Код Дивергента.

Холодный воротник натирает шею, от чего сдерживать дрожь становится все сложнее. По крайней мере его освободили от цепей, приковывающих руки кровати. Неуверенный, что вновь сможет дышать, Томас продолжал слушать безжизненный голос, прокручивая в голове, что все могло получится намного хуже, и теперь, зная что он легко отделался, юноше кажется, будто в палате не хватает воздуха.

Опасения врачей не подтвердились. Спиной мозг цел, дыхательные пути, вены и артерии тоже. Синяки, хрипота, боль в горле и покашливание не в счет. Все будет хорошо. Томас Кэрриел жив, и готов работать. Кто бы еще определил, не потеряет ли он рассудок?
На все его вопросы никто не отвечает, как минимум до тех пор, пока дверь госпиталя не раскрывается, и на смену уставшим медсестрам не является Эл, усаживая на прикроватный стул.

-Ты перестал себя душить, это хорошо. -Девочка мигом усаживается, беря в руки маленький блокнот и делая мелкие пометки. Правда говоря, Томас узнает ее с трудом, замечая, насколько она выросла.

-Мне ничего не объясняют! -Он бьет рукой по матрасу, вздрагивая и резко съёжившись. Гнев так и кипит в его маленькой черепушке. Сколько он валяется без дела? Час? Два?
Эл тяжело вздыхает, хлопая себя по коленям, и повернувшись спиной, проделывает некие махинации со стиральным шприцом.

-После взрыва на арене, ты уж прости-Она быстро переводит тему, вводя лекарство под чужую руку. -После взрыва на арене тебе тяжело досталось. Пришлось экстренно положить в кому. Честно сказать, -Она снова отворачивается, выкидывая инструменты в рядом стоящую мусорку. -Мы уже думали что ты не проснешься. Подрыв арены стоил тебе чуть ли не жизни...
-Я помню планолет. -Томас резко обрывает девушку, не давая закончить предложение, и смотря прямо в глаза, снова повторяет. -Я помню планолет. Мы взлетели, мне поставили похлёбку, а потом, а потом, -Он резко оборвался, осознавая, что не помнит дальнейшие действия. -Все свалилось, и я укатился под стол. -Эл резко расширяет глаза, чуть напуганно подергивая бровью. Не сразу замечая, Томас делает для себя некоторые записи в голове, и первая из них будет то, что вместо огромной раны, теперь, лицо Лиззи покрывает свежий ожог, а под медицинским халатом белеют бинты.
Она предпринимает несколько попыток открыть рот, прежде чем сформулировав свою мысль, снова заговорить.

-Да, хорошо что ты начинаешь что-то вспоминать. Планолет сильно подбили, и человеку, который ели стоит на ногах, к сожалению, досталось хуже всех. Я, кстати, говорю про тебя. -Случайно кивнув, она снова садится, и снова делает личные записи.

-Тереза? -выдыхает он.
-Жива, и остальные тоже. Их вовремя вывели. -Лицо опустело, укатившись куда-то в пол, и дрогнув рукой, она весело улыбнулась, смотря Томасу прямо в глаза.
Парень облегченно выдыхает, роняя голову на подушку, и резко раскрыв веки, вспоминает о главном своем вопросе.

-Сколько я спал?! -Вскрикивает он, будя нескольких раненых недалеко от койки.
Эл не из тех, кто стал бы хранить секреты, и шмыгнув носом, она отвечает.
-Чуть больше года. -Что-то внутри Томаса резко замирает, да так, что он не может пошевелить рукой. Глаза опустели, и казалось, сейчас разобьются, словно стекло.
Подняв указательный палец вверх при этом чуть прищурившись, он продолжает допрос.
-Тебе, должно быть, тринадцать, а мне...
-Он не успевает закончить, как девушка резко перебивает, поправляя его на нужную цифру.
-Четырнадцать, у меня недавно было день рождение.
-Четырнадцать, ладно. -Протянув первое слово, так, будто у него задержка речи, он договаривает рассуждения. -С днем рождения. Тогда, мне восемнадцать?
-Семнадцать. -Жутко улыбаясь поправляет она.
-Зернадцать? -Томас сводит брови, чуть поворачивая голову левым ухом, пытаясь расслышать как можно больше. Только спустя несколько секунд до него начинает доходить, что именно сказала Эл, и протягивает долгое «а», он валится на кровать, закрывая лицо руками.

