Код Дивергента.

Все вершится разом. Томаса приводят в новую комнату, окружают его, еще раз приводят в порядок, передают распоряжения Плутарха, ведут к главному выходу. Круглая площадь переполнена, но по улицам к ней все ещё стекаются люди. Все встают по местам - стражники, чиновники, лидеры повстанцев, победители. Томас идет по площади, под стуки барабанов и крики людей. Слышны приветствия: это Койн вышла на балкон. Холодные лучи зимнего солнца освещают лицо, и чуть жмурясь, Томас встает на свое место. Его сопровождает оглушительный рев толпы. В соответствии с инструкциями, он поворачивается так, чтобы парня видели в профиль. Ждет. Когда выводят Ньюта, зрители приходят в неистовство. Охрана приковывает его к столбу, однако это ни к чему - Сноу не сбежит. Бежать некуда. Здесь не просторная площадка Тренировочного центра, а узкая улочка перед президентским дворцом. Неудивительно, что никто не гонял его на стрельбы. Ведь президент всего в десяти метрах от него.

Лук урчит в руке. Томас достает стрелу из колчана, кладет на тетиву, прицеливается в розу и смотрит в лицо бывшего союзника. Последнего союзника. Он облизывает губы, кашляет, по подбородку бежит кровь. Пересмешник пытается прочитать в глазах бывшего президента хоть что-нибудь - страх, раскаяние, гнев, - но, как и во время последней встречи, он видит только изумление. Сноу словно повторяет эту лживую фразу: « О, мистер Кэрриел, мы же договарились никогда друг другу не лгать»
Только вот и договора никого не было.
Но он прав. Томас уже договаривался об этом. С другим человеком.
Том мысленно представляет сзади себя Терезу. Она берет его локоть, помогая нацелится.
Наконечник стрелы идет вверх, он отпускает тетиву, и президент Койн падает с балкона на землю. Она мертва.

Все потрясенно умолкают. В тишине слышен только один звук - ужасный, булькающий смех Ньюта. Он сгибается в три погибели, начинает кашлять, изо рта льется пенящийся поток крови. Бывшего президента окружают охранники, и он исчезает из поля зрения.

К Томасу приближается люди в серой форме. Он думает о том, что его ждет, убийцу нового президента Чикаго. Дивергента. Допрос, возможно, пытки и, разумеется, публичная казнь. Думает, что снова не попрощался с горсткой людей, которые ему все еще дороги.

-Спокойной ночи. -Шепчет он луку и чувствует как он замирает. Том поднимает левую руку, наклоняя голову так, чтобы сорвать зубами капсулу с ядом, пришитую к рукаву. Но зубы впиваются не в ткань, а в живую плоть. Он разжимает челюсти, поднимая голову и видит перед собой глаза Джей - и на сей раз она не отводит взгляд. На руке, которой она сжала капсулу с морником, следы чужих зубов.

-Отпусти! -Рычит Томас, пытаясь высвободится.
-Не могу. -Отвечает она.
Ее оттаскивают, отрывая карманчик «с мясом»; фиолетовая капсула падает на землю, и ее давит сапог солдата. Толпа наседает, и юноша превращается в дикого зверя - лягается, царапается, кусается, делает все, чтобы вырваться. Стражники волокут его вчетвером.

Над огромной площадью висят экраны, которые показывают все, что происходит. Помочь ему некому.

Томаса приводят в особняк, заковывают в наручники, надевают на глаза повязку и то ли несут, то ли волокут по длинным коридором, везут вверх и вниз на лифте. Затем кладут на ковер и снимают наручники. За спиной хлопает дверь. Он стаскивает повязку: это старая комната в Тренировочном центре. Он был тут всего раз, когда ожидал своей очереди на показ трибутов.

Пересмешник с трудом поднимается на ноги. Тело болит, возможно, сломана пара пальцев, но больше всего во время борьбы с охранниками пострадала его кожа. Розовая кожа, созданная из клонированных в лаборатории клеток, порвана в клочья, словно бумажная салфетка, и сквозь нее сочится кровь. Впрочем, лечить его явно не собираются. Кому не все равно? Он сворачивает в углу, надеясь что умрет от потери крови.
Ничего подобного. К вечеру кровь сворачивается; все тело липкое, оно одеревенело и болит, но он жив.

