Истинный узел

Решение приняли без участия Лиана.

Это выяснилось утром, когда Тайрен вошёл в медицинское крыло с планшетом и сообщил:

— Ближайшие две недели вы с Кираном должны жить вместе.

Лиан сидел за столом и просматривал результаты собственных анализов. Киран стоял у окна, разговаривая по телефону. Услышав слова брата, он оборвал собеседника на середине фразы.

— Нет, — сказал Лиан.

— Это не предложение, — спокойно ответил Тайрен. — Первичная стабилизация связи требует постоянного контакта.

— Контакт уже есть. Он находится в том же здании.

— Этого недостаточно.

— Ночью было достаточно.

Тайрен перевёл взгляд на монитор, закреплённый у кровати.

— Ночью Киран сидел в полутора метрах от тебя.

— Он мог сидеть в соседней комнате.

— Тогда у тебя начиналась тахикардия.

Лиан закрыл папку.

Каждый медицинский факт звучал как очередное ограничение. Он не мог отойти слишком далеко, не мог принимать привычные таблетки, не мог даже спокойно спать без присутствия человека, которого ещё два дня назад считал всего лишь неприятным заказчиком.

Теперь организм признавал Кирана необходимым.

Именно это раздражало сильнее всего.

— Мы останемся здесь, — решил Лиан. — В поместье достаточно места.

— Исключено, — отрезал Киран.

Лиан медленно повернулся к нему:

— Вас не спрашивали.

— Охрана твоей семьи пыталась оттащить меня от тебя через несколько секунд после формирования связи. Один из них был вооружён.

— Он выполнял приказ.

— Это должно меня успокоить?

— Здесь мой дом.

— Здесь тебе двадцать пять лет давали опасный подавитель и называли его лекарством.

Тайрен не вмешивался. Очевидно, считал спор неизбежной частью этой парочки.

— Вы предлагаете мне переехать к вам? — спросил Лиан.

— В мою городскую резиденцию.

— Нет.

— Там лучшая система безопасности.

— Меня не интересует ваша система безопасности.

— Есть отдельное медицинское помещение.

— Не интересует.

— И несколько изолированных жилых крыльев.

— Тем более.

Киран убрал телефон во внутренний карман пиджака.

— Я не собираюсь запирать тебя в спальне.

— Удивительно, что вы сочли нужным это уточнить.

— Ты ведёшь себя так, будто я предлагаю тюремную камеру.

— Вы предлагаете перевезти меня в незнакомый дом, потому что моё тело отказывается нормально работать без вас. Разница несущественная.

От Кирана пришла вспышка раздражения. Лиан уже начинал различать его эмоции, хотя предпочёл бы не уметь этого никогда.

Связь не спрашивала, хочет ли он знать, что альфа злится, беспокоится или испытывает вину. Она просто вкладывала чужие чувства ему под рёбра.

— Есть другой вариант, — сказал Тайрен.

Лиан посмотрел на него.

— Киран поселится здесь.

— Нет, — одновременно произнесли они.

— Тогда выбирайте, чей дом вам меньше не нравится.

— Мой, — сказал Киран.

— Мой, — ответил Лиан.

Тайрен вздохнул:

— Я оставлю вас на пять минут.

— Это не поможет, — предупредил Лиан.

— Мне поможет.

Он вышел, закрыв дверь.

Киран опёрся ладонями о спинку кресла напротив.

— Я не хочу жить здесь.

— А я не хочу жить с вами.

— Мы можем не пересекаться без необходимости. У меня достаточно места.

— Дело не в площади.

— Тогда в чём?

Лиан посмотрел на него с недоверием:

— Вы действительно не понимаете?

— Если бы понимал, не спрашивал бы.

— В вашем доме всё принадлежит вам. Охрана, прислуга, помещения. Каждый человек будет выполнять ваши распоряжения. Если я перееду, то окажусь полностью зависим от вашего желания соблюдать наши договорённости.

— Я дал слово.

— Вы поставили мне метку через несколько часов после знакомства.

В лице Кирана что-то дрогнуло, но он не отвёл взгляда.

— Я помню.

— Тогда не требуйте доверия.

— Я не требую. Предлагаю условия.

— Какие?

— Ты сам выберешь охрану для своего крыла. Твои люди получат доступ к системе безопасности. Никто не войдёт в твои комнаты без разрешения. Даже я.

— Особенно вы.

— Особенно я.

— Мэтт переедет со мной.

— Нет.

— В таком случае разговаривать не о чем.

— Лиан, мой дом — не офис.

— А Мэтт не только мой помощник. Сейчас он единственный человек, которому я хотя бы частично доверяю.

— Он четыре года скрывал от тебя правду.

— По приказу моей семьи. Вы тоже скрыли от меня значение метки, пока не стало поздно.

Киран сжал челюсти.

