Это было словно во сне / Deepins

Я молча посмотрела на Ваню. Он — на меня.

— Ты спишь на полу. — вынесла я максимально справедливый вердикт.

Ваня медленно повернул голову.

— Напомнить тебе, чья это вообще квартира?

— А где гостеприимство?

— То есть ты предлагаешь мне великодушно уступить тебе собственную кровать?

— Я предлагаю не дать мне умереть на полу. Моя спина потом объявит мне кровную месть.

— Драматизируешь.

— Конечно. Это моя сильная сторона.

Он несколько секунд молча смотрел на меня, будто взвешивал, что проще: спорить или смириться. Потом тяжело вздохнул.

— Ладно.

Я победно улыбнулась.

— Ляжем вместе.

Улыбка моментально сползла с моего лица. Я медленно прищурилась.

— У тебя есть что выпить?

Он пару секунд молчал.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем.

— То есть ты только что прямым текстом сказала, что тебе нужно нажраться, чтобы лечь со мной в одну кровать?

— Именно.

— Какая обезоруживающая честность.

— Другой не держим.

Он покачал головой, всё ещё улыбаясь.

— Алкашня.

— Зато честная.

— Это почему-то вообще не успокаивает.

— Зато тебе будет что написать в объяснительной, если утром найдёшь мой труп. «Причина смерти: кринж и одна кровать на двоих».

— Отлично. Тогда Катю запишем как соучастницу. Она оккупировала диван.

— Справедливо.

Квартира Вани окутала нас тишиной. Такой непривычной после нашего вечернего хаоса, что в ушах даже немного звенело. Ещё час назад мы орали песни в машине, спорили с какими-то левыми людьми и с полной уверенностью доказывали миру, что полностью контролируем ситуацию. Хотя, если быть честной, ситуация весь вечер жёстко контролировала нас. Сейчас же всё затихло. Из комнаты доносилось только спокойное сопение Кати, оккупировавшей диван с такой уверенностью, будто квартира официально принадлежала ей.

Я прислонилась плечом к стене, разглядывая прихожую. Чужая квартира. Чужой город. Человек, которого я знала... сколько? Часов двенадцать? Если рассказать об этом маме, она либо поседеет, либо лично приедет за мной с тапком.

— Ты где там зависла? — донёсся голос Вани с кухни.

Он появился в дверном проёме с кружкой в руках и вопросительно посмотрел на меня.

— Размышляю.

— Это опасно.

— Для кого?

— Пока не знаю. Но статистика показывает, что после твоих размышлений обязательно случается какая-нибудь хуйня.

Я тихо фыркнула.

— Вообще-то я думала о том, насколько странно сложилась моя жизнь.

Он вопросительно вскинул бровь.

— Это из-за чего?

Я кивнула в сторону комнаты.

— Ещё утром я собиралась просто приехать в Москву. Погулять, встретиться с Катей, спокойно провести день.

Ненадолго замолчала.

— А сейчас стою ночью в квартире парня, с которым познакомилась сегодня, и морально готовлюсь делить с ним одну кровать.

Повисла короткая пауза. Ваня отпил из кружки.

— Когда так формулируешь, звучит так, будто я тебя похитил.

— Пока нет.

— Пока?

— Всё зависит от того, есть ли у тебя дома подвал.

Он усмехнулся.

— Есть только кладовка. Но она маленькая, придётся тебя складывать.

— Фу. Без уважения к гостям.

Он тихо рассмеялся.

— И какие выводы?

Я пожала плечами.

— Наверное, жизнь любит издеваться. Стоит тебе решить, что всё идёт по плану, как она достаёт биту из-за спины и говорит: «А теперь смотри внимательно».

— Жестокая у тебя философия.

— Зато рабочая.

Он присел на край дивана, лениво переплетя пальцы. Я осталась стоять напротив.

— Ты всегда такая? — наконец спросил он.

— Какая?

— Громкая.

Я удивлённо подняла бровь.

— А ты всегда такой?

— Какой?

— Будто каждый новый человек в твоей жизни — это незапланированное стихийное бедствие.

Он тихо хмыкнул.

— Возможно.

— Так и знала.

— А ты всегда говоришь всё, что думаешь?

— К сожалению окружающих — да.

— Это когда-нибудь доведёт тебя до проблем.

— Уже доводило.

— И?

— Зато было смешно.

— Тебе.

— Ну а кому ещё?

Он покачал головой и снова улыбнулся. Не той улыбкой, которую я видела в тиктоке. Не той, за которой обычно прятались очередная шутка или подкол. Обычной. Тёплой. Такой, от которой почему-то становилось спокойнее. Чёрт. Вот это уже было опаснее любых разговоров.

— Ладно, — сказал Ваня, поднимаясь. — Пойдём спать, философ.

— Не называй меня так.

— Почему?

— Потому что сейчас я вообще не философ.

Я устало потёрла глаза и тяжело выдохнула.

— Сейчас я человек, который мечтает лечь, отключиться часов на двенадцать и воскреснуть только к обеду.

— Звучит как очень философская мысль.

— Нет. Это уже предсмертная записка.

Он тихо засмеялся.

— Всё. Замолчи.

— Есть, товарищ философ.

— Ещё одно слово — и будешь действительно спать на полу.

— Принято. Молчу.

Пауза длилась ровно две секунды.

— Но вообще...

— Ваня.

— Всё-всё, молчу.

Послышалось сопение. Катя продолжала занимать весь диван, будто всю жизнь тренировалась перед соревнованием по захвату территории.

— Я всё ещё считаю, что она специально, — прошептала я.

