Чернобыль: эффект самокоррекции. Часть 2.

Моё вмешательство во время началось не с отменённых трагедий и не с попыток спасти тех, кто должен был умереть. История поползла по швам намного раньше – когда я проснулась в квартире Вершининых как член их семьи.

Мужчина без сознания лежал на полу. Лёха замер стоял над ним, а поломанная колонка уже валялась у его ног.

Я тут же подбежала к лежащему охраннику:
— Ты же не убил его?

— Нет, — спокойно ответил Лёха. — Вырубил. Чё происходит? Ты как вообще..

— Лёш, не до объяснений, — быстро перебила я, подбирая с пола выпавший из рук охранника автомат. — Поохраняй его.

— Чего?

— Если очнётся – приложи его ещё раз.

Я подскочила к разбитой колонке. Из разбитого корпуса торчали внутренности: провода, плата и клочья звукоизоляционной ваты. Я быстро выудила небольшой ком, затем обернулась к Лёхе:
— Дай жвачку. Быстрее!

Он недоумённо достал из кармана пачку и протянул мне пластинку. На одном из стеллажей я заметила коробку с мелочёвкой, схватила пальчиковую батарейку и прихватила пару сухих листов бумаги со стола. Всё это мгновенно отправилось по карманам.

— Зачем тебе это?

— Потом объясню. Когда услышишь сирену – выбегай и ищи ребят.

Лёха нахмурился.
— А ты куда?

Я посмотрела на дверь.
— Отвлеку охрану.

Лёха явно хотел задать ещё десяток вопросов, но в итоге только кивнул. Я отступила на пару шагов от лежащего. Выровняла дыхание и сосредоточилась.
Воздух передо мной едва заметно задрожал. Знакомое ощущение тепла разлилось по груди, а пространство словно сделалось плотнее, тяжелее. Я вытянула руку.

Из полумрака начали проявляться контуры. Сначала силуэт. Затем – ткань формы, детальные черты лица... Через несколько секунд напротив нас стоял второй охранник. Точная копия человека, лежавшего на полу.

Лёха замер, переводя ошарашенный взгляд с тела на стоящего фантома:
— Мать моя комсомолка...

— Потом, — тихо шепнула я.

Я вложила автомат в руки фантома. Копия привычным движением перехватила оружие и повернулась к выходу. Глубоко вдохнув, я первой шагнула обратно в коридор. Стоило мне сделать несколько шагов, как пол под ногами будто слегка качнулся. В голове закружилось, а перед глазами поплыло.

«— Только бы не упасть.»

Выпрямив спину, я продолжила идти, стараясь двигаться ровно и не показывать, насколько мне нехорошо. Мы быстрыми шагами направились к главной комнате, но стоило нам завернуть за угол, как мы столкнулись со вторым охранником. Чёрный зев его автомата мгновенно взвился вверх, уставившись прямо в нас.

Я испуганно вскинула руки – уж слишком неожиданным оказался этот поворот событий. Мой сопровождающий реагировал спокойнее: он тоже вскинул свой ствол, не уступая напарнику.

— Ты совсем сдурел? — процедил сопровождающий. — Опусти оружие.

— Камеры отключились, — хмуро ответил второй, не спеша опускать автомат. — В целях безопасности я должен убедиться, что перед мной человек, а не хрен пойми что.

Сопровождающий усмехнулся и без колебаний протянул руку:
— Ну, убеждайся.

Второй охранник подошёл ближе. Он нерешительно коснулся плеча.
— Настоящий, — облегчённо заключил он, опустив ствол. — Видимо, снова проводку коротнуло.

Сопровождающий кивнул и лёгким толчком направил меня вперёд. Мы продолжили путь по коридору, и теперь оба оперативника двигались за моей спиной, негромко переговариваясь:

— Олег ещё предупреждал, что вентиляцию нормальную нужно сделать.

— Ага. И все дружно положили на это болт.

— Ну а чё? Пока не задохнулись – работает.

— А потом удивляемся, почему здесь постоянно всё коротит.

Я шла молча, стараясь не оборачиваться и не выдавать напряжения.
Мы уже почти дошли до главной комнаты, когда со стороны входных дверей раздался тяжёлый стук.
Охранники одновременно замерли и обернулись на звук.

— Кто там? — крикнул один.

— Двадцать третья группа, сопровождающие! — тут же донёсся из-за двери мужской голос. — Привезли последнего ребёнка.

Охранники переглянулись.

— Почему нас не предупредили?

— А мы откуда знаем? — отозвался мужчина за дверью. — Наше дело – доставить. Нужен человек с машиной.

Охранник нахмурился. На мгновение он бросил взгляд на погасшие мониторы, а затем подошёл к гермодвери и приоткрыл её ровно настолько, чтобы просунуть ладонь:
— Документы есть?

С той стороны зашуршала бумага. Охранник забрал протянутый пропуск, бегло прошёлся по нему взглядом и вернул обратно.
Раздался металлический щелчок засова. Герметичная дверь с тяжёлым скрежетом распахнулась, и в помещение вошли ещё двое мужчин в точно такой же форме.

— Утверждают, что распоряжение Киняева. — сообщил охранник.