-Чудо что ты очнулся. Они столько перевозили нас, у них какие-то перемены. Ты не представляешь как нам было страшно, особенно, когда сидишь в вагоне с чуть ли не трупаками, а над головой летают бомбы. -Она сгорбилась сложив руки перед собой. Что значит «у них»?-В первые дни после игр Капитолий стрелял как сумасшедшие. Мы не успевали перебираться на новые базы, как их тут же уничтожали. Везет, что Плутарх не разболтал местонахождение нескольких.
-Так, и где мы сейчас? -Чуть приоткрыв руками лицо спросил Томас, резко приподнявшись на локти от чужого крика во сне на соседней койке.
Эл молчала, тихо посапывая, и потирая ладони.

-Часть фракции Отречения. -Увидев как Томас изогнул брови, она быстро осведомила свои слова. -Подземный город, созданный с военными целями. Наш новый дом.

-Подземный город?! -Вскрикнул Томас, подскочив на кровати. Рывком стащив с себя электро датчик, обмотанный вокруг пальца, он быстро перепрыгивает через койку, одолевая незначительное расстояние. Огромные, массивные двери госпиталя распахиваются, давая медсестрам пройти внутрь, и не теряя надежд, Том проскальзывает мимо них, выбегая наружу в одном лишь больничном халате.
Холодный, совсем небольшой коридор выплескивает на него потоки ветра, высушивая и дезинфицирую человека, и успешно пройдя проверку, юноша выскакивает из своего заточения, спрыгивая на холодные, металлические ступеньки, чувствуя как шляпки Гвоздиков, соединяющие решётку в каркасе, впились в голые ноги.

-Ввести успокоительное, тысячу...! -Слышится за спиной, вплоть до самого входа. В глазах начинает темнеть, стоять на ногах становится все сложнее, но он не вернется, не ляжет и не проспит еще один год. Пройдя несколько метров вперед, осознавая что падает, Томас быстро подставил потную руку к прочному стеклу, соединяющие госпиталь и небольшой подмосток, отделенный перилами от пустоты, которую он все никак не мог развидеть.
Эл подбежала с другой стороны, стуча кулаком по стеклу и прижимая ладонь с знакомой татуировкой.

-Томас, вернись! Ты должен привыкнуть к телу! -Кричала она, однако, преграда не позволяла звуку доходить до ушей. Почему бы просто не выйти и не схватить сумасшедшего?

-Нет, нет, все в порядке! -Крикнул Том, обернувшись в сторону выхода, заметив как двери за ним плотно закрылись, мигая красным цветом. Стоило ему наклонить голову, как он мигом покатился назад, чуть не свалившись за перила, успев удержаться на ногах.

-Томас, это крайне опасно! -Продолжала парировать Лиззи, имитируя движениями так, будто бы собирается разбить стекло. Заново поднявшись, парень снова прижал ладонь, задумав намеренно выстоять на слабых ногах.
-Это классно!

Девушка закатила глаза, резко повернувшись в сторону, и выбежав через снова открытую дверь, махнула рукой.
-Перестань, они тебя вырубят! -Но Томасу было все равно. Сложив два пальца вместе, он откинул их от головы, причудливо смеясь, и обернувшись, быстро побежал по лестнице.

-Скорее за ним! -Двое из медиков выбежали из массивных дверей. Пытаясь рассмотреть, куда побежал Томас, они здорово растянули время, не сразу сообразив, что тот побежит куда угодно, главное не под замок.

Что что, а вот бегать он любит. На ковчеге, на играх, в подземном бункере, да где угодно! Главное - бег. Правда говоря, по лестнице бегать трудно, особенно, когда она не заканчивается. Словно бесконечно, железные ступени все падали и падали, ведя куда-то под землю. Огромные каменные колоны, словно лабиринт, загораживали обзор, и узнать как долго займет спуск, увы, почти невозможно.
Да ладно! Ступени закончились! А с ними закончилась и дыхалка Томаса.

