Шаг сквозь эпохи: Тёмная мелодия

Масами заставили надеть парадное пышное платье и тяжёлую белую мантию. Ткань казалась ей удушающей, словно погребальный саван для её свободы, но служанки затягивали корсет безжалостно, полностью игнорируя её ледяной взгляд.

Едва она переступила порог гардеробной, как перед ней снова выросла высокая фигура китайского принца. Джи Ю окинул её оценивающим, собственническим взглядом и хитро улыбнулся:

— Здравствуй, принцесса. Ну что, готова? Скоро ты станешь великой императрицей, а затем... моей покорной женой, верно?

Масами даже не замедлила шаг. Она смерила его взглядом, полным такого презрения, что воздух вокруг, казалось, замёрз.

— С дороги, — процедила она сквозь зубы.

— Ну почему ты опять такая злая? — Джи Ю приподнял бровь, и в его глазах блеснул опасный, тёмный огонёк. — Твой характер определенно надо исправить. Прямо сейчас.

Он резко шагнул к ней, пытаясь перехватить, но Масами, проявив невиданную ловкость, увернулась и еле-как убежала прочь. Её сердце бешено колотилось, пока она стремительно шла по пустым дальним корирорам дворца, пытась прийти в себя и поправляя съехавшую воротниковую ткань. Из тени робко показался тот самый преданный слуга. Он бросил на неё быстрый взгляд и тут же испуганно округлил глаза:

— Ваше Высочество... Боюсь спросить, но... почему Ваши плечи под мантией все в жутких красных следах и укусах? Что произошло?!

Масами судорожно одёрнула край тяжёлой белой ткани, скрывая следы вчерашнего кошмара в запертой комнате, и резко обернулась к нему:

— Не напоминай мне об этом хотя бы ты!

Масами медленно вошла в главный тронный зал, где её уже ждали родители. Император Даики величественно повёл рукой в сторону дочери, представляя её собравшимся советникам и важным гостям:

— Такара, посмотри, вот идёт наша дочь.

Масами остановилась напротив них, и в её глазах, полных отчаяния, мелькнула последняя, хрупкая надежда. Она тихо, почти умоляюще произнесла:

— Отец... Матушка... Может быть, вы всё-таки отмените эту свадьбу? Пожалуйста.

Императрица Такара даже не взглянула на неё, поправляя свои роскошные одежды. Её ответ прозвучал резко и безжалостно:

— Абсолютное нет, Масами. Даже не думай об этом. Всё уже решено.

— Поспеши, — сухо оборвал её Даики, указывая на алтарь. — Время пришло. Коронация начинается.

Девушка покорно сделала шаг вперёд и медленно подставила голову под тяжёлый золотой венец. Император аккуратно опустил корону на её тёмные волосы и во весь голос провозгласил на весь зал:

— С этой самой секунды императрица Масами официально правит Великой Ямато!

Огромные двери распахнулись, и с площади донёсся оглушительный, ликующий крик тысяч подданных:

— ДА ЗДРАВСТВУЕТ МАСАМИ!

Она стояла на возвышении, оглушённая этим восторженным рёвом толпы, а в её голове в этот момент крутилась лишь одна горькая, разрывающая душу мысль: «И зачем... зачем мне нужен этот престол? Лучше бы я, как моя старшая сестра Хонока, навсегда ушла отсюда... Сбежала бы к тому, кого я по-настоящему любила бы».

Император Даики победоносно улыбнулся и громогласно объявил на весь зал, перекрывая гул толпы:

— А теперь, когда Ямато обрела свою правительницу, я с гордостью приглашаю её жениха! Принц Джи Ю, выйди вперёд!

Китайский принц вальяжно шагнул к алтарю, облачённый в свои лучшие парадные шелка. На его губах играла всё та же хитрая, торжествующая ухмылка. Императрица Такара повернулась к нему и торжественно спросила:

— Принц Джи Ю, берёшь ли ты нашу дочь в свои законные жёны?

— Да! — уверенно и громко ответил китаец, глядя прямо на бледную принцессу.

Такара перевела строгий взгляд на Масами, и её голос прозвучал как приговор:

— Масами, согласна ли ты стать его супругой?

Джи Ю незаметно для всех с силой наступил и придавил ей ногу своим тяжёлым сапогом. Острая, пронзительная боль обожгла всё тело, заставив Масами задохнуться.

— Ай... — от неожиданности пискнула принцесса, а из её глаз против воли брызнули слёзы. Закусив губу, она едва слышно выдавила: — Д-да...

