Игры отсечённых корней

                                  От автора

Теодор потёр глаза и приподнялся на локтях.

Он прищурился от света. В этот момент он обрадовался, что его комната была выдержана в тёмных тонах. Его вчерашняя парадная одежда валялась на полу. Вспомнив вечер и вспомнив Валери, он обратил внимание на левую сторону кровати.

Хорошо.

Служанка ушла ещё до его пробуждения.

Он не хотел с самого утра видеть хоть чьё-то лицо.

Упав обратно на подушки, он укрылся покрепче и закрыл глаза.

Как же он ненавидел просыпаться.
А хуже всего понять, что вчера он вынюхал весь ведьмин порошок.

Минута.
Две.
Три.

И он услышал, как двери комнаты открылись.
Он не поднимался до того момента, пока не услышал мужской кашель.

— Принц...

Может, стоило притвориться, что он не слышит и спит? Но он поступил совершенно иначе.

— Эдвард, чем обязан? — его голос сочился сарказмом.

— Король желает видеть вас.

— Хорошо.

Он сказал бы что угодно, лишь бы сейчас его оставили в покое.

— Немедленно.

Теодор на мгновение замер, но снова плюхнулся на подушки.

— Буду через минуту.

— Я должен вас проводить, так что предлагаю не терять время попусту и встать с кровати в сию же секунду.

Каждое слово дворецкого отдавалось глухой болью в голове. Теодор до хруста сжал челюсти. Подъём дался с трудом: тело казалось налитым свинцом, мышцы ныли после вчерашнего. Преодолевая жуткую слабость и глухое раздражение, Теодор заставил себя подняться.

Накинув первую попавшуюся верхнюю одежду, он босиком вышел из комнаты. Дворецкий последовал за ним.

Коридоры дворца тянулись перед ним, залитые мягким светом. Стены были покрыты тонкими золотыми узорами. Между колоннами стояли статуи древних королей, их каменные взгляды будто следили за каждым шагом. Пол из белого мрамора отражал свет так, что казалось — он идёт по воде. В конце коридора возвышалась огромная двустворчатая дверь, инкрустированная золотом и чёрным камнем.

— Входи.

Раздался приглушённый голос короля.

Войдя в комнату, Теодор сразу сосредоточил внимание на отце. Король Ярл сидел за столом; даже в домашней одежде его прямая спина и жесткий взгляд выдавали правителя. Его жена — четвёртая по счёту, которой было чуть больше лет, чем самому Теодору, — всё ещё спала.

— Садись, — произнёс Ярл. Его голос звучал предельно серьёзно.

Боже, как же тело ломило! Как же ему хотелось новую дозу.
Дворецкий остался стоять у двери.

— Что-то случилось?

Теодор обернулся к дворецкому, но ответил ему сам король:

— Женись.

Это прозвучало без всяких церемоний и подготовки.

— Что?.. — принц резко вскочил со стула. — Что ты сказал?

— Ты должен жениться, — повторил Ярл уже громче.

— Нет, — резко ответил Теодор. — Я не хочу.

Эдвард сделал шаг вперёд.

— Принц, — начал он спокойно, — это не наказание. Это долг. Вы наследник, и королевству нужен союз.

— Союз или удобство? — Теодор посмотрел прямо на отца. — Я не соглашусь.

Кажется, остатки порошка окончательно выветрились из его головы.

Ярл медленно поднялся со стула и подошёл к сыну.

— Если ты откажешься, то перестанешь быть наследником. Ты покинешь дворец и последуешь за братом.

Вот теперь всё действительно встало на свои места.

Перед глазами Теодора вспыхнул образ Риана: глухая деревня, ледяные ночи, работа от рассвета до темноты. Одиночество и гордость, не позволившая вернуться. И всё это — из-за неповиновения отцу.

Он медленно сжал кулаки.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Ты... правда это сделаешь?.. — голос Теодора дрогнул.

— Я уже вырвал один корень из этой семьи, Теодор. Неужели ты думаешь, что мне будет больно вырвать второй? Риан теперь гниёт в своей безысходности, и для королевства он мёртв. Если ты заставишь меня выбирать между твоим капризом и выживанием расы — я выберу второе.

Теодор чувствовал, как холод медленно пробирается под кожу.

— Хорошо, — он отвёл взгляд. — Я согласен. Но дай мне хотя бы выбор. Девушка из нашего города, из дворца — кто угодно, кого я смогу хотя бы уважать. Оставь мне хотя бы это право.

