Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 7
Глава 7.«перелом»
---
Прошёл месяц.
Они встречались уже целый месяц. Скрытно, но счастливо. Феликс привык просыпаться рядом с Хёнджином, привык к его рукам, к его дыханию рядом. Всё было хорошо. Почти.
Но сегодня утром Феликс проснулся и понял — спина болит. Сильно. Тянущая боль внизу, как перед течкой, но не совсем. Он сел на кровати, поморщился. Попытался встать — и чуть не упал.
— Чёрт, — прошептал он.
Он не понял, что с ним. Может, просто перенапрягся на тренировке. Может, просто мышцы забились. Он выпил обезбол, лёг обратно и пролежал так несколько часов. Боль не уходила.
Когда все собрались уезжать на запись, Феликс сказал, что остаётся.
— Я не поеду, — сказал он.
— Почему? — спросил Чан.
— Спина болит. Не могу сидеть. Я отлежусь.
Чан нахмурился, но кивнул.
— Отдыхай. Если что — звони.
Феликс кивнул. Все уехали. Хёнджин тоже уехал. Они переглянулись перед дверью, и Хёнджин сжал его руку на секунду.
— Я позвоню, — сказал он тихо.
— Хорошо, — ответил Феликс.
Он остался один в пустой квартире. Спина болела сильнее. Он разделся, залез в ванну и включил тёплую воду. Почти горячую. Вода помогала. Хоть чуть-чуть.
Он сидел в воде, обняв колени, и старался дышать ровно. Голова кружилась. Тело стало горячим. Слишком горячим.
"Может, это начинается снова?" — подумал он. Но нет. Течка была месяц назад. Не могла начаться так рано.
Но боль внизу живота становилась всё острее. Феликс зажмурился и закусил губу. Что-то было не так.
---
Хёнджину стало плохо в машине.
Сначала просто жар. Потом — дрожь. Потом — желание, которое накатило внезапно и сильно. Он сжал зубы, чтобы не застонать.
— Ты как? — спросил Чанбин с переднего сиденья.
— Не знаю. — Хёнджин потёр лицо. — Мне плохо.
— В смысле?
— Я не поеду. Разверните.
— Что?
— Разверните, я сказал!
Голос сорвался на рык. Все удивлённо переглянулись. Чан посмотрел на Хёнджина — он был красный, потный, глаза мутные.
— С тобой всё нормально? — спросил Чан.
— Нет. Отвезите меня обратно.
— Но у нас запись…
— Я не могу, — сказал Хёнджин почти шёпотом. — Пожалуйста.
Чан переглянулся с Чанбином. Тот пожал плечами.
— Ладно, — сказал Чан. — Я скажу, что ты заболел.
Машина развернулась. Хёнджин сидел, сжав кулаки, и пытался дышать. Альфа внутри рычал, требовал. Не понимал, что происходит. Знал только одно — надо домой. Срочно.
---
Хёнджин влетел в квартиру. Внутри всё горело. Он не понимал, что с ним. Гон. Настоящий гон. Он не помнил, когда у него такое было в последний раз.
Он слышал шум воды из ванной. Пошёл на звук. Толкнул дверь, и она распахнулась.
За шторкой была тень. Тёплая, знакомая. Запах чёрного чая и мускуса ударил в нос, и Хёнджин потерял контроль. Совсем.
— Феликс, — выдохнул он.
Феликс услышал шаги. Услышал, как дверь открылась. Увидел тень в проёме. Сердце забилось быстрее. Он отодвинул шторку и увидел Хёнджина.
Красного. Возбуждённого. Глаза — дикие, тёмные. Феликс понял, что происходит. Гон.
— Хёнджин… — начал он, но не успел договорить.
Хёнджин зашёл в ванну. Схватил его за плечи, притянул к себе. Сильно. Больно.
— Хёнджин, стой, — сказал Феликс. — Ты…
— Не могу, — прорычал Хёнджин. — Я не могу.
Феликс попытался оттолкнуть его, но сил не было. Спина болела, живот тянуло. А Хёнджин был сильным. Слишком сильным.
— Пожалуйста… — прошептал Феликс. — Мне больно.
Но Хёнджин не слышал. Он действовал только на инстинктах. Схватил Феликса, развернул его, прижал к бортику ванны.
— Хёнджин! — крикнул Феликс, но голос сорвался.
Он вошёл в него. Резко, грубо, без подготовки. Феликс вскрикнул. Внизу живота разлилась острая боль. Он зажмурился, и слёзы покатились по щекам.
— Больно… — прошептал он. — Хёнджин, пожалуйста…
Но Хёнджин не останавливался. Он двигался. Быстро, грубо, не соображая. Его дыхание было прерывистым, руки сжимали бёдра Феликса так сильно, что оставались синяки.
Феликс плакал. Тихо, почти беззвучно. Он вцепился пальцами в край ванны, пытаясь терпеть. Спина болела, живот болел, и внутри всё горело.
— Хёнджин… — снова прошептал он. — Я люблю тебя… но остановись…
Хёнджин не услышал. Он был в другом месте. В своём гоне. В своей боли. Он кончил через несколько минут — быстро, резко. И обмяк прямо на Феликса.
Феликс стоял, дрожа. По щекам текли слёзы. Всё тело болело. Он не мог пошевелиться.
Хёнджин пришёл в себя медленно. Посмотрел на Феликса. Тот был весь в слезах, в синяках, дрожал.
— Что… — начал Хёнджин. — Что я сделал?
Феликс открыл рот, но ничего не сказал. Всё тело болело, и внутри пульсировало от боли. Он не мог говорить. Он просто стоял, прижавшись спиной к ванне, и смотрел на Хёнджина.
— Бокки, — сказал Хёнджин. — Я…
— Выйди, — прошептал Феликс.
— Что?
— Выйди из ванной, Хёнджин. Пожалуйста.
Хёнджин сделал шаг назад. Феликс стоял, не двигаясь. Слёзы катились по щекам. Он сжимал край ванны и боялся отпустить.
— Бокки, я не хотел…
— Я не могу сейчас. — Голос Феликса дрожал. — Просто выйди. Пожалуйста.
Хёнджин вышел. Он стоял в коридоре, смотрел на свои руки и не понимал, что сделал.
А Феликс остался в ванной. Он медленно сполз по бортику, сел на мокрый пол, обнял колени и заплакал. Громко. Навзрыд.
---
Конец 7 главы.
Комментарии