CLAIMED

『Лалиса Манобан』

- Дорогой Чонгук.

Помнишь меня? Конечно, нет. Впрочем, ты никогда не помнишь своих бедных жертв, женщин, с которыми переспал и выбросил.

Ах, мой дорогой, я так долго тебя искала, а ты просто исчез. Это было в начале прошлого года, помнишь? Мы были в клубе, когда ты подошёл ко мне со своей невероятной способностью очаровывать девушек и вскружил мне голову. С такой потрясающей внешностью я не смогла устоять, как и все остальные.

Ладно, это уже в прошлом. Я была всего лишь ещё одной незначительной интрижкой, не так ли? Ты исчез, не дал мне свой номер, не сказал свой адрес. Я потратила немало сил, чтобы его найти, и всё это только потому, что ты хотя бы назвал мне своё имя.

Но не будем ходить вокруг да около, перейдём к главному: я больше не могу заботиться о своей маленькой Юне. Я очень больна, и большая часть моей зарплаты уходит на лекарства. Я не лгу и не бросаю свою дочь - это чистая правда, я больше не могу о ней заботиться. Я могла бы просто попросить у тебя денег, но это ничего бы не изменило, ведь мне осталось жить недолго. У меня нет других родственников, с которыми я могла бы её оставить, поэтому я сделала всё возможное, чтобы найти тебя. Лучше всего оставить её с собственным отцом.

Мы не предохранялись. Если ты хотя бы вспомнишь, кто я, то вспомнишь и это. Ты был моим первым мужчиной. Да, мне было двадцать лет, и я была девственницей. Я мечтала выйти замуж невинной. В тот клуб я пришла просто повеселиться с подругами, но ты обладаешь какой-то невероятной силой воздействия. Через некоторое время я узнала, что беременна. Родители хотели убить меня, и мне пришлось сбежать, чтобы спокойно родить Юну. Потом я узнала, что у меня рак, и мне пришлось вернуться под крышу родителей. Они хотели отдать мою малышку на усыновление, но я не согласилась. Ты пришёл мне в голову как что-то невозможное, но я решила найти тебя во что бы то ни стало. Я просила помощи у нескольких друзей, но это уже неважно.

Единственное, о чём я прошу тебя, Чонгук, - будь хорошим отцом и не обижай мою девочку. Я надеюсь, что она будет в надёжных руках. Каждый день говори ей, что я всегда её любила.

С любовью, Нейён.

Я выпустила письмо из рук. От этой записки меня пробрала дрожь. У Чонгука была дочь? Он даже не знал о её существовании. Я посмотрела на него. Он выглядел ещё хуже, издалека смотрел на Юну так, будто не мог осознать происходящее. И я не винила его за то, что он был в таком состоянии. Я винила его лишь за то, что он сделал с бедной Нейён.

Я чувствовала, что это письмо настоящее. Это была не очередная его девушка, пытающаяся провернуть какой-то обман. Пока я читала записку, я чувствовала боль этой несчастной женщины - ещё одной, которую отравил сладкий яд Чонгука.

- Помнишь эту Нейён? - спросила я, нарушая тишину.

- Помню... - Он встревоженно задумался. - Немного...

- Что ж, думаю, теперь у тебя появилась ответственность.

- ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, ЛИСА? - Чонгук сорвался. - Я ЗА СЕБЯ ОТВЕЧАТЬ НЕ МОГУ, А ТУТ ЕЩЁ РЕБЁНОК!

Я вытянула его из комнаты, чтобы он не разбудил Юну.

- Это твоя дочь! - воскликнула я. - И не надо повышать на меня голос, я ни в чём не виновата. - Я отчитала его. - Виноват во всей этой истории ты. Это шок, конечно, но когда-нибудь последствия твоей жизни бабника должны были тебя настигнуть. - Я серьёзно посмотрела на него. - И знаешь, это даже хорошее последствие по сравнению с тем, чего ты на самом деле заслуживал. Кто знает, сколько детей у тебя ещё где-нибудь есть...

- Не говори так, Манобан! - крикнул он.

- Как угодно, Чонгук. Я скажу тебе только одно.

Я снова вошла в комнату и увидела, что Юна проснулась и испуганно смотрит на нас, всё ещё лёжа под одеялом. Я села рядом с ней.

- Ты будешь заботиться об этом ребёнке, - сказала я Чонгуку, пока Юна пыталась спрятаться.

- Не прячься, милая. Я тебя не обижу.

Я провела рукой по её прямым волосам, пытаясь успокоить её. Она немного расслабилась.