Король положил руку на плечо сына.

— Твоё право закончилось в ту секунду, когда ты родился принцем. Ты — печать на мирном договоре, написанном кровью тысяч солдат. Невеста уже выбрана.

Теодор дёрнулся, пытаясь сбросить руку отца.

— Даже это? Мне нельзя выбрать даже это?

— Это не просто брак. Это цена за то, что наши поля до сих пор не выжжены эльфийским огнём. Твоей женой станет Лиара Майрор.

Имя ударило, словно погребальный колокол.

— Майрор?.. Отец, ты в своём уме? Они же звери! Они столетиями резали наших людей в лесах! Они жрали нас! Ты отдаёшь меня врагам?!

— Я дарю королевству будущее, — холодно отрезал Ярл. — Ты называешь их врагами, потому что молод и глуп. Я называю их силой, с которой мы обязаны считаться.

— Ты шутишь...

— Я похож на шута?! — рявкнул Ярл. — Десять лет назад я предложил эльфийскому королю этот союз. Десять лет я терпел твой разврат, пьянки и порошок, зная, что однажды тебе придётся купить мир для нашего народа. И этот день настал.

— А как же моё счастье?.. — почти прошептал Теодор, чувствуя, как внутри всё медленно выгорает.

Ярл посмотрел на него с ледяным презрением.

— Счастье — роскошь для крестьян, Теодор. У них нет ответственности, поэтому они могут позволить себе любовь. У тебя есть только долг.

Он сделал шаг ближе.

— И если ради этого долга тебе придётся захлебнуться собственной любовью или гордостью — ты сделаешь это с улыбкой на лице. Потому что иначе ты никто. Ещё один изгой, о котором забудут через неделю.

Слова отца ложились на плечи неподъемным грузом.

— И что дальше? Будешь пить чай с Вальтазаром, пока его дочь воткнёт мне нож в спину в первую брачную ночь?

— Если она это сделает, значит, ты оказался плохим мужем, — спокойно ответил Ярл. — Постарайся хотя бы сейчас вести себя как наследник. Потому что в данный момент ты похож на припадочную шлюху, которую имеют во все дыры.

Теодор криво улыбнулся.

— Лучший комплимент за последние три года.

— Рад, что тебе понравилось.

В комнате снова повисла тишина.

Король коротко улыбнулся — холодно, почти устало.

— Стража.

Дверь тут же распахнулась, и в комнату вошли двое вооружённых мужчин.

— Принцу нездоровится, — спокойно произнёс Ярл. — Отведите его в покои. И проследите, чтобы он не покидал их до прихода гостей.

Теодор резко поднял голову.

— До прихода?.. Они прибудут сегодня?

— Как ты уже понял, — сухо ответил король.

Затем он перевёл взгляд на стражу.

— Выполнять.

Стражники уже шагнули к принцу, но Теодор сам резко развернулся.

— Я сам.

Быстро дойдя до своих покоев, Теодор ворвался в комнату и со всей силы захлопнул двери.

Он с яростью пнул ножку кровати — и тут же, взвыв от боли, рухнул на пол.

Не прошло и пяти секунд, как стража влетела в комнату с мечами наголо.

— Принц, с вами всё...

— Да, всё в порядке! — рявкнул Теодор. — Выйдите уже!

Стражники растерянно переглянулись, убрали оружие и поспешно покинули комнату.

И в ту же секунду внутрь влетел парень.

Его светлые взъерошенные волосы торчали во все стороны, а голубые глаза метались между Теодором, сидящим на полу, и только что ушедшей стражей.

— Что случилось?!

— Ничего, — буркнул Теодор. — Что ты тут делаешь?

Парень прищурился.

— Ты орал, как кастрированный павлин в брачный сезон. Я решил, что тебя убивают, и примчался спасать твою задницу.

Он сделал паузу и задумчиво посмотрел на принца.

— Но, судя по всему, ты успешно справляешься сам.

Теодор устало закрыл лицо рукой.

— Нико, ты невозможный идиот.

Нико плюхнулся в кресло напротив и закинул ноги на стол.

— Ну? — протянул он. — Кто тебя так изящно довёл до состояния умирающего барсука?

Теодор молчал несколько секунд, глядя в пол.

— Отец решил меня женить.

Тишина.

Нико моргнул.

