The Dark Cell

     Прогулка.

Pov: Emma

Утро далось мне ужасно сложно. Я с божьей помощью подняла свой зад и пошла умываться. В зеркале было чучело. Темные круги под глазами,опухшее лицо,волосы растрепанны.
Холодная вода разбудила меня, и я уже чувствовала себя намного лучше. Не считая того, что я всё равно не хотела вставать.

На кухне стоял прекрасный запах — только уже не каши. Чего-то намного вкуснее.

Я зашла на кухню. Мама стояла в пучке и в своей пижаме. Она меня не заметила, и я не могла её не напугать. Пусть я и обиделась, это сделать обязательно нужно.

— Бу! — крикнула я.

Она вздрогнула и вскрикнула.

— Эмма, блять! — посмеялась она и с мягкостью посмотрела на меня.

— Я вчера слышала, как дверь открывалась. Это ты была?

Я на секунду промолчала, но решила не врать.

— Я просто на улицу вышла, подышать.

Про Рафа я промолчала. Пусть лучше не знает — так ей будет спокойнее.

— Ты простила меня? — спросила она, садясь со мной.

Я посмотрела на тарелку, которая лежала около плиты, а там были сырники, которые я не ела, наверное, лет сто.

— Наверное... Я пока не знаю, — я пожала плечами. Она спокойно кивнула.

— Я сегодня отдыхаю.

Я удивилась. Впервые за долгое время моя мама будет дома. Она на протяжении трёх месяцев работала без выходных. Раньше там работала вместе с ней Раиса, но позже она ушла. Куда — я не знаю.

— Вот это да! Как такое случилось? Тебя кто-то заменять будет? — с удивлением спросила я.

— У нас новенькая, поэтому теперь выходные будут чаще.

Всё-таки я обрадовалась. Неужели моя мама хоть немного отдохнёт дома?

— Хорошо, я рада, — я принялась кушать прекрасные сырники. На вкус они такие же мягкие и нежные. Съев две штуки, я наелась.

— Спасибо, было вкусно! — помыв за собой, поблагодарила я маму.

Она озарила меня своей улыбкой — такой чистой и доброй. С такой улыбкой мне не хочется обижаться на неё ни на секунду.

---

Я дошла до школы, где сегодня я буду одна. Луиза поедет в больницу с её мамой — она мне это сказала тогда, когда я почти дошла до школы. Вот коза, если бы я знала, я бы сама дома осталась. Теперь придётся все уроки одной терпеть.

Да, именно сегодня у меня была совесть. Я решила, что просижу все 7 уроков. Интересно, выдержу ли.

Шёл первый урок — английский. Как я его ненавидела, мы писали весь урок. Мисс Ванесса нас ненавидела. Пусть она была молодая, но нам всегда доставалось больше всех.

— Эмма, мне кажется, вы сейчас заснёте, — подойдя ко мне, с неприязнью сказала она.

Я посмотрела на неё удивлённо, словно не понимая.

— Нет, я не усну, — уверенно ответила я.

Она поджала губы, но ничего не сказала. Тупая стерва весь урок пялилась на меня, как будто я наркоту принимаю. Я, конечно, понимаю, что прекрасна, но это не значит, что нужно сверлить меня своим осудительным взглядом, будто я ей чего-то должна. Хотя, может, и должна. Дать ей по её морде, чтобы та больше не смогла даже смотреть на меня.

Нудный урок прошёл, и я с выдохом вышла из её душного класса. Мне уже хотелось домой, хотя я отсидела только первый урок. И как мне выжить все эти 7 уроков?

---

Pov: Author

Пока Эмма пошла на второй урок, у её мамы был уже план. Она не будет просто сидеть дома на своём выходном — у неё есть вариант получше.

Она накинула на себя своё бежевое пальто и вышла из дома. Прохладный ветер дул на неё, тем самым раздувая русые волосы в разные стороны. Она направлялась прямо в полицию.

В руках она держала документы в серой папке. А в сумке лежало всё золото, которое она будет сдавать в ломбард.

Лина села в автобус, в котором было народу больше, чем на любых мероприятиях. Внутри пахло чем-то сырым и одновременно холодным — как будто здесь замораживали мясо. Туда-сюда покачиваясь, она зажимала документы ещё больше, лишь бы те не упали.

Мама Эммы вышла из автобуса и направилась туда, куда собиралась. Ноги пошатнулись, прежде чем она зашла в кабинет. Она постучалась три раза. Холодный, мрачный голос ответил:

— Входите.

Лина села на стул, который стоял напротив полицейского.

— Чем могу помочь? — спросил офицер за стойкой, не поднимая глаз.

— Я хочу оспорить договор, — сказала Лина, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Меня обманули. Я не знала, что подписываю.

Он взял документы, бегло просмотрел их и покачал головой.

— Здесь ваша подпись. Она добровольная. Доказательств того, что вас ввели в заблуждение, нет.