— Хорошо. Мэтт может поселиться в гостевом корпусе.

— В моём крыле.

— Рядом.

— В моём.

— Он бета, но даже его запах может вызывать реакцию в первые дни.

— В отличие от вашего, его запах не заставляет меня терять способность мыслить.

Слова повисли между ними.

Запах Кирана стал чуть сильнее.

Не намеренно — Лиан уже научился замечать разницу. Альфа контролировал феромоны, но они всё равно реагировали на его состояние.

— Значит, ты это чувствуешь, — тихо произнёс Киран.

— Я чувствую химическую реакцию. Не придавайте ей значения.

— Я и не придаю.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Лиан встал.

— Мэтт живёт в моём крыле. Моя охрана контролирует вход. Я продолжаю работать и могу покидать дом, когда захочу.

— В первое время — только со мной.

— Нет.

— Если мы отойдём друг от друга слишком далеко, станет плохо нам обоим.

— Значит, будете следовать за мной.

Киран мрачно усмехнулся:

— Ты быстро приспосабливаешься.

— Я не приспосабливаюсь. Я устанавливаю границы.

— Хорошо. Но если Тайрен запретит выходить из дома по медицинским причинам, ты его послушаешь.

— Получу заключение независимого врача.

— Получай.

— И у меня будет отдельная спальня.

— На другом конце крыла.

— На другом этаже.

— Связь может не позволить.

— Тогда поставим кровать в соседней комнате.

— Договорились.

Лиан протянул руку:

— Это временно. Две недели.

Киран посмотрел на его ладонь.

— Столько, сколько потребуется для стабилизации.

— Две недели, после чего условия пересматриваются.

После короткой паузы Киран пожал протянутую руку.

Прикосновение немедленно отозвалось теплом. Лиан попытался разжать пальцы, но связь словно удерживала их вместе ещё мгновение.

Киран почувствовал то же самое.

Они одновременно отступили.

— Через два часа выезжаем, — сказал альфа.

— Через четыре. Мне нужно собрать вещи.

— Их могут доставить позже.

— Я сам решу, какие вещи мне нужны.

— Три часа.

— Четыре.

— Три с половиной.

— Вы торгуетесь из-за тридцати минут?

— Ты тоже.

— Через четыре часа, — повторил Лиан и открыл дверь.

Тайрен стоял в коридоре, прислонившись к стене.

— Договорились? — спросил он.

— Нет, — сказал Лиан.

— Да, — одновременно ответил Киран.

Тайрен посмотрел на них обоих.

— Значит, договорились.

С собой Лиан взял четыре чемодана, коробку рабочих документов, два ноутбука и Мэтта.

Киран наблюдал за погрузкой вещей с убийственным выражением лица, старась не задавать лишних вопросов.

Его терпения хватило до третьего чемодана.

— Ты переезжаешь на две недели.

— Я знаю.

— Что там?

— Одежда.

— Во всех четырёх?

— В двух.

— А в остальных?

— Личные вещи.

— Например?

Лиан повернулся к нему:

— Вы намерены проводить досмотр?

— Я пытаюсь понять, почему для временного переезда тебе понадобился отдельный фургон.

— Потому что в отличие от вас я не ношу одинаковые чёрные рубашки каждый день.

Киран посмотрел на собственную рубашку.

— Они не одинаковые.

— Конечно.

Мэтт прошёл мимо них с коробкой в руках:

— Эта темнее на полтона.

Лиан кивнул:

— Теперь вижу.

— Вы оба будете жить в гостевом корпусе, — сухо сообщил Киран.

— Условия уже согласованы, — напомнил Лиан. — Мэтт поселится в моём крыле.

— Ещё не поздно, могу передумать.

— Я тоже.

Связь болезненно натянулась от одной мысли о расставании. Киран поморщился, и Лиан почувствовал ответный спазм под рёбрами.

Они оба промолчали. Их тела слишком быстро научились наказывать за угрозу расстояния.

Городская резиденция Вораринов находилась в северной части столицы.

Лиан ожидал увидеть современное здание из стекла и металла, такое же холодное и безупречное, как сам Киран. Вместо этого автомобиль остановился перед старым каменным особняком, окружённым высоким забором.

Дом не выглядел уютным, но в нём чувствовалась история. Светлый камень потемнел от времени, стены местами покрывал плющ, а за главным зданием виднелся большой сад.

— Вы живёте здесь один? — спросил Лиан.

— Обычно да.

— Обычно?

— Мои родители занимают западное крыло, когда приезжают в столицу.

Киран произнёс это слишком небрежно.

Лиан повернул к нему голову:

— Они сейчас здесь?

— Да.

— Вы не сочли нужным предупредить?

— Если бы предупредил, ты бы отказался ехать.

— Правильно.

— Именно поэтому не предупредил.

— Остановите машину.

