Цена одной ночи

На следующий день я проснулась с твёрдым намерением вернуть себя к жизни. Голова после вчерашнего, конечно, напоминала о себе глухой, противной тяжестью где-то в затылке, но я слишком хорошо знала проверенный способ привести себя в чувство. Спорт. Душ. Хороший сон. Именно в такой последовательности.

Ева уехала ещё утром. Я слышала сквозь сон, как она, чертыхаясь шёпотом, собирала вещи, а потом негромко хлопнула входная дверь. На тумбочке меня ждала короткая записка, нацарапанная её характерным летящим почерком: «Кофе в турке, яичница на столе. Не вздумай пить без меня. Целую, твоя безответственная подруга». Я невольно улыбнулась и, зевнув, побрела на кухню.

К вечеру я наконец почувствовала себя достаточно живой, чтобы выполнить данное себе же обещание. В шкафу нашлась моя спортивная форма — чёрные легинсы, свободная белая футболка, кроссовки, которые я, кажется, не надевала со времён последнего тура. Волосы собрала в тугой пучок, бросила в сумку полотенце, бутылку воды и наушники.

Спортзал располагался на цокольном этаже комплекса, и пока я спускалась в лифте, в голове крутилась только одна мысль: неужели я наконец-то живу в месте, где до тренажёров можно дойти, не заводя машину? После бесконечных отелей, где спортзал был вечно забит постояльцами, и абонементов в клубы, до которых приходилось добираться через половину города, это казалось почти роскошью.

Двери лифта мягко разъехались в стороны. Я поправила сумку на плече и толкнула стеклянную дверь. Внутри было именно так, как я и ожидала. Просторный зал с приглушённым светом, огромные зеркала во всю стену, новейшие тренажёры. Я уже собиралась порадоваться, что зал пуст, но не успела сделать и нескольких шагов, как заметила его.

В дальнем углу, возле тренажёра для жима, стоял высокий светловолосый парень. Он был в свободной майке и спортивных шортах, наушники болтались на шее, а на лице застыло то самое сосредоточенное выражение, какое бывает у людей, которые пришли в зал не ради селфи, а ради настоящей работы. Я нахмурилась. Где-то я его уже видела. И тут он поднял голову. Наши взгляды встретились в огромном зеркале напротив. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. А потом его лицо медленно расплылось в узнавании.

— Жизель?

Я вытащила один наушник, всё ещё пытаясь сопоставить лицо с именем. Высокий. Светлые волосы. Та самая премия. Хаби, который хлопнул его по плечу. «Меня Дин. Дин Хёйсен».

— Дин? — я невольно улыбнулась. — Вот так встреча.

Он уже успел отложить гантели и теперь шёл ко мне, вытирая лоб полотенцем.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он, останавливаясь в паре шагов. — Ты тоже здесь живёшь?

— Только вчера переехала, — кивнула я. — А ты?

— Уже пару месяцев. Отличное место.

— Судя по тому, что мне сказали, здесь живут как минимум половина игроков Реала, это место можно официально переименовывать в филиал Вальдебебас, — усмехнулась я.

Дин тихо рассмеялся.

— Ну, до этого пока не дошло. Но ты права, здесь действительно много ребят из команды. Тихо, закрытая территория, до базы недалеко. Удобно.

Он вдруг осёкся, словно вспомнив что-то.

— Слушай, я, наверное, помешал тебе тренироваться. Извини.

— Ничего, — я искренне улыбнулась. — Приятно увидеть знакомое лицо. В этом комплексе я пока никого не знаю, кроме Хаби и Нагоре, но они живут в десяти минутах отсюда.

— Значит, я твой первый соседский контакт?

— Получается, так.

Мы негромко рассмеялись. Дин сделал жест в сторону тренажёров.

— Я, вообще-то, уже почти закончил. Так что если хочешь — зал в твоём распоряжении.

— Спасибо. Хотя, если честно, я уже забыла, когда в последний раз нормально занималась.

— После вчерашнего новоселья? — он кивнул на мою бутылку воды. — Я видел, как вы с подругой вчера заносили пакеты. Выглядело так, будто вы собирались отмечать до утра.

Я застонала.

— Не напоминай. Мы выпили вино, потом виски, потом... В общем, мой организм до сих пор со мной не разговаривает.

Дин понимающе усмехнулся.

— Классика.

— А ты что делал вечером в пятницу? Сидел дома?

— Представь себе, — он пожал плечами. — Завтра игра. В такие вечера лучше отдыхать.

Я мысленно хлопнула себя по лбу. Точно. Завтра же тот самый домашний матч, на который Хаби приглашал нас с отцом. Как я могла забыть?