Потом резко выпрямился.

— Подожди... что?

— Ты прекрасно слышал.

Нико несколько секунд смотрел на него абсолютно серьёзно.

А потом согнулся пополам от хохота.

— Нет... Нет, подожди... — он пытался отдышаться. — Тебя? Женить? Кто вообще согласился на такой риск для королевства?

— Нико.

— Нет, я просто пытаюсь представить эту бедную женщину. Ей хоть выдадут личную охрану? Или сразу бочку вина и молитвенник?

Теодор мрачно посмотрел на него.

— Это политический брак.

— А-а, ну тогда понятно. Значит, король решил убить сразу двоих: тебя и дипломатию.

— Я серьёзно.

— Я тоже! — Нико вытер выступившие слёзы. — Тео, ты не способен даже цветок поливать. Он у тебя через день умирает от эмоционального насилия.

Теодор взял первую попавшуюся подушку и швырнул в него.

Нико поймал её с довольным видом.

— Так, ладно. Кто эта несчастная?

Теодор помолчал.

— Лиара Майрор.

Улыбка медленно сползла с лица Нико.

— ...Эльфийка?

— Угу.

Нико тихо присвистнул.

— Ну...

Теодор мрачно посмотрел на него.

— Она из Майроров, Нико.

— Я услышал, к сожалению

— Они жрут людей, Нико.

— Не все, — автоматически поправил Нико.

— Какая разница?!

Нико задумчиво почесал подбородок.

— Ну... разница примерно между откусит руку, съест тебя целиком или не есть вовсе.

Теодор раздражённо потёр лицо руками.

— Почему отец вообще решил, что это хорошая идея?..

— Потому что короли обожают дипломатические союзы и ненавидят своих детей.

— Они эльфы.

— Да, к сожалению, у них есть эта неприятная особенность.

Теодор мрачно посмотрел в сторону.

— А если она из Парадус?

Нико сразу скривился.

Но ничего не ответил.

— Нико.

— Что? Это буквально их культура. «Добро пожаловать в семью, а теперь не двигайся, мы проголодались».

Теодор застонал и уронил голову назад.

— Боги, за что...

— Эй, не паникуй раньше времени. Может, она из Падишма.

— А может, из Диамар.

Нико задумчиво кивнул.

— Ну, Диамар хотя бы честные. Они жрут вообще всё подряд и никого не выделяют. Равенство.

— Это худшее утешение, которое я слышал в жизни.

Теодор сидел, ссутулившись, уперев локти в колени. Он даже не смотрел на Нико — только нервно тёр пальцы друг о друга. Те заметно дрожали.

Как же ему хотелось порошка.

Нико некоторое время молчал.

Потом тихо хмыкнул:

— Ну, если станет легче... я почти уверен, что тебя не съедят прямо в первый день.

Теодор медленно поднял на него взгляд.

— Почти?

— Я пытаюсь быть честным другом.

— Ты худший друг в мире.

— Зато добрый.

Теодор отвёл глаза и тяжело выдохнул.

— Они пугают меня.

Фраза прозвучала слишком тихо. Почти зло.

Нико перестал улыбаться.

— Эльфы вообще всех пугают.

— Нет, ты не понимаешь.

Теодор нервно сжал руки сильнее.

— Я видел их однажды. В детстве. После переговоров. Они смотрели на нас так... будто мы скот, и они съели одного солдата.

— Они всегда так смотрят.

— Ты не понимаешь, или не хочешь понять. Они меня съедят.

Нико фыркнул.

— Знаешь я очень долго думал об этом, и мне кажется что я просто не хочу понимать такие вещи, так спокойнее.

— А станет тебе спокойнее после того как эльфы поселяться у нас в замке?

— Ну, спасибо. Теперь страшно стало мне.

Теодор коротко усмехнулся, но почти сразу снова замолчал.

— А если она одна из них?..

— Тео, мы даже не знаем, к какой ветви относятся Майроры.

— Именно.

Пальцы у него снова дрогнули.

Нико заметил это и медленно поднялся с кресла.

— Слушай.

Он подошёл ближе и встал перед ним.

— Тебе нужно успокоиться. Сколько дней ты уже не принимаешь?

— Я принял буквально часа четыре назад.

Он вытащил из кармана пустую склянку.

Нико закрыл глаза на несколько секунд. Он переживал за друга.