Мой фантом выдержал короткую паузу, а затем с деловым видом достал телефон:
— Сейчас проверим.

Отступив на шаг, он приложил трубку к уху, изображая разговор:
— Дмитрий Александрович? Это Денис. Тут двое привезли последнюю девчонку. Говорят, вы распорядились ехать за ней ... Да, понял. Сделаем.

Он опустил телефон:
— Двое остаются здесь, двое едут за девушкой.

Тот коротко кивнул:
— А с этой что? — он указал на меня.

— Эту через полчаса велено доставить в Лазурный.

Охранник нахмурился, но оспаривать приказ не стал:
— Ладно. Тогда я поеду, а ты остаёшься с ним, — он кивнул второму прибывшему. — он кивнул одному из прибывших. — С техникой безопасности знакомы?

Тот коротко кивнул. Бросив напоследок предупреждение о последствиях бунта, настоящий охранник и мой фантом скрылись за гермодверью.
Я проводила их взглядом. На мониторе замигали значки – камеры снова работали. Я дождалась, пока машина отъедет на приличное расстояние.
Теперь расклад был идеальным. Один настоящий оперативник уехал вместе с фантомом в неизвестном направлении, а в бункере рядом со мной остались ещё два моих фантома.

Я вытащила из кармана припрятанное добро. Прижав фольгу от жвачки к полюсам пальчиковой батарейки, я подождала, пока тонкая металлическая полоска раскалится, и поднесла её к бумаге с ватой. Клочки мгновенно затлели, и вспыхнул огонек. Я подняла импровизированный факел к самому датчику дыма под потолком.
Секунда – и он сработал. На весь бункер завыла пожарная сирена, а аварийное освещение вспыхнуло предупреждающим красным светом. По всему комплексу отозвались сухие щелчки – блокировка снялась, и замки дверей автоматически открылись.

Я не стала терять ни секунды. Развернувшись, я рванула по коридору.

— ...ты сейчас серьёзно хочешь это обсуждать?! — донёсся откуда-то из-за поворота знакомый голос. — Давайте валим отсюда!

— А он мне нравится всё больше и больше, — тут же отозвался ехидный голос Лёхи. — Давай, быстрее!

Я заложила вираж и выскочила прямо на бегущих навстречу ребят.

— За мной! — рявкнула я, махая им рукой, и, даже не притормаживая, повела их к выходу.

Мы выбрались из бункера. Я повела ребят путём, которым когда-то шла сама, сквозь кусты и грязь. Обувь, которую я только недавно сушила, снова промокла насквозь, а джинсы уже по колено были испачканы в грязи. Одежда ребят выглядела не чище моей.

— Короче, если идти туда, — начала я, указывая вперёд, — то до города будет недалеко...

— Подождите, — перебил меня Лёха. — Давай сначала я.

Он поравнялся со мной.
— Ты реально ко мне в голову залезла?

Настя и Гоша непонимающе переглянулись.

— Да, — выдохнула я.

— В смысле? — непонимающе спросила Настя, изогнув бровь.

— Сижу, никого не трогаю, и вдруг слышу голос, — начал пояснять Лёша. — «Когда дверь откроется, распахни её, спрячься, а потом выруби охранника». Я уже подумал, что у меня крышак поехал.

Он снова взглянул на меня.
— А потом ещё один появился. Прямо точь-в-точь тот, которого я вырубил, — тут его взгляд стал ещё более ошарашенным. — Он настоящий?

— Нет, фантом, — я пожала плечами. — Иллюзия, которая обладает той же памятью, что и настоящий человек.

— То есть ты умеешь делать вот это? Давно?

— Судя по всему, да, — подал голос Гоша, отвечая на второй вопрос.

— Так... а как другого отвлекла? — продолжил Лёха.

— Создала ещё двоих, и они увели настоящего. Да и вообще, какая разница? Главное, что мы выбрались.

Лёха уже хотел что-то ответить, но вдруг нахмурился.
— Эй. — он указал мне на лицо.

Я машинально провела пальцами под носом. На коже осталась кровь.
— Чёрт, — пробормотала я, начиная усерднее вытирать лицо ладонью. — Ничего страшного.

— Ты же говорила, что они состоят из твоей энергии, — напомнил Гоша.

— Ну да.

— Значит, ты потратила её немало.

— Не всю же.

— Какая разница?!

Я устало потёрла переносицу.
— Голова гудит просто.

Гоша посмотрел на меня внимательнее.
— А ещё ты бледная.

— Есть хочется, — призналась я.

Лёха уставился на меня.
— Серьёзно? Мы только что сбежали от людей с автоматами, а тебя волнует еда?

— По-другому энергия не восполняется, — я развела руками.

— Мы живы, и это уже хорошо, — сказала Настя, протягивая мне носовой платок.

— Спасибо.

Мы снова двинулись вперёд. Через несколько минут впереди показалась знакомая стела, которую мы заметили ещё издалека.

— Ну наконец-то. Выбрались! — облегчённо выдохнул Лёха, первым выбегая на дорогу.

— Чё это такое? — Гоша посмотрел на огромные буквы. — Где мы?

