Мир, который забыл нас

       Первые дни после закрытия Разлома казались Лее странными. Слишком тихими. После всего, что произошло, она привыкла к постоянному гулу Разломов, к мерцанию света, к голосам, которые доносились из другого мира.

       Теперь ничего этого не было. Город снова жил своей обычной жизнью. Люди спешили на работу. В кафе снова звучала музыка. На улицах смеялись дети. Будто ничего не произошло. Будто мир не был на грани того, чтобы стать единым целым с другим.

       Но Лея знала правду. И знала, что не все вернулись. Некоторые люди действительно вспомнили тех, кого когда-то забыли. Старые фотографии снова стали частью семейных альбомов. Люди произносили имена, которые годами не могли вспомнить. Но для Леи всё это имело горький привкус. Потому что одного человека среди вернувшихся не было. Элиаса.

       Она часто ловила себя на том, что ищет его взгляд среди прохожих. В толпе. В отражении витрин. В окнах поездов. Иногда ей казалось, что она слышит знакомый голос. Она оборачивалась. Никого.

— Ты опять его ищешь? — Лея подняла голову. Эйден стоял в дверях больничной палаты. Он уже выглядел гораздо лучше, хотя на лице всё ещё оставалась усталость.

— Нет. — Эйден усмехнулся.

— Врёшь. — Лея опустила глаза.

— Возможно. — Он медленно подошёл к окну.

— Врачи говорят, что мне повезло.

— Они не знают всей истории.

— И хорошо. — Эйден посмотрел на неё. — Не хочу объяснять врачу, почему меня чуть не убила трещина между мирами. — Лея невольно улыбнулась.

— Как ты себя чувствуешь?

— Живым.

— Я серьёзно.

— Я тоже. — Он сел на кровать. Несколько секунд они молчали. Лея смотрела на его руки. На них уже почти не осталось следов от того дня. Но она помнила кровь. Помнила, как он упал. Как перестал отвечать. Как она думала, что потеряет его.

— Ты спас мне жизнь, — тихо сказала она. Эйден пожал плечами.

— Ты бы сделала то же самое. — Лея ничего не ответила. Потому что знала — сделала бы. Но это не уменьшало того страха, который она почувствовала, когда увидела его на земле.

— Я правда думала, что ты умрёшь. — Эйден посмотрел на неё.

— Но не умер.

— Знаю.

— Тогда перестань смотреть на меня так, будто я призрак. — Лея улыбнулась.

— Постараюсь. — Он посмотрел в окно. За стеклом начинался обычный вечер. Солнце медленно опускалось за здания.

— Знаешь, что самое странное? — сказал Эйден.

— Что?

— Все вернулись к своей жизни. — Он сделал паузу. — А мы уже не можем. — Лея посмотрела на него. Он был прав. После того, что они увидели, обычный мир казался другим. Слишком простым. Слишком маленьким. Лея встала.

— Я скоро вернусь.

— Куда? — Она помедлила.

— На станцию. — Эйден посмотрел на неё внимательно. Он ничего не спросил. Просто кивнул.

— Хорошо. — Лея направилась к двери. Но прежде чем выйти, остановилась.

— Эйден?

— Да? — Она обернулась.

— Спасибо, что остался. — Он улыбнулся.

— Я ещё никуда не собираюсь.

Лея вышла. А Эйден остался у окна. Он смотрел ей вслед и прекрасно понимал, куда она на самом деле идёт. Не просто на станцию. Она шла туда, где когда-то стоял Элиас. Туда, где между ними впервые появился Разлом. Туда, где всё началось. И где, возможно, ещё не закончилось.

Прошло несколько недель. Эйден уже почти полностью восстановился. Он снова мог ходить без посторонней помощи, хотя иногда всё ещё морщился от боли, когда слишком резко двигался. Лея часто навещала его. Но после того поцелуя между ними что-то изменилось. Они больше не избегали друг друга. Не делали вид, что ничего не произошло. Но и не пытались назвать то, чем теперь были друг для друга.

