CLAIMED

『Лалиса Манобан』

- Входи, - крикнул Джимин.

- По крайней мере, этот человек стучит в дверь, а не врывается сразу, как вы с Джей-Хоупом, - сказала я.

- Думаю, нам лучше свалить, - сказала Дженни Джимину, заметив, что вошёл Чонгук.

- Нет, можете остаться, - сказала я.

- Да, можете остаться, - сказал Чонгук. - Я просто хотел узнать, как Лиса.

- Я прекрасно, - ответила я.

- И красивая, кстати. Слишком красивая для тебя, - Дженни не могла не подколоть его.

- Начинается, раздавленная таракашка? - огрызнулся Чонгук.

- Я уже говорила тебе перестать называть меня так, чёрт возьми, - сердито сказала она. - Лиса, сделай что-нибудь, или я сама это сделаю. - Дженни скрестила руки на груди.

- Да? И что же ты сделаешь? Никто не может справиться с Чон Чонгуком.

- Да, только трансвеститы, - сказала она. Мы с Джимином переглянулись и сдержали смех.

- Серьёзно, прекратите, - сказала я.

- Мы с Дженни уже уходим, всё-таки здесь три человека, а больше нельзя, - сказал Джимин.

- Я знаю, лимит - два человека. Чонгук, проваливай, а мы с тобой останемся, - улыбнулась Дженни.

- Пошли уже, девушка, - сказал Джимин, потянув её за руку.

- Но я хочу расписаться на шине Ли...

Но вскоре они оба уже вышли из палаты. А Чонгук всё ещё стоял там и смотрел на меня своим пугающим взглядом.

- Этот... этот бинт разве не слишком плохо наложен? - сказал он, слегка коснувшись повязки у уголка моего рта.

- Не знаю. Я ещё не осмелилась посмотреть на себя в зеркало, - сказала я, и Чонгук сел на край моей кровати.

- Ужасно видеть тебя такой.

- Расслабься, я в порядке.

- Возможно, я не об аварии говорю. Я вижу, что ты поправляешься, но я хотел подчеркнуть твою грусть, которая так заметна на твоём лице. - От его слов мне захотелось заплакать.

- Ну, у меня не так много причин радоваться. Меня похитили, я потеряла парня, попала в аварию, съела ужасный суп...

- То, что ты потеряла своего парня, - моя вина, - сказал он, глядя мне в глаза.

- Наша вина, - ответила я.

- Что ты имеешь в виду? - Он приподнял брови.

- Я тоже виновата в этой истории, Чон... Я совершенно перегнула палку из-за того, что произошло вчера. Я думала только о себе, хотя ты чувствовал себя виноватым из-за меня. Я должна была поддержать тебя, но вместо этого просто осудила. Я не посмотрела на ситуацию изнутри... не попыталась понять причины, которые привели тебя ко всему этому. Я знаю, что ты стараешься и пытаешься измениться, а я совершенно этому не способствую...

- Ты, наверное, сильно ударилась головой, - сказал он, а я закатила глаза. - Ведь ты такая же гордая, как и я.

- Но мы уже тысячу раз переступали через свою гордость друг ради друга.

- Ты права, - рассмеялся он. - Ты когда-нибудь представляла, что я скажу, что люблю кого-то?

- Конечно нет. Особенно меня, - сказала я. - Но я тебя понимаю... трудно устоять перед такой, как я.

- А потом это я страдаю синдромом раздутого эго.

Я рассмеялась, а Чонгук замер, глядя на меня.

- Ты красивая. Правда, очень красивая. Даже если смеёшься, как гиена с больным животом.

- Чонгук, - я попыталась ударить его, но мои руки всё ещё болели.

- Чёрт, перестань двигать этими руками, Манобан, - отругал он меня. - Ещё сильнее повредишь, чёрт возьми.

- Спокойно, дыши, - сказала я. - Я останусь твёрдой.

- Вот это я умею очень хорошо: становиться твёрдым.

- Ты неисправим, да?