— Три года, Тео. Три года я смотрю, как ты убиваешь себя, и три года вытаскиваю твою задницу из петли.

Нико молча забрал у Теодора пустой кисет из-под ведьминого порошка, крепко сжав его в кулаке.

— Я рядом, ты всегда можешь на меня положиться.

Теодор поднял бровь.

— Как благородно.

— Конечно. Ты мой лучший друг. Никому не позволено убивать тебя раньше меня.

Теодор всё-таки тихо рассмеялся.

Нико довольно кивнул.

— Во-о-от. Уже лучше.

— Ты идиот.

— Но эффективный идиот.

Теодор молчал

— Слушай. Они приезжают сюда, а не наоборот.

— Это ничего не меняет.

— Меняет.

Теодор поднял на него уставший взгляд.

Нико пожал плечами.

— Это твой дворец. Твои люди. Твоя территория. Они не смогут просто прийти и сделать с тобой что захотят.

— Ты сам не веришь в то, что говоришь.

— Верю ровно настолько, насколько нужно сейчас тебе.

Нико помолчал немного, потом продолжил:

— Да, эльфы жуткие. Но они едут ради союза. Ради мира.

— Или ради власти.

— Все едут ради власти, Тео. Твой отец тоже.

Теодор устало провёл ладонью по лицу.

— Мне страшно.

Эти слова прозвучали так тихо, что Нико едва их услышал.

Теодор был для Нико очень дорог, как и принцу — его преданный друг. Они поддерживали друг друга как могли, но чаще эта ноша падала на плечи Нико.

— Я знаю.

Он сказал это тихо, и на несколько секунд в комнате стало непривычно спокойно.

Теодор сидел, опустив голову, и нервно тёр дрожащие пальцы.

А потом Нико вдруг задумчиво произнёс:

— Хотя знаешь... если подумать, эльфийка — это не худший вариант.

Теодор медленно поднял на него убитый взгляд.

— Объясни.

— Ну...а чего кого ты хочешь? Гномов? Оборотней?

Теодор шумно выдохнул через нос.

— Я никого не хочу.

— Слушай, ты сейчас на взводе. Успокойся.

— Ага. Они приедут уже сегодня. Тут, знаешь ли, очень легко успокоиться.

Нико расплылся в хитрой улыбке.

— Хочешь, сбежим?

Теодор невесело усмехнулся.

— Если ты не заметил, напомню: за дверью стоит стража. Я вообще-то заперт.

Нико лениво поднялся с кресла, потянулся и подмигнул ему.

— Не в мою смену.

В коридоре было непривычно тихо. Высокие окна заливали мраморный пол утренним светом, а через каждые десять метров неподвижно стояли стражники.

Дверь покоев распахнулась.

Нико вылетел в коридор с таким перепуганным лицом, что ближайшие стражники тут же схватились за мечи.

— Принц исчез! — выпалил он. — Я задремал буквально на две минуты, просыпаюсь — его нет! Я не знаю, где он!

— Что?!

Стражники ворвались в комнату.

Из окна свисала связанная из простыней верёвка.

— Он сбежал! Быстро вниз!

Половина стражи бросилась во двор.

Как только их шаги стихли, Нико спокойно подошёл к большому шкафу и трижды постучал по боковой стенке.

— Горизонт чист.

Панель шкафа бесшумно отъехала в сторону.
Теодор вышел.

— Вообще-то я бы и сам спустился.

— Знаю, — пожал плечами Нико. — Но ты бы обязательно где-нибудь эффектно умер. А мне потом объясняй королю, почему наследник зацепился задницей за подоконник.

Теодор закатил глаза.

— Я уже спускался, и ни раз.

— Да, но тогда ты был менее... вменяем. Я знаю, что ты вчера употреблял, так что на этот раз ты пойдёшь по лестнице.

Начиная в пятнадцати лет, они использовали этот трюк. Но только тогда Теодор и в правду спускался по простыням.

Но на этот раз они спокойно вышли из покоев. Попадавшиеся по пути стражники лишь странно смотрели на них, но никто не решался остановить принца.

В конюшне Теодор быстро оседлал свою фризскую лошадь, а Нико — мустанга.

— Наперегонки?

— До стены.

— Проигравший исполняет желание победителя.

Лошади сорвались в галоп.

Снег становился более густым и высоким, что замедляло лошадей.

Через несколько минут они уже остановились у огромной стены, разделявшей земли людей и эльфов.