Однажды вечером они сидели на скамейке возле больницы. Несколько минут молчали. Эйден смотрел куда-то перед собой.

— Ты всё ещё думаешь о нём. — Лея медленно повернула голову.

— О ком? — Он усмехнулся.

— Лея. — Она опустила взгляд.

— Да. — Ответ прозвучал слишком быстро. Без попытки соврать. Эйден кивнул.

— Я так и думал.

— Прости.

— Почему ты всё время извиняешься?

— Потому что после всего... — Она замолчала. Эйден повернулся к ней.

— После того, что было между нами? — Лея кивнула.

— Я не хочу, чтобы ты думал, будто тот поцелуй ничего для меня не значил.

— Я так не думаю.

— Правда?

— Правда. — Он немного помолчал. — Но я также не хочу, чтобы ты была рядом со мной только потому, что тебе страшно потерять меня. — Лея посмотрела на него.

— Я не знаю, что делать.

— Знаешь.

— Нет.

— Знаешь, — повторил он мягче. — Просто тебе страшно признаться. — Лея отвела взгляд. Эйден вздохнул. — Ты любишь его. — Она закрыла глаза. Несколько секунд молчала. А потом тихо сказала:

— Да. — Это было первое честное признание после Разлома. Не ему. Даже не Элиасу. Себе.
— Я люблю Элиаса. — Эйден опустил глаза. Лея почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Мне жаль.

— Не надо.

— Эйден...

— Лея, правда. — Он посмотрел на неё. В его глазах была боль. Но не злость. — Я знал это ещё тогда, на станции.

— Тогда зачем ты...

— Потому что любить тебя не означает заставлять тебя любить меня. — Лея ничего не ответила. Эйден улыбнулся. — Я не собираюсь просить тебя забыть его.

— А если я не смогу?

— Тогда не забывай. — Она посмотрела на него с удивлением.

— Ты не злишься?

— Злюсь. — Лея замерла. — Но не на тебя. — Он усмехнулся. — Скорее на себя. Наверное, надеялся, что однажды ты посмотришь на меня иначе. — Лея почувствовала слёзы.

— Ты стал мне дорог.

— Я знаю.

— Очень.

— Я тоже знаю.

— Но...

— Но твоё сердце всё ещё там. — Лея кивнула. Эйден посмотрел на неё. — Тогда иди.

— Куда?

— За ним. — Она нахмурилась.

— Эйден...

— Если он действительно где-то там, ты должна знать, что с ним.

— А если я не найду его? — Эйден пожал плечами.

— Тогда хотя бы будешь знать, что попыталась. — Лея улыбнулась сквозь слёзы.

— Почему ты всегда говоришь так, будто всё просто?

— Потому что если начну думать слишком много, опять окажусь в больнице. — Она рассмеялась. И впервые за долгое время ей стало легко. Она положила голову ему на плечо.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что не заставляешь меня выбирать. — Эйден посмотрел вдаль.

— Я не хочу быть человеком, которого ты выбираешь из чувства вины. — Лея закрыла глаза.

— Ты никогда им не был.

Они ещё долго сидели молча. И в этот вечер между ними наконец исчезло то напряжение, которое появилось после поцелуя. Не исчезли чувства. Не исчезла боль. Но исчезла необходимость притворяться. Лея знала, кого любит. Эйден знал это тоже. И теперь оставалось только одно. Понять, где находится Элиас.

На следующий день Лея снова пришла к Эйдену. Он уже собирал вещи. Врач разрешил ему покинуть больницу.

— Наконец-то, — сказал он, складывая одежду в сумку. — Ещё один день здесь, и я бы начал разговаривать со стенами.

— Возможно, стены ответили бы.

— После всего, что с нами произошло, я бы даже не удивился. — Лея улыбнулась, но потом стала серьёзной.