- Как... Как я это сделаю? - тихо спросил Чонгук.

Я взяла Юну и посадила к себе на колени. Она спряталась в изгибе моей шеи.

- Ты не один, у тебя есть ребята, - тихо сказала я, пытаясь увидеть лицо Юны, которое она прятала. - И, конечно... я помогу тебе кое с чем.

Я посмотрела на Чонгука, и наши глаза встретились. Он выглядел спокойнее. Он действительно не знал, что делать. Был совершенно растерян. И мне придётся помочь ему, несмотря на все те гадости, которые он мне устроил.

- Садись сюда, Чонгук. Она не кусается.

Чонгук немного поколебался, но всё же сел рядом со мной.

- Возьми её, - предложила я.

- Нет, я не умею с детьми. У меня есть два младших брата, но я их почти никогда не вижу, поэтому опыта у меня нет.

- Значит, придётся взять.

Я передала ему маленькую Юну и посадила её к нему на колени. Чонгук выглядел так, будто сейчас получит инфаркт. Юна немного испугалась.

- Боже... Она точная копия тебя, - сказала я, разглядывая черты малышки.

Чонгук усмехнулся.

- Тут даже ничего добавлять или убавлять не нужно, - сказала я.

- Не знаю, справлюсь ли я, Лиса... - сказал Чонгук. - Я... отец?

- Ты будешь отличным отцом. Я уверена, - сказала я, не встречаясь с ним взглядом.

- Ма...

Мы с Чонгуком резко посмотрели на Юну. Это было первое слово, которое она произнесла с момента своего появления.

Она хотела маму.

- Иди сюда, красавица, - я забрала её с коленей Чонгука. - Теперь у тебя есть папа.

Она смотрела на меня, ничего не понимая. В конце концов, она была всего лишь ребёнком.

- Чонгук, подай мне её сумку.

Он подал мне маленькую сумку. Я начала искать что-нибудь полезное: игрушки, бутылочку и тому подобное. Достала игрушку, которая издавала раздражающий звук, и дала её Юне.

- О, вот её свидетельство о рождении, - сказала я, доставая папку с документами. - Значит, тебе скоро будет два годика...

Я пощекотала её, и она засмеялась. Чонгук наблюдал за всем происходящим так, словно это был сюрреализм.

- Можешь попросить папу устроить тебе праздник...

- Да, я найму несколько горячих стриптизёрш, - сказал Чонгук, и я смерила его убийственным взглядом.

- Конечно. На двухлетие собственной дочери. Отличный папаша.

- Ой, Манобан, отстань. Я даже не знаю, каково это - быть отцом.

- Похоже, мне придётся позвонить своему старику и попросить совета, - раздражённо сказал Чонгук.

- Ладно, но пока ты этого не сделал, можешь немного поиграть со своей дочкой... Она милая, не кусается и всё такое.

- Уверена?

Чонгук поднёс указательный палец ко рту Юны, и она тут же его укусила.

- Ай!

- Но она всё равно милая, - сказала я и рассмеялась.

Я посадила малышку на кровать, окружив её игрушками. Она была занята тем, что грызла их, а Чонгук смотрел на неё слегка испуганно.

- Она что, какое-то животное? Только и умеет, что всё кусать... Посмотри на это.

Я закатила глаза.

- Это нормально, Чонгук. Особенно когда режутся зубки. Напоминаю, ты тоже когда-то был ребёнком и наверняка делал то же самое.

- Я приготовлю ей бутылочку. Уверена, малышка голодная. Оставайся с ней, - приказала я.

Я вышла из комнаты, прошла по коридору в гостиную, а затем направилась на кухню. Взяла молоко и приготовила всё, что нужно. С детьми я неплохо ладила, но не настолько, чтобы стать матерью, конечно. Немного подогрела молоко и капнула себе на руку, проверяя, не слишком ли горячо оно для Юны. Температура была идеальной.

Я вышла из кухни и направилась обратно в комнату, но именно в этот момент парни вошли в квартиру, громко разговаривая. Увидев меня с бутылочкой в руках, они тут же замолчали.

- Что это, Манобан? - странно посмотрел на меня Джей-Хоуп. - Я думал, ты обычно пьёшь совсем другое.

Я подошла к нему и дала пощёчину.

- Ай! Она агрессивная.

- Но серьёзно, - раздался голос Чимина. - Для кого это? Здесь что, есть ребёнок?

- Есть, - равнодушно ответила я.

- Кто? - вмешался Тэхён.

- Дочь Чонгука, - сказала я.

- Что?! - одновременно спросили они, совершенно ошарашенные.