стерильно. Он взял одну фотографию. Тэхён. Снятый издалека. Серая толстовка, опущенная голова, обычный студент среди сотен других. Обычный, если не знать, кого именно ты ищешь.

— Господин Ким, — снова заговорил Кан, — если продолжим в том же темпе, к утру сможем выйти на связного.

— Не надо к утру.

На том конце повисла пауза.

— Что?

— Не торопитесь. — Минхо перевернул фотографию. — Я сам решу, когда наносить удар.

— Но если мы его упустим...

— Не упустим. — На этот раз голос Минхо стал жёстче. — Если они поймут, что мы копаем, исчезнут. И тогда мы снова потеряем их. Как двадцать лет назад.

Повисла тишина. Кан ничего не ответил.

— Понял, господин Ким.

— И ещё.

— Да?

— Усильте наблюдение за Тэхёном. — Минхо сделал паузу. — Но без прямого контакта.

— Уже сделано.

Связь оборвалась. Минхо медленно опустил телефон на стол. Несколько секунд он смотрел на фотографию, потом снова подошёл к окну. Город начинал просыпаться. Первые машины, свет в окнах, редкие прохожие на тротуарах. И всё это время одна мысль не давала ему покоя. Если бы он не отправил Тэхёна в Корею, то никогда бы не узнал... Двадцать лет Минхо считал, что Лабиринт мёртв. Проект закрыт. Люди, стоявшие за ним, исчезли. Что Тэхён наконец в безопасности. Он ошибался. Лабиринт не исчез. Он просто научился ждать.

Минхо усмехнулся — коротко, без тени веселья, но теперь всё изменилось. У него появился след. Старый корпус. Бывший сотрудник. Связной. И если цепочка действительно ведёт туда, куда он думал... Минхо впервые за двадцать лет мог добраться не до очередного исполнителя— наблюдателя или до человека, который просто выполнял приказ— а до того, кто отдавал их. Он сжал пальцы на подоконнике.

— Я тебя найду, — тихо, почти спокойно.— На этот раз — точно.

Телефон снова завибрировал. Минхо посмотрел на экран. Новое сообщение от Кана. Открыл его. Прочитал. И выражение его лица изменилось. Всего на секунду, но этого хватило.

«Мы нашли имя».

Минхо перечитал сообщение ещё раз, а затем впервые за всё утро улыбнулся, но она не предвещала ничего хорошего.

***

Чимин проснулся от ощущения, что в комнате что-то не так. Он не сразу понял, что именно. Просто лежал и смотрел в потолок, прислушиваясь. Слишком тихо. Даже для раннего утра. За окном только начинало сереть, в коридоре никто не шумел, и эта тишина почему-то давила сильнее обычного.

Он повернул голову. Кровать Тэхёна была пустой. Чимин нахмурился и сел. Одеяло сбито, подушка лежала криво. На стуле — ничего. Ни куртки, ни рюкзака. Сначала он подумал, что Тэхён просто вышел умыться или куда-нибудь спустился, но что-то внутри сразу подсказало: нет. Слишком рано. И слишком тихо.

Чимин схватил телефон. Ни одного сообщения. Он быстро набрал: «Ты где?» Подождал несколько секунд, но ответ так и не пришел.

— Ну и куда ты делся?.. — пробормотал он, уже отбрасывая одеяло.

В комнате было холодно, или это просто тревога — Чимин сам не понял. Он быстро оделся, закинул вещи в рюкзак и уже собирался выходить, когда что-то блеснуло в кровати Тэхёна. Чимин остановился. Обернулся.

— Что это?..

Наклонился, заглянул между матрасом и стеной. Там что-то зацепилось. Цепочка с подвеской. Чимин осторожно потянул её на себя и достал. Он замер и несколько секунд просто смотрел, не понимая, почему вдруг стало так не по себе. Кулон был явно не дешёвым. Тяжёлый металл, аккуратная работа, ни одной лишней детали. Чимин перевернул его. На обратной стороне была выгравирована буква «V». Он провёл по ней пальцем и нахмурился ещё сильнее. Где-то он уже это видел. Не сам кулон. Эту букву. Чимин попытался вспомнить, но память будто специально ускользала. Что-то очень знакомое. Он снова посмотрел на украшение.

— Где же я тебя видел?..