— Мы уже приехали.

— Я вернусь домой.

— И через двадцать минут у нас обоих начнётся приступ.

Лиан потянулся к дверной ручке.

Киран накрыл её ладонью раньше, чем он успел открыть дверь.

Они замерли.

— Уберите руку, — сказал Лиан.

Киран сразу подчинился.

— Я должен был сказать.

— Должны были.

— Но отец в любом случае потребовал бы встречи.

— Его требования меня не касаются.

— В этом мы согласны.

Лиан посмотрел в окно.

На верхних ступенях стояла женщина лет тридцати пяти. Тёмные волосы были собраны на затылке, светлое платье подчёркивало строгую осанку. Рядом с ней находился высокий, статный мужчина с темной густой шевелюрой. Даже на расстоянии чувствовалось его недовольство.

— Кто из них против, нашей связи? — спросил Лиан.

— Отец.

— А ваша мать?

— Сначала задаёт вопросы. Потом решает, против она или нет.

— Разумный подход.

— Не обольщайся. Вопросов будет много.

Лиан открыл дверь.

— Если кто-то спросит о моих репродуктивных планах, я уеду независимо от последствий.

— Я уеду вместе с тобой.

— У вас удивительно низкая верность семье.

— Ты ещё не познакомился с моим отцом.

— Значит, это он.

Отец Кирана даже не попытался скрыть оценку во взгляде.

Рейнар Ворарин был крупным альфой старой школы — из тех, кто привык занимать центр любого помещения и воспринимал чужое несогласие как временное недоразумение. Сходство с сыном проявлялось в чертах лица, но не в манере держаться. Киран подавлял присутствием. Рейнар делал это намеренно.

Лиан почувствовал давление чужих феромонов ещё на лестнице.

Киран шагнул ближе, заслоняя его.

— Прекрати, отец.

— Я всего лишь смотрю.

— Ты проверяешь его реакцию.

— Имею право знать, кого мой наследник привёл в дом.

— Нет, — сказал Лиан.

Рейнар перевёл взгляд на него:

— Что?

— Вы не имеете такого права.

В холле стало тихо.

Мать Кирана едва заметно приподняла брови. Мэтт, стоявший у дверей, с большим интересом принялся рассматривать потолок.

— Киран не спрашивал разрешения семьи, когда ставил метку, — продолжил Лиан. — Я тоже не давал согласия. Если вы хотите выразить недовольство, обращайтесь к нему. Я не обязан оправдываться за то, чего не выбирал.

Рейнар медленно посмотрел на сына.

— Он всегда так разговаривает?

— Обычно хуже, — ответил Киран.

— Я слышу вас обоих, — напомнил Лиан.

Женщина спустилась на одну ступень.

— Я Селин, мать Кирана. Прошу простить мужа. Он считает вежливость необязательной среди членов семьи.

— Он мне не семья, — произнёс Рейнар.

— В этом я с вами согласен, — сказал Лиан.

Селин посмотрела на повязку, скрытую высоким воротником, но не стала спрашивать.

— Вам подготовили комнаты в восточном крыле. Если чего-то не хватает, обратитесь к управляющей.

— Благодарю.

— Ужин в восемь. Вы можете не приходить.

— Он придёт, — заявил Рейнар.

Лиан взглянул на часы:

— Тогда не приду.

— Лиан, — негромко произнёс Киран.

— Это не обсуждается. Я устал, мне нужно работать, а семейный допрос не входил в наши условия.

Раздражение Кирана коснулось связи, но он ограничился коротким кивком:

— Хорошо.

Рейнар нахмурился:

— Ты позволяешь ему диктовать правила в твоём доме?

— Это и его дом на время стабилизации.

— Он здесь меньше минуты.

— И уже успел проявить больше уважения к моим решениям, чем ты за последние десять лет.

Селин закрыла глаза.

— Киран.

— Что?

— Не в холле.

Лиан не хотел становиться причиной семейной ссоры. Ещё меньше он хотел оказаться её предметом.

— Покажите мне комнаты, — сказал он.

Киран забрал у него сумку.

— Я сам - сказал я.

— Знаю.

— Тогда отдайте.

— Нет.

— Ты изображаешь заботу?

— Это тяжёлая сумка.

— Я в состоянии её нести.

— А я уже несу.

Лиан посмотрел на его руку, сжимавшую ремень.

Спорить дальше означало устроить ещё одно представление перед родителями. Так, что пришлось молча следовать за ним.

Восточное крыло оказалось больше квартиры, в которой Лиан жил во время учёбы.

К его спальне примыкали кабинет, гардеробная, ванная и небольшая гостиная. Комнаты Мэтта находились дальше по коридору. За следующей дверью располагалась спальня Кирана.

Лиан остановился перед ней:

— Вы говорили о другом этаже.

— Тайрен запретил.

— Когда?

