Там где я ненадолго

Я открыла глаза от того, что в комнату ворвалось солнце — мне казалось, оно другое: не мягкое и бледное, как дома, а яркое и наглое. Я не сразу поняла, где нахожусь. Смотря по сторонам, я сонно думала: «Почему стены такие пустые?» Наконец я вспомнила вчерашний вечер.

Я посмотрела на кухню — мама уже неспеша пила чай на кухне. Я осторожно повернула голову: Вика уже сидела рядом на кровати, все еще сонная и расчесывала запутавшиеся волосы. Я смотрела на нее, ощущая тепло в сердце — у меня теперь правда есть сестра, настоящая.

— Доброе утро, — сказала Вика, улыбнувшись.

— Доброе, — пробормотала я, протирая глаза.

— Всем подъем! — папа сказал громко из коридора.

Он выглядел бодрым и улыбался.

— Доброе утро, Викусик! Доброе утро, Анечка! — энергично сказал папа и нежно погладил Вику по голове.

Я невольно нахмурилась и посмотрела на него сурово из-под одеяла. Он заметил мой суровый взгляд и погладил меня по волосам.

— У нас сегодня большие планы: пойдем изучать город, но сначала позавтракаем в кафе.

«Круто», — промелькнула мысль в моей голове. Наше первое маленькое приключение.

Но в одно мгновение я наконец полностью осознала: приехала Вика! Я кинулась к ней и обняла её крепко-крепко, как только могла. Она нежно обняла меня в ответ - я хотела, чтобы этот момент не заканчивался и длился вечно, хотела всегда ощущать это тепло. А потом Вика меня заплела. Это было очень приятно - она заплела и расчесала меня очень нежно и осторожно. Не то что папа. Меня обычно расчесывает он, и делает это очень жестко: иногда мне кажется, что он бьёт меня расческой по спине и голове, а резинку на хвост затягивает так, что у меня иногда лоб натягивается и бровями двигать больно. Вика заплела мне очень красивую прическу. И мы пошли навстречу приключениям - изучать город.

Солнце уже поднялось высоко и грело землю, было очень тепло. «И все-таки как же здесь по-другому», — подумала я.

Я принюхалась и почувствовала: запах приправ и даже острого перца, сильный аромат кофе и запах жареной кукурузы. Ах, как же вкусно пахло — особенно когда ты голоден. На улице то и дело проходили люди, по дороге неспеша ехали автомобили. Над головой в голубом небе кружились чайки — они кричали друг на друга. Большие, толстые и белые, а те, что на земле, задирали голубей. Я почувствовала запах соли и ощутила холодный морской ветер. Рядом блестело и переливалось синее, как небо, море. Мы поднялись и оказались выше улиц и домов. Идя по мосту, я смотрела как на лавочках сидели люди, мужчины в странных шляпах пили кофе. Папа с мамой оживленно беседовали о чем-то взрослом и не интересном, поэтому я их не слушала. Я смотрела по сторонам все разглядывала: больших чаек, идущих по своим делам котов, кафе, люди на велосипедах, а где-то за дорогой — большое красивое здание с интересной крышей и цветными окнами. Вика смотрела в даль, иногда ее взгляд останавливался на облаках, но иногда она прислушивалась к моих родителей. Мы с ней обсуждали увиденное.

— Мы уже близко! — объявил папа.

— Это хорошо, — сказала Вика. — А то я уже голодная!

Мы подошли к небольшому строению. На нем большими буквами было написано: «Кафе». Мы зашли внутрь — прозвенели колокольчики, привязанные к дверце. Я сразу ощутила запах свежего кофе и выпечки. Мы сели за небольшой столик — кроме нас тут почти никого не было. Какой-то старичок принес нам меню. Папа заказал нам завтрак и турецкий чай. Когда нам на стол поставили корзинку с теплым белым хлебом, мне показалось, что ничего я жизни лучше я не ела. Мы мазали его маслом и болтали о ерунде, потом съели дымящейся омлет с овощами и с наслаждением пили горячий крепкий чай из стаканчиков. Все же мне здесь нравится. И мы пошли изучать город дальше.