- Нет. Поможешь мне исправиться? - сказал он, придвигаясь ближе, а я отвернула лицо. - Что случилось, Манобан?

- Мы расстались, - сказала я, сделав безразличное лицо.

『Чон Чонгук』

Я уже понял, что вернуть Лалису Манобан будет нелегко. Она снова начнёт со своими раздражающими играми, а мне придётся сделать всё, чтобы их выиграть. Хотя, если честно, я даже находил это забавным и сексуальным. По крайней мере, она уже не была на меня так сильно зла.

Когда моей маме позвонили и сказали, что она попала в аварию, клянусь, я почувствовал себя так, будто в меня выпустили с десяток пуль. Когда с ней что-то случалось, я переживал сильнее обычного. Мама ещё хотела переодеться, но я не позволил. Либо она едет прямо так, как есть, либо я поеду один.

Манобан отвезли в какую-то ужасную государственную больницу. Она была без сознания, а отделение неотложной помощи оставляло желать лучшего. Я был вынужден потребовать её перевода и оплатил все расходы. Заплатил даже больше, потребовав для неё лучшее обслуживание. Даже результаты обследований, которые обычно были бы готовы только на следующий день, получили в тот же день. Надеюсь, она ничего об этом не узнает, иначе устроит истерику.

- Почему ты оплатил все расходы? - спросила она, и я удивился. Кто ей об этом рассказал?

- Что? Как...

- Я заставила твою маму рассказать, - сказала она. - Спасибо, Чонгук. Но ты знаешь, что мой отец захочет вернуть тебе деньги. Это будет справедливо.

- Манобан, мне абсолютно плевать, сколько я потратил на эту больницу. Главное, что ты в порядке. Ладно, знаю, это звучит по-гейски, но я действительно за тебя переживаю.

- Теперь я сама чувствую себя виноватой. Пойду в бар, напьюсь и подцеплю нескольких женщин, которые выглядят в точности как мужчины.

- Опять начинаешь? Забудь ты уже об этой херне. Ненужное сравнение, - раздражённо сказал я. Я уже устал, что меня подкалывают из-за этой чёртовой истории.

- Извини, больше никогда не буду поднимать эту тему, - сказала она. - Но та брюнетка действительно выглядела как настоящая женщина. Блондинка ещё могла вызвать подозрения, но рыжая... Без комментариев.

- Всё, Лиса. Хватит уже. Какого чёрта? - Я действительно начинал злиться. Она прекрасно знала, как меня вывести из себя.

- Ладно, извини. - Она рассмеялась, и признаюсь, мне даже немного захотелось рассмеяться вместе с ней, несмотря на то что я приходил в бешенство каждый раз, когда поднималась эта чёртова тема. - А где Юна? - Я обожал то, как она заботилась о моей малышке.

- Она здесь, в больнице. - Я улыбнулся. - Миссис Минджи с ней. Хочешь её увидеть?

- Конечно. - Она широко улыбнулась.

- Я сейчас вернусь, - сказал я, поцеловал её в щёку и вышел за Юной. Спустился в комнату, где была моя мама.

- Чонгук? Как Лиса?

- Как всегда, прекрасна, - ответил я, забирая Юну с её колен. Малышка рассмеялась, и я сжал её пухлые щёчки, целуя их. - Она хочет тебя увидеть.

Я вышел и направился к лифту. Через несколько минут уже снова заходил в палату Манобан.

- Ничего себе, ты буквально прилетел, - сказала она, ведь я действительно вернулся очень быстро.

- Юна!

Она широко улыбнулась, увидев малышку, которая радостно вскрикнула при виде неё.

- Ау, моя любовь, я не могу тебя взять, - грустно сказала Манобан.

Я наклонил Юну вперёд, чтобы Лиса могла поцеловать её пухленькие щёчки.

- Как там детский сад? - спросила она, и Юна снова громко вскрикнула.

- Скажи Лисе, что папа выбросил тот раздражающий DVD с этими дурацкими коровами и поставил тебе DVD только с клипами Тупака, чтобы ты смотрела, - сказал я, и Лиса тут же посмотрела на меня.