— Кто?

— Катя.

— Почему?

— Потому что человек физически не может случайно занять столько места. Там либо магия, либо государственная программа.

Ваня тихо усмехнулся.

— Она всегда такая?

— Хуже.

— Даже не представляю.

— И не надо. Береги психику, она тебе ещё пригодится.

Мы прошли в соседнюю комнату. Я остановилась у кровати, скрестив руки на груди.

— Напоминаю.

— Что именно?

— Я ничего не обещаю.

Он вопросительно поднял бровь.

— Я, вообще-то, тоже.

— Отлично.

— Что отличного?

— Не знаю.

Что за бессмыслица? Я сама не понимала, зачем сказала это. Наверное, потому что ситуация была настолько странной, что мозг просто решил перестать анализировать.

Я осторожно легла на самый край кровати. Максимально далеко. Так далеко, что ещё пару сантиметров — и пришлось бы ночевать в объятиях пола.

Ваня лёг рядом. Матрас едва заметно прогнулся. Несколько минут мы просто молчали. Странная штука. Иногда молчать с человеком, которого знаешь меньше суток, куда сложнее, чем разговаривать без остановки.

— Забавно, — наконец нарушил тишину Ваня. — Ещё утром я даже имени твоего не знал. А сейчас мы делим одно одеяло.

Я повернула голову.

— Знаешь... Это, пожалуй, самая неловкая ситуация в моей жизни. Хотя конкурс был серьёзный, поверь. Поэтому предлагаю сразу установить правила.

— Интересно.

— Первое: не воровать одеяло.

— Справедливо.

— Второе: не храпеть.

— Это уже дискриминация.

— И третье. Если ночью увидишь привидение — не буди меня, пока не убедишься, что оно настоящее.

Он фыркнул.

— А если это не привидение, а маньяк?

— Тогда пусть сначала представится. Терпеть не могу невоспитанных людей.

— Логично.

— Спасибо. Я вообще очень рациональный человек.

Он повернулся ко мне.

— Рациональный человек не оказывается в одной кровати с почти незнакомым парнем.

Я задумчиво кивнула. Спорить было бессмысленно. А признавать чужую правоту я терпеть не могла.

— Ладно... Тогда вычёркиваем «рациональный».

Сделала короткую паузу.

— Остаётся «человек».

Ещё одна пауза.

— Хотя... и тут есть вопросы.

Он невольно улыбнулся.

— У тебя всегда такой юмор?

— Нет. Иногда намного хуже.

— Почему-то я даже не сомневался.

Снова повисла тишина. Но теперь она уже не царапалась. Наоборот. Будто успела привыкнуть к нам.

— Ладно, — сказал Ваня. — Теперь мои правила.

— Валяй.

— Если кто-то случайно пнёт другого во сне...

— ...то?

— ...то виноват гравитационный сдвиг Земли. Никаких личных претензий.

— Принято.

— Правило номер два. Если утром ты обнаружишь себя на полу...

— Это ты меня столкнул.

— Нет. Это ты сама драматично покинула сюжет.

Я тихо рассмеялась.

— Ты случайно не репетировал все эти шутки?

— Хотел бы.— он усмехнулся.— Но на самом деле я сейчас несу первое, что приходит в голову. Мозг в режиме чрезвычайной ситуации.

— То есть ты нервничаешь?

Он перевел взгляд в потолок.

— Ну... Представь. Просыпаюсь утром — обычный день. А вечером пытаюсь сделать вид, что совместная ночевка с почти незнакомой девушкой — абсолютно рядовая хуйня.

— Получается так себе.

— Катастрофически.

— Можно вопрос? — неожиданно спросил он.

— Если не про знак зодиака, то да.

— Фу, нет. Я еще не настолько отчаялся.

— Уже легче.

Он ненадолго замолчал.

— Почему ты весь день делаешь вид, что тебя вообще ничего не смущает?

Ответ пришёл не сразу. Я несколько секунд просто смотрела в потолок.

— Потому что если перестану делать вид,..— тихо вздохнула я.— станет очевидно, что я ахуеть как нервничаю.

Он медленно повернул голову.

— Серьёзно?

— А ты думал, я просто родилась с лицом человека, который мысленно уже закопал половину человечества?

— Если честно... да.

— Спасибо. Приятно знать, какое первое впечатление я произвожу.

— Удивительно обаятельного социопата.

— Это почти комплимент.

— Вообще-то это и был комплимент.

Я закатила глаза.

— У тебя очень странные способы флиртовать.

Он подавился воздухом.

— Чего?

— Чего слышал.

— Я вообще-то не...

— Расслабься. Я шучу.

Он шумно выдохнул.

— Ладно. Последнее правило.

— Ну?

— Если завтра утром кто-нибудь спросит, как прошла ночь... Мы оба говорим: "Хуёво". Без подробностей.

— Согласна.

— Потому что если кто-то начнёт фантазировать...

— ...я помогу закопать тело.

Он кивнул с абсолютно серьёзным лицом.

— Вот поэтому я и решил, что мы с тобой сработаемся.

— Потому что я сразу поддержала идею с сокрытием трупа?

— Потому что ты даже не уточнила, чей это труп.

— Детали всегда можно обсудить позже.

Он тихо хмыкнул.

— Ладно, спокойной ночи, соучастник.— Я отвернулась спиной к Ване и, укутавшись в одеяло закрыла глаза.

— Спокойной ночи, Алиса.— Ваня это проговорил... С какой-то нежностью? Или же мне просто показалось. Но засыпала я с глупой улыбкой на лице. Сама не понимая почему она на нём возникла.