До притяжения

Я стояла в библиотеке, искала новую книгу и заметила одну на верхней полке. Потянулась — не дотянулась. Подпрыгнула — слишком высоко.

Когда я почти сдалась, кто-то подошёл сзади. Я почувствовала его присутствие — и его рука легко потянулась к полке, сняла книгу и протянула мне.

Я обернулась.

Карим.

— Дикарка, — сказал он спокойно. — Если сама не можешь, могла бы позвать. Я всегда могу тебя спасти.

Я смотрела на него, пытаясь найти подвох. Но его лицо было серьёзным, а голос — ровным, без привычной насмешки.

— С-спасибо, Карим, — выдохнула я.

— Не за что.

Он развернулся и ушёл.

***

Прозвенел будильник.

Сердце всё ещё билось быстрее обычного. Я встала, провела рукой по лицу, чувствуя, как кожа ещё хранит тепло сна. Это сон. Просто сон.

Почему мне снится этот индюк?! Что это вообще было?

Я потёрла лицо ладонями, прогоняя остатки сна, взяла телефон и посмотрела на время: 7:27.

Двадцать третье ноября.

Стоп... сегодня начало учёбы в колледже!

Боже! Нет!

Я вскочила с кровати, залетела в ванную, на ходу включила воду, умылась, чувствуя, как холодные капли возвращают меня в реальность. Побежала в комнату, открыла шкаф, накинула одежду, поправила хиджаб, схватила сумку и вылетела вниз.

Зейд стоял у кухни с чашкой чая, прислонившись плечом к косяку.

— Что с тобой? — он сделал глоток, приподняв бровь. — Выглядишь так, будто призрака увидела.

— Один призрак уже был! — буркнула я, нагибаясь, чтобы завязать шнурки. — Я в колледж опаздываю!

— А, колледж, — он поставил чашку и потянулся к полке за ключами. — Я отвезу.

Брат быстро обулся, и, уже открывая входную дверь, крикнул:

— Бегом в машину!

Я лишь цокнула и побежала за ним, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

***

В машине пахло свежестью и кофе. Тёплый воздух из печки смешивался с запахом мятной жвачки, которую Зейд жевал, сосредоточенно глядя на дорогу. Я откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как утренняя усталость постепенно отпускает меня. Достала телефон, и экран осветил моё лицо холодным светом. На нём высветилось сообщение от Амили.

Амиля: Я уже в колледже. А ты? Надеюсь, не спишь?

Силина: Еду!

Пробки были длинные, город стоял в утреннем тумане, поэтому я попросила брата высадить меня пораньше. Он был против, но я настояла.

Я вышла из машины, и запах мокрого асфальта ударил в нос, смешиваясь с холодным утренним воздухом. Я направилась в сторону колледжа, придерживая сумку на плече. По пути меня чуть не сбил пацанчик лет восьми-девяти — он вылетел из-за угла с мячом в руках. Я крикнула ему:

— Аккуратнее!

Голос разнёсся по пустой улице, и вдруг я услышала сзади:

— Что за молодежь пошла!

Я обернулась. Пожилая бабушка стояла, уперев руки в бока, и смотрела на меня так, будто я только что разбила её любимую вазу.

— Как ты с моим внуком разговариваешь? — налетела она на меня.

— Простите? — я посмотрела на неё, ничего не понимая.

— Что «простите»? Мальчик играет, а ты орёшь на него.

— Слушайте, я в колледж опаздываю, а ваш внучок чуть не сбил меня. Зачем бегать у дороги? Тут машины едут.

— То есть ты меня ещё учить будешь? — нахмурилась она. — Совести нет!

Наш спор прервали:

— Эй-эй, бабуля! Она же не специально.

Подошла Райя, а рядом Лия, которая, увидев меня, сразу закатила глаза.

Бабушка узнала Райю:

— Райя! Смотри, какая молодежь невоспитанная!

Райя улыбнулась, посмотрела на меня, а затем успокоила бабушку. Подошла ко мне и шепнула:

— Силь, прости её. Это бабушка Йылдыз, она любит поорать.

Я кивнула.

Дальше мы шли вместе. Лия держалась впереди на расстоянии, а Райя поравнялась со мной. Ветер дул в лицо, я натянула капюшон. Мы шли молча, и я вдруг нарушила тишину:

— Вылечили депрессию?

Райя не сразу поняла, о чём я, но я указала взглядом на Лию.

— Ааа... — протянула она. — Ну, как сказать... вроде да, а вроде и нет.

Я понимающе кивнула, чувствуя, как холодный ветер касается лица.

