Это было словно во сне / Deepins

После невероятного приключения, мы все по очереди приняли водные процедуры и уже во всю готовились к вылазке в люди.Мне, как самой быстрой, удалось закончить со сборами первой. Макияж был готов. Волосы тоже. Оставалось только ждать. А значит — наблюдать за тем, как собираются Катя и Вика. Честно говоря, смотреть на это было интереснее любого сериала.

Катя сидела на диване, с подводкой, зажатой в зубах, и пыталась одновременно накрасить второй глаз, найти телефон и подпевать музыке. Получалось... своеобразно.

— Дайчэ мнэ бэлые крылья-я-я... А утопаю в умучэ-е-е!.. — старательно выводила она, безжалостно коверкая слова песни.

Я подняла глаза к потолку.

— Господи, хоть кто-нибудь арестуйте её за издевательство над музыкой.

— Завидуй молча, — промычала Катя, не вынимая подводку изо рта.

Она наконец дорисовала стрелку и начала разглядывать своё отражение под всеми возможными углами. Справа. Слева. Снизу. Чуть ли не с четвёртого измерения.

Потом уверенно кивнула самой себе.

— Нормаааааально... И так сойдёт.

Самооценка у неё, конечно, железобетонная. Катя оглядела диван рядом с собой.

— Так... А где тушь?

— У тебя в жопе.

Наступила секунда тишины.

— Ха-ха. Очень смешно...— Катя демонстративно закатила глаза. Засунула руку себе под задницу. И каково было её удивление, когда она действительно достала от туда тушь.

Катя посмотрела на несчастную тушь с таким выражением лица, будто та предала её лично.

Пока мы с Викой усикивались с Кати, на телефон пришло уведомление. Я машинально взяла его в руки.

Ваня: «Вы к скольки будете готовы?»

Я удивлённо приподняла брови. Опа. Стоп. ... Откуда у него вообще моя телега? Я зависла на несколько секунд, прокручивая в голове вчерашний вечер. Потом медленно перевела взгляд на Катю. Она в этот момент невозмутимо красила ресницы, будто в мире вообще ничего подозрительного не происходило. Бля. Ну конечно. Катя. Я даже спрашивать не стала. Ответ был написан у неё на лбу огромными буквами.

Я: «Пока ещё собираемся, часик-два и будем вызывать такси»

Ответ прилетел почти сразу.

Ваня: «Отлично. Напиши как будете готовы, я сам подъеду»

Я невольно улыбнулась. Ну ничего себе. Джентльмен. Не успела убрать телефон, как пришло ещё одно сообщение.

Ваня: «А то потеряетесь, а нам по всей Москве искать»

Я: «Мы можем да)»

Ваня: «Я заметил)»

Я ещё пару секунд смотрела на экран. Улыбка сама собой расползалась по лицу. Даже немного раздражало. Ну написал человек. Ну пошутил. Почему мне от этого так... Я быстро заблокировала телефон и положила его экраном вниз.

— Кто писал? — моментально спросила Катя.

Я подняла голову.

— Никто.

— Алиса.

— Что?

— Ты улыбаешься.

— Нет.

— Да.

— Просто сообщение смешное.

Катя хитро прищурилась.

— Ага.

Вика тоже подняла голову от зеркала. Пиздец. Ещё одна подключилась.

— От кого сообщение?

— Ни от кого.

— Тогда почему ты улыбаешься так, будто тебе только что признались в любви?

— Потому что у меня лицевые мышцы так работают.

— Очень убедительно, — хмыкнула Вика.

— Верим.

— Всем подъездом.

Я демонстративно сделала вид, что ничего не услышала. Иногда молчание — лучшая стратегия. Особенно когда твои подруги способны за тридцать секунд превратить обычное сообщение в спецвыпуск «Давай поженимся», где Катя уже играет Ларису Гузееву, Вика — Розу Сябитову, а ты сидишь на стуле участницы и пытаешься доказать, что человек просто написал тебе.

И вообще... Я сама не понимала, какого хрена улыбаюсь. Это было обычное сообщение. Абсолютно ничего особенного. ...Вот только почему-то настроение после него стало подозрительно хорошим. И этот факт меня напрягал гораздо сильнее, чем хотелось бы.

— Ну всё, — торжественно объявила Катя, защёлкивая косметичку. — Я готова покорять мир.

Я окинула её взглядом с ног до головы.

— Мир, может, и да. А вот симметричные стрелки ты так и не покорила.

Катя тут же прищурилась.