— Значит, завтра увидимся на стадионе, — сказала я. — Хаби нас пригласил.

— Да, он говорил. — Дин чуть наклонил голову набок. — Значит, будешь болеть за нас?

— Придётся. С такой компанией у меня просто нет выбора.

Поняла! Жизель и Дин ещё не попрощались в спортзале — продолжаю с того момента, как они разговорились.

---

— Значит, завтра увидимся на стадионе, — сказала я. — Хаби нас пригласил.

— Да, он говорил. — Дин чуть наклонил голову набок. — Значит, будешь болеть за нас?

— Придётся. С такой компанией у меня просто нет выбора.

— Слушай, — сказал он неожиданно, — я, конечно, понимаю, что ты пришла заниматься. Но я тут подумал. Мы оба живём в одном комплексе, завтра идём на один матч, а я до сих пор знаю о тебе только то, что ты отличная певица и что Хаби считает тебя почти родственницей. Это как-то неправильно.

Я усмехнулась, отпивая глоток воды.

— А что ты хочешь узнать?

Дин на секунду задумался, прислонившись плечом к ближайшему тренажёру.

— Например, как получилось, что дочь бывшего футболиста, которая выросла среди игроков, сама не стала профессиональной спортсменкой?

— О, это просто, — я пожала плечами. — В детстве я обожала футбол. Серьёзно. Но в какой-то момент поняла, что люблю музыку сильнее.

— И родители не возражали?

— Мама — пианистка. Она была только рада. А папа, — я невольно улыбнулась. — Папа сказал, что если я собираюсь заниматься музыкой, то должна делать это настолько хорошо, чтобы ему никогда не пришлось за меня краснеть.

Дин тихо присвистнул.

— Жестоко. Похоже, у тебя получилось.

Я благодарно улыбнулась.

— А ты? — спросила я, сделав ещё глоток. — Как ты оказался в Мадриде? Насколько я помню, ты не так давно в команде.

— Почти год, — кивнул он. — До этого играл в Нидерландах, потом в Испании, но не в Мадриде. Когда поступило предложение от «Реала», я даже не раздумывал.

— Совсем?

Он усмехнулся.

— Ну, может быть, минут пять. Это же «Реал». Такие предложения не приходят дважды.

— Понимаю.

— Но честно? — он понизил голос, будто делился секретом. — Первое время было очень непросто. Ты приходишь в команду, где каждый уже звезда. Где на тебя смотрят и ждут, что ты докажешь своё право здесь находиться. Это давит.

Я внимательно посмотрела на него. Ему было, наверное, около двадцати. Совсем молодой. Но в его взгляде уже чувствовалась та самая внутренняя собранность, которая появляется у людей, слишком рано узнавших цену конкуренции.

— И как ты справлялся?

— Работал. Много работал. Старался не думать о том, что пишут в прессе. И знаешь, что мне помогало?

— Что?

— Хаби.

Я улыбнулась. Конечно. Хаби всегда брал молодых игроков под своё крыло, сколько я себя помню.

— Он сказал мне одну вещь, которую я запомнил навсегда, — продолжил Дин. — «Ты здесь не для того, чтобы быть лучше кого-то. Ты здесь, чтобы быть лучше себя вчерашнего. Остальное приложится».

— Очень похоже на Хаби.

— Да. Он вообще... — Дин на секунду замолчал, подбирая слова. — Знаешь, есть люди, которые просто играют в футбол. А есть те, кто делает команду семьёй. Хаби из вторых.

Я почувствовала тёплую волну гордости за старого друга семьи. Со стороны могло показаться, что я давно уже не имею отношения к футбольному миру. Но такие моменты напоминали — этот мир никуда не уходил из моей жизни. Просто теперь я смотрела на него немного с другой стороны.

— Ладно, — Дин вдруг оттолкнулся от тренажёра, — я тебя совсем заболтал. А ты, между прочим, так и не начала тренировку.

Я рассмеялась.

— Да уж, я пришла сюда страдать, а вместо этого стою и разговариваю.

— Страдать? — он приподнял бровь.

— После вчерашнего любое движение для меня это маленькая смерть. Но я заслужила.

— Могу составить компанию, — неожиданно предложил он. — В смысле, позаниматься. Если ты не против, конечно. Я уже почти закончил, но могу остаться ещё ненадолго. Вдвоём веселее.

Я на секунду задумалась. Вообще-то, я планировала побыть одна. Но Дин оказался на удивление лёгким в общении.

— Хорошо, — согласилась я. — Но если я начну умирать на коврике, ты обязан сделать вид, что ничего не заметил.