Направились в парк. Щебетали птицы, деревья еле заметно колыхались от ветра. Все вокруг зеленое. Мы постепенно заходили все глубже. Я снова удивилась — у нас в это время на деревьях почти нет листочков, а под ногами лужи. Тут мы что-то увидели возле лавочки: картонная коробка, а в ней одеяла, а на них...

— Маленькие котята! — очарованно произнесла я.

Такие маленькие, хорошенькие комочки шерсти. Они смотрели на меня маленькими глазками и выглядели мило, но немного потерянно и одиноко. Мама, папа и Вика сели на лавочку. Я присела рядом с мамой и заметила кое-что на земле: к нам подошел черный котенок. Я медленно опустилась перед ним на корточки и осторожно погладила, боясь напугать.

Тут подул холодный ветер. Я поежилась и натянула кофту, и тут котенок полез ко мне под нее.

— Бедный, наверное, ему холодно! — подумала я.

Я укрыла его кофтой и снова начала гладить по мягкой спинке. Потом пришло еще несколько котят и тоже забрались мне под кофту. Теперь там грелось уже три маленьких пушистых комочка. Они лежали, прижимаясь друг к другу, все разные: один черный, другой коричневый, а третий — ярко рыжий. Моя рука гладила мягкую теплую шерстку. Один котенок свернулся клубочком и задремал.

— Смотри, как мило, — шепотом сказала я маме.

Я села на скамейку, боясь спугнуть котяток. А они начали засыпать в тепле моей кофты. А я умирала от восторга — ведь я очень люблю животных. Так мы сидели, смотря на облака и гладя котят. Один котенок — самый сонный- уткнулся носиком в мою ладонь. Но внезапно этот момент прервался из-за чьего-то крика, котята испуганно поспешили вернутся к себе в домик, а мы двинулись дальше.

Мы наткнулись на детскую площадку. Мама с Викой, усталые от ходьбы, отошли и сели на лавочку, а к нам с папой выбежали две огромных дворняжки — одна белая, а вторая густо коричневая, и обе большие. Я сначала опешила, но у них в глазах не было злости, я заметила у них в ушах странные таблички. Папа, не боясь их, потрепал по пушистой мордочке, а собаки в ответ принялись лизать его. Я сначала осторожно погладила твердую, немного грязную мордочку. Пока взрослые отдыхали, я качалась на качелях — то взлетая в небо, то опускаясь. Вскоре, и мы пошли по дорожке вдоль деревьев и скамеек. Вышли на мост, и стало хорошо видно море - бескрайнее и синие. В нем отражалось солнце. «Почему же оно синее?» — думала я, продолжая смотреть на синеву.

Мы шли дальше и вышли на оживленную улочку. Там было много различных магазинов и лавок с товаром. Чего там только не было: белые чашки, посуда, одежда, золотые украшения, фрукты, овощи, сладости и еще бесчисленное множество всего другого. Мы прошлись по разным улочкам, и к трем часам дошли до торгового центра. А на улице уже становиться теплее.

В торговом центре было очень много магазинов. Мама и Вика направились в магазин одежды, а я сразу увидела магазин игрушек. В магазине игрушек полки ломились от множества плюшевых игрушек, разных кукол и игрушечных машинок. Я сразу поняла, что хочу всё! Ведь я взяла с собой всего четыре игрушки (считая подарки Вики). Мама сказала, что мы едем в отпуск, и я решила, что много игрушек брать не надо. Я выпросила у папы новую игрушку. Когда мы выходили из магазина, я была счастливейшей на свете - в руках я несла набор с куколкой и целым гардеробом разных платьев.

Мы встретились у фонтана — это было настоящее представление: фонтан с разноцветной подсветкой менял цвета, вода то взлетала, то останавливалась. Вика и мама вышли из магазина радостные.

— А мы накупили одежды и косметики! — радостно произнесла Вика.

