Сожженые письма/Дин Венчестер

Месяц. Прошёл целый месяц с тех пор, как пропала Эва. Мы искали её везде, где только могли - Эш пробивал базы данных, мы объездили полстраны, но ничего. Пустота. Будто земля разверзлась и проглотила её.

Сэм звонил Эллен каждый день, надеясь на чудо. Но чуда не было. Зато было новое дело.

— Женщина утонула в ванной, — сказал Сэм, когда мы сидели в мотеле. — А мужчина упал с лестницы и свернул шею на сто восемьдесят градусов.

— В одном месте? — спросил Дин.

— В одном. Отель в Корнуолле, Коннектикут. Старинный. Говорят, там водятся привидения.

— Что-то я не замечала, чтобы приведения сворачивали шеи на тво восемьдесят градусов, — заметил я.

— Значит, что-то другое.

Я хотела ответить, но краем глаза заметила движение в углу комнаты.

Там, в тени, стояла она.

Женщина из моих видений. Седая коса, тёмные глаза, длинное платье из грубой ткани. Она не двигалась, просто смотрела на меня. А потом её лицо исказилось - брови дрогнули, губы сжались, и по щекам потекли слёзы.

— Прости, — прошептала она. — Прости меня, внучка.

Я моргнула. Она исчезла.

— Ника? — Дин повернулся ко мне. — Ты чего?

— Ничего, — соврала я. — Показалось.

Но я знала, что не показалось.

—

Дорога до Корнуолла заняла три часа. Я сидела на заднем сиденье, смотрела в окно и чувствовала на себе чужой взгляд. Каждый раз, когда я поворачивала голову, её не было. Но стоило отвести глаза - она появлялась снова.

На заправке, когда Дин заливал бензин, она стояла у колонки. Плакала.

На мосту, когда мы проезжали над рекой, она сидела на перилах. Шептала:

— Я не хотела. Я думала, что спасаю тебя. Прости.

К отелю мы подъехали уже в сумерках. Я вышла из машины, и в отражении стекла увидела её - рядом со мной, в двух шагах. Её руки были в крови. Не моей - бычьей. Той самой, чёрной, густой.

— Прости, внучка, — её губы шевелились без звука, но я слышала каждое слово. — Я прокляла тебя. Я не знала, что он сделает с тобой. Я хотела как лучше.

— Кто? — прошептала я.

— Жёлтоглазый.

Она исчезла, когда Дин взял меня за руку.

— Ты разговариваешь сама с собой, — сказал он. — Это меня пугает.

— Она здесь, Дин. Женщина из ритуала. Она всё время здесь.

— Что она говорит?

— Что просит прощения. Что прокляла меня. Что жёлтоглазый...

Я не договорила. Потому что на пороге отеля стояли две маленькие девочки. Одна - живая, с каштановыми волосами. Вторая - полупрозрачная, с мокрыми волосами и пустыми глазами.

Вторая улыбнулась мне. Не девочкой - чем-то древним, что пряталось внутри неё.

— Нам нужно зайти внутрь, — сказала я. — Быстро.

—

В холле отеля Сьюзен, хозяйка, встретила их с вежливой улыбкой. Рядом стоял Шервин, носильщик.

— Вы антиквары? — спросила Сьюзен, глядя на их потёртые куртки.

— Да, — Дин включил своё обаяние на полную. — Мы коллекционируем старинные вещи. В особенности... кукол.

Сэм едва заметно закатил глаза. Ника стояла чуть позади и не слушала.

Потому что в углу холла, за старым пианино, снова была она.

Женщина в длинном платье стояла на коленях. Её слёзы падали на паркет, но не оставляли следов.

— Я убила тебя, внучка, — шептала она. — Я думала, что возвращаю твою душу. Но я впустила его. Жёлтоглазый вошёл в тебя через кровь. Через меня.

Ника сделала шаг к ней, но женщина покачала головой.

— Не подходи. Я проклята. Как и ты. Как и все, кого он коснулся.

Она подняла руку, и Ника увидела на её ладони тот же символ, что и рисовал когда-то Джон в блокноте - знак Азазеля.

— Прости, — прошептала женщина. — Прости, внучка.

И исчезла.

— Ника! — Дин схватил её за плечо. — Ты меня слышишь?

— Да, — она моргнула. — Я в порядке.