— Я победил, — довольно сказал Теодор.

— Как неожиданно, — вздохнул Нико. — В следующий раз предлагаю соревнование, где у меня есть шанс. Например, кто быстрее надоест дворецкому.

— И что же ты будешь делать, если однажды выиграешь?

— Куплю календарь и обведу этот день золотом.

Они медленно шли вдоль стены. У Нико было слишком недовольное выражение лица.

— С тобой что?

— Мы больше часа скакали, и как ты потом себя нормально чувствуешь?

— Мне нравится верховая езда.

— Оно и видно.

Некоторое время оба молчали, слушая лишь шелест ветра

— Интересно... — вдруг произнёс Теодор. — Между эльфами и гномами такая же стена?

Нико пожал плечами.

— Наверное.

— Отец что-нибудь рассказывал?

— Не то чтобы Нано был слишком разговорчивым.

Теодор остановился.

— Что-то случилось?

Нико ткнул пальцем вперёд.

— О, смотри, проход.

В стене возвышалась широкая каменная арка. Вместо ворот её заполняло полупрозрачное серебристое марево, похожее на гладь неподвижной воды. Оно медленно переливалось голубыми и лиловыми оттенками, будто дышало.

Сквозь магическую завесу можно было увидеть лишь небольшой участок эльфийских земель — не больше нескольких десятков метров.

За аркой начинался совершенно иной мир. Исполинские деревья, стволы которых были шире башен дворца, поднимались к самому небу. Сквозь густые кроны пробивались сиреневые лучи света, окрашивая лес в фиолетово-золотые оттенки. Землю покрывал мягкий мох, среди которого росли незнакомые цветы, а в воздухе лениво кружили крохотные светящиеся частицы, похожие на живые звёзды.

Казалось, за этой аркой заканчивался привычный мир и начиналась древняя сказка.

— Красиво, — признал Теодор.

Нико прищурился.

— Да... Даже жалко, что у нас вместо такого леса три поля, одна корова и Эдвард.

В этот момент тишину леса разрезал далёкий мужской голос:

— Принцесса Лиара!

Теодор вздрогнул.

Они переглянулись.

Снова послышался крик, уже ближе:

— Принцесса Лиара! Где вы?

Нико нахмурился.

— Может... вернёмся в замок?

Теодор перевёл взгляд на переливающуюся завесу портала.

— Мы только пришли.

Он пожал плечами.

— Возьмём коней, и пройдём вглубь леса ещё немного.

— Как скажешь.

Они неспешно направились обратно вдоль стены.

Где-то за магической завесой снова раздался голос:

— Принцесса Лиара!

Чем ближе они подходили к своим лошадям, тем отчётливее становились голоса по ту сторону стены.

И вдруг Нико резко остановился.

— Эм... Тео...

Теодор поднял голову.

— Эй!

У их лошадей стояла фигура. Бордовый плащ казался кровавым пятном на фоне ослепительно белого снега. Фигура не вздрогнула, не обернулась испуганно. Она медленно, почти неестественно плавно повернула голову.
Капюшон соскользнул.

У Теодора перехватило дыхание, от странного, инстинктивного холода. Кожа девушки была не просто бледной - она казалась вырезанной из лунного камня, полупрозрачной и ледяной. Её глаза цвета ночного льда не моргали. В них не было человеческого тепла — только бесконечность лесов и холод веков. Длинные волосы необычного стально-голубого цвета были заплетены в тугую косу, перекинутую через плечо, а выбившиеся пряди обрамляли ей лицо. Заострённые уши, выглядывающие из-под волос, сразу выдавали её эльфийское происхождение.

Внутри у Теодора всё сжалось от инстинктивного страха.
«Веди себя как наследник, хватит быть тряпкой»
Нет, он не будет показывать свой страх.

— Вы потерялись, — это был не вопрос.
Теодор шагнул к ней, его голос сочился пренебрежением. — Или эльфы настолько обеднели, что воруют коней у человеческих принцев?

Она молчала. Её взгляд скользнул по Теодору, как по пустому месту, и задержался на Нико.
Тот внезапно замер, его вечная ухмылка сползла с лица. Снег под её ногами не проминался. Она стояла на поверхности сугроба, легкая, как тень. Они оба это заметили, но никто об этом даже не заговорил.

— Принцесса Лиара! - эхо крика пронеслось между елями.
Девушка чуть заметно вскинула подбородок.