Ответа, конечно, не было. Взгляд сам собой скользнул в сторону пустой кровати. И тут в голове мелькнула ещё одна мысль.

— Да не может быть, это бред.

Он даже усмехнулся собственной мысли, но почему то уже было не до веселья. Слишком много странностей за последнее время. Тэквон, его поведение и исчезновения неизвестно куда. То, как иногда он смотрел на людей, будто знал о них больше, чем должен. А теперь ещё и это.

Чимин достал телефон и сфотографировал кулон, сам не понимая зачем это делает. Просто что-то подсказывало— эту вещь лучше не оставлять без внимания. Он ещё раз осмотрел цепочку, после чего аккуратно вернул её обратно — туда же, где нашёл, между матрасом и стеной. Выпрямился и постоял несколько секунд глядя на кровать, потом снова на телефон. Сообщение всё ещё было без ответа. Чимин закусил губу. Он мог написать ещё раз или мог позвонить, но почему-то не стал. Если Тэхён просто вышел — он вернётся, а если нет... Чимин резко отогнал эту мысль. Закинул рюкзак на плечо и вышел из комнаты.

Коридор встретил его привычной утренней тишиной. Несколько студентов сонно проходили мимо, кто-то зевал, кто-то торопился на пары. Всё было как обычно. Только у Чимина уже ничего обычного не было. Он шёл по коридору, сунув телефон в карман, и никак не мог избавиться от непонятного ему ощущения. Тэквон... опять решил ничего ему не сказать, не написать. И это пугало гораздо сильнее, чем его отсутствие.

***

Flashback

Архив университет Ёнсан

Тэхён уже взялся за ручку двери, когда за спиной раздался голос:

— Подожди.

Он остановился и обернулся. Мужчина стоял у стеллажа, всё ещё держа фонарь в руке. Несколько секунд просто смотрел на Тэхёна, будто передумал говорить, потом достал из внутреннего кармана пиджака небольшую визитку.

— Возьми.

Тэхён не сразу протянул руку.

— Зачем?

— Если после этой ночи у тебя появятся вопросы, на которые никто не захочет отвечать, позвони мне.

Тэхён перевёл взгляд на визитку. На ней было всего несколько строк: имя, должность и номер телефона. Чхве Сокчон. Он поднял глаза.

— Вы думаете, у меня появятся вопросы?

Мужчина едва заметно усмехнулся.

— После того, что ты сегодня увидел? — Он покачал головой. — У тебя несомненно появятся вопросы, о которых ты пока даже не знаешь.

Тэхён несколько секунд смотрел на него, потом всё же забрал визитку.

— А если я не позвоню?

— Тогда надеюсь, что тебе повезло больше, чем тем, кто пытался разобраться в этом до тебя.

Фраза прозвучала спокойно. Слишком спокойно. Тэхён спрятал визитку в карман и уже повернулся к двери.

— И ещё, Тэквон.

Он замер.

— Не показывай её никому. И не рассказывай.

Тэхён медленно обернулся. Сокчон больше не улыбался.

— Особенно тем, кто первым спросит, откуда она у тебя.

На несколько секунд их взгляды встретились. Тэхён ничего не ответил, просто кивнул, открыл дверь и вышел. Визитка осталась в его кармане. Тогда он ещё не знал, что спустя несколько дней именно этот номер станет единственным, куда он решится позвонить.

Настоящее время

Тэхен приехал раньше. Он сидел в углу, спиной к стене, и смотрел на дверь, не отрываясь. Дождь за окном усилился. Капли стекали по стеклу, размывая огни ночного города. В кафе было почти пусто. Только он, да пара за дальним столиком, которая вскоре ушла.

Сокчон вошёл без опозданий. Снял пальто, повесил на спинку стула и сел напротив. Двигался он спокойно, но Тэхён заметил, как внимательно тот осмотрел зал, прежде чем заговорить.

— Ты хотел поговорить, — произнёс Сокчон ровно, без лишних эмоций.

— Я хочу знать правду, — ответил Тэхён, и голос его прозвучал тихо, но твёрдо.

— Какую именно?

Тэхён подался вперёд, сжав ладони на коленях.

— Кто я? — спросил он, и в этом вопросе было столько отчаяния, что Сокчон на мгновение замолчал.

Сокчон не сразу ответил. Он смотрел на Тэхёна внимательно, будто решал, с чего начать.