- Ты ведь не серьёзно, да?

- А почему я должен быть несерьёзным? Тупак тоже познавательный. Ты только посмотри на тексты этого парня.

- Не для годовалого ребёнка, Чонгук, - отчитала она меня.

- Тупак лучше, чем коровы, которые три раза подряд поют весь алфавит, - подмигнул я ей. - К тому же Юна уже отлично разбирается в рэпе. Правда, малышка? Скажи ей, что I Get Around - твоя любимая песня.

Я начал напевать отрывок из того рэпа и двигать руками, будто танцевал. Юна начала покачиваться у меня на руках и попыталась повторить то же движение своей маленькой ручкой. Манобан не смогла не рассмеяться.

- Значит, Юна теперь из своих? - пошутила она, и я ещё сильнее понял, что именно с ней мне и нужно быть.

- Моя дочь.

Дверь открылась, и вошёл отец Манобан, весь обеспокоенный. Я быстро отошёл вместе с Юной от края кровати, чтобы мужчина ничего не заметил. Мне всегда казалось, что я ему не нравлюсь. Последнее, чего он хотел, - чтобы я связался с его единственной дочерью.

- Папа? - сказала она, немного удивившись тому, что он здесь. - Не нужно было приезжать. Я в порядке, ничего серьёзного не произошло, слава Богу.

- Я бы приехал, даже если бы ты всего лишь слегка порезала палец, - улыбнулся он и осторожно обнял её. Затем задал ещё целую серию вопросов об аварии, сказал, что ей нужно быть осторожнее, прочитал ужасно нудную отцовскую лекцию, сказал, что уже позаботится о той самой мази для ран - в общем, всё это типичное отцовское дерьмо. После этого его внимание снова переключилось на меня.

- А ты, парень. Что ты здесь делаешь? - твёрдо спросил он.

В его голове наверняка пронеслись тысячи подозрений, но я сохранял естественный вид. Меня было не так легко напугать.

- Ну, мы теперь практически семья.

Я улыбнулся ему. Каким бы насмешливым ни была моя улыбка, я должен был уважать его - он был отцом девушки, которую я любил.

- Вы с моей мамой теперь в прекрасных отношениях. Значит, мы с Лисой вроде как сводные брат и сестра, разве нет?

Я почувствовал, что этот мужик хочет меня убить, и, судя по всему, Манобан тоже это почувствовала.

- Чонгук принёс Юну. Я хотела её увидеть, а Минджи устала, - попыталась она сгладить ситуацию, но мистер Манобан всё ещё выглядел подозрительно.

- Лиса, мы уже говорили об этом, - сказал он, и я понял, к чему он клонит. Наверняка речь шла о том, чтобы она держалась от меня подальше.

- Пап, что ты вообще такого здесь видишь? - спросила она. Я заметил, что она была так же раздражена, как и я. - Мы ничего не делали, просто разговаривали. У нас нет никаких отношений, как у тебя с Минджи, если ты об этом думаешь.

Она соврала.

- Именно, - согласился я.

Мужчина глубоко вздохнул и замолчал. Он попытался сосредоточиться на дочери, лежащей на больничной койке, но я знал, что он уже многое понял.

- Господа.

В палату вошла очень горячая медсестра.

- Время посещений закончилось, уже поздно, а пациентке нужно отдыхать.

Действительно, было уже больше десяти вечера.

- Вы её отец? - спросила она, обращаясь к Марко Манобану.

- Да, это я.

- Вам необязательно оставаться с ней. Можете поехать домой и вернуться завтра утром, поскольку пациентка в отличном состоянии. Её просто не выписали, потому что мы хотим оставить её под наблюдением, чтобы убедиться, что не появится никаких осложнений. - Женщина улыбнулась. - Но завтра она уже сможет уйти. Мы также подготовили костыли, чтобы ей было легче ходить.