— Пока мы ехали.

— Почему он не сообщил мне лично?

— Потому что знал, что ты начнёшь спорить.

— Правильно знал.

— Между комнатами две двери и общая гостиная. Я не войду без разрешения.

— Запираются?

— Да.

Лиан проверил замок.

— Изнутри.

— И снаружи электронным ключом, доступ к которому будет только у тебя.

— У вас наверняка есть главный код.

— Я распоряжусь исключить эти комнаты из системы общего доступа.

— Я проверю.

— Не сомневаюсь.

Киран поставил сумку у кровати.

Несколько секунд они стояли друг напротив друга.

В закрытом помещении запах альфы ощущался сильнее. Или организм Лиана просто стал восприимчивее после переезда.

За день они почти не прикасались друг к другу. Связь терпела расстояние, но с каждой минутой накапливала напряжение.

Лиан чувствовал его в мышцах, в ускоренном пульсе, в раздражающей потребности сделать шаг ближе.

Киран ощущал то же самое.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он.

— Мне нужно просмотреть документы по сделке.

— Сегодня?

— Мир не остановился из-за нашей метки.

— Твой организм ещё не восстановился.

— Не начинайте.

— Я не приказываю.

— Ваши просьбы звучат одинаково.

Киран подошёл к двери, но остановился на пороге:

— Если станет хуже, позови.

— Не станет.

— Лиан.

— Я позову.

Альфа вышел.

Лиан запер дверь.

Через три часа он всё ещё сидел над одной и той же страницей.

Смысл текста ускользал. В груди нарастало давление, кожа казалась слишком чувствительной, а повязка на шее раздражала сильнее с каждой минутой.

Присутствие Кирана ощущалось за стеной.

Он тоже не спал.

Связь передавала беспокойство, сдерживаемое желание и тяжёлое напряжение, которому Лиан не хотел давать названия.

Он встал, прошёлся по комнате и открыл окно.

Холодный воздух не помог.

В дверь постучали.

— Что? — резко спросил Лиан.

— Я чувствую, что тебе плохо.

— Мне нормально.

— Ты лжёшь.

— Не входите.

— Не войду.

Киран остался в коридоре.

Само его присутствие немного ослабило напряжение, но недостаточно.

Лиан закрыл глаза.

Он не хотел открывать дверь. Не хотел признавать, что нуждается в человеке по другую сторону. Любая зависимость казалась опасной, а эта была встроена прямо в тело.

— Просто уйдите, — сказал он.

Связь дёрнулась от чужой боли.

Киран сделал несколько шагов.

Лиан согнулся, хватаясь за край стола.

— Стойте.

Шаги прекратились.

Тишина стала унизительнее любой просьбы.

Лиан подошёл к двери и повернул ключ.

Киран стоял в коридоре, опираясь ладонью о стену. На его лице проступило то же напряжение, которое мучило Лиана.

— Не говорите ничего, — предупредил Лиан.

— Не собирался.

— Мне нужен только контакт. Чтобы связь успокоилась.

— Понимаю.

— Это ничего не означает.

— Я знаю.

Лиан впустил его.

Дверь закрылась.

Несколько секунд они сохраняли расстояние. Затем Киран медленно протянул руку, оставляя выбор за ним.

Лиан коснулся его пальцев.

Облегчение пришло мгновенно, но следом поднялось другое чувство — более горячее и требовательное. Запах кедра стал плотнее. Метка болезненно запульсировала.

Лиан отдёрнул руку.

Киран тяжело вдохнул и отступил.

— Я уйду.

Связь резко воспротивилась. Боль вернулась, смешавшись с желанием удержать альфу рядом.

— Нет.

Киран замер.

Лиан ненавидел это. Собственное учащённое дыхание, жар под кожей, потребность приблизиться. Особенно — понимание, что Киран борется с тем же.

— Это связь, — произнёс Лиан.

— Да.

— Не мы.

— Сейчас я не уверен, что разница имеет значение.

— Для меня имеет.

— Тогда скажи остановиться.

Лиан посмотрел на него.

— Вы сможете?

— Смогу.

Связь позволяла ощутить правду.

Киран хотел его — резко, почти болезненно. Однако под желанием оставался контроль. Хрупкий, напряжённый, но настоящий.

Лиан подошёл ближе.

— Не кусать.

— Никогда без разрешения.

— Не использовать феромоны намеренно.

— Хорошо.

— Если я скажу остановиться…

— Я остановлюсь.

— Сразу.

— Сразу.

Только после этого Лиан коснулся его лица.

Сам жест оказался осторожным. Всё остальное — нет.

Киран поцеловал его резко, будто сдерживался слишком долго, но его руки остановились на талии, не двигаясь дальше без разрешения. Лиан сам притянул его ближе.

Пы.сы.... кажется пора добавить горячих моментов....что думаете?