- " Моя зависимость „

Элис проснулась первее Леи. Встав с кровати, Элис отправилась в ванную комнату. Она рассматривала себя в зеркале. Сонная, ненакрашенная и уставшая девушка стояла напротив. Для неё это было ужасное состояние: она принимала себя лишь с изменениями во внешности. Макияж и укладка были её особенностью. Не в силах смотреть на себя, она быстро умылась и почистила зубы. Выйдя из ванной, она принялась наводить марафет на своём лице. Русоволосая девушка за её спиной всё ещё сладко спала в кровати. Элис посмотрела на неё и, мягко улыбнувшись, продолжила делать макияж.

Девушка на время вспомнила о Генри. Парень с виду нормальный, но ведёт себя как последний ублюдок. Но Элис нравился такой типаж. Генри ей, конечно, не симпатизировал, но если бы относился хоть чуточку нормальнее, она бы обратила на него внимание? Элис сама не знала точный ответ. Или знала?

Прошло около часа, чтобы сделать всё. Одежда была довольно-таки обычная: её любимые чёрные джинсы клёш и тёмно-шоколадный кружевной лонгслив в стиле бохо с расклешёнными рукавами-колокольчиками, светлой кружевной отделкой по вырезу и подолу, а также тонким двухцветным поясом. Девушка уже хотела разбудить спящую подругу, как тут за окном снова послышался звук подъезжающей к её дому машины. Она решила, что это родители, и пошла к входной двери. Открыв дверь, она увидела машину Хаггинса и четверых парней в ней.

— Смотрите, кто к нам вышел! С ужасным утром, уродина. — с игривой улыбкой говорил Генри.

— Нахуй вы сюда приехали? Уезжайте на своей тарантайке.

— Что-то ты распизделась, тебе не кажется? — ответил Патрик.

— Не кажется. Пиздуем нахуй отсюда. — крикнула я.

— Зай... чего ты так раскричалась? Твои приехали? — сказала Леа и выглянула из-за спины подруги.

— С добрым утром, цветик. — сказал Виктор.

— Цветик? Леа, че за...

— Забей! Просто, когда гуляли, я цветы всегда срывала, вот и появился псевдоним «Цветик»!

— Допустим... За тобой приехали?

— Да! Сейчас я соберусь и выйду! — сказала Леа парням и ушла наверх переодеваться.

— Бегом, дура. — сказала Элис подруге, но та уже не слышала.

Не прошло и пяти минут, как Леа вылетела из дома и подошла к машине. Она что-то сказала Бауэрсу, и тот по лицу был возмущён, но потом более смягчился. Леа повернулась к Элис и сказала:

— Эл, поедешь с нами? – Когда она это сказала, Элис, мягко говоря, растерялась, и глаза начали бегать.

— Что? Но куда? — спросила девушка.

— Ну сначала просто покатаемся, а потом...

— На карьер, скорее всего. — дополнил Патрик.
— Я... не знаю?

— Прошу, Элис! Когда я просила тебя о чём-то.
— Вместе перечислять будем? Ладно, всё равно дома нечего делать.

Подойдя к машине, Элис села с левой стороны, а к ней в ноги села Леа, так как в машине не хватало места на шестерых. Когда они тронулись, Элис начала перебирать волосы Леи. Подняв взгляд на салонное зеркало, она заметила взгляд Генри на себе. Не то чтобы ей это доставляло дискомфорт, но было немного непривычно. Она продолжила играть с волосами русоволосой.

Покатавшись около часа и немного пообщавшись, они поехали на карьер. Элис была здесь всего один раз. И была она здесь тоже одна. Девушка сидела там потому, что дома было невозможно находиться: родители начали ссору между дочерью, и Элис ушла на ночь из дома. Приехав на карьер, девушки вышли последними. Элис подошла к яблоне и стала рассматривать белые цветки на листве. Леа о чём-то разговаривала с остальными. А Генри смотрел на девушку. Он был не очень рад тому, что она присутствует здесь. Элис подошла к подруге и молча слушала, о чём они разговаривают.

— Элис у нас немногословная, так что говорить она будет о себе мало! — договаривала Леа.

— Ну, по ней видно, что она тихая. — сказал Генри.

— Ты на что намекаешь, Бауэрс? — резко сказала шатенка.

— Ни на что, плакса.

— Это кто ещё плакса? Ты, по-моему, слишком много на себя берёшь.

— Ну хватит уже! Элис, просто не отвечай ему, и всё. — сказала подруга.

— Ладно.

— Ой, какая послушная! А ты во всём слушаешься свою любимую подружку? — Сказал Генри с усмешкой.

Элис просто проигнорировала и отвела от него взгляд. Она пошла за Леей, которая пошла за тремя парнями. Они все присели на траву и стали вести разговор о своих темах. Элис села чуть дальше ото всех и, смотря на красивый вид перед собой, думала о том, как ветер развевает её волосы. Генри специально сел далеко от неё, чтобы не слышать её дыхание. Элис краем глаза посмотрела на Генри, и в её глазах он казался настоящим мудаком, но... Может, он не такой? Хотя, это же Генри.

Ребята болтали около двух часов и уже решили собираться уезжать. Элис и Леа сели так же, как и приехали сюда. Элис решили подвезти до дома первой, и за 20 минут они спокойно доехали. Элис вышла из машины и поблагодарила всех за проведённое время. Даже Генри. И ушла в дом.