— Ты не просто доминантный омега, — наконец сказал он, и каждое слово прозвучало весомо.

— Это я уже слышал, — перебил Тэхён, поморщившись.

— Я знаю, но ты не понимаешь, насколько всё серьёзно.

— Тогда объясните мне, — потребовал Тэхён, и в его голосе зазвенела сталь.

Сокчон помедлил, подбирая слова.

— Ты рецепторный омега. Тип R-7.

Тэхён нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.

— Что это значит? — спросил он медленно.

— Твой организм иначе воспринимает феромоны. Сильнее, чем у обычных омег. Ты чувствуешь запахи на уровне, который другим недоступен. Улавливаешь чужое состояние, эмоции, даже изменения в гормональном фоне.

Тэхён молчал, переваривая. В висках начало пульсировать.

— Поэтому мне тяжело находиться в толпе? — тихо спросил он, уже зная ответ.

— Да, вполне возможно, что это может повлиять.

— И блокаторы на меня действуют иначе тоже по этой причине?

— Они не могут полностью подавить то, что для тебя естественно.

Тэхён откинулся на спинку стула, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— И поэтому «Лабиринт» мной интересовался?

— Не только поэтому, но один из фактов, да.

— А что ещё? — в голосе Тэхёна прозвучала настороженность.

Сокчон переплёл пальцы, и Тэхён заметил, как побелели костяшки.

— Ты унаследовал это.

Тэхён нахмурился ещё сильнее.

— Унаследовал? От кого?

Сокчон выдержал паузу, и в этой паузе было столько тяжести, что воздух в кафе будто сгустился.

— От покойного Ким Джунхо.

Тэхён замер. Имя прозвучало, как удар.

— Это ведь тот человек, о котором мне говорили как о друге отца? — спросил он, и голос предательски дрогнул.

— Это ложь, от тебя скрыли правду,— отрезал Сокчон.

— Что?

— Джунхо не был другом твоего отца. Он был его братом. Твоим родным дядей.

Тэхён не ответил. В горле пересохло так, что он не мог выдавить ни слова.

— Ты знал? — наконец спросил он, и голос прозвучал хрипло.

— Нет, я ничего не знал.

— Поэтому тебе так долго ничего и не рассказывали. Боялись, что ты начнёшь искать правду.

— А вы? Что вам мешало? — в голосе Тэхёна прозвучала горечь.

Сокчон опустил взгляд.

— Страх.

— Вы боитесь? — Тэхён усмехнулся, но усмешка вышла злой. — Вы выглядите так, будто вас сложно напугать.

— Тогда я боялся за него. За Джунхо. И за тебя.

— А что теперь?

— Теперь у меня нет права бояться, — произнёс Сокчон, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на боль.

Тэхён замолчал. За окном шумел дождь. Свет от лампы падал на лицо Сокчона, делая его старше.

— Он был моим дядей, — тихо сказал Тэхён, словно пробуя эти слова на вкус.

— Да.

— И он тоже был рецепторным?

— Он был носителем того же типа, но у него он проявлялся иначе. Он был альфой.

Тэхён снова подался вперёд, и стул под ним скрипнул.

— А он знал, что я унаследую это?

— Догадывался. И именно поэтому пытался вытащить тебя из системы.

— Вытащить?

Сокчон кивнул, и в этом кивке была усталость.

— Когда он понял, что «Лабиринт» делает с детьми, он пытался остановить проект. Особенно из-за тебя.

— И что с ним сделали? — спросил Тэхён, хотя уже догадывался, каким будет ответ.

— Его убили.

Тэхён сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Мне говорили, что это был несчастный случай, — произнёс он сквозь зубы.

— Ложь.

— Кто его убил? — голос Тэхёна сорвался на шёпот, но в нём было столько ярости, что Сокчон на мгновение замер.

— Те, кто не хотел, чтобы проект остановили.

— Вы знаете кто это? Или имена?

— Пока не все, но я близок.

Тэхён шумно выдохнул, пытаясь справиться с эмоциями.

— Но что именно «Лабиринт» хотел от меня?

— Изучить реакцию твоего организма в том числе на альфу, с которым у тебя была совместимость.

— Совместимость?

— Да.

Сокчон посмотрел ему прямо в глаза, и Тэхён почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Ты не просто так чувствуешь Чонгука...