— Знаешь, — начала Райя, — Март её и вовсе не любил.

— Чего? — я удивилась.

— Ну, как бы... он сам одинок. Сирота же. А мама болеет. Вот, видимо, от одиночества и рушит жизни остальным, — она вздохнула.

— Сирота?

— Угу... — она кивнула. — Мы с его семьёй давно знакомы. Отец его — тот ещё придурок был. Фу, аж вспоминать тошно.

— Расскажешь? — спросила я с надеждой.

— Позже, — она указала на здание колледжа. — Дошли уже.

Я посмотрела на серое здание с большими окнами. Внутри горел свет.

— Эх, ладно, — я посмотрела на телефон. — Тогда сохрани мой номер. Будем переписываться.

Я не помню свой номер наизусть — с памятью я не дружу. Пришлось продиктовать с телефона.

— Записала, — улыбнулась Райя.

***

Коридоры колледжа встретили нас запахом краски и свежей побелки. На пороге я увидела Амилю и какого-то высокого рыжеволосого парня. Я уже видела him раньше — мельком, в коридоре, пару раз. Он всегда был с компанией, громко смеялся и смотрел на проходящих свысока. Я не придавала этому значения. До сегодняшнего дня.

Он, видимо, что-то забрал у Амили.

— Отдай! — орала она, пытаясь дотянуться до него.

— Забери сама, монашка, — усмехнулся он.

Я подошла ближе.

— Отдай ей! — сказала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Он посмотрел на меня, и на его лице появилась хитрая ухмылка:

— Ого, ещё одна монашка!

— Придурок, верни ей сумку! — подоспела Райя.

— Да что вы все пристали? — хмыкнул он. — Зачем ей сумка? Зачем учёба? Идите в мечеть!

— Дениз! — грубый голос раздался эхом по коридору.

Мы все обернулись.

Карим. Снова.

Он появился бесшумно, как всегда, и его голос прозвучал так резко, что даже Дениз замер на секунду.

— Сгинь.

— Март, с каких пор ты за них? — Дениз усмехнулся, но я видела, как he напрягся.

— Клянусь, если через три секунды ты всё ещё будешь тут — я кину тебя в ту стену, — сказал он, подходя ближе.

Он был выше. Намного. И видимо, это пугало Дениза.

— Ладно-ладно! — he замахал руками и убежал.

Карим подошёл ко мне. В коридоре стало тихо.

— Хоть раз свои проблемы сама решать можешь?

— А тебя никто не просил лезть, индюк. Сами бы справились, — выпалила я, чувствуя, как внутри закипает злость.

Он ухмыльнулся, скрестил руки на груди:

— «Сами»? Вот всегда ты всё сама можешь. Да-да. Конечно. Верим. Лучше бы спасибо сказала.

— Ну... спасибо, — буркнула я, отводя взгляд.

— Есть за что, дикарка!

Я усмехнулась.

— Обычно говорят «не за что».

— Так говорят, когда не за что благодарить, — он улыбнулся уголком губ. — А в твоём случае — есть.

Он развернулся и ушёл.

Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри меня смешиваются злость и что-то ещё — странное чувство, которое я пока не понимала до конца.

***

Мы с Амилей остались одни в коридоре. Голоса, смех и шум шагов постепенно стихли, растворились где-то за поворотом. Тишина стала плотной, почти осязаемой — будто воздух вокруг нас застыл, ожидая, пока кто-то заговорит первым.

— Что за Дениз? — спросила я.

— Да этот идиот... Он частенько издевается надо мной, — ответила она неуверенно.

Я нахмурилась.

— Почему ты мне не рассказывала?

— А ты? Сама-то? Про Аяза не сказала же, — усмехнулась она.

— Аяза? В смысле? Откуда ты знаешь?

— Они с Денизом друзья. Я слышала, как Аяз о тебе говорил, — пояснила она. — Ещё раз повторю: не доверяй ему.

— Я ему и не доверяла. Никогда.

***

На первой паре я сидела у окна и смотрела на серое небо. Я совсем не слушала лекцию. В голове крутились вопросы.

«Март сирота?!»

«Что за Дениз?»

«Аязу нельзя доверять?»

«Как там Клара?»

«Кто невеста Амира?»

«Зейд в итоге допил свой чай?»

Вдруг телефон завибрировал. Сообщение от Амили. Я зашла в чат.

Амиля: Ты видела его лицо утром?
Амиля: А я всё ещё помню это «сгинь», ха-ха-ха.

Я обернулась. Амиля сидела на заднем ряду и помахала рукой, указывая на телефон. Я кивнула и тихо посмеялась.