Он подошёл к Манобан и поцеловал её. Я тоже хотел сделать то же самое, но не мог всё испортить, поэтому лишь попрощался с ней издалека и вышел из палаты немного злой.

Марко Манобан шёл сразу за мной, разговаривая с медсестрой.

- Это ведь частная больница, да? - услышал я его вопрос.

- Да, сэр, - подтвердила медсестра. - Мы оказываем ей лучший уход, как вы и просили.

- Я просил? - В его голосе звучало непонимание, и я усмехнулся краем губ.

- Да. Разве не вы оплачиваете лечение?

- Спасибо, - сказал он, заканчивая разговор.

- Чонгук...

Он позвал меня, и я медленно обернулся.

- Да?

Я чувствовал, что сейчас этот мужик начнёт читать мне нотации. Что-нибудь вроде: «Держись подальше от моей дочери».

- Вы с Лисой давно знакомы? - спросил он, пока Юна слюнявила мои щёки.

- Возможно... - пожал я плечами.

- Вы с ней уже... ну, ты понимаешь.

- Нет, сэр. Я никогда не прикасался к вашей дочери.

- Ложь, - твёрдо сказал мужчина. - Я знаю, что между вами уже что-то было в прошлом. Я узнал, что ты гангстер, Чон. И ты понимаешь, я хочу для своей дочери только самого лучшего.

- Вы хотите, чтобы я держался от неё подальше, да? - Я слегка рассмеялся. - Хорошо, мне всё равно.

Я соврал. Я просто сказал это, чтобы он решил, будто я сдался, и перестал меня доставать. Мы с Манобан всегда встречались тайком, и ничего не изменится.

- Но вы понимаете, будет трудно, потому что теперь вы спите с моей мамой.

- Следи за своим языком, парень. Не могу поверить, что такая замечательная женщина, как Минджи, воспитала такого грязного парня, как ты.

Мне нужно было держать себя в руках рядом с этим мужиком. Если бы я начал выдавать ему всё, что действительно хотел сказать, Манобан никогда бы меня не простила. Несмотря ни на что, он был её отцом.

- Я ничего не могу сделать, если вы так считаете.

Чёрт, мне нужна была сигарета. Я уже был на грани взрыва. Мне никогда не приходилось притворяться спокойным перед кем-либо, но я мог думать только о Лалисе Манобан. Я не мог снова облажаться.

- Можешь. И знаешь что... Держись подальше от моей дочери.

- Тогда я могу попросить вас тоже держаться подальше от моей матери?

- Ты же понимаешь, что это совершенно разные вещи. Я никогда не причиню вреда твоей матери... А вот ты можешь разрушить жизнь моей дочери. И если это произойдёт, я не отвечаю за свои поступки.

Клянусь, в моей голове тут же промелькнуло несколько способов убить этого мужика, но он всё ещё был отцом Манобан.

- Знаете что, Марко? - Я перестал называть его «сэр». - Я действительно люблю вашу дочь, и последнее, чего я хочу, - причинить ей какой-либо вред.

Мужчина некоторое время смотрел на меня, словно анализировал ситуацию, а затем рассмеялся.

- Ты всего лишь очередной жалкий мажорчик из тех, кто никого не любит. Поверь, Чон, я тоже был твоего возраста. Я десятки раз попадал в участок за вандализм. Я был таким же безрассудным молодым идиотом, как ты. Но потом решил повзрослеть и стать кем-то в этой жизни.

- Меня никогда не арестовывали. Я достаточно умён. - Ответил я.

- Возможно, раньше я никогда никого не любил, но твоя дочь сумела это изменить. - Я был предельно честен.

- Забудь об этом, Чон. Забудь мою дочь. Просто продолжай цеплять своих девочек и оставь её тому, кто действительно сможет её ценить... А этим человеком не являешься ты. У тебя была почти передозировка, помнишь? Я не хочу наркомана для своей девочки.

- Вы просто не хотите, чтобы рядом с ней был кто-то такой же, каким вы сами были в молодости. - Я поддел его и усмехнулся.