— Договорились. Я вообще мастер притворяться, что ничего не вижу. Спроси у Вини — он постоянно теряет вещи в раздевалке, а я делаю вид, что не знаю, где они.

Я прыснула от смеха.

— Бедный Винисиус.

Следующие полчаса прошли незаметно. Мы занимались каждый своим. Дин ушёл к силовым тренажёрам, я осталась на коврике, чередуя планку с упражнениями на пресс. Музыка в наушниках сменилась несколькими треками, дыхание постепенно выровнялось, а мышцы наконец начали приятно гудеть от нагрузки.

Иногда я ловила в зеркале его отражение. Было видно, что спортзал для него давно стал привычной частью жизни. Профессиональный спортсмен, что тут скажешь.

Когда я закончила последний подход и села на коврике, вытирая лоб полотенцем, Дин как раз вешал гантели обратно на стойку. Он обернулся, заметил, что я закончила, и подошёл ближе.

— Жива?

— Кажется, да.

— Отлично. А то я уже начал переживать.

— Я же сказала — ты должен был делать вид, что ничего не замечаешь.

Я покачала головой, улыбаясь.

Мы вместе направились к выходу. В лифте Дин нажал на кнопку своего этажа. Он жил тремя этажами выше и прислонился спиной к стенке.

— Рад, что ты теперь здесь живёшь. Приятно знать, что в комплексе есть хотя бы один человек, с которым можно нормально поговорить не о футболе.

Я улыбнулась.

— Взаимно.

— Тогда до завтра, соседка.

— До завтра, Дин.

— Кстати, Жизель.

— Да?

— Если тебе что-то понадобится в комплексе — не стесняйся, спрашивай. Здесь не так сложно освоиться, но поначалу можно заблудиться. Я серьёзно.

Я улыбнулась.

— Спасибо. Буду иметь в виду.

Двери лифта мягко закрылись, и я поехала дальше, чувствуя, как в груди разливается что-то похожее на спокойное удовлетворение. Может быть, новая жизнь в Мадриде начинается не так уж плохо.

После тренировки я приняла душ.

Горячая вода мягко скользила по уставшим мышцам, смывая остатки вчерашней усталости и сегодняшнего напряжения. Я стояла под струями чуть дольше обычного, позволяя себе никуда не спешить. В новой квартире даже ванная комната казалась какой-то особенно уютной: тёплый свет, приятный запах геля, никаких чужих полотенец, никаких гостиничных флаконов, которые нужно открывать с мыслью о том, что завтра ты уже будешь в другом городе.

Выйдя из душа, я накинула мягкий махровый халат и, не включая яркий свет, прошла на кухню. Я налила в стакан холодной воды, бросила туда пару кусочков лимона и вышла на террасу. Я облокотилась на перила и сделала глубокий вдох.

Впервые за последние недели мне было по-настоящему спокойно. Только я, мой новый дом и город, который когда-то был для меня чужим, а теперь всё настойчивее становился своим.

Я сделала глоток воды и невольно вспомнила сегодняшнюю встречу в спортзале. Дин оказался другим. Не таким, какими бывают футболисты его возраста: громкими, самоуверенными, вечно соревнующимися даже в обычном разговоре.

Я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время разговаривала с мужчиной без внутреннего напряжения. С ним было легко.

И это было странно.

Телефон завибрировал на кухонной столешнице. Я допила воду и вернулась в квартиру. На экране светилось сообщение с незнакомого номера.

«Надеюсь, ты всё-таки добралась до дома без приключений. Это Дин.»

Я невольно улыбнулась.

«Добралась. Даже успела устроить свидание с душем и стаканом воды с лимоном.»

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Звучит как идеальный вечер.»

«Так и есть.»

«Тогда я даже немного завидую.»

Я усмехнулась и, не удержавшись, присела на барный стул у кухонного острова. Переписка с Дином текла легко, без неловких пауз. Он шутил, я отвечала тем же.

Через несколько сообщений он написал:

«Кстати, завтра на матче, если увидимся, я тебя обязательно позову на нашу зону. Там будут все наши. Пообещай, что не сбежишь сразу после финального свистка.»

Я на секунду задумалась.

«Посмотрим. Но обещать не буду.»

«Уже лучше, чем нет.»

Я покачала головой, улыбаясь.

Потом встала, убрала стакан в раковину и, выключив на кухне свет, медленно пошла в спальню.

Завтра будет долгий день. И, кажется, для меня он будет не простым.

Дорогие читатели, я заметила что к работе совсем нет интереса. Вы неактивные. Вы не готовы всеее! Вы все не готовы! Ахахахаххаах. Давайте активничать, ребят:)