— Вы принцесса Лиара?

— Нет, я её служанка. Мне нужно найти её, - ее голос прозвучал как звон тонкого льда, разбиваемого камнем. — Сейчас же. Я могу купить у вас коня?

Она подняла руку. На пальцах сверкнули кольца. Шесть штук.

Нико похолодел. Он узнал эту работу. Каждое кольцо — это не просто золото, это регалии правящего дома Майрор.

На одном из них Нико увидел знакомый герб рода Майрор. Отец-генерал годами заставлял его учить вражескую геральдику, и этот узор Нико не перепутал бы ни с чем: живые, пульсирующие линии, а в самом центре — белый единорог. Такие кольца носили только наследники крови.

— Нам не нужны твои побрякушки, - Теодор сделал шаг вперед, нависая над ней. Его злость на отца требовала выхода, и эта «служанка» стала идеальной мишенью — оставь их себе, купишь на них немного совести. Мы служим принцу этой страны, — Теодор решил не всё же не выдавать свой титул, мало ли что будет в голове врага.— И поверь, он не жалует лесных тварей на своей земле.
Девушка медленно перевела взгляд на него. В её глазах вспыхнуло что-то древнее и хищное.

— Принц Теодор? - она произнесла его имя так, словно пробовала на вкус что-то гнилое — тот самый, о чьем скудоумии слагают легенды даже в наших землях? Говорят, он так занят своим отражением в бокале с вином, тот который ни думает ни о чём другом, кроме собственных волосах?

— Ты... — он выставил палец, почти коснувшись её лица. — Передай своей хозяйке, что если она такая же заносчивая дрянь, как и ее прислуга, то её жизнь в нашем замке станет адом. Я лично позабочусь, чтобы она молила о смерти, запертая в каменных стенах.

—Замолчи... — тихо, почти умоляюще произнес Нико, пятясь назад.

Но тут он заметил, как ухо девушки дернулось на звук «Принцесса Лиара», который теперь звучал совсем рядом.

Девушка даже не изменилась в лице от угроз
Теодора. Она лишь слегка склонила голову набок, изучая его, как любопытное насекомое.

— Ад — это место, где нет тишины, принц, — прошептала она, и Теодор на секунду замер: она знала, кто он? Нет, не может быть. - Надеюсь, вы подготовили петлю. Она пойдет вам больше, чем корона.

Она развернулась и исчезла. Не убежала - просто растворилась между деревьев так быстро, что Теодор даже не успел моргнуть.

— Психованная... — выплюнул Теодор, вытирая пот со лба. — Ты видел её, Нико? Эльфы — просто высокомерные животные. И эта принцесса, Лиара... уверен, она еще хуже.

Он странно посмотрел на друга.

— Но всё же хорошо да? Я отставил свой голос. Мне казалось у меня сердце выйдет из-за рта от испуга, но это оказалась легко.

Нико молча вскочил в седло. Его руки дрожали, когда он сжимал поводья.

— Teо... — он посмотрел на друга с настоящим сочувствием — Я беру слова назад, тебя съедят.

— Да что с тобой?

— Садись на свою лошадь, — отрезал Нико. - И молись, чтобы у эльфов была короткая память. Хотя, судя по её взгляду, она запомнила каждое твое слово.

— О чем ты? - нахмурился Теодор.

— Со временем поймёшь, - бросил Нико.

Он щелкнул поводьями, и его конь рванул вперёд, переходя в галоп. Теодор выругался себе под нос и пустил своего следом.

Когда уже показались стены замка, им обоим стало чуть спокойнее. У ворот их уже ждали слуги: они приняли лошадей и увели их обратно в конюшни. Теодор и Нико направились во дворец, но у ворот дворца их остановил военачальник королевской армии.

— Это был глупый поступок, - холодно сказал он, не кланяясь и даже не здороваясь.

— Знаю, — ответил Нико и, глядя ему прямо в глаза, добавил: — Вот поэтому я это и сделал, отец.

Он выделил последнее слово нарочито чётко и прошел мимо. Теодор молча последовал за ним.

— Что-то снова случилось? — тихо спросил он, чтобы их не услышали ни слуги, ни стража.

Нико не сразу ответил.

— Он вчера на меня наорал, — наконец сказал он.

Нико почти никогда не бывал серьёзным.
Только если речь заходила об отце.

