Долг крови

Абсолютно точно я не должна была этого делать. Тем более без ведома отца. Тем более ехать туда, где меня могли убить, — ведь я больше не состояла в Семье. Меня могли прикончить даже без разбирательств. Но отчего-то внутри жила упрямая уверенность, что ничего со мной не произойдёт. Мнимая надежда, что он не позволит. Хотя, очевидно, этому человеку уже давным-давно было на меня плевать. Может, он меня уже вовсе и не помнил. Вероятно, так оно и было.

Несмотря на всю опасность, что могла обрушиться на меня за долю секунды — так, что я даже не успею моргнуть, не говоря уже о том, чтобы достать стилет, — я всё равно поехала в поместье. Отец подарил мне машину, когда мне исполнился двадцать один год, чтобы я могла с комфортом добираться в университет сама. И я любила эту машину, потому что она казалась отражением меня самой. Это был матово-чёрный «Форд Мустанг». Агрессивный, хищный и совершенно не вписывающийся в образ прилежной студентки-юриста. Глухая тонировка стёкол скрывала меня от чужих взглядов — параноидальная привычка папы к безопасности, которая пришлась мне как раз по душе, — а под капотом прятался настоящий зверь, отзывающийся на нажатие педали газа низким, утробным рычанием. В салоне царил строгий минимализм: тёмная кожа, холодный металл и никаких девичьих побрякушек. Зато под водительским сиденьем был удобный скрытый отсек, в который сейчас идеально лёг мой стилет. Эта машина была моей единственной отдушиной. И прямо сейчас — моим единственным шансом добраться до поместья Д'Анджело.

Мне пришлось нарядиться в самую неудобную и отвратительную для меня одежду — платье. Оно было чёрным, длиной лишь до колен, поэтому под ним на правом бедре уже была закреплена портупея. Если бы я пришла в своей привычной одежде — чёрной кофте и джинсах, — меня бы заподозрили тут же. А так у меня есть немного времени, чтобы пробраться внутрь, попробовать узнать что-нибудь о плане отца и вообще разведать обстановку... Интересно, этот господин «Р» тоже сегодня присутствует? Если так, то мне придётся быть вдвойне осторожной и ловить на себе любые косые взгляды.

На пороге, как всегда, стояли два охранника — новые, их я раньше не видела. Не знаю, усложняет мне это задачу или упрощает... С одной стороны, они не знают в лицо Дикарку. С другой — у них наверняка есть строгий список гостей, в котором имени Леоны Кингсли точно нет. Идти напролом через парадные двери было бы полнейшей глупостью и неоправданным риском. Я всегда мыслила логически и сейчас понимала, что других вариантов у меня нет, кроме одного...

Я отступила в густую тень раскидистых туй, высаженных вдоль аллеи. Мой взгляд скользнул по массивному фасаду здания. Девять лет. Я не была здесь девять долгих лет, но моё тело помнило каждый камень этого проклятого места.

И я точно знала, что за западным крылом, рядом с оранжереей, есть служебная дверь для персонала. Раньше там барахлил магнитный замок, и охрана часто оставляла её приоткрытой, чтобы бегать курить. Набрав в лёгкие воздуха, я бесшумно скользнула вдоль живой изгороди, утопая каблуками в мягком газоне. Сердце колотилось где-то в горле.

Западное крыло встретило меня спасительной темнотой. Камера над дверью всё так же смотрела чуть правее, оставляя небольшую слепую зону — Дон так и не исправил этот недочёт. Я подошла вплотную к тяжёлой металлической двери и, затаив дыхание, потянула за ручку.

Щелчок.

Губы сами собой растянулись в довольной, почти по-детски радостной усмешке. Я скользнула внутрь, мгновенно окунаясь в знакомый запах — запах моего детства. Абсолютно всё здесь, внутри, осталось неизменным...

Я быстро выскользнула в коридор, в котором было много гостей, и, слившись с толпой, зашагала в том же направлении, что и они. И я очень надеялась не встретить отца сразу — он бы без разбора отправил меня домой.

Все люди ступали в тот самый зал, в котором всю жизнь проводились собрания. И кто бы мог подумать, что первым меня заметит не отец, а...