— Ты не в порядке. Ты плачешь.

Ника поднесла руку к щеке. Мокрая. Когда она успела заплакать?

— Просто... пыль в глаза, — сказала она. — Давайте займёмся делом.

—

Они поднялись наверх. Сьюзен показала им комнаты. В её покоях Ника заметила огромную коллекцию кукол - старинных, с фарфоровыми лицами и пустыми глазами.

— Моей матери, — пояснила Сьюзен. — Роуз собирала их всю жизнь.

— Можно с ней поговорить? — спросил Сэм.

— Нет. Роуз больна. Она не принимает гостей.

Ника смотрела на кукол. Ей казалось, что они смотрят в ответ. И в отражении стеклянных глаз она снова увидела её.

Женщина стояла среди кукол. Её рот был открыт в беззвучном крике. Кровь текла по её платью - откуда, Ника не понимала.

— Он заставил меня, — прошептала женщина. — Жёлтоглазый сказал: если я не сделаю ритуал, ты умрёшь по-настоящему. Твоя душа навсегда останется в пустоте. Я испугалась. Я хотела спасти тебя.

— Ты впустила демона в меня, — ответила Ника одними губами.

— Да, — женщина разрыдалась. — И теперь я ношу это в себе. Каждый день. Каждую ночь. Я вижу, как он растёт в тебе. Как он ждёт своего часа. Прости меня, внучка. Прости.

— Но почему?

— Ника? — Дин снова окликнул её. — С кем ты говоришь?

— Ни с кем, — она вышла из комнаты, чувствуя, как слёзы текут по лицу.

—

В номере, где повесился представитель компании, было темно и холодно. Сэм осматривал верёвку, Дин проверял углы на наличие серы. Ника стояла у окна и смотрела на улицу.

В отражении стекла она увидела женщину. Теперь та сидела на подоконнике, обхватив колени руками. Её тело сотрясали рыдания.

— Я пыталась остановить его, — сказала женщина. — После ритуала я поняла, что сделала. Я пыталась изгнать демона из тебя. Но он был уже внутри. Слишком глубоко.

— Что ты сделала?

— Я принесла жертву. Себя. Я думала, если умру, то разорву связь. Но не разорвала. Только укрепила.

Ника посмотрела на свои руки. На них не было крови. Но она чувствовала её - чужую, древнюю, демоническую.

— Как мне избавиться от этого?

— Не знаю, — женщина подняла на неё заплаканные глаза. — Я искала ответ кучу лет. Не нашла. Только одно знаю: когда начнётся война, ты будешь в центре. И твой выбор решит всё.

Она исчезла, когда в комнату вошёл Дин.

— В коридоре девочка, — сказал он. — Тайлер. Разговаривает с пустотой.

— С Мэгги, — сказала Ника. — Её подруга - призрак.

— Откуда ты знаешь?

— Я вижу её. Она - та, вторая. С мокрыми волосами.

— И ты не сказала?

— Ты бы поверил?

Дин вздохнул. Подошёл, взял её лицо в ладони.

— Ты плачешь, Ника. Опять.

— Эта женщина... она не оставляет меня. Она всё время здесь. Просит прощения. Говорит, что прокляла меня.

— Вуду-жрица?

— Не знаю. Но она говорить что думала, что спасает меня. А впустила жёлтоглазого в мою душу.

Дин прижал её к себе.

— Мы избавимся от него. Я обещаю.

— Не обещай.

— Почему?

— Потому что ты не можешь этого знать.

Он не ответил. Просто держал её, пока слёзы не перестали течь.

—

Ночью Сэм напился. Он сидел в баре отеля, сжимая стакан с виски, и смотрел в одну точку. Ника сидела рядом с ним, молчала, потому что знала: иногда молчание лучше любых слов.

— Дин сказал, что отец просил его убить меня, — выговорил Сэм. — Если я стану монстром.

— Ты не станешь, — ответила Ника.

— Не знаю. И он не знает. Поэтому он должен дать слово.

— Какое слово?

— Что убьёт меня.

Ника почувствовала, как холод пробежал по спине.

— Сэм, не проси его об этом.

— Я должен знать, что он сможет. Что он не пожалеет.

— Он всегда будет жалеть. Это Дин.

Сэм допил виски.