— Но я не читала, что подписываю! Он сказал, что это просто формальность!

— Это ваша ответственность, мисс Гофман. Я не могу ничего сделать.

Она вышла на улицу, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, но не ощущая холода. Внутри было пусто. Она не знала, что делать дальше.

Предательские слёзы жгли её лицо, но она быстро их смахнула.

— Нужно быть сильной, Лина, — чётко проговорила под нос себе она.

Первым вариантом была полиция, но она оказалась провальной. Лина пошла в ломбард, надеясь, что сможет сдать золото.

В ломбарде пахло духами и одновременно чем-то железным. Мужчина смотрел на неё, ждав, пока она даст понять, зачем пришла.

— Если я дам вам это золото, сколько денег я получу? — она достала из сумки всё своё золото, которое копилось у неё двадцать лет. Ей не хотелось прощаться с ним, но поделать было нечего.

— 2 627,63 долларов, женщина, — спокойно ответил он.

Лина глубоко вздохнула, но не стала отдавать золото. Суммы всё равно не хватит, зачем она будет его сдавать?

— Спасибо, я, пожалуй, пойду, — развернувшись, она вышла из магазина.

Теперь всё оказалось провалом.

Она была пуста и разбита — Лина не понимала, что делать. Отдавать дочку замуж — точно не хорошая идея. Гофман хотела попросить у кого-то в долг, но понимала, что никто не даст ей такую сумму. Даже меньше, чем эта сумма.

Она отчаялась и с грустью пошла домой. Идти ей долго, но женщина хотела проветриться.

Лина не хотела сдаваться, не хотела отдавать свою единственную дочь за незнакомого. Если он будет её обижать? Будет насильно заставлять делать то, чего она не желает?

У неё началась паника — вдруг так и будет?

— Так, Лина, успокойся, — прошептала она. Но это не помогло, пришлось присесть.

Женщина решила написать Каулитцу, попросить взять долг в кредит.

«Здравствуйте, Том Каулитц. Прошу вас. Можно взять долг в кредит? Я готова работать как раньше, без выходных. И буду работать бесплатно — все деньги пойдут на долг».

Она долго решалась отправлять или нет, но всё же отправила. Сердце екнуло, когда ответ пришёл почти сразу.

«Гофман, не испытывай моё терпение. Ты прекрасно знаешь, что я не дам тебе долг в кредит».

Следующее сообщение пришло затем же:

«Или ты что, передумала?»

Солёная слезинка стекала по щеке Гофман, и она даже не пыталась её убрать. Она истощена. У неё нет выбора, кроме как сделать то, что просит Том. Даже если не хочет, даже если жалеет — выбора нет.

---

Pov: Emma

Я выбежала из класса, когда прозвенел звонок домой. Сегодня впервые, кажется, за все месяцы учёбы я просидела все уроки. Мы с Луизой любили уходить после третьего или пятого урока. А тут — просидела все, да ещё и одна. Сказать, что мне понравилось — не сказать. Я задолбалась.

Ещё Кэтрин — сука из нашего класса, которая любила ко мне придираться — сегодня при всём классе крикнула, что я просидела все уроки. Учительница тоже была. И все услышали, но мне не влетело. Потому что, пусть я и прогуливаю, я всё равно знаю больше, чем та Кэтрин, которая не прогуливает занятия. Я ничего ей не сказала — таким, как она, смысла говорить нет. И всему классу было глубоко похуй, как в основном и мне. Кэтрин любит привлекать внимание, и это факт.

Я открыла свой шкафчик, быстро взяв куртку, и пошла прочь из школы. Даже не успев её надеть.

Не знаю, что за срочность, но в школе мне находиться совсем не хотелось. Хотелось только лечь в кровать и заснуть крепким сном.

---

Дома стоял запах чистоты и прохлады. Похоже, мама убралась дома. Я повесила куртку и бросила рюкзак в сторону. Мама сидела на диване, что-то параллельно смотрев в телевизоре.

Я села к ней. Она, заметив меня, мягко улыбнулась и повернулась ко мне.

— Доченька... — приобняла она меня. — Ты, наверное, голодная, да?

Я кивнула — и вправду проголодалась, даже не заметив этого.

— Я так рада, что ты простила меня, Эмма, — ласково проговорила мама. — Я пыталась тебе помочь, но всё бестолку...

Я уже и забыла про всё это, но мама умеет напоминать. Улыбка с лица сразу же исчезла, как будто её и не было.

— Мам, ты не виновата, — ответила я ей, подходя ближе. Она положила мне на тарелку макароны и котлету. — Просто мне нужно было остыть.

— Хорошо, дорогая.

Мы болтали о том, что у нас накопилось за эти дни, пока я с ней не общалась. Я одновременно кушала и говорила, а мама внимательно слушала. Про Рафаэля я так и не сказала. Пусть хотя бы это останется в тайне — думаю, так для нас будет лучше. Если что, потом расскажу, когда время придёт.