— Не завидуй.

— Я не завидую. Я сочувствую людям, которым придётся смотреть на тебя под левым углом.

Катя подошла к зеркалу и специально повернулась правой стороной.

— Зато справа я ахуенная.

— Тогда ходи только правым боком.

Вика хотела попить воды но засмеялась, от чего вода эффектным фонтанчиком вылетела обратно и оказалась на полу. Повисла тишина. Мы с Катей одновременно посмотрели сначала на лужу. Потом на Вику. Она медленно вытерла рот рукавом и, всё ещё похрюкивая от смеха, виновато подняла глаза.

— Я... не специально...

Катя обречённо посмотрела на пол.

— Великолепно. Теперь у нас ещё и потоп.

Я вздохнула.

— Господи... Вас двоих вообще нельзя выпускать в общество.

Катя пожала плечами с таким видом, будто это давно установленный факт.

— Поздно.— она закинула сумку на плечо. — Нас уже пригласили.

Я хмыкнула.

— Бедные люди.

— Почему?

— Они пока не знают, что добровольно позвали в гости стихийное бедствие.

— Не стихийное, — важно поправила Катя. — Организованное.

— С вами двумя? Единственное, что у вас организовано, — это коллективное желание создавать проблемы.

— Зато скучно никогда не бывает, — довольно улыбнулась Катя.

Я посмотрела на неё. Потом на мокрый пол. Потом снова на неё.

— Да. В этом ты, сука, права.

Я снова взяла телефон. Палец завис над экраном. Написать сейчас? Нет. Рано. Подождать? Да какого чёрта я вообще об этом думаю? Это же обычное сообщение. Обычный человек. Обычный вечер. Ничего особенного. Тогда почему мой мозг ведёт себя так, будто ему пятнадцать и он впервые получил сообщение от симпатичного мальчика? Блять. Я быстро заблокировала телефон и сунула его в карман, словно он был главным виновником моего внезапного приступа идиотизма.

Катя мгновенно это заметила. Конечно заметила. От неё вообще хоть что-нибудь можно скрыть?

— Всё? — невинно спросила она. — Или ты собираешься ещё полчаса гипнотизировать экран? Может, дырку в нём прожжёшь.

— Иди нахуй.

— Значит, точно Ваня, — моментально вынесла вердикт Вика.

Я медленно повернула к ней голову.

— Вика.

— Что?

— Иди нахуй.

Она довольно улыбнулась.

— Это уже второй раз за минуту. Прогресс.

Катя победно сложила руки на груди.

— Ну всё.

— Что «всё»?

— Всё понятно.

— Да что вам, блять, понятно?

Катя переглянулась с Викой. Господи. Вот только этого не хватало. Когда эти две переглядываются, ничего хорошего ждать не стоит. Никогда.

— Когда человек начинает так активно всё отрицать... — многозначительно протянула Катя.

— ...значит, отрицать уже поздно, — с видом опытного психолога закончила Вика.

Я устало потёрла переносицу.

— Вы обе сейчас очень сильно рискуете.

— Чем? — совершенно искренне поинтересовалась Катя.

— Я перестану с вами разговаривать.

Повисла тишина. Катя задумалась. Причём так серьёзно, что я уже почти поверила, будто мои слова произвели впечатление. Она критически посмотрела на меня. Потом покачала головой.

— Не-а.

— Что «не-а»?

— Не перестанешь.

— Почему это?

Катя пожала плечами.

— Тебя максимум минут на пятнадцать хватит.

Я молча посмотрела на неё. Бесит. Потому что правда. Самое обидное — она сказала это с такой уверенностью, словно уже не раз проводила подобный эксперимент. Хотя... Если подумать... Проводила. И ведь, сука, ни разу не ошиблась. Я тяжело вздохнула.

— Всё.— Подхватила сумку с дивана.— Пошли уже.

— О, — довольно улыбнулась Вика. — Разозлилась.

— Нет.

— Тогда почему ты так быстро собралась?

— Потому что ещё пять минут рядом с вами — и статья за двойное убийство станет для меня не угрозой, а жизненным планом.

Катя довольно хмыкнула.

— Видишь?— она толкнула Вику локтем.— Снова разговаривает.

Я закатила глаза. Иногда мне казалось, что дружба — это когда тебя любят. А потом смотрела на этих двух. И понимала, что дружба — это когда над тобой ржут настолько долго и профессионально, что ты уже даже не пытаешься отбиваться. Просто принимаешь свою судьбу.