«Меня зовут Томас Кэрриел. Почему я не умер? Я должен умереть. Так будет лучше для всех.

Проходит около двух дней. Два дня в полной тишине и темноте. Без мыслей в голове. Без раздумий. Два тихих дня, наполненных пустотой. После долгого ожидания, проведенного без еды и воды, дверь в комнату открывается. Кто-то садится на пол и падает в поле его зрения. Джей.
-Твой суд завершен. Собирайся, мы едем домой.

Домой? О чем она говорит? Дома больше нет - и даже если бы воображаемое место действительно существовало, он слишком слаб, чтобы двигаться. Появляются незнакомые люди. Его поднимают, словно тряпичную куклу, несут на улицу и сажают в небольшой грузовик. Напротив сидит ментор. Через несколько секунд транспорт трогается.

-Наверное у тебя миллион вопросов! -Сияет Джей. Томас молчит, но она все равно на них отвечает.

После того как он застрелил Койн, начался хаос. Когда шум стих, нашли труп Сноу, все еще привязанный к столбу, - то ли он задохнулся, смеясь, то ли его задавила толпа. Это, на самом деле никого не интересует. Кое-как организовали экстренные выборы, и в результате президентом избрали Пэйлор - женщину с пулеметом, в тот момент, когда подорвали госпиталь. Первым крупным событием, которое показали по телевизору, стал судебный процесс над Томасом. Плутарх сыграл роль одного из главных свидетелей. Хотя основная заслуга в том, что его оправдали, принадлежит какому-то там врачу, который сказал что Томас Кэрриэл безнадежный, контуженно душевнобольной человек. Джей расхохоталась.

-Ты еще и дрыщ. Поесть бы. -Сказала она, и у Томас задрожали руки. «Дрыщек». Больше никогда он не услышит этих слов.

Спустя около получаса юноша замечает что-то неладное.
Томас смотрит в небольшое окошко, осознавая, что едет где-то за мегаполисом.
-Куда мы? -Спрашивает он замечая проблески деревьев, и участок стен окружающих город.
-Домой. -Повторяет Джей.
-У меня нет дома. -Он чуть склоняет голову, облокачиваясь на стенку.
-Это ты так думаешь. -Женщина два раза стучит по машине, и водитель останавливается. Она открывая дверь, дожидаясь, пока парень выйдет.
Это стены. Ворота стен. Когда-то давно он уже бывал тут, заезжал в свой ад. Вместе с друзьями.

Около огромный створок стоят по пять одинаковых машин похожих на те, в какие похитили Томаса. Где-то за спиной распевается Сойка-пересмешница. Юноша складывает губы в трубочку, напевая знакомые четыре ноты, и деревья тут же издают некую мелодию.

-Погоди-ка. -Говорит Джей, заходя в небольшую будку у ворот и поднимаясь по скрученной лестнице. Стен нет, так что Томас видит ее без проблем. Но, надо признать, ему абсолютно все равно на эту женщину. Лучше уж слушать пение птиц. Она проходит около двух этажей, прежде чем скрывается за бетонной стеной. Слышится какой-то треск.

В мгновение ока огромные створки начинают шевелится. Ворота медленно разъезжаются по сторонам, и Томас замечает первые выжженные земли. Вот он и вернулся туда, откуда начал.
-Готов? -Спрашивает Джей, спустившись обратно. Она встает рядом, наблюдая за реакцией своего бывшего трибута. Сердце уходит в пятки, в горле образуется ком. Томас чувствует движение на плече и вдруг замечает: одна сойка села ему на плечо, продолжая напевать песню. Он поворачивает голову, насвистывая ей мелодию «Дерева висельника». Она повторяет. Вот и вернулась, милая Тереза Агнес.

-Готов. -Отвечает Томас, и ступает за ворота.

Легкий ветерок окутывает тело. Он бредет по серой земле, рассматривая каждый сухой куст, и каждое радиоактивное пятно в почве. Джей идет рядом. Тихо. Не торопясь. Где-то вдали видится разломленная капсула ковчега. Та, на которой стоял парень, взирая на ворота. Стволы деревьев скрывают ее от обоих глаз, но он все еще видит остатки железных обломков. Это ли его дом?
Томас делает новый шаг, и резко отпрыгивает.