— Ну, как видишь... в Припяти. — Я медленно огляделась, пытаясь понять, почему маршрут изменился. — Хотя... странно.

Я была уверена, что мы идём той же дорогой, которой когда-то шли, когда прятали Волгу. Но почему тогда всё вокруг выглядело иначе? Неужели мой внутренний компас сбился?
Как бы то ни было, теперь до города было идти не пятнадцать минут, а все сорок.

— Это отдельная страна? —спросила Настя.

— Да какая разница? — раздражённо перебил Гоша. — Отдельная, слитная... Почему мы вообще здесь? Почему этот мальчик из Америки вдруг стал русским? Богатым русским? И зачем он вообще притащил нас сюда?

— Гош, спроси что-нибудь попроще, — устало вздохнула я, отвечая на последний вопрос. — Да, Насть. Мы на Украине.

Лёха недовольно фыркнул.
— Ладно. Тогда где город?

— Видимо... там. — Гоша указал вдоль дороги.

Мы двинулись вперёд. До города оставалось около получаса пешком. Первые минуты никто не разговаривал. Каждый пытался переварить всё произошедшее. Ветер гонял по дороге сухие листья.
Оставив позади стелу, мы двинулись по пустой дороге. Впереди, почти прижавшись друг к другу, шли Лёха с Настей, а чуть позади них – мы с Гошей.

Я невольно окинула взглядом спину Лёхи и только сейчас заметила одну странность:
— Слушай... — окликнула я его. — А где твои очки?

Лёха машинально похлопал пальцами по переносице и хмыкнул:
— В восемьдесят шестом оставил.

— Зачем?

— В качестве сувенира местному населению, — пожал он плечами.

Я не удержалась и прыснула:
— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— И ты без них вообще хоть что-нибудь видишь?

— Ну... — Лёха прищурился, всматриваясь в серое марево дороги. — Если столб на меня не побежит – не врежусь.

— Сколько у тебя?

— Минус четыре.

Я удивлённо присвистнула:
— Так тебе же коррекцию можно сделать.

— Это как? — сразу оживился он.

Я уже открыла рот, чтобы объяснить, но Гоша опередил меня:
— Это когда тебе сначала глаз режут ... — он сделал паузу, нагнетая драматизма, и добавил: — ...а потом палят по нему лазером.

— Чего?! — Настя мгновенно побледнела.

Лёха остановился.
— Да ну нахрен.

Я тихо рассмеялась:
— Да он специально пугает.

Он довольно улыбнулся, даже не пытаясь строить из себя невинность:
— Это я ещё забыл добавить: во время процедуры чувствуешь запах своего палёного глазного яблока.

— Хватит Гош, замолчи! — Настя скривилась от отвращения.

— Подожди... — я удивлённо посмотрела на него. — А ты-то откуда знаешь?

— Потому что мажорик, — хмыкнул Лёха. — Сейчас скажет, что делал её в какой-нибудь Германии.

— Не в Германии. — отрезал Гоша.

— Во Франции?

— Нет.

— В Америке?

— Да успокойся ты. — Гоша закатил глаза.

— Так делал или нет? — спросила я.

— Делал.

Лёха театрально всплеснул руками.
— Я же говорил! Богатые тоже люди... Только с HD-зрением.

Мы дружно рассмеялись. Даже Настя, всё ещё слегка бледная после подробностей «операции», слабо улыбнулась.

Гоша только покачал головой:
— Вообще-то классная вещь.

— Ага, — буркнул Лёха. — Особенно часть про «режут глаз» и запах палёного.

— Да он пошутил. — хмыкнула я. — Это даже не больно.

Лёха уже собирался ответить, но вдруг задумался.
— Слушай, а деньги ты тоже создавать умеешь?

Я посмотрела на него с недоумением.
— Ну... наверное да.

— Создай, а.

— Зачем?

— Просто интересно.

Пожав плечами, вытянула руку. Пространство перед ладонью едва заметно задрожало, натягиваясь тёплым маревом, и через пару секунд в моих пальцах материализовалась купюра.

— Ничего себе! — искренне возмутился он, забирая у меня купюру. — Ты хоть понимаешь, сколько всего с этими деньгами можно сделать?!

Гоша тут же выхватил сотню у него из рук и принялся рассматривать.

— Нет, Лёш, — отрезала я. — Это незаконно.

— Да брось ты, кто узнает? — хохотнул Лёха.

Гоша тем временем задумчиво переворачивал банкноту в руках:
— Деньги какие-то другие.

— Ну да, — я пожала плечами. — В этой реальности такие используют.

Гоша ещё несколько секунд молча всматривался в рисунок, после чего вернул её Лёхе:
— Всё равно прикольно.

Я хотела что-то ответить, но в висках стрельнуло. Я замерла на месте и зажмурилась, вынужденная схватиться за голову. Контроль мгновенно оборвался, и купюра в руках Лёхи тут же истаяла в воздухе, растворившись без следа.

— Эй-эй, всё нормально? — обеспокоенно спросил он, сразу растеряв весь свой задор.

Я глубоко вдохнула, заставляя пульсирующий шум в ушах утихнуть:
— Нормально... — с трудом выдавила я.

