Перепутье

Отдых в Монако, особенно после всего, кажется чем-то нереальным, притягательным и интересным. Квартира Шарля перестала быть такой колючей и чужой за время пребывания там девушки. Бенуа научилась лучше отличать оттенки настроения парня, лучше понимала, когда стоит оставить его одного. Их совместная жизнь становилась лучше, но никак не проще.

Разница графиков убивала былую страсть, заменяя огонь на привычку. Пилот Феррари правда старался уделять Луизе как можно больше внимания, старался делать ей регулярные сюрпризы, даже самые незначительные.

Даже сейчас, не смотря на настояния врача о частом отдыхе, Шарль вез девушку в неизвестном направлении. Его Феррари долго петляла по узким улочкам Монако, порой казалось, что они уже давно за его пределами. Но нет. Столько бы ни было вопросов, монегаск хранил молчание. Ему чертовски нравилась эта ее детская нетерпимость, однако сюрпризы от этого становилось делать гораздо сложнее.

Перед восторженными глазами Бенуа простиралось бескрайнее лазурное море, а на причале мирно качались лодки. Она уже догадалась, где проведем ближайшие пару дней и зачем нужен был купальник, заботливо брошенный парнем в ее сумку. Он вел ее за руку к самому концу пирса, где стояла небольшая белоснежная яхта.

На боту уже кипела жизнь, по крикам было понятно, что на борту находятся не только гонщики, но и их девушки. Один только вид этой картины и далекий голос Лили заставили блондинку встрепенуться.
- Мы решили немного отдохнуть, - тихо бросил Леклер, - Я подумал, компания из друзей тебе не помешает.
- А твоя компания?
- И моя, конечно, - кивнул он, чуть улыбаясь, и помог балерине перебраться на борт, крепко удерживая ее руку.

Помимо Цнаймер и Оскара, что бережно придерживал ее за талию, пока сема девушка заливисто смеялась, снимая видео, на палубе вальяжно растянулся Макс со своей девушкой под лучами солнца и в тени сидел Ландо. Такая компания немного удивила балерину, но она ни слова не сказала.
- Ну наконец-то, - протянул Норрис, - У тебя в привычку вошло опаздывать?
- А ты когда таким пунктуальным стал? – рассмеялся в ответ Шарль.
- Всем привет, - неловко бросила Бенуа, проходя вглубь веселья.
- Моя любовь, - потянулась к ней тут же Лили, целуя в щеку, - У нас тут замечательное предложение создать женскую коалицию против наглых гонщиков.
- У нас? – переспросила девушка, тут же оглядываясь и выискивая еще одну женскую фигуру, - Келли, прости, ты там так спряталась, что я не заметила.
- У меня пять минут на солнышке, а потом в бой, - довольно протянула Пике.

Волны тихим шумом бились о борта яхты, пока та резала из словно подтаявшее масло. Солнце блестело на воде, отпуская блики прямо в глаза. Луиза старалась на смотреть на яркие пятна, да и вообще не снимала очки, переживая о лишнем напряжении зрачков. Синдром отличницы играл даже здесь – девушка выполняла рекомендации врача без каких-либо исключений.

Пока Шарль и оба пилота Макларена были увлечены оживленной беседой, Макс принялся делать то, что любил помимо гонок – занял бар. Это восхищало и поражало одновременно, доверять наполнения стаканов человеку, который всех мерит по себе. Келли поставила перед девушкой стакан холодной газировки и молча присела рядом, будто не зная с чего начать разговор.
- Спасибо, - кивнула Бенуа.
- Это всего лишь вода, - отмахнулась Пике.
- И за нее спасибо, - блондинка улыбнулась, опуская глаза, - А вообще я благодарила за то, что ты не начала расспрашивать о том, что случилось. Ты просто сидишь и все, даже не смотришь на эти пятна.
- Потому что я не знаю, что сказать, - призналась шатенка, - Мы с тобой разных характеров, с разными взглядами. Ты даже с Лили сошлась быстро и легко, хотя она довольно закрытый человек.
- Вопрос не в том, какой кто человек, а в целом в подаче. Когда я впервые появилась на гонках, ни одна из вас даже ни слова не сказала в мою сторону. Это было немного обидно даже.
- Никто не понимал, кто ты, - объяснила Келли, - Шарль только разошелся с Шарлоттой, вроде как были какие-то подвижки в сторону Александры, а тут он привез тебя. Не каждый имел желание заводить дружбу с одноразовой спутницей. Правда, потом мнение изменилось, а пытаться наладить контакт было уже поздно. Лично мне стыдно.
- Брось, - Луиза чуть сжала ее ладонь, - Это мелочи.

