Озвучивание не поддерживается в этом браузере
15
В это время Юля сидела на краю кровати в гостиничном номере и смотрела на выключенный телефон. Он лежал рядом, экраном вниз, совершенно безмолвный, будто вместе с ним она на несколько часов выключила и весь остальной мир. Она знала, что происходит. Знала, что Гриша уже вернулся домой, увидел пустую квартиру и наверняка понял, что она ушла. Знала, что он будет звонить. Будет писать. Возможно, уже спрашивает у Насти, где она. И именно поэтому ей совершенно не хотелось включать телефон.
Ей было страшно увидеть количество пропущенных.
Страшно увидеть его имя.
Страшно прочитать слова, которые могли либо окончательно добить её, либо заставить снова простить.
Поэтому она просто поднялась.
Ей нужно было чем-то занять себя.
Юля надела спортивную форму, собрала волосы и спустилась в спортзал отеля. Внутри было почти пусто. Несколько тренажёров тихо гудели, из колонок играла ненавязчивая музыка, а за огромными окнами медленно темнел город. Она подошла к беговой дорожке, поставила скорость и начала идти.
Сначала медленно.
Потом быстрее.
Ещё быстрее.
Она включила музыку в наушниках и отвернулась от зеркала.
Не думай.
Шаг.
Ещё шаг.
Не думай о нём.
Беговая дорожка мерно гудела под ногами.
Первые двадцать минут прошли почти незаметно. Потом стало тяжело. Лёгкие начали жечь, волосы прилипли ко лбу, дыхание сбилось.
Но Юля не остановилась.
Она будто пыталась выбежать из собственных мыслей.
Из вчерашнего вечера.
Из пустого стула.
Из остывшего ужина.
Из обещаний, которые снова ничего не значили.
«Ты же обещал.»
Она прибавила скорость.
Через сорок минут мышцы уже болели.
Через час ноги стали тяжёлыми.
Но внутри всё равно оставалось то же самое.
Пустота.
Юля остановила дорожку и несколько секунд стояла, упираясь ладонями в поручни. Сердце бешено колотилось, дыхание было рваным.
Она закрыла глаза.
— Господи...
Ей хотелось плакать.
Но слёз не было.
Только усталость.
Она вытерла лицо полотенцем и отошла от тренажёра.
Следующие часы превратились в странный марафон, где целью было не стать сильнее и не добиться какого-то результата. Ей просто хотелось настолько вымотать себя, чтобы вечером не осталось сил чувствовать.
Она занималась с весами, делала упражнения, растягивалась, снова возвращалась к кардио.
Каждый раз, когда мысли начинали возвращаться к Грише, она увеличивала нагрузку.
Когда вспоминала его голос — включала музыку громче.
Когда хотелось проверить телефон — брала бутылку воды.
Когда в голове появлялось: «А вдруг он уже дома и ждёт?» — заставляла себя сделать ещё несколько повторений.
Это было бессмысленно.
И всё же на какое-то время помогало.
Когда она наконец закончила, за окнами уже была ночь.
Юля поднялась на второй этаж, где находился бассейн.
Тёплый влажный воздух сразу обволок кожу. Пахло хлоркой и водой, где-то тихо журчал небольшой фонтан. В бассейне почти никого не было.
Она сняла халат, аккуратно сложила его на лежак и вошла в воду.
Тепло окутало тело.
Юля медленно поплыла.
Раз.
Второй.
Третий.
Она считала гребки, чтобы не считать часы до возвращения Гриши.
Вода приглушала все звуки.
И впервые за весь день в голове стало относительно тихо.
Но даже здесь она не могла окончательно избавиться от одной мысли.
Он сейчас звонит.
Юля знала это почти наверняка.
Наверное, он уже понял, что она не просто обиделась.
Наверное, ему страшно.
И от этой мысли внутри что-то болезненно сжалось.
Она остановилась посреди бассейна и посмотрела на своё отражение в тёмном стекле.
— Не сейчас, — тихо сказала она самой себе.
Она не хотела быть жестокой.
Не хотела причинять ему боль.
Но сейчас ей нужно было хотя бы несколько часов, в которых она не будет той Юлей, которая всегда ждёт, понимает и прощает.
Она хотела побыть просто человеком.
Девушкой, которая устала.
Которая имеет право злиться.
Которая имеет право не отвечать.
Юля вышла из воды, накинула халат и медленно пошла обратно к лифту.
В кармане халата ничего не было.
Телефон оставался в номере.
Выключенный.
И это было единственное место на свете, где сейчас не существовало сообщений от Гриши.
Не существовало звонков.
Не существовало его тревожного голоса.
Не существовало необходимости принимать решение.
Юля знала, что долго так продолжаться не может.
Когда-нибудь ей придётся включить телефон.
Придётся увидеть пропущенные.
Придётся прочитать сообщения.
Придётся поговорить.
Но не сегодня.
Сегодня она хотела тишины.
Хотя бы ещё немного.
И пока лифт медленно поднимал её к номеру, Юля впервые за последние сутки позволила себе признаться в том, от чего становилось ещё больнее:
она не хотела, чтобы Гриша перестал её искать.
Она просто хотела, чтобы, когда он наконец найдёт её, он понял, почему она ушла.
Комментарии