— Пусть жалеет. Но пусть делает.

Он встал и пошёл к брату.

Ника осталась сидеть. И в отражении бутылки на стойке снова увидела женщину. Та стояла за спиной Сэма и плакала.

— Он не должен умирать, — прошептала она. — Ни один из них. Ты должна их спасти, внучка.

— Я не умею спасать. Я умею только убивать.

— Научишься. Война научит.

Женщина исчезла. Ника осталась одна в полупустом баре, слушая, как за стеной Сэм требует от Дина обещание, которое сломает их обоих.

—

Следующим утром Ника не пошла завтракать. Она сидела в своей комнате, смотрела в стену и слушала голос женщины, который доносился отовсюду и ниоткуда.

— Она была невиновна, — говорила женщина. — Девочка в бассейне. Маргарет. Я пыталась её спасти, как и тебя. Но не смогла. Никого не смогла спасти.

— Замолчи, — прошептала Ника.

— Не могу. Это моё наказание. Видеть, как страдают те, кого я любила. Ты - последняя. Моя внучка. Моя кровь.

Ника подошла к зеркалу. В отражении женщина стояла прямо за её спиной.

— Почему ты называешь меня внучкой? — спросила Ника.

— Потому что ты и есть моя внучка. Твоя мать - Лора - была моей дочерью. Она не знала, кто я. Я оставила её, когда она была маленькой. Боялась, что моя магия навредит ей. Но она всё равно погибла. А ты... ты выжила. И я решила, что должна спасти тебя. Любой ценой.

— Ты впустила демона в меня.

— Да. — Женщина разрыдалась. — Это моя цена. И я буду платить её вечно.

—

Когда Сэм и Дин разгадали тайну отеля - Мэгги, призрак утонувшей девочки, которая убивала всех, кто хотел забрать её дом - Ника почти не участвовала в расследовании.

Она стояла у бассейна, глядя в мутную воду, и чувствовала, как женщина плачет у неё за спиной.

— Я тоже тонула, — прошептала женщина. — Не в воде. В магии. Не делай так, внучка. Не повторяй моих ошибок.

— Я уже повторила, — ответила Ника. — Я впустила их в свою жизнь. Винчестеров. И я не смогу остановиться.

— Тогда спаси их. Спаси, пока не поздно.

В бассейн упала Тайлер. Сэм прыгнул за ней, вытащил, откачал. Мэгги исчезла, когда Роуз - старая, больная, прикованная к инвалидному креслу - что-то прошептала ей на чердаке.

Женщина стояла рядом с Никой и смотрела, как мать и дочь обнимаются после спасения.

— Видишь? — сказала она. — Иногда всё заканчивается хорошо.

— Не для всех, — ответила Ника.

— Для нас - нет. Но для них - да. И это уже что-то.

Она коснулась плеча Ники - призрачной рукой, от которой повеяло холодом - и прошептала:

— Прости меня, внучка. Если сможешь.

Она исчезла. На этот раз - надолго.

Ника стояла у бассейна, чувствуя, как слёзы текут по щекам, и не вытирала их.

Дин подошёл, обнял.

— Она ушла?

— Да.

— Вернётся?

— Не знаю.

— Тогда пойдём. Нам пора.

Они сели в Impala и уехали. Позади остался отель с призраками и старый бассейн, в котором когда-то утонула девочка.

Ника смотрела в окно. В отражении стекла никого не было.

Но слёзы не прекращались.

— Ты как? — спросил Дин, беря её за руку.

— Женщина сказала, что я - её внучка, — ответила Ника. — Что моя мать умерла, а она пыталась меня спасти. Но впустила жёлтоглазого.

— Демоны всегда находят лазейку, — ответил Дин. — Она не виновата.

— Я не знаю, виновата ли. Но я чувствую... что должна простить её. Чтобы двигаться дальше.

— Тогда прости.

— Я не умею.

— Научишься. У тебя есть время.

Она посмотрела на него. На его зелёные глаза, такие спокойные, такие уверенные.

— Ты прав, — сказала она. — Время есть.

Она положила голову ему на плечо, закрыла глаза и попыталась простить женщину, которая прокляла её до рождения.

Это было трудно. Но она попробует.

Ради себя. Ради Винчестеров. Ради войны, которая уже началась.

—————
С любовью))
1703 слова