Гоша мгновенно нахмурился, и в его взгляде вспыхнула тревожная строгость:
— Не используй больше способности.

— Да нормально всё...

— Ника.

В его голосе прозвучало не просьба, а не допускающее возражений требование. Я ничего не успела ответить.

БАХ!

Глухой выстрел эхом прокатился по дороге.
Улыбки исчезли мгновенно. Над лесом взметнулась стая птиц. Они тревожно закаркали, взмывая всё выше. Все одновременно остановились.

— Это что? — Лёша оглядел нас, нахмурившись.

Несколько секунд никто не отвечал.

— Ребят... пойдёмте отсюда, — испуганно произнёс Гоша, не сводя глаз с леса, будто пытался угадать, откуда именно донёсся звук. — Это выстрел.

— Ты уверен? — Настя нервно посмотрела на него. — А если что-нибудь другое? Ну... не знаю. Петарда какая-нибудь?

— Какая ещё петарда в лесу? — Лёша нервно усмехнулся.

Я тоже всмотрелась в тёмную линию деревьев.
— По-моему, он прав, — тихо сказала я. — Давайте проверять не будем.

Настя испуганно обернулась.
— Это точно выстрел был? — тихо спросила она. — Может... это какой-то сигнал нам?

Гоша отрицательно покачал головой. Его лицо в секунду изменилось, став предельно серьёзным и собранным:
— Нет.

Он на мгновение замер, ловя угасающее в кронах эхо.

— Это винтовка.

— Ты уверен? — нахмурился Лёха, машинально заслоняя собой Настю.

— Уверен, — Гоша посмотрел в сторону тёмного лесного массива. — Я часто ездил с отцом на охоту, этот звук ни с чем не перепутаешь.

Он тяжело выдохнул, оценивая расстояние:
— И стреляли совсем недалеко. Поэтому если мы не хотим услышать следующий выстрел ещё ближе, нам стоит убираться отсюда.

***

Эта мысль пришла мне в голову совершенно случайно.

Сначала я решила, что это всё бред. Что Киняев просто пытается сильнее меня напугать, заставить нервничать и выведать то, чего я сама не понимаю. Но мой план побега прошёл удачно. Значит, если он действительно говорил правду, моя голова заблокирована от чужого вмешательства.
Я могла пользоваться способностями Зоны – и она ничего не требовала взамен. Могла заставить её «замолчать», как говорил Киняев, хотя сама до конца не понимала, как именно это работает.

Все носители вируса говорили одно и то же: Зона меня не любит.
Но что, если дело не только в этом? Что, если за всё, что она позволяет мне делать, когда-нибудь придётся заплатить? И не обычной платой. Двойной. А может, даже четверной.
Я не просила ни этих способностей, ни всего остального, что свалилось на меня вместе с ними. Но они были у меня. И если за всё это действительно существовала цена... Я боялась даже представить, насколько суровой окажется расплата.

Мы наконец добрались до спального района города. С обеих сторон дороги высились темные коробки панельных пятиэтажек. Где-то далеко скрипела старая вывеска.

— Что за жесть? – Настя засыпала вопросами, оглядывая город. – Что случилось с этим городом? Где люди?

— Город заброшен, — тихо ответила я. — В восемьдесят шестом здесь произошла авария на атомной станции.

— Почему? – спросила Настя

— Похоже на то, что мы видели в Америке, — мрачно заметил Лёха.

— Ага, радиоактивная зона... — сделал вывод Гоша, разглядывая пустые дома.

— Причин там много, — вздохнула я. — Если коротко: инженеры слишком поздно поняли, в чём дело.

— Нам же не придётся снова что-то исправлять? — с надеждой в голосе спросил Лёша.

— Конечно нужно! Сейчас прибор починим на коленке и снова рванём в прошлое, — с сарказмом выдала я.

— А... точняк, — Лёха озадаченно почесал затылок, сообразив, что наш единственная машина времени давно превратилась в кучу железа и пластика.

— И что нам теперь делать? Куда идти? — спросила Настя, поежившись от сырого ветра.

— Надо где-нибудь укрыться и дождаться утра.

Мы медленно брели вдоль дороги, когда Лёха вдруг резко замер и указал пальцем на первый этаж одного из зданий:
— Смотрите... Там свет.

— А если там кто-то из тех, кто нас похитил? — испуганно шепнула Настя.

— На «камень, ножницы, бумага»? — тут же задорно предложил Лёха Гоше.

— Да нет там никого. Идём, — отрезала я и первая шагнула к проёму.

— Вот всегда она так... — пробормотал Лёха, догоняя меня.

Мы пролезли внутрь через окно. В помещении было сыро. Под ногами хлюпала мокрая труха, валялись разбухшие от сырости книги, где-то валялись разбитые бутылки и прочий мусор. Осторожно подкрадываясь к источнику света, мы замерли. В центре комнаты на полу горела книга. И пламя её было нежно-изумрудного цвета.

— Почему он зелёный? — озадаченно спросил Гоша.

— Ты никогда провода не жёг? — я удивлённо посмотрела на него.

— Зачем? — он нахмурился, искренне не понимая логики.

— Чтобы потом медь сдать.