Что-то мягкое, и в тоже время необычайно странное коснулось его кожи. Пространство озарилось голубоватым свечением. Сойка улетела обратно, почуяв обман. Он выставил руки вперед, ощущая как они проваливаются в совершенную пустоту, растворяясь в воздухе. Ладони пропали из виду, и он резко отпрянул, удивленно взирая как Джей смеется. Похожее он наблюдал на играх. Силовое поле. Эл создавала его сама во время их разговора. Потом этот генератор.

-Не бойся. Оно безопасное. -Говорит ментор, и делает шаг вперед. Ее тело проваливается в пустоту, и она резко исчезает. Ворота за спиной закрываются. Женщина растворилась на атомы в бесконечных просторах Вселенной. Что за бред?!

Внезапно ее голова снова появляется. Она оглядывается, резко выходит из силового поля, и хлопает Тому по плечу.
-Заходи.
-Что там? -Он недоверчиво наклоняет голову.
-Плохого нет. Уж поверь. -Женщина берет его за руку, проходя через барьер. Он не в силах сопротивляться.
Тело проскальзывает мимо неведомой массы. Пустота. Томаса окутывает пустота, отражая его тело голубоватыми огоньками. Джей не видно, но при этом он все еще не может опустить руку. Голову начинает сжимать, и кажется, будто материя сама по себе летит на просторах чего то прозрачного.
Внезапно он выходит.

Тело бросает в дрожь. Он впадает в ступор. Глаза сами по себе ловят необычайные просторы. Легкий ветерок обдувает кожу. Под ногами - цветущая трава, где местами проявляются первые цветы. Перед ним - небольшие кусты, и идеальные деревья, плоды которых срывают люди. Множество палаток располагаются по правую руку. На земле вытоптаны тропинки к шатрам, а где-то недалеко чувствуется запах жареного мяса. С левой стороны слышен шум волн. Это океан. Несколько людей стопились на самодельном мостике, ловля рыбу, и как дети, перешептываясь друг с другом, распугивая улов. Несколько человек, что стоят ближе, оборачиваются.
Кажется, он вот-вот потеряет сознания.

Тереза. Это Тереза. Живая и здоровая. Вот там, совсем недалеко, Эрис помогает Эл заделать дырки в ее костюме. Рядом с ними Минхо болтает с Брендой и Хорхе, смеясь и гогоча от новых шуточек. Питт, Китнисс, Финник, Галли, и все они здесь. Даже Чак и Рута. Они сидят неподалеку, вырезая фигурки из древесины. Томас достает из кармана сову с человеческими очертаниями. Улыбается, и кладет обратно. Внезапно глаза устремляются на рыжие волосы. Эмбер Коул. Она разговаривает с сестрами, заплетая Мессале новые косы. Томас выправляет свой талисман.
Даже Боггс тут. Они все.

Тереза подбегает к другу, крепко сжимая его за плечи. Они обнимает его, радостно щебеча вокруг.

-Терри. -Шепчет он, откидывая старые воспоминания. За ней подбираются и другие. Все, кого он когда либо знал. Даже его мать. Она встает по другую сторону, тихо обнимая двух подростков. Она выжила. Они все выжили. Огромная толпа собирается прямо в середине лагеря. Знакомые лица сжимают его в один общий круг, одновременно пытаясь что-то рассказать. Ступор охватывает его тело, из-за чего Томас ловит взгляд с Джей. Она подходит к своему брату, улыбаясь и смеясь с абсурдности ситуации.
Это будет длится вечно. Весь день, и весь вечер, пока все не вырубятся. И Томас не против. Он никогда не будет против.

