Это было словно во сне / Deepins

— Алиса...

— М?

Его голос прозвучал непривычно тихо. Без привычной насмешки. Без очередного подъёба. Так, будто он действительно собирался сказать что-то важное.

— Можно один вопрос?

Я искоса посмотрела на него.

— Попробуй.

Он не ответил сразу. Несколько секунд просто смотрел куда-то на воду, словно мысленно решая, стоит ли вообще открывать эту тему. Потом всё-таки выдохнул.

— Почему ты всё время делаешь шаг назад, когда тебе кто-то начинает нравиться?

Улыбка медленно исчезла с моего лица. Из всех возможных вопросов он выбрал именно этот. Я отвернулась к реке.

— Это Катя рассказала?

— Нет.

— Тогда откуда...

— Сам догадался.

Я коротко усмехнулась. Конечно. Мистер, мать его, наблюдательность.

— Самоуверенный.

— Опять.

— Потому что правда.

Я молчала. Он тоже. Не торопил. Не давил. Просто стоял рядом. Почему-то именно это оказалось самым нечестным.

— Так ответишь? — наконец тихо спросил он.

Я глубоко вдохнула прохладный ночной воздух.

— Не знаю.

Он чуть наклонил голову.

— Врёшь.

Я усмехнулась.

— Возможно.

Он тихо рассмеялся.

— Уже лучше.

Я легонько толкнула его локтем.

— Не радуйся.

— Не могу. Потому что ты впервые не попыталась перевести всё в шутку.

Чёрт. Он был прав. И именно поэтому это раздражало. Я медленно повернулась к нему.

— Знаешь..

— М?

— Иногда ты слишком хорошо меня читаешь.

Он чуть улыбнулся.

— Стараюсь.

— Это не комплимент.

— Понял.

— Это, если честно... немного пугает.

Он несколько секунд молча смотрел на меня.

— Почему?

Я невесело усмехнулась.

— Потому что обычно люди видят только то, что я позволяю увидеть.

— А я?

— А ты почему-то лезешь дальше.

Он слегка пожал плечами.

— Может, потому что ты не очень хорошо прячешься.

Я тихо фыркнула.

— Да иди ты.

— Не хочу.

— Почему?

Он сделал маленький шаг ближе. Такой маленький, что со стороны никто бы его даже не заметил. Но расстояние между нами вдруг стало опасно маленьким.

— Потому что мне нравится быть рядом.

Я сглотнула. Сердце, кажется, решило устроить марафон без моего согласия.

— Это очень сомнительное хобби.

— Может быть.

Я покачала головой.

— Господи... Ты невозможный.

— А ты всё ещё не уходишь.

Блять. Снова. Я ведь могла сейчас съязвить. Могла сказать что-нибудь колкое. Могла просто сменить тему. Вместо этого почему-то продолжала смотреть ему в глаза. И совершенно не хотела, чтобы он сделал шаг назад.

— До знакомства с тобой... — тихо сказала я, сама удивляясь собственным словам. — У меня всё было намного спокойнее.

— Жалеешь?

Я честно попыталась найти внутри привычный сарказм. Хоть что-нибудь. Я смотрела на него ещё несколько секунд. Потом едва заметно улыбнулась. И совершенно честно ответила:

— Нет.

Он ничего не ответил. Просто сделал полшага ближе. Настолько медленно, что у меня была тысяча возможностей отойти. Я не отошла. Сердце почему-то решило, что теперь ему срочно нужно работать в режиме отбойного молотка.

— Знаешь... — тихо произнёс Ваня.

— Что?

— Ты сейчас впервые за весь вечер не споришь со мной.

— Просто...— я нервно улыбнулась.— Не хочу испортить момент.

Он посмотрел на меня так внимательно, что дыхание сбилось само собой.

— Тогда не будем.

И в следующую секунду осторожно коснулся моей щеки. Так легко, словно спрашивал разрешения без слов. Так медленно, что у меня была возможность остановить его. Отвернуться. Сделать шаг назад. Сказать хоть что-нибудь. Я не сделала ничего. Наоборот. Кажется... Я сама едва заметно подалась ему навстречу. И только когда между нами почти не осталось расстояния, я окончательно поняла одну очень неприятную вещь. Я ведь ждала этого. Весь, мать его, вечер. Да кого я обманываю? Наверное, ещё с того момента, как засыпала с ним в одной кровати и впервые увидела его сонное лицо. Вот же пиздец.

Его губы осторожно коснулись моих. Совсем легко. Будто он всё ещё оставлял мне возможность передумать. Но передумывать почему-то совершенно не хотелось. Поцелуй длился всего несколько секунд. Короткий. Нежный. Без какой-либо показной страсти. И именно поэтому сердце вдруг решило устроить внутри грудной клетки фестиваль тяжёлого рока. Когда он медленно отстранился, между нами всё ещё оставалось совсем крошечное расстояние. Я смотрела на него и понимала, что мозг официально ушёл в отпуск.