— А... — Гоша неловко пожал плечами и отвёл взгляд. — Не-а.

— Короче, когда в огонь попадают примеси некоторых металлов, пламя меняет цвет, — пояснила я.

— Ага. Химичка в школе такое показывала. — Лёха понимающе кивнул. Он присел на корточки возле горящей книги, внимательно рассматривая языки пламени.
— Какой-то металл горит... Не помню какой именно. — Он на секунду задумался. — Хотя... Мы вообще-то в городе, где рванула станция. Тут радиация по-любому выше нормы.

— Кто его разжёг? — оглядываясь, спросил Гоша.

— Может, сами загорелись? — предположил Лёха и снова посмотрел на меня. — Слышь... Ты же вроде в этом шаришь. Такое вообще бывает?

Я покачала головой:
— Если бы здесь были вещества, способные самовоспламеняться... — я обвела взглядом сырую комнату. — ...тут бы уже полдома полыхало. Это сделали специально.

— Это подсказки какие-то? — предположил Лёша, нахмурившись.

— Что-то типа того. Только я не понимаю смысла в них.

— Хороши подсказки — с сарказмом выдала Настя — Давайте уйдем отсюда? Мне не по себе...

Мы одновременно поднялись, и я уже сделала шаг к окну, когда на оконную раму с улицы запрыгнула собака.

Нет. Это с трудом можно было назвать собакой.
Огромная тварь – почти мне по пояс. На её облезлой шкуре местами совсем не осталось шерсти, обнажая странную, почерневшую кожаную ткань. Морда была вытянута, а глаза были мутными, как глаза людей страдающими катарактой.

Я уже видела её – на экране, когда смотрела сериал. Но сейчас, вживую, мутант выглядел гораздо страшнее. Казалось, само его тело не понимало, каким существом оно должно быть.

Настя первой отпрянула назад, попятившись к стене:
— Мамочки...

— Ё-маё... — только и выдохнул Гоша.

Лёха нервно сглотнул, не отрывая взгляда от зверя:
— Так-то я собак люблю... Но сейчас у меня реально яйца подкосились.

Собака начала медленно приближаться, заставляя нас отступать назад. Она не рычала, но выглядела угрожающе. Тяжёлая голова была чуть опущена, взгляд настороженный и цепкий. Казалось, она с явным интересом рассматривала каждого из нас, будто пыталась понять, кто перед ней.

— Ребят... — судорожно оглянулся Гоша. — У кого-нибудь еда есть?

Лёха демонстративно похлопал себя по карманам:
— Сейчас посмотрю! Я же всегда беру с собой хавчик для радиоактивных собак.

— Дебил... — прошипела Настя.

Зверь шагнул ближе. Его взгляд остановился на мне. Он опустил тяжёлую голову ниже, уши прижались, а обрубок хвоста... неуверенно качнулся. Я осторожно подалась навстречу.

— Даже не смей! — Гоша резко схватил меня за рукав.

Я медленно высвободила руку:
— Всё нормально.

— Да нихрена не нормально!

Но я всё же приблизилась. Собака не проявляла агрессии — напротив, с каждым моим движением становилась всё спокойнее. Обрубок хвоста задвигался чаще, выдавая её растущий интерес.
Я осторожно опустилась на корточки, стараясь не делать резких движений. Сердце бешено колотилось где-то в горле, а ладони слегка дрожали. Несколько секунд я просто смотрела на зверя, после чего медленно протянула к нему руку.

Зверь шумно втянул воздух ноздрями, а затем неожиданно ткнулся влажным, холодным носом прямо мне в руку.

Меня передёрнуло. Первым порывом было тут же отдёрнуть ладонь. Её шкура, если это вообще можно было назвать шерстью, была жёсткой, местами свалявшейся в липкие комки. Под пальцами ощущались проплешины, грубая неровная кожа и старые рубцы. От собаки разило сырой землёй, плесенью, ржавым железом и чем-то кислым, словно от не заживающей неделями раны.
Но зверь продолжал с тихим поскуливанием доверчиво тереться мордой о мою ладонь – совсем как домашний пёс, наконец дождавшийся хозяина.

— ... Ладно, — первым нарушил тишину Лёха.

Он выставил в мою сторону указательный палец:
— Теперь я официально заявляю: Ты точно ведьма.

— Ну и жуть... — прошептала Настя, не сводя глаз с мутанта.

Лёха осторожно сделал шаг назад к окну:
— Мы... можем уже уйти?

Он сделал ещё один шаг. В эту же секунду собака мгновенно перестала вилять хвостом. Медленно повернула голову в его сторону и глухо зарычала.

Лёха тут же замер на месте, вскинув ладони:
— Всё. Понял. Стою. Не двигаюсь.

— Мы должны подождать, — спокойно проговорила я, медленно отступая от зверя и стараясь не поворачиваться к нему спиной.

Не успела сделать и пары шагов, как Гоша оказался рядом. Он осторожно взял меня за плечи и почти незаметно оттянул к себе.

Мутант ещё несколько секунд изучал нас, а затем коротко фыркнул и одним прыжком вымахнул через разбитый оконный проём наружу.