После завершения официальной части в огромном тронном зале грянула музыка, и начались грандиозные народные танцы. На удивление, принц Джи Ю был в паре со служанкой, весело кружа её под аплодисменты гостей. Масами, стоявшая в стороне под тяжестью своей белой мантии, лишь облегчённо выдохнула:

— Хорошо, что не со мной...

Поняв, что всё внимание толпы и родителей приковано к весёлому китайскому принцу, девушка решила действовать. Придерживая полы пышного платья, она тихонько прокралась к выходу из зала. Её пальцы уже коснулись резной ручки двери. Масами аккуратно потянула её на себя, молясь, чтобы дерево не заскрипело. Слуги и дворцовая стража прекрасно видели, что принцесса пытается сбежать с собственного праздника. Однако все они молча промолчали и отвели глаза — никому из них искренне не хотелось быть свидетелями грандиозного международного скандала.

Дверь уже приоткрылась, впуская прохладный воздух коридора, как вдруг над залом громом разнёсся яростный крик отца:

— МАСАМИ! Прекрати!

Масами медленно опустила руку с резной ручки и повернулась к отцу. На её лице застыла безупречная, мёртвенно-холодная маска:

— Простите, отец. Мне нужно было проветриться.

Она с горечью захлопнула дверь, стараясь не привлекать внимания остальных гостей. Оказавшись на просторной террасе, девушка тяжело оперлась о деревянные перила. Вокруг раскинулась тихая вечерняя Ямато. Солнце уже скрылось за острыми вершинами дальних гор, окрасив небо в глубокие, багрово-чернильные тона. Дворцовый сад внизу казался огромным живым океаном: в густеющих сумерках мягко шуршали вековые сосны, а над тёмной гладью озера клубился белый, похожий на призрачный шёлк туман. Свежий ночной ветер безжалостно срывал с веток редкие лепестки сакуры, унося их в темноту. Этот древний мир был прекрасен, но для неё он превратился в роскошную золотую клетку.

Вздохнув, Масами заставила себя подняться во внутреннее крыло дворца и дойти до той самой спальни на третьем этаже. Сил бороться больше не оставалось. Тяжёлое пышное платье давило на плечи, а травмированная лодыжка невыносимо ныла. Обессиленная и опустошённая, она просто опустилась прямо на деревянные плиты у стены.

Дверь тихо скрипнула, и в покои бесшумно вошла императрица Такара. Увидев дочь, женщина в недоумении остановилась и строго нахмурилась:

— Масами, почему ты легла на полу?

Девушка подняла на неё глаза, в которых блестели непролитые слёзы отчаяния:

— Матушка, я не буду ложиться с ним. Прошу... Сжальтесь надо мной.

Императрица Такара лишь равнодушно покачала головой, её голос оставался сухим и ровным:

— На полу холодно — подцепишь болезни.

Масами горько усмехнулась, ещё сильнее сжимая пальцами полы своего платья:

— Да я готова хоть в конюшне спать! Только бы подальше отсюда!

Лицо Такары мгновенно стало ледяным, а в глазах промелькнула опасная сталь:

— Я сию же минуту позову отца, Масами, если ты не ляжешь.

Масами обреченно вздохнула. Дверь со звуком захлопнулась — императрица Такара покинула покои. Принц Джи Ю вальяжно прошёл вглубь комнаты и повернулся к замершей на полу девушке с притворно-мягкой улыбкой:

— Масами, хочешь расскажу какие нибудь китайские легенды, чтобы поспать?

Девушка подняла на него ледяной взгляд и сухо оборвала этот фальшивый тон:

— Можешь не притворяться. Ты уснёшь — и я уйду отсюда.

Джи Ю лишь снисходительно рассмеялся, качая головой, и медленно пошёл вокруг неё кругами. Его шаги были плавными, словно он всё ещё танцевал пару часов назад в главном зале. Но сейчас в этом были пугающие повадки хищника. Масами впервые в жизни было страшно, как никогда.

— Да перестань! — издевательски бросил он. — Любящая жена должна сидеть рядышком, в тепле и уюте.

Масами судорожно сжала кулаки. В отчаянии она выпалила первое, что пришло в голову:

— Сто золотых слитков! Я отдам тебе сто слитков чистейшего золота, и ты уйдешь?

Принц замер, а затем его лицо исказила зловещая, торжествующая ухмылка. Он наклонился к самому её лицу и вкрадчиво процедил:

— Зачем мне твое золото, если в ближайшие годы Китай заполучит всю Ямато?

Джи Ю продолжал медленно ходить вокруг неё.

— Иди спи, — прошептала принцесса.

— Не приказывай мне, жёнушка.

— Не называй меня так. Я императрица.