— Ты что здесь делаешь, сумасшедшая?! — меня внезапно перехватил за локоть Ривен!

Я растерянно хлопала ресницами, блуждая взглядом по его лицу, пока думала, что должна ответить.

— Я здесь...

— Не пытайся соврать мне! Я же знаю, что отец тебя не мог взять с собой!

— Тогда закрой рот, — шикнула я. — Не ори так. Давай поднимем всех на уши, а!

Ривен оглянулся, чтобы убедиться, что никто не обратил на нас никакого внимания. Подойдя вплотную, парень наклонился к моему уху и яростным шёпотом начал говорить:

— Что ты тут забыла, Леона?

— Я слежу за отцом, — честно ответила я.

— Следишь? — Ривен непонимающе нахмурил брови. — В каком смысле?

— Ты тупой? В прямом! Слежу за ним.

— Для чего? Что произошло?

— Я кое-что узнала...

Я оглянулась на коридор, по которому мы шли, и попыталась вспомнить, где здесь ближайшая ванная комната. Пришлось подождать несколько секунд, пока сработает мышечная память, и только потом я быстро зашла в ближайшую уборную, потянув за собой Ривена.

Не знаю вообще, стоило ли втягивать друга в это, но если он уже всё понял... думаю, нет смысла от него что-либо скрывать. Всё равно он такой дотошный, что сам бы вытянул из меня любую информацию.

— Я слушаю, — поторопил он.

— В общем... я даже не знаю, как это сказать... У отца в телефоне увидела сообщение от непонятного контакта «Р», ты не знаешь, кто это может быть?

Ривен свёл брови и посмотрел по сторонам, словно пытаясь вспомнить. Но в итоге покачал головой.

— Нет... Понятия не имею. Я могу, конечно, спросить у отца или зятя.

— Нет! — слишком резко выкрикнула я. — Не надо никому об этом знать.

— Но почему? Отец и Асмодей вполне могут помочь. Только что за сообщение-то?

— Послушай, — я снова шикнула на него, как на глупого ребёнка. — Не смей никому об этом рассказывать — или я отрежу тебе язык.

— Годы идут, а твои угрозы всё те же. Ладно, я обещаю. Так что там было?

— Что-то о том, что сегодня отец должен убить его. А кого «его» — непонятно! И... — я запнулась, думая о том, стоит ли рассказывать остальное.

— И?.. — он вытянул шею.

— И что если отец этого не сделает, убьют... меня.

Карие глаза друга округлились до размера монет.

— Что? — громко крикнул Ривен, а потом тут же закрыл рот ладонью, вспомнив, что нас могут услышать. — Какого чёрта ты здесь тогда, Леона?! Ты что, умом тронулась, алло?!

— Алло! Да, я тронулась умом. Я должна узнать, о чём и о ком речь.

— Ты осознаёшь, что это опасно?

— Я не боюсь.

— А вот я за тебя боюсь, идиотка! — шёпотом прорычал Ривен. — И прямо сейчас я должен рассказать твоему отцу о том, что ты задумала! И выпроводить тебя отсюда! Ты вообще понимаешь, что это опасно вдвойне?! Ты давно не в Семье Д'Анджело, и любой из его людей может тебя убить за то, что ты проникла внутрь. Кстати... как ты вообще сюда попала?

Я закатила глаза.

— Понятно. Конечно, я и забыл, что ты всё детство здесь провела и знаешь любые обходные пути. А во-вторых, Леона, прямо сейчас здесь может находиться тот человек, который сказал Рейгару, что убьёт тебя!

— Ясно! Не нужно было тебе рассказывать!

Но Ривен выставил руку, любезно прося меня заткнуться.

— Однако... я твой друг и ничего никому не расскажу. Иди. Я буду прикрывать твою спину.

— Своей задницей? — подначила я, но внутри была искренне благодарна Ривену за понимание.

— Ради бога, у меня шикарная задница! Знаешь, сколько раз в неделю я хожу в зал?

— Ради бога, избавь меня от этой информации!

Разговор был закончен. Дав Ривену знак быть наготове, я вышла из уборной и направилась дальше к залу, ну а Ривен — следом за мной.