— Чего подождать-то? — тут же подал голос Лёха, не сводя взгляда с окна. — Пока эта тварь остальных мутантов на пир созовёт?

Я посмотрела на окно, за которым только что исчез мутант. Теперь я была точно уверена: всё происходило почти так, как в сериале. Собака удерживала ребят в здании. Она ждала. Вот только в оригинальной истории она была злее, казалось, что она способна разорвать ребят.
Я машинально глянула на свою ладонь. Пальцы до сих пор ощущали жёсткую шкуру. Почему она подпустила меня? Почему дала прикоснуться? Этого не должно было произойти.

Я медленно подняла взгляд на ребят:
— Потерпите. Сейчас сюда приедут.

— Кто? — нахмурился Гоша.

— Костенко.

Ребята растерянно переглянулись.

— Просто поверьте мне.

Настя нервно сжала локоть Лёхи:
— А если ты ошибаешься?

— Не ошибаюсь, — качнула я головой.

Время тянулось. Лёха подходил к окну раз за разом – выглядывал, отходил, нервно расхаживал по сырой комнате и снова возвращался.

— Ну и где они?

— Сейчас.

— Ты это говоришь уже минут пять!

— Потому что они ещё не доехали.

— Логично... — Он тяжело выдохнул, взъерошив волосы. — Я сейчас сдохну от ожидания.

И словно в ответ на его слова, из темноты за окном вспыхнули фары.
Собака спокойно лежала прямо посреди проезжей части. Водитель замешкался и заметил тварь в самый последний момент.
Внедорожник резко вильнул. Колёса ушли на обочину, подняв фонтан грязи и гравия. Машину ощутимо занесло, но спустя пару напряжённых секунд Сергей всё же сумел выровнять её на асфальте.

Яркий свет фар прорезал темноту и ослепил нас через проём. Двери машины распахнулись практически одновременно. Первой наружу выскочила Аня.

— Девочки! — Она подбежала к нам и крепко обняла сначала Настю, а затем меня: — Господи... Я уже думала...

— Всё нормально, — тихо сказала я, обнимая её в ответ.

— А где собака? — быстро оглядывая улицу, спросил Гоша.

— Убежала куда-то, — Сергей подошёл ближе, всматриваясь в темноту — Чё за собака?

Настя поёжилась от холода:
— Мутант какой-то...

— Ага, — Лёха фыркнул и кивнул в мою сторону: — Вот у её хозяйки и спросите.

Я выразительно закатила глаза:
— Очень смешно. Я знаю про неё не больше вашего, — отрезала я, но всё же ещё раз глянула на то место, где пару минут назад лежал зверь. На губах сам собой выступил слабый набросок улыбки: — Но... благодаря ей мы встретились. Если бы она нас не задержала, вы бы проехали мимо.

— А я о чём говорил! — тут же оживился Лёха. — Нам кто-то помогает... или что-то. Это всё подсказки!

— Прекрасно. И для чего этот «кто-то» нас всех собрал? — спросил Сергей.

— Нам нужно ехать в бассейн. Вы ведь знаете туда дорогу? — спросила я Сергея.

— Почему туда?

— Долгая история. Но Паша сейчас именно там.

Он несколько секунд молча изучал меня недоверчивым взглядом:
— Откуда ты знаешь?

— Меня должны были туда доставить.

Сергей нахмурился.
— А почему не доставили?

— Не успели.

Лёха лишь пожал плечами, словно это всё объясняло:
— Она нас из бункера уже вывела.

Сергей шумно выдохнул. Похоже, спорить и выяснять подробности прямо сейчас он не собирался. Он развернулся к машине и махнул рукой:
— Ладно. Все в салон.

***

— Так вот его машина... — Сергей несколько секунд всматривался в бинокль. — А вот и он сам...

Он перевёл прицел, но уже через секунду досадно сплюнул:
— Ушёл, сука... Ладно. Попробуем по-другому.

Мы вернулись к внедорожнику. Сергей щёлкнул замком и поднял крышку багажника: прямо на плотном брезенте лежало оружие.

Лёха не удержался и тихо присвистнул:
— Нихрена себе...

— Чё он там вообще делает? —спросил Гоша, оглядывая содержимое багажника.

— Доживает последние минуты, — сухо отозвался Сергей, доставая винтовку. Он перевёл взгляд на нашу компанию: — Стрелять кто умеет?

— Все, — спокойно отчеканила Аня.

Сергей удивлённо вскинул бровь:
— Серьёзно? И где научились?

— На ОБЖ, — с максимально важным видом заявил Лёха.

Сергей перевёл взгляд на меня.
— А ты?

—Я ничего тяжелее пистолета Макарова в руках не держала. — я пожала плечами.

Сергей недоверчиво нахмурился.
— На ОБЖ Макаров не изучают.

— Так я и не на ОБЖ училась, — спокойно ответила я.

Лёха сбоку тихо прыснул в кулак:
— Ну, это мы уже поняли.

Костенко лишь хмыкнул, вытаскивая длинную снайперку:
— СВД кому?

— Гоше, — почти одновременно выдохнули мы с Настей.

Сергей внимательно смерил Петрищева:
— Справишься?