Но наступал вечер, и все проголодались. Папа нашел какое-то заведение. Еще я узнала от мамы, что через несколько дней переедем в другой дом - недалеко отсюда. Я заметила, как странно она говорила слово «переедим», но я только кивнула, хотя в душе надеялась на то, что в новой квартире у нас с Викой будет своя комната — у каждой своя.

Вот мы зашли в какую-то небольшую кафешку и сели за столик. Главное блюдо у них называлось загадочно – «кюкюреч». Нам принесли меню, папа заказал классический кюкюреч, а официант, услышав нашу речь заговорил с нами на нашем языке, и у них с папой состоялась небольшая беседа. Он нам объяснил, что «кюкюреч» — это что-то как шаурма, но другое, а еще он посоветовал нам взять айран — это что-то типа кефира, как я поняла. Ах, я еще не знала, как нам понравится это кюкюреч!

Нам принесли четыре подноса с кюкюречем — это и правда выглядело как шаурма — и каждому по стакану чего-то белого: это был айран. Я сразу почувствовала такой вкусный запах овощей и жареного мяса, что зажмурилась от удовольствия. Папа тут же принялся сыпать свой кюкюреч острой приправой, мама и Вика сделали тоже самое, а я не ем острое. Я откусила кусочек...и зажмурилась от удовольствия — так было вкусно! Хрустящий хлеб, жаренные овощи и мясо. А холодный айран и в правду чем-то был похож на кефир и с этим кюкюречем шел отлично.

— Как вкусно! — сказала Вика.

Мы пошли домой довольные, легли спать и заснули крепким сном.

Через несколько дней...

Привычный ритм жизни снова нарушился -мы начали собирали вещи. Не успела я привыкнуть к этой квартире, как мы переезжаем — хотя и не в другой, город, а на другую улицу. В голову пришла мысль: «Если это отпуск, то зачем мы меняем дома и не в отеле?» — но я отогнала ее подальше.

Вот папа заказал такси, и мы поехали. Путь занял всего несколько минут, но они казались очень долгими. И вот мы уже стояли на пороге нового дома. Слава богу, здесь был лифт — тащить чемоданы на четвертый этаж по лестнице это выше моих сил. Мы тут.

Пока папа доставал багаж, я побежала изучать нашу новую квартиру — мама и Вика еще были на улице. Квартира была больше, чем предыдущая. Скромная кухня, а гостиная казалась огромной. В гостиной стояло два дивана и одно синие кресло, а еще длинный стеклянный стол — на кухне стол не поместился, там был только барный столик для готовки. В стенах было три небольших окна, которые проливали свет в комнату. Дальше я была очень рада, ведь мои надежды оправдались. Но больше всего я обрадовалась другому — мои надежды оправдались. Дальше была спальня: две кровати и небольшой столик, прижатый к стене, и ещё шкаф. Я плюхнулась на кровать. Пришла Вика. — Смотри, у нас теперь у каждого свое одеяло и своя кровать — комната одна, но вместе! — радостно сообщила я.

— Да, — Вика улыбнулась и кивнула.

Еще была одна спальня для родителей и одна ванная. Из окна была видна улица, на которой находились кафе, но главное — парк стал ближе.

Поэтому мы туда и пошли. Я навестила котят, а потом к нам с папой подбежали наши знакомые собаки — белая и коричневая — и принялись нас лизать. Я пошла играть на площадку.

Подул холодный ветер, небо затянулось облаками. На площадке играли еще мальчик и девочка. Я подошла поближе. Ко мне подошла девочка -блондинка, на вид лет семи, в розовом свитере.

— Привет, — поздоровалась она.

— Привет.

— Как тебя зовут?

— Аня, а тебя?

— Валя. Давай дружить! — Радостно сказала она.

— Давай, — улыбнулась я.

Мы качались на качелях. Солнце вышло из-за туч, и я посмотрела на девочку - мне от чего-то стало грустно: она здесь своя. А мы поиграли немного, покачались на качелях, но пришло время идти домой. Мы помахали друг-другу на прощание.

