Точка сходимости

Раздевалка была тесной, влажной и пахла хлоркой. Четверо мокрых парней ввалились внутрь, громко хлопнув дверью. Сынмин первым делом отшвырнул скейт в угол, словно хотел с ним разорвать все отношения.

- Я больше никогда не возьму этот проклятый скейт, - заявил он, стягивая мокрую футболку. - Он приносит одни несчастья.

- Ты приносишь несчастья, - поправил его Хёнджин, аккуратно вешая свою рубашку на крючок и с брезгливостью глядя на лужу у своих ног. - Скейт всего лишь доска. А ты - катастрофа.

- Хёнджин, ты вообще видел, как я умею кататься? Я могу делать трюки!

- Трюк "убить Минхо" ты уже освоил, - фыркнул Хёнджин.

Минхо, который молча переодевался в углу, даже не обернулся. Он с яростью натягивал сухие брюсы, мысленно проклиная всех - и Сынмина, и Феликса, и особенно Джисона, который сейчас пил кофе с этим... с этим директором.

- Минхо, ты чего злой? - спросил Феликс, доставая из рюкзака запасную футболку. - Всё же уже закончилось.

- Ничего не закончилось, - буркнул Минхо. - Я теперь буду ходить на дополнительные занятия к Джисону. Каждый день. Это ад.

- Ну, может, это не так уж и плохо, - осторожно сказал Феликс. - Он же... нормальный.

- Он странный, - отрезал Минхо.

- Странный, но красивый, - мечтательно выдохнул Сынмин.

Минхо резко обернулся и вперил в него убийственный взгляд.

- Что ты сказал?

- Я? Ничего! - Сынмин замахал руками. - Я про его очки! Очки красивые! И всё!

Хёнджин закатил глаза и демонстративно отвернулся. Он уже переоделся в сухое, но вместо того чтобы уйти, сел на скамейку и начал вытирать свои кроссовки бумажными полотенцами.

- Ты издеваешься? - спросил Сынмин. - Мы все мокрые, а ты возишься с обувью?

- Чистота - залог здоровья, - высокомерно ответил Хёнджин. - Ты бы знал, если бы мылся чаще.

- Я моюсь! Каждый день!

- Воды много не бывает, - философски заметил Хёнджин.

- Ага, особенно когда ты на нас ведро вылил! - Сынмин начал закипать. Он встал и подошёл к Хёнджину, размахивая мокрой футболкой. - Ты вообще видел, что сделал?

- Я видел, как ты упал, - холодно ответил Хёнджин, не поднимая глаз.

- Это ты упал!

- Нет, это ты упал! Ты налетел на Минхо! Я просто шёл мимо с ведром!

- А надо было смотреть под ноги!

- ТЫ СКАЗАЛ?! - Хёнджин вскочил, и в его руках оказалось мокрое полотенце. - Сейчас получишь!

Он замахнулся, но Сынмин увернулся, схватил свою мокрую толстовку и с диким криком бросился в атаку. Они начали кружить по раздевалке, разбрызгивая воду во все стороны, размахивая тряпками как оружием.

- Прекратите! - закричал Феликс, прижимаясь к шкафчику. - Вы устроите потоп!

- ОНИ УЖЕ УСТРОИЛИ! - заорал Минхо.

Но Сынмин и Хёнджин не слышали. Они сцепились в борьбе, толкая друг друга, и в какой-то момент Сынмин, поскользнувшись на мокром полу, потерял равновесие и рухнул на Хёнджина. Тот, не удержавшись, повалился назад - прямо на скамейку, где сидел Феликс.

Феликс взвизгнул и отскочил в сторону, но его рюкзак зацепился за ногу Хёнджина, и тот упал, увлекая за собой Сынмина. Они рухнули прямо на стоящих рядом Бан Чана и Чанбина, которые как раз зашли в раздевалку, чтобы переодеться после физкультуры.

- ААААА! - заорал Бан Чан, когда на него обрушилась гора мокрых тел.

- ОСТОРОЖНО! - взревел Чанбин, пытаясь удержать равновесие, но его мощная фигура пошатнулась, и он рухнул сверху всей своей тяжестью.

Вся куча-мала с грохотом повалилась на пол. Чьи-то ноги, руки, футболки, полотенца - всё смешалось в мокром хаосе. И в этом хаосе чья-то рука - кажется, Сынмина - случайно зацепилась за ремень Бан Чана. Ремень расстегнулся, и брюки Бан Чана с глухим звуком соскользнули вниз, обнажая длинные ноги и тёмные боксёры.

Наступила тишина.

Бан Чан замер, лёжа на спине, с выражением полного, абсолютного ужаса на лице.