— Эйден. — Он посмотрел на неё.

— Что?

— Насчёт вчерашнего...

— Я помню.

— Я не хочу, чтобы между нами всё стало странным. — Эйден застегнул сумку.

— А я не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой.

— Но я причинила тебе боль.

— Да. — Лея замолчала. Он подошёл к ней.
— Но боль — не твоя вина.

— Тогда чья?

— Наверное, моя.

— Почему? — Эйден усмехнулся.

— Потому что я влюбился в девушку, которая уже отдала своё сердце другому. — Лея опустила глаза.

— Я не хотела, чтобы так получилось.

— Знаю. — Он помолчал. — И знаешь, что самое странное?

— Что?

— Я всё равно ни о чём не жалею. — Лея подняла взгляд.

— Даже о том, что произошло на станции?

— Особенно об этом. —Он улыбнулся.
— Потому что хотя бы несколько секунд я знал, что ты действительно чувствуешь ко мне. — Лея почувствовала ком в горле.

— Я действительно чувствую.

— Я знаю.

— И это не исчезнет просто потому, что я люблю Элиаса. — Эйден кивнул.

— Именно. — Он взял куртку.

— Людей можно любить по-разному, Лея. — Она посмотрела на него.

— А если я никогда не смогу разобраться?

— Тогда не разбирайся сейчас.

— Но я должна выбрать.

— Нет. — Эйден покачал головой. — Тебе не нужно выбирать между двумя людьми только потому, что мир привык требовать от нас определённости. — Лея долго смотрела на него.

— Ты правда можешь это принять? — Эйден отвёл взгляд.

— Нет. — Она замерла. Он продолжил: — Я не настолько сильный. — На его лице появилась печальная улыбка. — Мне будет больно. Возможно, очень долго. — Лея подошла ближе.

— Тогда почему ты отпускаешь меня? — Эйден посмотрел ей прямо в глаза.

— Потому что если я действительно тебя люблю, я не могу просить тебя отказаться от человека, которого ты любишь ради меня. — Тишина. Лея обняла его. Эйден сначала замер, а потом обнял её в ответ. Крепко. Но недолго. Когда они отстранились, он сказал:
— Только пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Не превращай ожидание Элиаса в причину перестать жить. — Лея задумалась.

— Обещаю.

— Хорошо. — Он открыл дверь. Но прежде чем выйти, остановился. — И если однажды он вернётся... — Лея посмотрела на него.

— Да? — Эйден улыбнулся.

— Не заставляй себя выбирать из-за меня. — Она ничего не сказала. Просто кивнула. Эйден вышел. Лея осталась одна. Она подошла к окну.

Город жил своей обычной жизнью. И где-то за пределами этого мира находился Элиас. Она не знала, жив ли он. Не знала, где он. Не знала, увидит ли его когда-нибудь снова. Но теперь знала другое. Эйден отпустил её. А значит, у неё оставалось только одно незавершённое дело. Найти Элиаса.

Вечером Лея снова пришла на станцию. Она сама не могла объяснить, зачем. После разговора с Эйденом ей казалось, что она должна была остаться дома, попытаться начать жить дальше. Но ноги сами привели её сюда. Станция встретила её тишиной. Никаких Разломов. Никакого серебристого света. Только старые рельсы, холодные стены и часы, которые теперь показывали обычное время.

Лея медленно прошла внутрь. Остановилась возле того самого стекла. Здесь они с Элиасом когда-то стояли по разные стороны. Здесь она впервые поняла, насколько сильно может скучать по человеку, которого почти невозможно коснуться. Она положила ладонь на стекло.

— Я пришла. — Тишина. Лея усмехнулась.
— Глупо разговаривать с пустым стеклом. — Она уже собиралась убрать руку, когда услышала:

— Лея. — Она замерла. Сердце болезненно ударило в груди. Она медленно подняла голову.