Элис не была прям мразью, скорее нейтральной мразью, которая может поблагодарить человека, даже если ненавидит его. Девушка поднялась в комнату и, закрыв дверь, сразу же села за свой стол и решила немного порисовать. Ей хорошо запомнился красивый вид с карьера, и она решила его запечатлеть на листке бумаги. Девушка делала аккуратные штрихи, и уже получалась красивая картина. Просидев над рисунком ещё два часа, она закончила. Рисунок ей очень понравился, но чего-то не хватало.

Она решила нарисовать шестерых людей, сидящих на карьере. Элис люди давались проще, чем пейзажи. Она рисовала всех по их атмосфере. Вик был расслаблен, но, смотря на него, казалось, что он словно был напряжён. Белч сидел с прямой спиной, будто он тянулся к звездам, желая стать одной из них. Голова Леи была повёрнута к Патрику, ведь, по рассказам девушки, он ей нравился, и она не могла оторвать свой взгляд от него. Патрик же немного склонил голову к Лее, ведь по взглядам очень видно, что она ему была тоже не безразлична. Саму себя девушка изобразила как птицу. Свободная и будто есть крылья, чтобы улететь подальше от всех. Она сидела в свободной позе, сама она была полностью расслаблена, её рука немного тянулась к руке Леи. А Генри... Он был весь зажатым, но с желанием быть нужным по-настоящему. Элис, сама не зная, чего хотел бы Генри, рисовала его так, как видела она.

Закончив рисовать, она повесила рисунок на стену около кровати и сама не могла налюбоваться своим творением. За окном послышалась машина, заезжающая на территорию дома. Родители вернулись. А значит, вернулся и брат. Элис немного расстроилась, что ближайшую неделю она не будет дома одна. Родители и Джеймс просто зашли домой, не обратив на дочь и сестру никакого внимания. Элис это только нравилось, что её никто не замечает и не трогает.

У Элис было много хобби: рисование, фортепиано, вязание и изучение испанского. Она решила немного позаниматься любимым языком и открыла специальную тетрадь и справочники по испанскому языку.

— Так... «Сэр, не могли бы вы подсказать время?» А... Señor, ¿podría decirme la hora? — Элис сидела над предметом ещё час, и у неё был огромный прогресс. Девушка учила испанский для того, чтобы переехать в Испанию. Это была её страна мечты. Девушка уже закруглялась и решила составить ещё одно предложение. — Итак... «Я тебя люблю», Te quiero... Henrio... — опомнившись, девушка закрыла тетрадь и убрала её в комод. Девушка встала из-за стола и легла в кровать, смотря в потолок. Она закрыла глаза и стала вспоминать самые приятные моменты. Как ей было хорошо. Но её прервал резкий звук в окно. Словно что-то кинули в него. Девушка отодвинула шторы и увидела внизу человека, стоящего с ножом. Девушка оцепенела, но не подала виду.

— Не пугайся, плакса. — сказал человек. Девушка поняла, кто это был.

— Генри? Чего тебе надо? — сказала девушка с непониманием.

— Ты очень плохо разговаривала со мной. Значит, будешь отвечать за свои слова. Я сегодня ночую у тебя.

— Что?! Нет, Генри! У меня предки дома! — говорила я.

— Да мне плевать, хоть вся родословная. Я же залезу.

— Аргх! Чёрт с тобой. — девушка открыла окно нараспашку и ждала парня в своей комнате. Генри залез без труда и сразу же сел на кровать.

— Откуда ты вообще взялся? Ты мог пойти к своим друзьям.

— У них родители дома.

— А у меня нет, да? — сказала я и села напротив него на стул.

— Ой, всё, закройся. Постели на полу, и я просто усну. Утром духу моего не будет.

— Да блин, на полу как-то некрасиво. Похуй, спи на кровати. Я итак сегодня не очень спать хотела.

— Уверена, что не пожалеешь потом о своих словах? — подняв одну бровь, спросил Генри.

— Уверена.

— Ок. Бб, шлюшка. — сказал Генри и лёг на кровать.

— Идиот. — я подошла к выключателю и вырубила свет. Горели лишь любимые гирлянды Элис в её любимом красном свете. Она села на окно и, открыв его, решила немного покурить.  Достав свою пачку Marlboro Aroma Red, она зажгла сигарету и вдохнула смертельный и тёмный дым. Выдохнув, она смотрела на красивые звёзды. Представляя, что она — одна из них.

Элис не знала, сколько она сидела, но, проснувшись рано утром за своим столом, она не увидела Генри в комнате. На утро его и вправду не было, ушёл, как и обещал. На неё накинули одеяло, чего девушка точно не делала. Это был точно не Джеймс. Генри? Может быть, но это маловероятно. Девушка оставила этот вопрос на потом и уже хотела забыть, но заметила листок бумаги на столе рядом с ней. Взяв записку в руки, она прочитала про себя: «Красиво рисуешь, Мэнсфилд». Вот же гад! Посмотрел, наверное, в паспорте фамилию. Положив записку в органайзер на столе, она сказала сама себе:

— Gracias, Henry. Espero verte pronto, idiota.