Тэхён напрягся, сердце забилось быстрее.

— При чём здесь Чонгук?

— Он был рядом с тобой в системе.

— В каком смысле?

— В детстве вы оба были под наблюдением. Вы тянулись друг к другу, даже когда были маленькими. Это было невозможно не заметить.

Тэхён молчал, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— И поэтому нас разлучили?

— Да.

— Что нас с ним связывает? — спросил он, боясь услышать ответ.

Сокчон не отвёл взгляд.

— Истинность.

Сердце пропустило удар. Тэхён перестал дышать.

— Мы истинные? — прошептал он, не узнавая собственный голос.

— Да именно так.

Тэхён закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

— А ещё кое-что, — добавил Сокчон.

— Что? — Тэхён открыл глаза и посмотрел на него.

Сокчон сделал паузу, и Тэхён почувствовал, как внутри всё сжалось от предчувствия.

— Чонгук не просто альфа.

Тэхён нахмурился, не понимая.

— В каком смысле не просто?

— Все считают его обычным альфой. Даже он сам, возможно, до конца не осознаёт, кто он на самом деле.

Тэхён замер, чувствуя, как сердце начинает биться где-то в горле.

— Его сущность приглушили, когда он был ещё ребёнком, — продолжил Сокчон, и каждое слово падало тяжело, как камень. — Настоящая природа Чонгука — доминантный альфа. Не просто альфа, а один из сильнейших типов. Его показатели были настолько высокими, что система испугалась.

— Испугалась? — переспросил Тэхён, не веря своим ушам.

— Да, потому что доминантный альфа такого уровня рядом с рецепторным омегой — это связь, которую невозможно контролировать. Они не могли допустить, чтобы вы завершили её.

Тэхён резко выдохнул, будто ему не хватало воздуха.

— Поэтому они подавили его природу?

— Именно. Ещё в детстве его истинную сущность глушили препаратами. Его феромоны ослаблены, сущность смазана, инстинкты подавлены. Он сам не знает, насколько силён на самом деле.

Тэхён молчал, переваривая услышанное. В голове всё смешалось. Чонгук. Его запах. Его взгляд. То, как он иногда казался слишком спокойным, слишком сдержанным, будто постоянно держал себя в узде. Теперь это обретало смысл.

— Но почему? — тихо спросил Тэхён. — Они так боялись нашей связи?

Сокчон посмотрел на него долгим взглядом.

— Потому что истинная связь между доминантным альфой и рецепторным омегой — это не просто химия. Это сила. Вы вдвоём могли бы разрушить всё, что они строили годами.

Тэхён опустил глаза. Руки дрожали.

— И что теперь?

— Теперь им нужно, чтобы вы снова были в системе. Вместе. Они хотят вернуть контроль.

Тэхён поднял взгляд, и в его глазах была не только боль, но и что-то новое. Ярость. Только теперь она была направлена не на Сокчона, не на отца, не на себя. Она была направлена на тех, кто сделал это с ними.

— Я не дам им, — произнёс он, и голос его прозвучал твёрдо, как обещание.

Сокчон кивнул.

— Именно поэтому я тебе всё рассказываю.

Тэхён помолчал, вглядываясь в лицо Сокчона, будто пытался найти там то, что, возможно, упустил.

— А зачем вы вообще решили всё мне рассказать? — спросил он, и в голосе его прозвучало недоверие. — Почему именно сейчас?

Сокчон опустил взгляд на свои руки, сложенные на столе. Несколько секунд он молчал, и Тэхён видел, как напряглись его плечи.

— Потому что однажды я уже промолчал, — произнёс он наконец, и голос его прозвучал тихо, но в нём была такая тяжесть, что воздух между ними будто стал плотнее.

Тэхён не перебивал.

— Когда Джунхо нуждался в помощи, я не сделал того, что должен был, — продолжил Сокчон, и каждое слово давалось ему с трудом. — Я думал, что молчание защитит его, что если я не буду вмешиваться, всё как-нибудь образуется.

Он поднял глаза на Тэхёна, и в этом взгляде было столько боли, что Тэхён на мгновение забыл, как дышать.

— Я ошибся. И он погиб.

Тишина повисла между ними. За окном дождь барабанил по стеклу, и этот звук казался оглушительным.