Тихий ленивый день плавно перетекал в зажигательный вечер. Алкоголь и теплое солнце сделали свое дело, расслабляя гонщиков и их языки. Ландо уже занял позицию диджея, включая треки на своем телефоне и чуть ли не танцуя на столе. Пока девочки фотографировались в последних лучах заката, Шарль и Оскар расставляли на столе закуски, а Ферстаппен намешивал очередной убойный напиток.

Компания расселась по разным сторонам низкого стеклянного столика, произнося первые тосты вечера. Луиза, наконец, сняла с себя темные стекла, открывая всем собиравшимся вид на остаточную синеву своих век. Шарль почти не смотрел на нее, будто так и надо было, он просто продолжал разговор с неловко замявшимся Максом.

Ландо не мог отвести взгляда. Его челюсть была плотно сжата, а пальцы обхватывали стакан настолько сильно, что казалось стекло вот-вот лопнет. Он не мог даже вообразить, насколько ей досталось и насколько глубокая боль могла скрываться за этой умиротворенной улыбкой. Задавать вопросы сейчас, пока вокруг было слишком много людей, ему не хотелось. Но он обязательно спросит ее позже, когда получится остаться с ней наедине хотя бы на пару минут.

Сидеть просто так гонщикам оказалось скучным даже под алкоголь, зато в них просыпалось былое ребячество и желание вытворить очередную глупость, из-за которой на утро будет стыдно. Давно всем заезженная «Правда или желание» быстро вошло в оборот и набирало скорость. Пока девочки веселились, поочередно отвечая на вопросы, парни поднимали градус развлечения.
- Ну давай действие, - сдалась Лили, опрокидывая мартини.
- Выбери любого за столом и поцелуй, - с прищуром бросил Ландо, в надежде, что девушка выберет своего спутника, как и задумывалось.
- Как хочу? – на вопрос Цнаймер лишь получила утвердительный кивок и, не думая, горячо расцеловала в обе щеки сидящую рядом с ней Луизу.
- Это не честно, - протестовал Ферстаппен.
- В условиях не было сказано, что я должна выбирать парня, - парировал она, - Так что отвали.

Разговоры и смех за их столом не утихали: кто-то признавался в самых забавных и постыдных вещах в его жизни, а кто-то выполнял глупые задания. Бенуа старалась в меньшей степени выбирать действия, дабы не портить себе веселье, ведь только Бог знает, что придёт в голову пьяной Келли. Благо, это было банально – просидеть один круг на коленях у парня.
- Шарль, - встрепенулась Цнаймер, когда до него дошла очередь, - Правда или желание?
- Правда, - монегаск улыбался, сверкая чуть затуманенными глазами.
- Если бы не Луиза, то кто был бы рядом с тобой в качестве твоей девушки? – за столом резко повисло молчание.

Вокруг Леклера и его отношений всегда ходило множество слухов, ни одни он не опроверг и не подтвердил. Сплетня, что связывала его и Сен-Мле, была слишком реально, но отчего-то парень держал молчание.
- Может быть Александра, - признался он, делая очередной глоток.
Девушка в его руках замерла. Неужели, этот разговор сейчас правда происходит?
- Она довольно красивая, - продолжил он, все еще не сдерживая свой язык.
- Кхм, - Ферстаппен резко поднялся, - Я пас на один раунд.
- Ландо? – решив все же проигнорировать высказывания своего парня, балерина продолжила игру.
- Правда.
- Съемка в Париже подстроена тобой?
- Нет, - ответил он.

Норрис смотрел в ее глаза и нагло врал. Конечно, он понимал, чем может закончиться реальная правда, оттого и не мог поступить иначе. Пилот все еще видел в ее глазах осадок от услышанных слов и сам задумался. Может все же Леклер не был таким уж святым? Стоит все же поработать в этом направлении, возможно однажды эта информация сможет быть полезной.