— Хочешь рассказать? — осторожно спросил принц

— Он сказал, что я ни на что не гожусь, потому что отказался служить в его армии.
«Я так и знал, что ты не больше чем сын дешёвой шлюхи из борделя», - произнёс
Нико слово в слово. — Я это наизусть запомнил.

Он замолчал на мгновение, словно снова слышал тот разговор.

— А я ответил, что кроме шлюхи из дешёвого борделя ему бы никто и не дал.

Теодор ничего не сказал.
Нико никогда не говорил о своей матери и не горел желанием говорить, в Теодор никогда не настаивал.

— Ты как? - все же спросил он.

Нико несколько секунд молчал, затем усмехнулся, как будто натянул привычную маску.

— Всё в порядке. Спасибо, что спросил.

А разве могло быть иначе?

— Ты сейчас куда?

— В комнату, — пожал плечами Теодор. —
Куда уж деваться?

Когда они вошли в комнату, примерно через десять минут дверь снова тихо отворилась.
На пороге появилась девушка. Блондинка с мягкими чертами лица, простое одеяние служанки - небесно-голубое, с тонкой вышивкой на рукавах - сидело на ней удивительно изящно.

В руках она держала аккуратную стопку одежды.

Теодор и Нико обернулись к ней.

— Мой принц, — она поклонилась.

— Ева, ты же знаешь, — устало сказал Теодор, — тебе не нужно кланяться мне.

— Я принесла вам одежду, — ответила она, выпрямляясь. — Её Величество королева просила передать, что сегодня вечером вы обязаны быть именно в этом.

Теодор подошел и забрал одежду.

— Они хотят, чтобы я побыстрее сдох, — пробормотал он и направился в ванную. —
Кажется, слова той эльфийской служанки про петлю были очень даже к месту.

Дверь за ним захлопнулась.

Нико поднялся с кровати и подошёл к Еве.

— Ты как? Всё хорошо?

— Да, всё отлично, — Нико удивлённо посмотрела на нее. — А почему ты спрашиваешь?

— Я видела твоего отца, — тихо сказала
Ева — Он отчитывал стражников, которые охраняли комнату принца. Потом злился на тех, кто не доложил, что вы ушли. Говорил... много неприятного. Что когда найдёт вас — шкуру сдерёт.

— А тебе он ничего не сделал?

— Нет. Я в порядке.

— Нико! — раздался голос Теодора из ванной.

— Принеси выпить. Нам сегодня понадобится.
Нико усмехнулся.

— Я пойду, - начала Ева. — Ты оставайся с ним. Он сам не свой, ему точно нужна поддержка.

— Я пойду с тобой, - сказал Нико. - Заодно расскажу, что сегодня произошло.
Они вышли из комнаты и направились в кладовую с вином.

— Мы сегодня в лесу видели эльфийку, — сказал Нико.

— Серьёзно? И какие они?

— Она была... красивая. И совсем не такая, какими их описывают в книгах.

— Кого именно вы видели?

— Она представилась служанкой, — Нико пожал плечами. — Но я в это не верю.

Ева вопросительно посмотрела на него.

— На ней было слишком много дорогих украшений, — пояснил он. — Таких, какие люди не смогут сделать даже за век. Да и вела она себя не как служанка. Говорила о принцессе так, будто та всегда стоит рядом с ней.

— И ты думаешь...

— Я не уверен, - перебил он. — Просто Теодор с ней сразу начал пререкаться. Не знаю почему, но мне кажется... это и была его будущая жена.

— И как они приняли друг друга?

— Ужасно. Они умудрились поссориться на ровном месте.

— А вдруг она не принцесса? — задумчиво сказала Ева. — Может, настоящая принцесса совсем другая?

— Может, - согласился Нико. — Это всего лишь наблюдение.

Вечером тронный зал сиял роскошью. Золото колонн отражало свет сотен свечей, хрустальные люстры переливались над головами гостей. Лорды и леди в дорогих одеждах заполняли зал, члены королевского дома стояли ближе к трону, а Нико и Ева находились чуть в стороне, среди придворных.

Королевская семья уже заняла место перед тронами.

Раздалась короткая, торжественная мелодия труб.

Главный дворецкий Эдвард громко объявил:

— Встречайте короля Вальтазара и принцессу
Лиару!

Зал взорвался аплодисментами.