— Ну... — тихо сказал он. — Кажется, я только что очень сильно рискнул.

Я невольно улыбнулась. Не специально. Улыбка появилась сама собой. Та самая дурацкая улыбка, которую я весь вечер безуспешно пыталась прятать.

— Есть немного...

Он внимательно посмотрел мне в глаза.

— И?

— И...— я тихо выдохнула.— Кажется...— я опустила взгляд. Потом снова посмотрела на него. — Что мне очень понравилось.

Последние слова прозвучали почти шёпотом. И я сразу почувствовала, как предательски запылали щёки.

— Только...— я подняла палец.— Не вздумай теперь выглядеть слишком довольным собой.

Уголки его губ всё равно поползли вверх.

— Поздно.

— Вань.

— Что?

Я сделала полшага вперёд. Теперь расстояние между нами снова исчезло.

— Чтобы не зазнавался...

Я взяла его за воротник кофты. Легонько потянула на себя. И сама поцеловала его. На этот раз чуть увереннее. Чуть дольше. Когда я наконец отстранилась, он смотрел на меня с таким выражением лица, будто тоже забыл, как пользоваться словами.

Я довольно улыбнулась.

— Вот теперь счёт один-один.

Он молчал ещё пару секунд. Потом тихо покачал головой.

— Алиса...

— М?

— Кажется, я попал.

Я фыркнула.

— Кажется?

— Ладно.— он переплёл свои пальцы с моими.— Без «кажется». Попал окончательно.

И почему-то именно в этот момент я поняла, что больше не хочу делать вид, будто между нами ничего нет. Потому что было. И, если честно... Мне это чертовски нравилось.

Мы ещё какое-то время просто гуляли. Без цели. Без маршрута. Москва ночью вообще странный город. Днём она будто куда-то вечно бежит, а после полуночи наконец позволяет себе выдохнуть. Огни отражались в витринах, редкие машины лениво проезжали мимо, где-то вдалеке смеялась компания, а тёплый ветер шевелил листья деревьев.

Мы шли рядом. Иногда разговаривали. Иногда молчали. Мы остановились возле небольшого круглосуточного магазина.

— Хочешь что-нибудь? — спросил Ваня.

— Мороженое.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Так быстро?

— Что?

— Обычно девушки сначала говорят: "Да нет, ничего не хочу".

— А потом съедают половину твоей еды?

— Именно.

— Не переживай.— я улыбнулась.— Я сразу предупреждаю, что съем половину.

— Спасибо за честность.

Через несколько минут мы уже снова шли по улице, держа в руках по рожку.

— Если честно... — сказал Ваня. — Мне кажется, сегодняшний вечер получился лучше, чем я ожидал.

— Даже несмотря на Катю?

— Нет.— он усмехнулся.— Именно благодаря Кате.

— Сомнительное заявление.

— Без неё мы бы сейчас точно не обсуждали голубей.

— Не напоминай...

— Министр по вопросам голубей навсегда останется в моём сердце.

Я обречённо закрыла глаза.

— Она неисправима.

— Зато настоящая.

Я кивнула.

— Это правда.

Когда часы показали почти три ночи, я посмотрела на телефон.

— Кажется...

— Домой? — спросил он.

Я уже хотела ответить. И вдруг вспомнила. Ключи. Катя. Лёша. Я медленно выдохнула.

— Блять...

— Что случилось?

— Кажется...

Я открыла переписку. Последнее сообщение от Кати пришло минут двадцать назад.

Катя: «Я сегодня не приду. Не теряй. Люблю. Если выживу — расскажу.»

Я показала экран Ване. Он несколько секунд молча смотрел на сообщение. Потом тихо рассмеялся.

— Очень содержательно.

— Очень в её стиле.

— А ты?

— А я...

Я зависла.

— Если хочешь...— он сказал это очень спокойно. Без намёков. Без давления. — Можешь снова остаться у меня.

Я подняла взгляд. Он будто заранее понял, о чём я думаю.

— Обещаю,— он слегка улыбнулся.— Сегодня без экстремальных кулинарных экспериментов.

— Какая жалость.

— И без огромных пауков.

— Это уже серьёзный аргумент.

Он тихо рассмеялся.

— Тогда?

Я сделала вид, что ещё думаю. Секунды три.

— Ладно.

— Ладно?

— Но если утром откуда не возьмись появится Катя и снова что-нибудь подожжёт...

— Это уже форс-мажор.

— Именно.