Поедая жареную курицу, Тереза не раз рассказала ему о том, что же произошло на самом деле.
Оказывается, весь город Чикаго с самого начала был экспериментом. Вирус и вправду охватил планету, и ученые построили город, назначив его в распоряжение группе людей, собираясь выяснить, сможет ли человечество выжить без какой-либо помощи. В итоге, их результаты провалились. В последствии выяснилось, что из-за катастроф появились необычайные дети, имеющие дар. Например, такие как Эл ( на этом моменте истории она подавилась). Собрав их вместе, они смогли создать огромное силовое поле, окутавшее всю Землю, что бы дать человечеству второй шанс, пока Чикаго продолжал гнить. Теперь, все эти «гении» живут здесь, бок о бок с людьми, сумевшими выбраться из города.
Как вышло что друзья выжили? Голограммы и клоны. Нескольких спасли прямо на месте. Например Тереза просто стала хорошей актрисой, сделав вид что умерла. В последствии ее забрали и подлечили. Оказывается, она пыталась сказать что-то другу перед тем как выбраться. Не успела. У Эл и остальных работали клоны и голограммы, пока они уже давно были здесь. Точнее нет. Изначально, все были живы, и воевали вместе с Томасом, но как только они решили разделиться, всех ребят быстренько заменили и вывезли. А что случилось в горящем доме? Никто так и не узнал. Финник говорит, что даже ничего и не почувствовал. Просто отрубился в разгар пожара. А потом «бац» и он тут. Ну и ладно. Кому какое дело? Главное что жив.
Из настоящих людей, что остались до конца были только Джей, Плутарх, Койн, Ньют и еще несколько погибших, включая его сестру, что наложила на себя руки. Сноу и Койн убили по настоящему. И хорошо.

От всех этих историй вскружилась голова. Время близится к ночи, а значит, Томасу наконец-то выделили свой дом, где он впервые может почувствовать себя в безопасности.

-Эл! -Идя к шатру догоняет он ее. Девочка оборачивается изумленно вскидывая брови. -Прости. -Говорит он.
-За что?
-Не знаю. -Томас и вправду не знал за что извиняется. Это странно. Ведь он убил ее. Убил своими руками, решив застрелить. -Просто. Это немного пугает. -Сказал он, уловив песни пересмешниц. Лиззи положила руки ему на плечи, чуть улыбнувшись.
-Все в порядке. Иди. Тебе нужно будет многое переварить.
И она права. Томасу и вправду нужно будет многое обдумать. Однако, приходя в шатер, он резко отрубается. Сон накатывается волнами. Кошмары резко пропадают.

Ему снится детство, небольшие отрывки из памяти. Потом, как он играет вместе с Терезой в шахматы. Как летит на Землю и выходит с капсулы. Как Джонс говорит ему бежать и город впервые вскружил ему голову, поражая своими размерами. Ему снятся веселые моменты, проглядывающие даже в то время, когда, как казалось, все идет наповал. Все резко прерывается и во снах появляется счастливое будущие. «Тихая гавань», как назвали ее местные, встречает с распростертыми объятиями. Снится, как жизнь налаживается, и как в голову прокрадываются малейшие отрывки счастья, перерастающие в целые океаны, наполненные радостными моментами. Он просто забывает. Забывает все самое плохо, что когда либо происходило в жизни.
В голове всплывает момент, как Тереза поет «Дерево висельника», и это заставляет улыбаться. Сойки пересмешницы воркуют возле нее, дополняя песню.

Не жди, не жди - путь
тебя ведет.
К дубу, где в петле
убийца мертвый ждет.
Странный наш мир, и нам
так странно здесь
порой.
Под дубом в полночь
встретимся с тобой?

Птицы внимательно слушают, дополняя мотив.

Не жди, не жди - к дубу
приходи,
Где мертвец кричал:
«Милая беги!»
Странный наш мир, и нам
так странно здесь
порой.
Под дубом в полночь
встретимся с тобой?

Не жди, не жди - ночью
у реки.
Видишь, как свободу
даруют бедняки?
Странный наш мир, и нам...

На этом моменте Томас просыпается. Легкий холод наполняет тело. Он изгибается дугой, чувствуя что-то не ладно. Глаза сами собой находят причину. Нож. Небольшой, стальной нож всадили ему в грудь. Он начинает задыхаться, взирая на выход шатра.
Последнее что он видит - рыжие волосы, толкающие легкую простынь вместо двери, и зажатый кулак, из которого виднеется веревка с натянутым на нее огнивом в виде перевернутой буквы C. На одной стороне изображена птица, а на другой змея. Их чешуя и оперение сходятся в одну точку, образуя друг друга. И надпись. Надпись, выжженная дотла.

«И пусть горит вечно.»