Чужая история / OG Buda

Спустя ещё неделю тайна, которую Вероника так осторожно прятала от Кристины, перестала быть тайной. Она сама ещё не успела понять, когда именно их с Гришей отношения перестали быть чем-то неопределённым. Наверное, в тот момент, когда он начал писать ей первым не потому, что ему было скучно, а потому что хотел знать, как прошёл её день. Или когда она перестала удивляться его заботе и начала воспринимать её как что-то естественное. Или, может быть, после второго поцелуя на Random Fest, когда они оба молча решили, что больше не будут делать вид, будто между ними ничего нет.
Они не объявляли себя парой, не выставляли фотографии и не рассказывали никому о своих отношениях. Но между ними уже было слишком много настоящего, чтобы продолжать называть это просто дружбой.

Первым всё узнал Артём. На студию он приехал неожиданно, без предупреждения. Гриша сидел за пультом, когда дверь открылась, и уже по выражению лица друга понял, что разговор будет неприятным.

— Ты мне давно собирался сказать? — вместо приветствия спросил Артём. Гриша медленно снял наушники.
— О чём?
— Не начинай. Я всё знаю.

В студии стало тихо. Несколько человек, находившихся в соседней комнате, переглянулись и почти сразу вышли, оставив их вдвоём.
— Что именно ты знаешь? — спросил Гриша, хотя уже прекрасно понимал.
— Ты с Вероникой.
Гриша несколько секунд молчал.
— Да.
Артём усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого.
— Конечно. Я так и думал.
— А что ты хотел услышать?
— Что это неправда. Что мне показалось. Что ты хотя бы не стал этого делать.
— Я ничего тебе не должен.
— Ты мой лучший друг.
— Именно поэтому я не хотел, чтобы ты узнал так.
— А как я должен был узнать? Увидеть вас вместе где-нибудь? Случайно наткнуться на фотографию? Или ты собирался ждать, пока она официально станет твоей девушкой?
Гриша резко поднялся.
— Не говори о ней так.
— А как мне говорить? Ты прекрасно знал, что я к ней чувствовал.
— Знал.
— И всё равно полез к ней.
— Я никуда не «лез». Мы сами к этому пришли.
— Да брось. Ты просто дождался момента, когда я облажался.
— Ты сам всё разрушил, Артём. Не я.

После этих слов в студии повисла тяжёлая тишина. Артём сжал челюсть.
— Значит, теперь ты ещё и прав?
— Нет. Я не прав. Я вообще не собираюсь делать вид, что у меня безупречное прошлое. Но я не собираюсь отказываться от Вероники только потому, что ты решил, будто я её у тебя забрал.
— Ты её увёл.
— Нет. Она сама ушла. И ты прекрасно знаешь почему.

Артём ничего не ответил. Несколько секунд он просто смотрел на друга, словно пытался найти в его лице хоть что-то знакомое.
— Я тебе доверял, — наконец сказал он тише. — А ты сделал это за моей спиной.
— Я не хотел делать тебе больно.
— Получилось.

Артём развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что звук разнёсся по всей студии. Гриша остался один. Он провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул. Он знал, что этот разговор рано или поздно произойдёт. Но всё равно не был готов к тому, насколько тяжело окажется услышать обвинения от человека, которого когда-то считал братом.

В тот же вечер Вероника была у Гриши. Они сидели на кухне, разговаривали о каких-то мелочах, когда он неожиданно замолчал и посмотрел на телефон.
— Что? — спросила она.
— Артём всё узнал.
Вероника сразу поняла, о чём речь.
— И?
— Приезжал на студию. Мы поругались.
— Сильно?
— Очень.

Она опустила взгляд.

— Я знала, что когда-нибудь это случится.
— Я тоже.  Крис ещё не знает?
— Нет.
Гриша помолчал.
— Тогда лучше скажи ей сама.
— Сегодня?
— Когда будешь готова. Только не давай ей узнать от кого-то другого.
Вероника кивнула, хотя внутри уже поднималось нехорошее предчувствие.

Но ей не пришлось ничего объяснять. Потому что, когда она вернулась домой, первым, что увидела, была Кристина, сидевшая на диване. Перед ней стоял Артём. По выражению лица сестры Вероника сразу поняла: всё уже известно. Кристина подняла на неё глаза. В них не было истерики. И именно это было страшнее всего.