— Постараюсь.

— Не «постараешься», а справишься, — отрезал Костенко и вложил винтовку ему в руки. — Займёшь верхнюю позицию. Прикрываешь нас, если что.

— Понял.

Следом Сергей вручил Лёхе автомат.
— Всё. Пошли.

Они уже сделали несколько шагов к зданию, когда я догнала Гошу и заступила ему дорогу:
— Подожди!

Он остановился:
— Что?

Я скользнула взглядом по винтовке в его руках:
— Пообещай мне одну вещь.

— Какую?

Я глубоко вдохнула:
— Что бы ни случилось... Пообещай, что не будешь стрелять в Пашу.

Гоша удивлённо округлил глаза:
— А должен был?

— Нет. Но всё равно пообещай. Он мой брат всё-таки.

Гоша мгновение всматривался в моё лицо, а затем коротко и серьёзно кивнул:
— Хорошо. Обещаю.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я и бросилась догонять команду.

Мы уже почти завернули в глухой коридор, ведущий к бассейну, когда Сергей резко вскинул руку, заставляя нас замереть:
— Девочки, стойте тут.

— Но как же... — попыталась возразить Аня.

— Так будет безопаснее, — жёстко перебил её Сергей.

Не оставляя пространства для споров, он снял оружие с предохранителя, и они с Лёхой ушли в темноту прохода. Аня, Настя и я остались в коридоре. Из помещения бассейна эхом доносились голоса Сергея и Лёши.

Я уже собиралась последовать за ними, когда вдруг остановилась. В воздухе появился знакомая атмосфера – старые книги, кровь, металл. По коже пробежал холодок.

Он здесь.

Из-за угла действительно вывернула фигура Киняева. Я напряглась, почти сразу почувствовав подвох.

— Это фантом, — выдохнула я.

Настя непонимающе посмотрела на меня:
— Что?

— Настоящий где-то рядом.

Я резко обернулась, но было слишком поздно. За нашими спинами уже стоял настоящий Киняев.

— Правильно, — усмехнулся он . — Только искать нужно было не там.

Настя едва успела ахнуть, как Киняев резко вскинул руку. Невидимая сила сбила её с ног. Девушка пролетела через коридор, по пути сбив Лёху. Оба с грохотом приземлились в чаше бассейна.

Но хватка Киняева уже сомкнулась на моём запястье. Второй рукой он мгновенно скрутил Аню.

— Пойдёмте, — холодно бросил он.

Он волоком потащил нас в огромное помещение бассейна.
Паша всё так же сидел в центре бассейна, прикованный к креслу. Он отчаянно забился в путах:
— Он где-то здесь!

— И гораздо ближе, чем ты думаешь, — откликнулся Киняев и толкнул Аню вперёд.

Она потеряла равновесие и кубарем скатилась по бетонным ступеням прямо к ребятам. Сергей мгновенно вскинул пистолет, но не успел нажать на спуск. Свободная рука Киняева коротко рубанула воздух – и оружие вылетело из пальцев Костенко, а самого генерала с ударом швырнуло в глубокую часть бассейна.

Волна Пашиной силы накрыла меня. Ощущение нарастало с каждой секундой, оглушая и не давая нормально сосредоточиться.

ХЛОП!

Глухой выстрел прошил пространство бассейна. Плечо Киняева дёрнулось назад, пальцы разжались, и хватка исчезла. Вырвавшись, я кубарем скатилась по ступеням вниз.

Поднявшись, я тут же бросилась к Паше. Киняев тем временем попытался встать, зажимая простреленное плечо. По рукаву быстро растекалось тёмное пятно.

Я сама не поняла, что делаю. Рука сама поднялась навстречу.

Киняев дико закричал. Пуля, застрявшая глубоко в его плече, словно раскалилась докрасна и начала ввинчиваться в плоть изнутри. Он рухнул обратно, вцепившись в окровавленное плечо.

— Что... Ты...

Я тяжело дышала, глядя на корчащегося врага.
Получилось. Я причинила ему боль. Сознательно.

Паша тем временем уже успел высвободиться из кресла и подобрать выбитый пистолет. Он поднял ствол и направил его на Киняева.

— Паша, стреляй в него! — рякнул Сергей, пытаясь подняться. — Что с тобой?! Убей его!

Рука Паши вдруг начала неуправляемо дрожать. Я наблюдала за ним краем глаза и заметила, как он опустил руку, а затем изменил траекторию стрельбы.

Не в сторону Киняева.

В мою.

В тот же момент связь с Киняевым оборвалась. Я потеряла контроль над пулей в его плече и больше не чувствовала её. Раздался сухой выстрел. Я резко дёрнулась в сторону, и пуля просвистела в миллиметрах от головы, звонко отрикошетив от бетона позади. Я едва удержалась на ногах.

Я бросила взгляд на Пашу. Чёрные вены медленно расползались его векам. В его лице, мимике и поведении больше не оставалось ничего знакомого. Теперь им управляла Зона.

— Он... — с ужасом прошептала Настя. — Он сейчас сестру хотел убить?!

— Ну вот... — Киняев рассмеялся с наслаждением, зажимая раненное плечо. — Почти всё.