— Было очень вкусно, мам. Спасибо, — я хотела уже помыть тарелку, но мама отняла её у меня и принялась мыть сама. Я улыбнулась мягче, чем хотела, и обняла её.

Давно такой обстановки не было.

Позже я пошла к себе, и сон куда-то исчез. В школе я хотела невыносимо спать, а сейчас у меня есть чувство бодрости. Но одновременно и печали, которая никак не уходила. Только за маской я всячески пыталась скрыть всё, что у меня таится внутри. Я твердила себе, что не хочу замуж, что хочу жить для себя, быть свободной. Но, конечно же, это никак не поможет. Умолять я могу сколько угодно, а вот сделать — намного сложнее.

Телефон пикнул, и я нехотя взяла его. Неизвестный.

Неужели опять тот конченный?

«Привет, Эмма».

Блять, да вымри ты уже, селедка протухшая.

«Хватит мне писать! Я же тебя заблокировала, как ты мне пишешь?»

Я скоро выкину этот мобильник, и никто мне больше не напишет.

«Так я тебе впервые пишу, ты чего?»

Вот и врать ещё научился, ебанный асфальт.

«Да отвали от меня, кусок недоделанный».

Он прочитал, но ничего не ответил. И слава богу, а то меня бы не хватило.

Зря радовалась — он ответил.

«Ты, наверное, с кем-то меня путаешь. Я Рафаэль, вообще-то».

Твою мать! Этот дебил мне паранойю сделал. Теперь я обычный неизвестный номер с ним путаю! Как мне стыдно... Подумал, наверное, что я конченая идиотка.

«Ой... Прости, пожалуйста. Просто мне один странный тип написывал, и вот я думала, что ты — он и есть».

«Ничего, я тебя понимаю. Я хотел тебя прогуляться позвать, ты не против?»

Может, всё-таки пойти? Иначе дома я сожру себя мыслями о своей жизни. Точнее, уже не своей.

«Конечно, давай. Во сколько?»

«В 18 сможешь?»

Я на секунду посмотрела на время — 15:47. Нормально, значит, всё успею.

«Да, подъедешь к моему дому, если не сложно?»

Что-то я наглею. Ну, раз у него машина есть, почему бы и нет?

«Хорошо! До встречи».

Я очень удивилась. Разве мы достаточно знакомы? Вот именно — нет. А он без раздумий согласился. Удивительно, честное слово.

Я отреагировала сердечком и отложила телефон. Теперь придётся выбрать, в чём я пойду.

Решила лечь, чтобы отдохнуть хотя бы полчаса. Я глядела в потолок, мечтая о чём-то. А вообще, мне было интересно, что это за человек — Рафаэль. Он так внезапно появился в моей жизни, что я до сих пор не верю. Я не знаю, нормальный ли он человек. И вообще, безопасно ли идти с ним гулять? Я даже не знаю его толком, а уже согласилась.

---

Я открыла шкаф, полный одежды. Почти. Свитера, джинсы, штаны, футболки. И что надеть?

Залезла на верхнюю полку, где лежали вещи, которые я одевала реже. Белая рубашка и белая футболка скинс. Думаю, верх я уже выбрала.

Бросив вещи на кровать, я принялась выбирать низ. У меня полно штанов — больше, чем футболок. Поэтому мой выбор пал на обычные голубые джинсы клёш.

Одев всё это, я посмотрела на себя и не узнала Эмму. Это точно Эмма? Обычно такие вещи я носила только летом. Надеюсь, что зимой в них я не замёрзну, иначе будет не очень хорошо.

И вот я, вся красивая и нарядная, спускаюсь на первый этаж, чтобы надеть обувь и куртку. Но чего-то мне точно не хватает. Точнее, кого-то.

Мужа.

Я сама усмехнулась, когда эта мысль пришла мне в ум. Я что, чокнулась? Как я могу такое вообще говорить? Я совсем недавно ненавидела его, а сейчас мне его не хватает.

Блять, закройся, Эмма. Прошу.

Я его не видела, не знаю, какой он. Вспыльчивый, спокойный, агрессивный? И я ещё могу что-то думать о нём? Я скоро перережу себе горло, клянусь.

Мама смотрела, как я одеваю куртку, и, кажется, смотрела с подозрением.

— Ты куда это такая красивая? — с усмешкой спросила она. — Не холодно будет?

— Да так, гулять, — пытаясь сделать спокойный тон, ответила я. Мне не хотелось врать, лучше просто промолчать, с кем иду. — Не замёрзну, всё хорошо.

Она вроде бы поверила и кивнула.

— Ладно, хорошо погуляй! — мягко сказала та.

— Спасибки, люблю! — выйдя из дома, быстро проговорила я.

Похоже, мы обе сейчас спокойны. Как же я рада этому, что напряжение между нами исчезло. И это есть счастье. Пока что.