Широчайшая площадка закружила его голову. Многолюдная площадь, с сотнями маленьких, чуть круглых отсеков, раскрашенные под черно-желтые цвета. Пол дюжины капсул, и это только на одном этаже! Кажется, будто бы их тысячи, и все соединены мелкими мостами, не отличающимися от лестниц. И любопытно, ведь на каждом из этих островков стоит минимум по одному человеку! Может, с головой у Томаса были мелкие погрешности, по его подсчетам над площадью нависали не меньше ста человек, не считая тех, что находились в капсулах, и тех, кто стоял в самом низу. Красоты, конечно, мало. Все люди, ходящие мимо него, абсолютно разные, но при этом, их одинаковые, серые комбинезоны совершенно не отличают их от стен бункера, выбитые из камня. Единственной красотой подземки послужила спиральная лестница, стоящая по середке площадки, ведущая в пустые, даже не облачные потоки.

-Ловите его! -Врачи нагоняют. Да уж, скрыться среди этой серой толпы будет весьма трудно, учитывая что Томас стоит в ярко белом халате. Придется бежать дальше.

Двое в масках, похожие на охранников, достали дубинки, схватив в обе руки как по команде. Плохи его дела. Не успев опомнится, юноша помчался к дальним лифтам, расположенным в самом конце площади, сбивая, при этом, нескольких из жителей фракции. Зрение еще не подводит, значит, у него есть все шансы убежать. Может, получится ли потом просто вернуться в лазарет, улечься на койку, и сказать что всем показалось? Надо будет подумать об этом.

-Осторожней!
-Смотри куда идешь!
-Притормози, парень!
Звучало отовсюду, куда бы он не ступил. Пробежав последнего человека, снова обернувшись за спину, и сообразив, что охрана вот вот ударит его, Томас в судорогах забежал в лифт, перепрыгнув крупного рабочего, и засев в дальнем углу коробки.

-Вам на какой? -Спрашивает низкий тембр.
-На восьмой. Жмите уже быстрее! -Толи от волнения, толи от сумасшествия он поднес палец к губам, покусывая свои ногти. Какая разницу куда ехать? Главное подальше от этих громил.

-Ладно. -Мужчина кашлянул, оглянув Томаса с ног до головы, и покачав головой, с неуверенностью, нажал на этаж номер восемь.

Что может удивить больше, чем лифт, поехавший в бок? Наверное только то, что у медуз нету мозга и сердца. Кто вообще доказал этот факт?
Впрочем, лифт и вправду двинулся по горизонтали, сделав несколько незамысловатых путей, поднявшись на десять, двадцать, тридцать этажей! Казалось, можно часами кататься, смотря в полупрозрачные створки, и наблюдая за движением людей, пока наконец то, прозвенев звонком, железные дверцы не открылись, приглашая войти в длинный коридор.

Пустой, серый, и совершенно некрасивый зал, ведущий к огромным дверям впереди. И хотя они не были такими же как в госпитале, Томас всё-таки сделал шаг.

-Удачи. -Протараторил мужчина, уехав куда-то вниз. Почему бы не пробежаться? Столько места, и ни одной живой души! Так он и сделал.

Разогнавшись посильнее, да тихо усмехнувшись, Томас на всех порах помчался к дверям, набирая все большей скорости, радуясь тому, как ноги покалывают с каждым новым шагом, считая, что это процесс восстановления. Восстановления! Еще секунда, и парень, не совладавший с собой, поняв, что не может остановиться, с грохотом падает в проход, успев упасть и не врезаться в железные створки.

-Можно обойти их с другой стороны, взяв в кольцо. -Первое что он услышал, свалившись на пол в штабе, отведенном для важных заседаний и разговоров о военной тактике, собиравший в себе самых важных персон фракции, начиная от распорядителя игр, и заканчивая президентом мятежников.