Король Вальтазар оказался статным эльфом лет пятидесяти: высокий, с серебристыми волосами и холодным, но величественным взглядом. Его движения были спокойны и уверены, как у того, кто привык к власти.

Рядом с ним шла она.

Та самая девушка из леса.

Но теперь на ней было не простое одеяние, а изысканное эльфийское платье глубокого серебристо-синего цвета, струящееся при каждом шаге. Тонкая ткань подчёркивала её фигуру, а узоры на ней словно были сотканы из лунного света. На голове покоилась нежная корона - тонкая, почти невесомая, украшенная прозрачными кристаллами, напоминающими капли росы.

Она смотрела в пол.

Шок был таким сильным, что на мгновение он перестал слышать зал.

Теодор почувствовал, как внутри всё оборвалось.
Боже...Голова начала кружится. Затылок пульсировал.
Когда уже будет новая партия?

Они с Нико переглянулись.

И именно в этот миг Теодор понял, почему несколькими часами ранее его назвали тупым.

Король Ярл вышел им навстречу с широко искренней улыбкой и раскрыл руки. Короли обнялись.

— Рад тебя видеть, — сказал Ярл.

— Я тоже, — ответил Вальтазар и, отступив, жестом подозвал дочь. — Позволь представить: моя дочь Лиара.

— Дитя моё, — тепло сказал Ярл, — не стесняйся, подними голову. Мы здесь все родственники.

Родственники?..
Серьёзно?..

Теодор не мог поверить, что отец действительно это сказал.

Лиара подняла глаза — и посмотрела прямо на короля, ни на кого больше. В её взгляде не было ни радости, ни интереса. Только холод, злость и тщательно скрытая обида.
По залу прокатилась едва уловимая волна шёпота.

Сначала - почти неслышная, как шелест тканей, затем всё более отчётливая.

— Она... словно ожившая статуя, — прошептал кто-то в толпе.

— Такая необычная... - откликнулся другой голос. — Я никогда не видел ничего подобного.

— Посмотри на её кожу... — раздалось сбоку.

— Почему она такая бледная?

— Она больна? - тихо, но слишком громко для тишины зала спросила женщина. — Или у эльфов так принято?

— Ты прекрасна, — продолжил Ярл. - Даже величайшие королевства пали бы ниц перед твоей красотой.

— Благодарю, — ответила она ровно. — Мне приятно это слышать.

Она соврала. Она не верила в искренность слов.

— Ты будешь слышать эти слова каждый день,
— сказал король и жестом указал на сына. — Ведь мой сын должен быть счастлив, что ты станешь его будущей королевой.

Лиара перевела взгляд на Теодора.

Он почувствовал, как воздух между ними стал тяжёлым, натянутым, словно струна. В её глазах он увидел триумф. Этот раунд остался за ней.
Теодор шагнул вперёд. Его глаза закрывались. Но проснулся час назад, его ни должна так шатать. Он поклонился королю Вальтазару, затем протянул Лиаре руку.
Она не пошевелилась.

Тогда он сам осторожно взял её ладонь и коснулся губами её запястья. Холод, единственное что он ощутил это ледяной холод.

— Для меня честь, — произнес он выпрямившись — называть вас моей будущей королевой.

Он улыбнулся. И, надо признать, улыбка получилась почти убедительной.
Все взгляды были прикованы к ним.
Лиара медленно, с безупречной грацией, поклонилась.

— Я тоже рада, — сказала она, — что такой... очаровательный мужчина станет моим мужем.

— Я же говорил! — довольно воскликнул Ярл — Они поладят.

Поладим.
Конечно, поладим.

Теодор улыбался, но где-то глубоко внутри он уже понимал: эта война между ними только начинается.

— Пошли, я приказал приготовить грандиозный пир.

Король Ярл, кажется, был вне себя от радости.
Когда все гости дружно направились за королями в банкетный зал, Лиара подошла к принцу почти вплотную.

— «Ад», принц, — прошептала она, и ее дыхание коснулось его кожи, словно морозный ветер. — Ты сам выбрал это место. Надеюсь, в твоих погребах достаточно вина... тебе понадобится много, чтобы не слышать, как я буду тебя ломать.

Ему нужно было улыбнуться. Под прицелом сотен глаз он заставил свои губы растянуться в судорожной гримасе, больше похожей на оскал черепа. Челюсть свело так сильно, что зубы едва не крошились, а по спине, вопреки жару сотен свечей, стекал ледяной пот.