Мы вышли из парка — на дороге мчались велосипедисты, то и дело доносились крики чаек. Вышли к улице с небольшим фонтаном, а рядом было метро. Увидели киоск с бубликами — есть уже хотелось, и мы единогласно купили четыре штучки. И мы не пожалели: как же было вкусно! Мы пошли дальше в направлении дома, перешли мост — и тут бублики закончились как раз у самого порога. Мы поднялись на лифте, и я сразу плюхнулась на диван.

«Как же хорошо», — подумала я.

Папа с мамой о чем-то договорились и подозвали нас.

— Мы с папой пойдем гулять по городу, — начала мама. -Нас не будет несколько часов.

Я глянула на часы — уже шесть вечера!

— Хорошо, — кивнула Вика.

Папа потрепал нас по голове, и они с мамой вышли из квартиры. Было видно из окна, как они переходят дорогу и уходят за угол соседнего дома.

Вика подошла к окну и весело мне подмигнула. Я намека не поняла и нахмурилась.

— Ну что, Анют?

— Что? – все еще не понимала я.

— Родители ушли — можно повеселиться!

Я сначала не поняла, а потом мы загорелись одной идеей: решили сделать халабуду. Вместе мы притащили одеяло, подушки и стулья. Халабуда была немного нелепой — пара стульев, одеяло натянутое как парус, подушки стащенные со всего дома. Я с умиротворением осматривала наше творение. По-моему, получилось хорошо — как настоящий шалаш, и не чего что криво, – думала я, поправляя угол, который все время норовил упасть.

— Вика! Ну давай же, ты обещала!

Вика улыбнулась, подоткнула угол пледа под спинку стула и наконец влезла внутрь. Пространства было едва-едва, но этого хватало для нас двоих. Как говорится, в тесноте да не в обиде.

Я свернулась калачиком, прижимая к груди потертую игрушку, и зажгла лампу. Ее свет превращал этот шалаш в сказочную пещеру — мое лицо светилось и от света, и от счастья. Вика устроилась на подушке рядом, скрестив ноги, лицо у нее стало задумчивым. Она подумала о том, как давно она не ощущала себя ребенком – просто забыть про все, что копошилось в голове, и просто быть маленькой.

Здесь было очень уютно и спокойно. Мы играли: в путешественников, которые прячутся от шторма в палатке, в игрушки. Просто беседовали про будущее, про вкусные конфеты и чай, про школу — про всё на свете. Вика затащила внутрь свой ноутбук и поставила музыку. Я улыбнулась — ведь я тоже люблю эту песню! Начала подпевать мелодию тихо, но уверенно. Вика тоже подпевала, но громче.

Так мы пропели все десять песен. «Время течет быстро, когда весело», — пронеслось в голове. На часах было сеть сорок! Нам надоело, мы решили посмотреть телевизор. Всё было на турецком!

Мы еще немного посидели в домике. Потом услышали громкий стук в дверь -Вика поспешила открыть. Это были родители.

Они пришли, сняли куртки, и папа положил на кухонный стол коробку. Я решительно пошла на кухню.

— Мы нашли кафешку! — мама, улыбаясь, вышла из ванной.

Папа заварил чай, Вика достала чашки и тарелки, и мы сели за стол. В коробке оказалась пахлава. Я один раз пробовала её, но это было очень давно.

Пахлава лежала в коробке в центре стола — румяная, золотистая, будто солнечный лучик. Легкий аромат меда и пряностей витал в воздухе, смешиваясь с запахом чая.

Я сидела, подперев щеку рукой, и смотрела на десерт с недоверием — слои теста, липкий блеск сиропа, крошка орехов...всё выглядело странным и непривычным. Вика уже жевала свой кусок, довольно зажмурившись.

Я решилась: отломив кусочек, я откусила.

— О! — только и смогла вымолвить я. Ах, как же вкусно! Хрустящая корочка, орешки и сироп.

Я с видимым восхищением облизала пальцы. За окном заморосил легкий весенний дождик, но за столом не угасал уют. Папа о чем-то весело говорил с Викой, а мама спокойно пила чай.

«Как же хорошо, когда мы все вместе, — подумала я. Но надолго ли?»