Джи Ю лишь тихо рассмеялся, картинно прижав руку к груди:

— Ну а я император. Ох, как же я тебя боюсь!

В следующую секунду его ладонь мёртвой хваткой сжала её запястье. Он потянул её на себя:

— Идём спать.

Масами попыталась вырваться, но его пальцы держали крепко:

— Ты врёшь мне! Я усну, и что ты со мной сделаешь?

Джи Ю рассмеялся, дав понять, что Масами должна думать сама. В его тёмных глазах не было жалости.

— Как правило, мне нужны наследники.

— К черту твоих наследников! Не быть этому! — во весь голос закричала принцесса.

В ответ Джи Ю резко и грубо кинул её к углу комнаты. Невероятно, но похоже сила у этого парня была немалая. Масами со всего маху ударилась спиной о стену и упала на пол. Не успела она перевести дыхание, как принц навис над ней сверху, заставляя Масами судорожно дрожать всем телом.

— Люблю видеть, как ты пытаешься найти выход там, где его нет. Наивная...

Масами упёрлась ладонями в его грудь:

— Не смей...

— Не смеееей! Я императрица! — издевательски, тонким голосом передразнил её Джи Ю, кривя губы в мерзкой ухмылке.

— У тебя есть хоть капля человечности?!

— Конечно же. Я не убил тебя, веду себя хорошо при твоих родителях. Чего тебе ещё нужно?

— Я не хочу быть с тобой!

Джи Ю ничего не ответил. Он просто наклонился чуть ниже и накрыл её губы своими. Парень сминал, кусал их, пытаясь вовлечь Масами в поцелуй. Девушка же отчаянно пыталась оттолкнуть его, хотя сама была хрупкой и мелкой. Она резко отвернула голову и жадно вдохнула:

— Прекрати!

— Я ведь предупреждал, что будет, если не будешь слушаться.

Джи Ю подхватил её на руки. Масами кусала его, толкала ногами и звала на помощь. Но никто не слышал и крика. Как назло, любая живая душа, слуги, и сами родители были в других частях дворца.

Парень бросил девушку на пышную кровать. Но едва он наклонился, Масами со всей дури ударила его ногой в лицо.

— АЙ! Да как ты посмела?! — взвыл Джи Ю, хватаясь за разбитый нос, из которого брызнула кровь.

В следующую секунду он очень грубо и резко кулаком ударил её в живот. Масами ахнула, согнувшись пополам и не в силах выдавить и слова из себя от ослепляющей боли.

— Час расплаты, королева, — процедил Джи Ю сквозь зубы.

Он взял её платье в руку. С громким, жутким треском ткань разорвалась, обнажая хрупкие плечи. В глазах Масами всё поплыло от ужаса, но разум лихорадочно цеплялся за спасение.

«Есть только один выход... Да поможет мне Бог! Где ж там сабля то была...» — пронеслось в её голове.

Масами потянулась рукой к стене, ища оружие на ощупь. В это время Джи Ю уже оставил пару клеймо на её шее — жуткий, насильный знак собственности. Наконец её пальцы сомкнулись на ледяном металле. Масами схватила рукоять катаны и со всей силы вонзила её в императора.

— ААААААА! — истошный крик боли разрезал тишину спальни.

Джи Ю упал. На некогда белоснежной простыни блестела яркая кровь. Масами, тяжело дыша, выбежала с саблей из комнаты. Не было ей дела, умер он или просто ранен. Главное — бежать. Масами хотела найти хоть один уголок во всем дворце, где нет никого.

И она вышла на крышу. Принцесса вылетела прямо под холодный свет огромной луны. От разорванного платья и жутких укусов по коже текла кровь. Девушка наспех ощупала себя, вроде новых синяков нет. Она обессиленно прислонилась к черепице, и её голос сорвался на испуганный шёпот:

— Это... Это... Я и толком не могу объяснить, ибо я напугана до самой смерти... Я... Я совершила преступление... Китай не осмелится не защитить своего принца. И именно я императрица, мне всё решать...

Луна над её головой внезапно отсвечивала тусклым розовым светом, словно наливаясь кровью. Обида и дикая ярость захлестнули Масами. Девушка со всей злости кинула катану прямо в неё, словно захотев распилить её напополам.

— Кровь, пот и слёзы... — выдохнула она одними губами.

В этот самый момент девушка без сил упала на крышу. Она дрожала вовсе не от холода или страха. Какая-то неведомая древняя магия заставила её уснуть. И нет теперь абсолютно никакой гарантии, что проснётся она на этом же самом месте...

-----------------------------

Её последнюю фразу и название главы, поймут только Арми😉💜