— Я не смог спасти его, — добавил Сокчон, и голос его дрогнул. — Но на этот раз я хочу помочь. Хотя бы попытаться.

Тэхён смотрел на него, не отводя глаз.

— Помочь мне? — уточнил он, и голос прозвучал хрипло.

— Да, — кивнул Сокчон. — Я не хочу повторять ту же ошибку.

Тэхён медленно выдохнул, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Он всё ещё не до конца верил этому человеку, но в его словах, в его взгляде, в этой усталой, почти обречённой интонации было то, что заставляло его хотя бы выслушать.

— Вы понимаете, что если я узнаю, кто стоял за всем этим, я не остановлюсь? — спросил он.

Сокчон чуть заметно улыбнулся, но улыбка эта была горькой.

— Я на это и рассчитываю.

***

Тэхён почти не помнил, как вышел из кафе. Он просто шёл. Быстро, не разбирая дороги, не замечая ни холодного ветра, ни мокрых листьев, прилипавших к подошвам. Мысли путались настолько сильно, что каждая следующая казалась хуже предыдущей. Тэхён стиснул зубы. Всё, что он узнал за последние часы, жгло изнутри, как кислота. Ему хотелось кричать. Разбить что-нибудь. Ударить по стене, по дереву, по чему угодно, лишь бы заглушить этот звон в ушах. Он шёл, не чувствуя ног. Казалось, ещё немного — и он просто рассыплется. На куски. На тысячи осколков, которые уже не собрать.

Он не сразу понял, что больше не один. Просто вдруг осознал, что слышит шаги за спиной. Тяжёлые, уверенные. Тэхён остановился, пальцы сжали телефон в кармане. Он знал, кто это. Знал ещё до того, как обернулся.

Чонгук стоял в нескольких шагах. Молча, засунув руки в карманы. На лице — ни ухмылки, ни любопытства. Только усталое, тяжёлое выражение, будто он сам не знал, зачем здесь.

— Я видел тебя с Минхо, — произнёс Чонгук, и голос его прозвучал ровно, но в нём чувствовалось напряжение, которое он пытался скрыть.

Тэхён замер, не мог пошевелится. Чонгук смотрел на него прямо, не мигая.

— Вчера. Ты вышел из чёрной машины. Сначала я думал, что это просто совпадение, но потом понял: ты встречался с ним.

Тэхён медленно повернулся, чувствуя, как пульс начинает биться быстрее.

— И что? — бросил он, стараясь, чтобы голос звучал безразлично.

— Ким Минхо. Глава Kim Global. Один из спонсоров университета. Что вас связывает?

— Тебя это не касается, — отрезал Тэхён, отводя взгляд.

— Меня это тоже касается. — ответил Чонгук в голосе слышалось раздражение.

— С чего бы?

— С того, что с тобой что-то происходит. И я хочу понять, что именно.

Тэхён коротко рассмеялся. Зло, без веселья.

— Ты хочешь? А меня не хочешь спросить, хочу ли я, чтобы ты лез в мою жизнь.

— Тэквон...

— Не лезь туда, куда не просят.

Он сказал это резко. Так, что Чонгук на секунду замолчал.

— Я не лезу, — тихо ответил он, но в голосе его прозвучала обида.

— Ты лезешь Чонгук и это начинает надоедать.

— Может, я не могу иначе.

Тэхён снова усмехнулся, но усмешка вышла усталой.

— А ты попробуй.

Чонгук шагнул ближе, и воздух между ними будто наэлектризовался.

— Почему ты так боишься, что я узнаю правду?

— Я не боюсь.

— Тогда скажи, что происходит.

Тэхён сжал челюсть, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Не могу.

— Это из-за него? Из-за Минхо?

— Я ведь уже говорил это не только моя тайна.

Чонгук нахмурился.

— А чья ещё?

Тэхён поднял на него взгляд. И в этот момент между ними проскочило то самое напряжение, от которого воздух становился плотнее.

— Отстань от меня Чонгук.

— Нет.

Они стояли слишком близко. И ни один не делал шага назад.

— Что тебе надо от меня? — выдохнул Тэхён, даже не пытаясь скрыть раздражение, которое волной поднималось изнутри.

Чонгук не ответил сразу. Стоял и смотрел. И в этом взгляде было столько всего, что Тэхёну стало не по себе.

— Ты снова убегаешь, — наконец произнёс он, и в его голосе прозвучала не то усталость, не то упрёк.