Паша снова поднял пистолет. Движения стали плавными и точными – словно его вели за руку.

Киняев довольствовался моментом:
— Давай. Закончи то, что сам начал.

— Паш... — голос Лёхи сорвался на сиплый фальцет. — Ты чего? Это же Вероника!

— Стреляй, Гош! — рявкнул Сергей, пытаясь выбраться из глубины бассейна — Стреляй в Пашу!

— Не смей стрелять! — крикнула я.

— Вы что, не поняли?! Он и есть зло! Стреляй! Гош, убей его!

Киняев перевёл на меня взгляд.
— Ты всё ещё считаешь его братом? — усмехнулся он. — Ты ведь знаешь, что это давно не так. Он ведь даже не пытается тебя вспомнить.

Паше и не нужно было меня вспоминать. Я чувствовала его сознание. Где-то глубоко внутри него ещё оставалось сопротивление. Будто он пытался удержать дверь, которую с другой стороны изо всех сил пытались захлопнуть.
Я не знала, что именно находится за этой дверью. Воспоминания о друзьях? Об Ане? О прошлой жизни? Или обо мне? Но другого выхода не было. Я вытянула руку в сторону Паши. Сила рванулась навстречу его сознанию.

Паша дёрнулся. Мышцы на его лице едва заметно дрогнули. Он нахмурился, словно пытался сосредоточиться на чём-то.

— Ха... — Киняев тихо усмехнулся. — Тут ничего не изменить. Мы оба знаем, что ты это сделаешь.

Паша вдруг опустил руку. Пистолет выскользнул из его пальцев и с глухим звоном упал на бетон.

— Ахаха... Любовь оказалась сильнее, чем я думал. — рассмеялся Киняев.

Он потянулся вперёд и поднял пистолет с пола.

— Ладно. Могу и я. Как скажешь.

Он уже начал поднимать оружие, направляя его в нашу сторону. Но в следующий миг ствол в руках Киняева внезапно изменил направление, уткнувшись ему в подбородок.

— Что?..

БАХ!

Киняев рухнул на бетон. Несколько секунд никто не решался сказать что-либо даже шёпотом. Я тяжело, прерывисто дышала, чувствуя, как от выплеска силы закипает кровь в висках.

Паша повернулся ко мне.
Я замерла, не смея сделать и шага:
— Паш..?

Он ничего не ответил. В его чертах не отразилось ни единой эмоции.
Внезапно бетон под ногами содрогнулся. Я едва успела поднять голову: огромная плита, сорванная с перекрытия откуда-то сверху, зависла в воздухе.

— Нет...

Паша дёрнул кистью – и многотонная глыба сорвалась с места, рванув прямо на нас с Аней. Я выбросила навстречу ладони. Пространство перед нами мгновенно натянулось, словно мембрана. Плита с оглушительным гулом наткнулась на барьер, её стремительный полёт затормозился всего на долю секунды – но этого короткого мгновения нам хватило. Стиснув зубы до хруста, я рванула чужую силу в сторону. Бетонный обломок изменил траекторию и с грохотом обрушился в другой части бассейна, подняв тучу пыли.

Отдача прошила всё тело от пяток до кончиков пальцев. Острая боль обожгла каждый нерв, ноги подкосились, и я бессильно рухнула.

— Ника! — Аня тут же бросилась ко мне, обхватив за плечи.

Я тяжело дышала, пыталась прийти в себя и сдержать подступающую тошноту:
— Всё... нормально...

— Вероника! Аня! — раздался громкий, отрывистый голос Сергея. Он уже поднялся на ноги и напряжённо смотрел на Пашу. — Отойдите от него!

Я с трудом подняла взгляд:
— Я не хочу с тобой драться...

— Паша, ты что делаешь? – всхлипнула Аня.

— Он не слышит, — хрипло сказала я, покачав головой. Над губой я почувствовала неприятную прохладу.

— Что?

— Он вас не видит и не слышит. — неприятной прохладой оказалась кровь.

Паша продолжал смотреть в нашу сторону. Теперь я окончательно поняла, что именно показывает ему отравленный Зоной разум.

— Он сейчас меня убьёт.

Превозмогая боль, я медленно поднялась на ноги, держась за Аню. Паша не сводил с нас глаз. Несколько долгих, оцепенелых секунд мы не двигались. Я замерла, готовясь к новому удару.

Но его не последовало.

Паша медленно опустил руку Ещё несколько мгновений он смотрел на меня, словно пытался что-то разглядеть сквозь собственное искажённое восприятие.

А затем развернулся и просто ушёл.

Я молча смотрела ему вслед, пока его силуэт окончательно не растворился в тёмном проёме коридора.

____________________
Небольшая приписка к завершению второй части ❤️

На этом вторая часть фанфика действительно завершена.

Но прежде чем я начну работу над третьей частью, в ближайшее время выйдут ещё пара экстра глав. В них будет показано, что происходило с героями непосредственно после событий последней главы.

После выхода экстра глав я приступлю к написанию третьей части.Спасибо всем, кто читает эту историю, оставляет отзывы и ждёт продолжения. Работу я обязательно завершу. Всех люблю ❤️