партнерша по бизнесу

Утро началось паршиво: голова после вчерашней тусовки дико трещала, а кофе никак не помогал прийти в себя. Кое-как накрасив свои привычные графичные стрелки и заколов сверху длинные иссиня-чёрные волосы, я натянула оверсайз-пиджак и поехала в офис холдинга «Добренко & Партнёры».
Уже на пороге приёмной меня перехватила напуганная секретарша.

Секретарь: Дарья Алексеевна, доброе утро! Вас Алексей Владимирович уже минут двадцать ждёт у себя. Он там не один. Назначен новый главный партнёр по вашему объекту в центре города.

Я недовольно фыркнула и даже не притормозила у её стола.

Даша: Партнёр? Какой ещё, нахуй, партнёр? Этот проект — моя личная зона ответственности. Ладно, сейчас разберусь.

Я без стука решительно открыла массивную дверь отцовского кабинета, готовая устроить скандал. Но слова моментально застряли в горле.

В просторном кожаном кресле моего отца, закинув ноги в массивных ботинках прямо на полированное дорогое дерево стола, вальяжно сидела незнакомая девушка. На вид ей было около двадцати пяти, её тёмные, коротко стриженные волосы были небрежно взъерошены, а из-под закатаных рукавов чёрной рубашки виднелись плотные, мрачные татуировки, полностью покрывающие руки до самых кистей. Она лениво затягивалась сигаретой, выпуская дым прямо в потолок, несмотря на строжайший запрет курения в здании.

Отец сидел напротив неё, и его эта наглость вообще не смущала.

Даша: Ты вообще страх потеряла, блять? Кабинетом ошиблась, татуировщица недоделанная? Живо ноги со стола убрала и сигарету свою затушила!

Отец резко поднял руку, заставляя меня замолчать.

Отец: Даша, потише. Закрой дверь и сядь. Познакомься, это Виолетта Малышенко. Она лучший специалист по нестандартным урбанистическим формам и с сегодняшнего дня — твой главный партнёр по объекту в центре. Все чертежи и правки теперь проходят строго через неё.

Брюнетка медленно опускает ноги со стола, но даже не думает вставать. Она лениво выпускает густую, плотную струю ментолового дыма прямо мне в лицо и цинично, запредельно нагло ухмыляется, сканируя меня своим холодным взглядом с ног до головы.

Виолетта: Ой, как мы заговорили. Папочка, значит, забыл предупредить, что у его послушной дочурки прорезался голосок? Привет, мелкая.

Я закашлялась от едкого дыма и сделала резкий шаг вперёд. Мой взгляд из-под чётких стрелок яростно вспыхнул.

Даша: Папа, ты шутишь? Какой ещё партнёр? На этом объекте командовать должна я! Мне плевать, за какие такие «заслуги» её сюда взяли и сколько у неё тату на руках. Пусть выметается нахуй, пока я охрану не позвала!

Виолетта резко поднялась во весь рост, мгновенно подавляя меня своей фигурой.

Она делает шаг вплотную, сокращая расстояние между нами до опасного минимума, грубо перехватила моё бледное запястье и до боли сжала пальцы, фиксируя меня на месте. Отец в этот момент отвлёкся на зазвонивший телефон и быстро вышел из кабинета, бросив короткое: «Разберитесь тут сами».

Виолетта: Охрану? Серьёзно, Добренко? Позови, давай. Посмотрим, кого твой отец вышвырнет первым: меня, у которой контракт на руках и реальный опыт, или мелкую капризную девчонку, которая без папочкиного имени — просто пустое место.

Я зашипела сквозь зубы от резкой боли в руке и отчаянно попыталась вырвать запястье, но её железная, жёсткая хватка не оставляла мне ни единого шанса.

Даша: Отпусти меня, блять! Тебе жить, что ли, надоело? На кого ты руку поднимаешь, сучка?

Виолетта с силой вжала меня спиной в край тяжёлого рабочего стола, наваливаясь всем телом. Она наклонилась к самому моему уху, и её хриплый голос прозвучал тихо, угрожающе и запредельно грубо.

Виолетта: Слушай меня сюда, мелочь. Твои чертежи — это красивая, но абсолютно бесполезная хуйня, которая развалится от первого порыва ветра. Я здесь для того, чтобы этот проект принёс миллионы, а не для того, чтобы нянчиться с эгоистичной сучкой. Командовать тут буду я. Ещё раз откроешь свой хорошенький ротик в мою сторону или решишь поплакаться папочке... я закрою его так, что тебе очень не понравится. Поняла меня?

Я тяжело и прерывисто дышала, чувствуя, как от такой близости, чужого напора и откровенной грубости внутри всё буквально плавится от бешеной, парализующей злости. От неё пахло табаком, дорогой кожей и чем-то пугающе притягательным, но я продолжала упрямо и гордо смотреть прямо в её холодные, насмешливые глаза.

Даша: Пошла ты нахуй.

Виолетта жёстко ухмыльнулась, оценив моё упрямство, резко отпустила мою руку, словно брезгуя, и с силой потушила окурок прямо в недопитую чашку кофе на столе моего отца.

Виолетта: Через час жду исправленный план у себя в кабинете. Посмотрим, умеешь ли ты работать руками так же хорошо, как и огрызаться. Не опоздай, Добренко. Пощады не будет.

Она развернулась и уверенным, хищным шагом вышла из кабинета, демонстративно хлопнув дверью так, что завибрировали стёкла.

Я осталась одна посреди пустой комнаты. Меня буквально трясло от ярости, а на бледном запястье алеет отчётливый, горящий след от её пальцев. Я посмотрела на закрытую дверь, сжимая кулаки до побеления костяшек.

Даша: Сука... Ну держись, Малышенко. Я устрою тебе такой ад, что ты сама отсюда сбежишь.