— Я не убегаю — бросил Тэхён, отворачиваясь, лишь бы не видеть этих глаз.

Тэхён развернулся и пошёл дальше. Быстрее, чем прежде. Он не хотел продолжать. Не сейчас. Не после всего.

— Тэквон.

Не остановился. Только плечи напряглись.

— Тэквон, стой.

Не остановился. Сердце забилось быстрее.

Чонгук догнал его в несколько шагов и встал на пути, преграждая дорогу.

— Дай пройти, — процедил Тэхён сквозь зубы, чувствуя, как злость закипает в груди.

— Нет, я не отпущу тебя пока ты не скажешь мне наконец, что черт возьми происходит.

— Чонгук, я не в настроении.

Тэхён сжал челюсть. Злость поднялась мгновенно — резкая, почти неуправляемая, как огонь, который он больше не мог сдерживать.

— Тебе-то что от меня надо?! — выкрикнул он, и голос сорвался от напряжения. — Почему ты всё время рядом?! Почему тебя это вообще должно касаться, где я и что я делаю?!

Чонгук не дрогнул. Даже не моргнул.

— Потому что я чувствую, что с тобой что-то происходит, — ответил он спокойно, но в этом спокойствии было столько внутреннего напряжения, что Тэхён его почувствовал кожей.

— И что? Тебя это вообще не должно волновать.

— Но мне не всё равно.

Тэхён горько усмехнулся, и смех этот был похож на всхлип.

— С каких это пор?

— Я не знаю...

— Ну, конечно. Ты вообще много чего не знаешь.

— Да. И мне это надоело.

Он сделал шаг вперёд. Тэхён не отступил. Наоборот — подался навстречу, как перед дракой, чувствуя, как адреналин растекается по венам.

— Тогда отстань, — выдохнул он с угрозой.

— Не могу.

— Это мы уже проходили Чонгук. — сказал Тэхён а в голосе появилась усталость.

— Да, потому что ты меня бесишь, — произнёс Чонгук, и в его голосе впервые прозвучала злость.

— Это взаимно, наши чувства совпали.

— Потому что я думаю о тебе. — выпалил Чонгук и сам не понял, что сказал.

Тэхён замер. Будто его ударили под дых. Чонгук смотрел на него в упор, и в этом взгляде было столько отчаяния, что у Тэхёна сбилось дыхание.

— Каждый раз, когда тебя нет, я жду, когда ты снова появишься. Каждый раз, когда ты рядом, я злюсь, потому что не понимаю, что со мной происходит. Ты меня раздражаешь, ты постоянно что-то скрываешь, ты отталкиваешь меня, а я всё равно иду за тобой. — Он тяжело дышал, и Тэхён видел, как вздымается его грудь. — И я не знаю, что с этим делать.

Тэхён молчал. Всё внутри дрожало. Злость, страх, боль — всё смешалось в один ком, который подкатывал к горлу, мешая дышать.

— Тебе нельзя за мной идти, — тихо сказал Тэквон, и голос предательски дрогнул, выдавая всё, что он пытался скрыть.

— Объясни хотя бы, что происходит.

Тэхён промолчал. Чонгук приблизился ещё. Теперь между ними было меньше шага. Тэхён чувствовал тепло, исходящее от него. Чувствовал его запах. И от этого становилось только хуже.

Тэхён поднял на него взгляд. И пропал, потому что Чонгук смотрел на него не как на Тэквона, не как на человека, которого хотел разгадать. А как на того, кто был ему нужен. Слишком сильно. Слишком давно.

— Не смотри так, — прошептал Тэхён, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— А как я на тебя смотрю?

— Будто я тебе не безразличен.

— А что если так оно и есть?

Тэхён зажмурился, пытаясь спрятаться от этого взгляда.

— Чонгук не надо...я прошу тебя...

— Ты снова отталкиваешь меня.

— Потому что я тоже не могу перестать о тебе думать.

Эти слова сорвались раньше, чем он успел их остановить. Тишина. Тэхён сам не поверил. Сердце замерло, а потом забилось с удвоенной силой. Чонгук застыл.

— Что? — переспросил он, голос прозвучал хрипло, не веря услышанному.

— Ничего, — быстро ответил Тэхён, отводя взгляд, чувствуя, как горят щёки.