— Ты можешь объяснить мне, что происходит?
Вероника остановилась в дверях.
— Крис...
— Не надо начинать с «Крис». Просто скажи. Ты с Гришей?
В квартире стало так тихо, что Вероника услышала собственное дыхание.
— Да.
Кристина закрыла глаза. Артём стоял рядом, напряжённый, но уже почти ничего не говорил.
— И давно? — спросила Кристина.
— Несколько недель.
— Несколько недель?
— Да.
— И ты всё это время мне врала?
— Я не врала. Я просто не рассказывала.
— Это называется скрывать, Ника.
— Я боялась.
— Меня?
— Твоей реакции.
Кристина горько усмехнулась.
— Конечно. Потому что ты прекрасно знала, что я скажу.
— Я не хотела тебя ранить.
— А ты подумала, что я почувствую, когда узнаю это не от тебя?
Вероника замолчала. Артём наконец заговорил:
— Я тоже узнал не от них. Просто увидел их вместе.
Кристина повернулась к нему.
— Спасибо, Артём. Я поняла.
А потом снова посмотрела на сестру.
— Ты ведь знала, что я не хочу иметь с ним ничего общего.
— Знала.
— Знала, через что я прошла.
— Знала
— И всё равно выбрала его.

Вероника почувствовала, как в горле образовался ком.
— Я не выбирала его вместо тебя.
— Тогда кого ты выбирала?
Кристина встала.
— Себя? Его? Или просто человека, который оказался рядом, когда тебе было плохо?
— Не говори так.
— А как мне говорить? Ты хочешь, чтобы я поверила, что всё это случайность? Что ты просто однажды посмотрела на него и вдруг забыла всё, что он сделал мне?
— Я ничего не забыла! — впервые повысила голос Вероника. — Я видела всё. Я была рядом с тобой. Я помню каждую твою слезу, каждый раз, когда ты возвращалась домой разбитая. Я помню, как ты говорила, что ненавидишь его. Я всё помню! Но я также вижу, каким он стал сейчас. И я не могу притворяться, что не вижу этого только потому, что когда-то он был другим.

Кристина замолчала. На её лице на мгновение мелькнуло что-то похожее на боль.
— А если он снова станет другим? — тихо спросила она.
— Тогда я уйду.
— Ты так уверена?
— Да. Потому что теперь я знаю, что могу уйти.
Артём опустил взгляд. Вероника посмотрела на него и почувствовала, как внутри снова болезненно кольнуло. Несмотря на всё, что произошло, ей было неприятно видеть его здесь. Не потому, что она хотела вернуть прошлое. Просто когда-то этот человек был для неё целым миром, а теперь стоял в её доме и выглядел совершенно чужим.
— Я не хотела причинять тебе боль, Артём.
— Я знаю, — тихо ответил он. — Но всё равно больно.

После его слов стало ещё тяжелее. Артём первым направился к двери. Перед выходом он остановился и посмотрел на Веронику. В его взгляде больше не было злости. Только усталость.
— Береги себя, Ника.
И вышел.

Кристина осталась напротив сестры. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
— Я не знаю, что мне сейчас чувствовать, — наконец призналась она.
— Ты имеешь право злиться.
— Я не только злюсь. Мне страшно.
Вероника подошла ближе.
— Почему? — Потому что я знаю Гришу. И потому что знаю тебя. Ты умеешь любить человека так, будто кроме него больше ничего не существует. Я не хочу однажды снова собирать тебя по кусочкам.
Вероника почувствовала, как глаза наполняются слезами.
— Не соберёшь.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я больше не та девочка, которой была раньше.

Кристина долго смотрела на неё, потом отвернулась к окну.
— Мне нужно время.
— Хорошо.
— И я не обещаю, что смогу спокойно относиться к вам.
— Я не прошу.
— И я всё ещё считаю его козлом.
Вероника сквозь слёзы улыбнулась.
— Это я тоже понимаю.
На губах Кристины впервые появилась едва заметная улыбка. Но она тут же исчезла.
— Только, Ника... больше никогда ничего от меня не скрывай. Даже если боишься, что мне не понравится.
Вероника кивнула.
— Обещаю.

Когда она закрыла за собой дверь комнаты, телефон тут же завибрировал. Сообщение от Гриши: «Как всё прошло?» Вероника несколько секунд смотрела на экран, а потом написала: «Она знает». Ответ пришёл почти сразу: «Я рядом». Всего два слова. Но сейчас они значили для неё больше, чем любые объяснения.

Вероника легла на кровать и закрыла глаза. Впервые за последние недели её маленький, хрупкий мир перестал быть тайной. Теперь о них знали все. И впереди оставалось самое сложное — доказать не словами, а временем, что эта история действительно отличается от той, которую Кристина так долго пыталась забыть.