Луиза не устраивала скандалов и разговоров даже наедине. Она молча помогла девочкам убрать остатки закусок и так же тихо легла спать в надежде, что завтрашний день принесет что-то хорошее.

Лучше бы она устроила истерику.

Утро принесло тревогу и обеспокоенные глаза Лили, что вместо привычного доброго утра зажала подругу на пару с Келли на закрытой кухне. Через открытое окно доносились крики чаек, а Цнаймер никак не могла начать разговор, она то и дело смотрела на девушку Макса, ища немой поддержки. Начиналось что-то очень и очень плохое.
- Может уже расскажете по какому поводу траур? – не выдержала напряжения Бенуа, - Ну или я хотя бы кофе себе сделаю.
- Лу, - тихо начала блондинка, - Такие вещи просто не сказать.
- Мы на счет вчерашнего, - уточнила Пике и, помявшись, протянула телефон, - Это вышло вчера вечером. Не знаю, как ты до сих пор не видела.

«Шарль Леклер и Александра Сен-Мле: пиар или реальные отношения?»

Заголовок больно ударил в грудь. Луиза пролистали ниже и дыхание ее сбилось – на кадрах, что были прикреплены к статье был ее Шарль, целующий Александру. Больно стало почти физически. Она подняла взгляд на подруг и ее немой вопрос буквально поднялся в воздухе.
- Макс в ахуе, - выпалила Келли, - Это он мне показал. С ним еще никто не говорил. Утром он взял гидроцикл и ушел на берег, еще не возвращался.
- Я хочу домой, - балерина двигалась как не живая, ноги не слушали ее, а в ушах стоял звон.

Девушки суетились. Они говорили что-то, звали кого-то, но она не слышала. Каждый звук был как из-под толщи воды. Больно. Ее сердце разрывалось на тысячи осколков. Интересно, знала ли Александра, что Шарль строил с ней отношения за спиной у Луизы? На этот вопрос никто не даст внятного ответа.

Норрис первым пришел на умоляющий зов. Он первым оказался с ней в каюте, когда первые слезинки порывались скатиться по щекам. Слов не нужно было, они были лишними. Ландо просто сел рядом и тихо предложил.
- Тебе помочь вернуться домой?
- Да, - так же тихо и бесцветно отозвалась Луиза и принялась собирать вещи.

Она правда старалась сдерживаться, лишь бы не показать ни капли лишнего в присутствии гонщика, но получалось плохо. Вещи выпадали из рук, замки не застегивались с первого раза, случайно задетый стакан и вовсе разбился. Тогда ее и смыло лавиной эмоций. Девушка расплакалась так честно и отчаянно, что Норрису не оставалось ничего, как сгрести ее в свои крепкие руки.

Оставшиеся на борту старались не мешать происходящему – девушки лишь с сочувствием и поддержкой провожали подругу, пока Макс и Оскар выражали кардинально разные эмоции. Ферстаппен не то чтобы отказывался верить в происходящее, ему просто нужно было посмотреть в глаза другу, дабы убедиться окончательно.
- Куда ты поедешь? – вдруг спросил он Луизу.
- Домой, в Париж, - сухо ответила она, даже не поднимая глаз, - Я жду вас в гости, про пригласительные на премьеры помню, все скину на почту.
- Я отвезу ее в Ниццу, - как бы невзначай бросил Норрис, кивая другу, - Мне же ты можешь доверять?
- Пока могу, - отзеркалил его тон нидерландец и снова обратился к балерине, - Если мы можем чем-то помочь – звони. Телефон у тебя есть.

Луиза молчала, пока они возвращались на катере на берег, молчала, пока Ландо выезжал из порта на узкие улицы полюбившегося ей города, молчала пока они пересекали границу с Францией, направляясь в Ниццу. Здесь не было напряжения – была всепоглощающая пустота и разочарование. Настолько разбитой она себя еще не чувствовала. Разговаривать, тем более. Не хотелось. Ее взгляд был как никогда поникшим. Ландо видел это. Видел и клялся самому себе, что однажды она снова будет счастлива.