- Возможно. Но послушай, я сделаю всё, чтобы отдалить Лису от тебя...

От этих слов моя злость достигла предела. Мне хотелось взорваться, но я не мог. Я бы только дал этому мужику повод считать себя правым. Мне оставалось лишь сделать вид, что я сдаюсь, чтобы он перестал быть таким занозой в заднице.

- Хорошо. - Я притворился, что уступил. - Я буду держаться подальше от Лисы. Но не забывайте: вы встречаетесь с моей матерью, так что именно вы сами будете постоянно приводить её ближе ко мне.

Я развернулся и оставил этого идиота. По дороге я встретил свою мать, и она сказала, что уходит вместе с ним. После этого я позвал ребят, и мы свалили оттуда. Я был в бешенстве. На следующий день я даже не смогу приехать в больницу повидать её.

- Кажется, кто-то сегодня не в самом лучшем настроении. - Джей-Хоуп бросил намёк. - Опять поссорились, Чонгук?

- Нет, не лезь. - Я оборвал его.

- Чёрт, что случилось, брат? - На этот раз спросил Тэхён. - Эта шлюха опять тебя отшила? Брось её, она тебя не заслуживает.

- Заткнись, Тэхён. Мы с Манобан пытаемся разобраться во всём, насколько это возможно, но мы всё ещё вместе... в каком-то смысле. Проблема в её отце. Он вообще не хочет, чтобы я был рядом с его дочуркой. - Я выплюнул слова сквозь зубы, но отдаляться от неё я всё равно не собирался.

- И что ты собираешься делать? - спросил Чимин.

- Всё что угодно, только не отдаляться. Я не выношу находиться вдали от неё.

- Эта девчонка реально сделала тебя каким-то женоподобным, а? - подколол Джей-Хоуп. - Настолько женоподобным, что ты чуть не переспал с женщинами с членами.

Эти придурки разразились смехом, заставив меня ещё сильнее разозлиться.

- Закройте свои ебаные рты, пидоры! - крикнул я. - Вы вообще не помогаете, и мне плевать, если я пристрелю вас прямо в задницу.

- Расслабься, Чонгук. Мы просто прикалываемся. - сказал Тэхён.

- Меня постоянно подкалывают, и это не значит, что я хочу убить своих друзей. - заметил Чимин.

- А у тебя на лбу практически написано: «Подкалывай меня». - сказал я, вытаскивая чувство юмора буквально из глубин своей души.

- Да, Чимин. Ты сам напрашиваешься, чувак. - добавил Джей-Хоуп.

- Чимин, ты точно не гей? - спросил Тэхён, и я невольно рассмеялся. Эти парни были кучкой полных придурков.

- А если и так, что вы будете делать?

- Это признание? - спросил я.

- Нет, конечно. - ответил он. - Но что ты собираешься делать в этой ситуации?

Я заметил, как Чимин изо всех сил пытается сменить тему.

- Мне ничего не нужно делать. Я всегда был бунтарём. Какой-то отец, пытающийся отдалить меня от своей дочери, меня совершенно не остановит.

- Да, но тебе нужно думать и о ней, о последствиях, которые ей придётся пережить. - сказал Джей-Хоуп.

И этот придурок был абсолютно прав. Мне нужно было думать о ней. Но что же мне теперь делать? Впервые в жизни я понятия не имел, что делать. Мне нужно было поговорить с Лисой об этом.

- Эй, Тэхён. Дженни уже снова с тобой разговаривает?

- спросил Чимин у Тэхёна.

- В смысле? Ты и эта раздавленная таракашка поссорились?

- спросил я.

- Да. - грустно ответил он. - И это Дженни.

- Почему?

- По несущественным причинам. - ответил он.

Парни переглянулись. Я знал, что они что-то скрывают.

『Лалиса Манобан』

Я уже чувствовала себя задушенной. Отец не отходил от меня с того момента, как я вернулась домой. Он уже раз двадцать меньше чем за тридцать минут спрашивал, не хочу ли я чего-нибудь поесть. Я пыталась убедить его, что со мной всё хорошо и не нужно так обо мне заботиться, но ему было всё равно.

