Апокалипсис

                                   11.
Подготовка шла в лихорадочном темпе – будто сама тишина за стенами подстёгивала их спешить. Медсестра быстро, но уверенно перевязывала раненого с КПП, а врач тем временем собирал в рюкзак ампулы, бинты, антисептики – всё, что могло пригодиться в туннелях.

— Это максимум, что я могу дать, – сказал он, застёгивая молнию.
— Дальше - только ваши ноги и удача.
Человек в потрёпанной форме, уже чуть твёрже стоявший на ногах, кивнул.

— Мы пойдём первыми. Я знаю эти ходы. Покажу, где провалы, где лучше не шуметь.
Садя проверила магазин автомата, щёлкнула затвором.
— Тогда держим дистанцию в пять метров. Никаких геройств. Если что – сразу назад, к ближайшему укрытию.
Александр склонился над Марком, который, несмотря на жар, уже сидел, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.

— Ты уверен? – тихо спросил Александр.
Марк поднял на него глаза - в них всё ещё плясали отблески лихорадки, но теперь к ним прибавилась упрямая решимость.
— Я не останусь тут один. Если ты пойдёшь — я пойду с тобой. Даже если придётся ползти.
Александр помолчал секунду, потом коротко кивнул.

— Хорошо. Но ты держишь дистанцию со мной. Ни на шаг дальше. Если я скажу «ложись» — падаешь. Без вопросов.
Нейт проверил лом, постучал по стене, прислушиваясь к эху.

— Туннели старые. Могут быть обвалы. Или ловушки. Или... что похуже.
Врач протянул Александру небольшой свёрток.
— Держи. Ещё две дозы сыворотки. Если жар снова поднимется – вколи. Это наш последний шанс стабилизировать его.
Александр сунул свёрток во внутренний карман куртки.
— Спасибо.
Медсестра на секунду задержала взгляд на каждом из них, будто хотела что-то сказать, но только молча кивнула и отступила к двери.
— Удачи, - просто сказала она.
— Возвращайтесь.
И они вышли.

Туннель встретил нас сыростью, запахом гнили и тишиной, которая казалась слишком густой, слишком неестественной. Фонари выхватывали из темноты куски ржавых труб, облупившейся краски, тёмных луж на полу. Шаги гулко отдавались в пустоте, и каждый звук казался предательски громким.
Проводник из КПП шёл впереди, держа в руке тусклый фонарь, его луч дрожал, выхватывая то кусок стены, то провисший кабель.
— Здесь поворот, - прошептал он.
— Сразу за ним – лестница вниз. Там уже ближе к бункеру.
Мы свернули. И в тот же миг тишина взорвалась.
Из темноты впереди, из боковых ответвлений, из-за колонн, из теней, куда не доставал свет, хлынули фигуры. Не люди. Не совсем. Они двигались рывками, как сломанные куклы, с неестественно вывернутыми суставами, с раскрытыми ртами, из которых вырывался низкий, вой.

Первый удар был мгновенным. Проводник даже не успел поднять оружие – на него налетели сразу трое, повалили, и его крик оборвался резко, как перерезанная струна.
Следом рухнул ещё один из группы с КПП — он пытался отбиваться ножом, но их было слишком много. Потом ещё один. И ещё.

Хаос накрыл их волной. Садя стреляла короткими, чёткими очередями, целясь в головы, но зомби накатывали снова и снова, будто их становилось только больше. Нейт крушил их ломом, отбрасывая, ломая кости, но на место каждого павшего вставали двое новых.
Александр прикрывал Марка, держа его за плечо, толкая вперёд, к узкому проёму, где можно было хоть как-то держать оборону.

— Вперёд! - рявкнул он, перекрывая вой и грохот.
— Не оглядывайся!

Марк, шатаясь, бежал, цепляясь за стены, оставляя на кирпичах тёмные полосы крови с разбитых рук. Он не оглядывался. Он просто бежал.
В какой-то момент Александр оглянулся - и увидел, как рушится их строй. Ещё двое из группы КПП были сметены волной тел, их крики слились в единый, короткий, отчаянный звук, который тут же захлебнулся в рычании.
Оставались только четверо.
Александр, Садя, Нейт и Марк.
Садя втиснулась в узкий проход, продолжая стрелять, пока магазин не щёлкнул впустую. Она швырнула автомат, выхватила пистолет, продолжая бить точно, экономя каждый патрон.

Нейт, покрытый чужой кровью и грязью, отбивал атаки, прикрывая её спину.
А Александр, не выпуская из виду Марка, который уже едва держался на ногах, тащил его вперёд, туда, где впереди мелькнул ржавый люк.
— Бункер! – прохрипел он, дёргая за ручку. — Он открыт!
Люк со скрипом поддался.
— Прыгай! - рявкнул Александр, подталкивая Марка.
Тот рухнул вниз, на бетонный пол, перекатился, застонал, но поднялся.
Садя метнулась следом, а за ней — Нейт. Александр обернулся на секунду - на то, что осталось от их отряда, на тьму, кишевшую фигурами, на вой, который становился всё громче.
Потом он прыгнул.

Люк захлопнулся над ними с глухим, окончательным звуком.
Внутри было темно, холодно и тихо. Слишком тихо после этого ада.
Марк сел на пол, прислонившись к стене, и закрыл глаза, но не от слабости — а будто пытался удержать в голове то, что только что произошло.
Садя щёлкнула фонариком, осветив небольшое помещение: бетонные стены, ржавые ящики, старую табличку «Гермозона».
Нейт привалился к стене, тяжело дыша, и наконец опустил лом.
Александр опустился рядом с Марком, положил руку ему на плечо.
— Ты сделал это, – тихо сказал он.
— Ты выжил.
Марк приоткрыл глаза, посмотрел на него, потом медленно перевёл взгляд на Садю, на Нейта.
— Они... все... - прошептал он.
Александр кивнул, не пытаясь смягчить правду.
— Да. Погибли. Но мы — нет.
Мы выбрались. И теперь мы должны держаться вместе. Потому что теперь нас только четверо. И этого достаточно, чтобы продолжать.
Где-то над их головами раздался глухой удар - будто кто-то царапался в люк. Потом ещё раз. И затих.
Но они уже были в безопасности. На время.