— Нет, повтори что ты сказал.

— Забудь.

Чонгук схватил его за плечи. Крепко. Отчаянно.

— Повтори.

— Чонгук...

— Я хочу услышать это.

Тэхён поднял голову. В его глазах стояла такая усталость, что даже злость уже не могла её перекрыть. Он был измотан. Разбит. И больше не было сил притворяться.

— Я не могу перестать думать о тебе, — выдохнул он. — С того самого дня, как увидел. Ты застрял в моей голове. И я не знаю, что с этим делать.

Чонгук смотрел на него не дыша.

— Я тоже, — произнёс он, и в его голосе было столько облегчения, что Тэхёну стало больно.

Тэхён горько усмехнулся.

— Значит нам обоим не повезло.

Чонгук осторожно коснулся его лица. Кончиками пальцев. Едва ощутимо. Так, будто боялся, что Тэхён исчезнет. Тэхён вздрогнул, по телу побежали мурашки, но не отстранился.

— Почему меня так тянет к тебе? — прошептал Чонгук, и в голосе было столько растерянности, что у Тэхёна сжалось сердце.— Объясни мне Тэквон. Я устал быть слепым, я ведь вижу, что-то происходит.

— Я правда не могу тебе рассказать, потому что если я скажу, обратной дороги уже не будет. Ты не знаешь во что ты лезешь, это опасно. И это может многое изменить.

— Может, всё и так уже изменилось.

Он провёл большим пальцем по скуле Тэхёна. Медленно. Нежно. Тэхён прикрыл глаза. Тело не слушалось. Оно отзывалось на каждое прикосновение, как на что-то правильное. Забытое. Неизбежное.

— Ты чувствуешь это? — спросил Чонгук, и голос его дрогнул.

Чонгук наклонился ближе. И в этот момент воздух изменился. Тэхён почувствовал это первым. Сначала еле уловимо. Потом сильнее. Собственный запах. Вишня. Он расползался вокруг, тёплый и густой, как туман перед рассветом. Чонгук замер. Его пальцы на щеке Тэхёна напряглись.

— Что это? — тихо спросил он, и в голосе прозвучало то, чего Тэхён раньше не слышал.

Тэхён открыл глаза.

— Нет...

— Запах...

— Отойди.

— Вишня.

Чонгук втянул воздух. Медленно. Глубоко. И Тэхён увидел, как изменился его взгляд. Зрачки расширились. Дыхание сбилось.

— Это твой запах, — произнёс он, и это не был вопрос.

— Чонгук, прошу...

— Я знаю его.

Тэхён замер. Сердце забилось чаще.

— Что?

— Я знаю этот запах.

Он смотрел так, будто проваливался в какое-то воспоминание, которое всегда было рядом, но пряталось за пеленой.

— Я чувствовал его раньше. Очень давно.

Тэхён покачал головой, отказываясь верить.

— Ты не мог...этого не может быть.

Чонгук сжал его плечи крепче, и в этом прикосновении было столько отчаяния, что Тэхёну стало страшно.

— Откуда я знаю этот запах?

— Пусти.

— Тэхён...

Чонгук замер. Имя сорвалось с его губ — и в ту же секунду мир вокруг изменился. Звуки кампуса отдалились, будто он оказался под водой, а из глубины начали всплывать голоса. Сначала тихо. Как шум в другой комнате.

— Он опять к нему подошёл.

— Это неизбежно. Ты же видишь их показатели.

— Они ещё дети.

Чонгук моргнул. Перед глазами всё поплыло. Белые стены. Свет ламп. Чьи-то руки, которые держат его за плечи слишком крепко.

— Чонгук, посмотри на меня...

Тэхёна окатил страх, он пытался привести его в чувство

Чонгук не мог, он смотрел туда, где за стеклянной дверью стоял другой ребёнок. Маленький, с тёмными волосами и испуганными глазами. Тот самый, от которого его оттаскивали снова и снова.

— Он не слышит его опять тянет к нему.

— Разделите их. Немедленно.

— Но связь...

— Прервать.

Чонгук втянул воздух. Запах вишни стал ещё сильнее. И вместе с ним из детства донёсся тонкий, почти неуловимый детский голос:

«Не уходи...»

Он не понял, был ли это его собственный голос. Или чей-то ещё.

Чонгук резко открыл глаза.....