Тело уже не так сильно болело. Единственными проблемами были сломанная нога и несколько незначительных ран на разных участках тела, которые уже заживали благодаря мази. Ах да, и ходить на костылях было ужасно. Подниматься по лестнице было настоящей пыткой - это занимало целую вечность.

- Водички не хочешь? Точно ничего? - спросил отец, просовывая голову в полуоткрытую дверь. Я закатила глаза.

- Нет, пап. Правда, спасибо, я в порядке. Почему ты не пойдёшь проверишь, как там Минджи?

- Не могу оставить мою красавицу-дочь одну. - Он вошёл и поцеловал меня в лоб.

- Твоя красавица-дочь прекрасно себя чувствует, серьёзно. - Я попыталась убедить его. - Тебе не нужно так меня душить.

- Я просто пытаюсь быть хорошим отцом.

- Ты всегда был хорошим отцом, ты же знаешь. - Я улыбнулась. - Но сейчас я немного посплю, так что можешь пойти составить компанию своей девушке. Я соскучилась по этой кровати.

Я успокоила его и устроилась на кровати так удобно, как только могла. Нога была тяжёлой из-за гипса, и это было ужасно неудобно.

Я проснулась, когда на улице уже совсем стемнело. С огромным трудом спустилась вниз и крикнула отцу, но, похоже, его не было дома. Мой телефон, лежавший на диване, беспрерывно звонил. Я попыталась поскорее спуститься, чтобы ответить, но звонок прекратился ровно в тот момент, когда я наконец закончила спуск.

Я села на диван и взяла телефон, думая, что это Дженни, но номер не был сохранён в моих контактах. И всё же я знала, кому он принадлежал. Я перезвонила.

- Чон? - сказала я, как только этот прекрасный голос ответил.

- Всё нормально? Я даже не смог приехать за тобой. - пожаловался он.

- Ага, мой отец действительно хочет, чтобы ты держался от меня подальше. - Мой голос прозвучал грустно. - Чёрт...

- Если бы мог, я бы превратился в какого-нибудь грёбаного мажорчика, чтобы спокойно быть с тобой, но даже тогда твой отец меня не принял бы. - Чонгук рассмеялся.

- Я не хочу, чтобы ты менялся. - сказала я. - Мажоры меня совершенно не привлекают.

Чонгук рассмеялся.

- Как ты узнал мой новый номер?

- Пришлось взять номер этой раздавленной таракашки из телефона Тэхёна, потом позвонить ей и умолять дать мне твой номер. Пришлось пообещать, что я больше никогда не буду называть её раздавленной таракашкой.

- Ты ведь скрестил пальцы, когда давал это обещание, да?

- Конечно. - ответил он, и я тихонько рассмеялась.

- Нам нужно поговорить, тебе так не кажется?

- Нет, я в этом абсолютно уверен. - ответил я. - Но знаешь, я боюсь, что отец может сделать что-нибудь вроде запрета мне выходить из школы. Боюсь, что он станет слишком строгим и начнёт ограничивать мою свободу...

- Чёрт. - пробормотал Чонгук. - Я не хочу подвергать тебя опасности, любимая.

Я чуть ли не испытала оргазм, когда Чон называл меня «любимой».

- Но я сама могу подвергнуть себя опасности. - сказала я.

- Я люблю тебя.

- Я в курсе. - Я притворилась безразличной, и Чонгук рассмеялся.

- С кем ты разговариваешь? - Я увидела, как отец спускается по лестнице. Чёрт, он был дома?

- Эм... С Дженни... - соврала я. - Пока, подруга.

- Завтра поговорим.

Я услышала приятный смех Чонгука и сразу отключилась.

- Знаешь, она хотела узнать, как я себя чувствую. - соврала я. - А ты где был?

- Немного поспал. - Он улыбнулся. - Я очень устал.