- КАКОГО ХРЕНА?! - заорал он не своим голосом. - ВЫ ЧТО, С УМА СОШЛИ?! КТО СНЯЛ С МЕНЯ ШТАНЫ?!

Он попытался встать, но Чанбин всё ещё лежал на нём, и Бан Чан забился в панике, как рыба на суше.

- ВСТАНЬ С МЕНЯ! СЕЙЧАС ЖЕ!

- Я встаю, я встаю! - Чанбин пытался подняться, но поскользнулся на мокром полу и снова упал, придавив Бан Чана ещё сильнее.

- УБЕРУ РУКИ! - Бан Чан замахал руками. - МОИ ШТАНЫ! ГДЕ МОИ ШТАНЫ?!

- Здесь! - пискнул Сынмин, протягивая мокрые брюки. - Я не хотел! Я случайно!

- СЛУЧАЙНО?! - завопил Бан Чан, хватая штаны и пытаясь натянуть их лёжа. - КАК МОЖНО СНЯТЬ ШТАНЫ С ЧЕЛОВЕКА "СЛУЧАЙНО"?!

- Ну, это же ты, Бан Чан, - флегматично заметил Чанбин, наконец-то поднявшись и отряхиваясь. - Ты всегда притягиваешь неприятности.

- Я ПРИТЯГИВАЮ НЕПРИЯТНОСТИ?! ЭТО ВЫ ВСЕ - ТРИ ТОНА ПРОБЛЕМ! - Бан Чан вскочил, натянув штаны наспех, и выглядел диким. Растрёпанные волосы, красное лицо, сверкающие глаза. - Я СТАРОСТА! Я ДОЛЖЕН СОБЛЮДАТЬ ПОРЯДОК! А ВЫ...

Он набрал воздух в грудь и выдал такое длинное и витиеватое ругательство, что даже Чанбин присвистнул.

- Ничего себе, - восхищённо протянул он. - Староста умеет ругаться.

- Я ДОЛГО УЧИЛСЯ! - прорычал Бан Чан, застёгивая ремень трясущимися руками. - СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ТАКИХ МОМЕНТОВ!

Хёнджин сидел на полу, обхватив колени руками, и беззвучно смеялся. Его плечи тряслись, но он не издавал ни звука.

- Хёнджин! - закричал Сынмин. - Ты тоже виноват!

- Я вообще молчу, - выдавил Хёнджин, вытирая слёзы смеха. - Я здесь самый невинный.

- ТЫ УРОНИЛ ВЕДРО!

- Это ты виноват, что упал!

- ВСЕ ЗАМОЛЧАЛИ! - гаркнул Бан Чан.

Все замерли. Он стоял, гордо выпрямившись, хотя на его лице всё ещё горел румянец стыда и гнева.

- Я СЕЙЧАС ЗАСТАВЛЮ ВАС ВСЕХ ПИСАТЬ ОБЪЯСНИТЕЛЬНУЮ! - прорычал Бан Чан. - ПРЯМО СЕЙЧАС! И ОТНЕСТИ ДИРЕКТОРУ!

- Директор в кабинете с учителем Ханом, - робко заметил Феликс. - Они пьют кофе.

Бан Чан застыл и медленно перевёл взгляд на Феликса.

- С учителем Ханом?

- Да.

- Кофе?

- Да.

- И... - Бан Чан прищурился. - Ты хочешь сказать, что они в кабинете одни?

- Ну... да.

Бан Чан несколько раз моргнул, переваривая информацию. Потом он вздохнул, закрыл глаза и очень тихо сказал:

- Я устал.

- Все устали, - согласился Чанбин, хлопнув его по плечу.

- Не трогай меня, - буркнул Бан Чан.

- Всё, ребята, - сказал Минхо, который наконец закончил переодеваться. Он стоял в углу и смотрел на весь этот цирк с выражением полного отстранения. - Я пошёл.

- Минхо, подожди! - крикнул Феликс. - Я с тобой!

- Нет, - отрезал Минхо и вышел, хлопнув дверью.

В коридоре он остановился. Где-то там, за закрытой дверью директорского кабинета, сидел Джисон и пил кофе с человеком, который открыто признался в своих намерениях.

Минхо стиснул зубы.

Мне это не важно. Абсолютно не важно.

Он развернулся и пошёл к выходу, но в душе бушевала буря.

А раздевалка за его спиной продолжала гудеть - кто-то смеялся, кто-то ругался, а Бан Чан наконец-то сдался и просто сел на скамейку, закрыв лицо руками.

- Я больше не хочу быть старостой, - прошептал он.

- Не хочешь - не будь, - ответил Чанбин. - Я старостой не был, и ничего, живу.

- Ты бы не выжил, - буркнул Бан Чан.

- Тоже верно.

И они оба засмеялись - устало, но искренне.