— Элиас? — Ответа не было. — Элиас, это ты?
— Тишина. Лея оглянулась. Станция была пуста. — Пожалуйста... — Она снова прикоснулась к стеклу. — Если ты действительно здесь, ответь мне.

Несколько секунд ничего не происходило. А потом на стекле появилась тонкая полоска инея. Она медленно поползла по поверхности. Буква. Затем вторая.

«Да.»

Лея прикрыла рот рукой. Глаза наполнились слезами.

— Где ты? — Новые буквы.

«Я не знаю.»

— Что значит — не знаешь? — Пауза.

«Я не могу увидеть свой мир.»

Лея почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Ты жив? — На этот раз ответ появился почти сразу.

«Да.»

Она закрыла глаза. Несколько секунд просто стояла, пытаясь успокоить дыхание.

— Я думала, что потеряла тебя. — Стекло осталось неподвижным. Потом появилась короткая фраза:

«Я тоже думал, что потерял тебя.»

Слеза скатилась по щеке Леи.

— Почему ты не вернулся? — Ответ появился медленно.

«Я пытался.»

— И?

«Не получилось.»

Лея прижалась лбом к стеклу.

— Тогда я найду способ. — Несколько секунд ничего не происходило. А потом:

«Не ищи меня.»

Она резко подняла голову.

— Что?

«Пока не надо.»

— Почему? — Ответа не было. — Элиас? — Тишина. — Элиас! — Наконец на стекле появились последние слова:

«Если ты действительно меня любишь, ты найдёшь меня снова.»

Лея замерла.

— Что это значит?

Но стекло уже стало обычным. Никаких букв. Никакого инея. Никакого голоса. Только её отражение. Лея медленно убрала руку. Она смотрела на собственное лицо и понимала одну простую вещь: Элиас жив. Но он всё ещё где-то там. И вернуться самостоятельно не может. Она прошептала:

— Я найду тебя.

Где-то далеко, в месте, которого она не могла увидеть, Элиас открыл глаза. Перед ним стояла такая же станция. Но совершенно другая. Он посмотрел на стекло. На нём больше ничего не было. Только одна едва заметная трещина. И Элиас тихо сказал:

— Только не потеряй себя, Лея. — После этого связь исчезла окончательно.

Лея ещё долго стояла перед стеклом. Она не двигалась. Не могла. Слова Элиаса всё ещё звучали в голове.

«Если ты действительно меня любишь, ты найдёшь меня снова.»

Она провела пальцами по холодной поверхности. Ничего. Никакого света. Никакого голоса. Только её собственное отражение.

— Где ты?.. — прошептала она.

Ответа не было. Лея закрыла глаза. Она пыталась представить его лицо. Улыбку. Голос. То, как он смотрел на неё через стекло. Но теперь впервые она почувствовала не только тоску. Она почувствовала надежду. Потому что теперь знала главное. Элиас жив. Где-то далеко от неё. В мире, который она не могла увидеть. В месте, до которого не добраться обычным поездом или самолётом. Но он существовал. И помнил её.

Лея достала из кармана старый жетон. Тот самый, который когда-то привёл их сюда. Она долго смотрела на него.

— Значит, ты всё ещё связан со мной. — Жетон никак не отреагировал. Но Лея уже знала, что это ничего не значит. Она повернулась к выходу. Сделала несколько шагов. И вдруг остановилась. На секунду ей показалось, что за стеклом кто-то стоит. Она резко обернулась. Там был только туман. Но внутри него действительно угадывался силуэт. Мужской. Знакомый.

— Элиас? — Силуэт поднял руку. Лея подошла ближе. Между ними снова было стекло. Как тогда. Только теперь она не боялась. Она подняла ладонь. С другой стороны силуэт сделал то же самое. Их ладони почти соприкоснулись. Но в следующий момент туман рассеялся. Лея осталась одна. Она улыбнулась сквозь слёзы.
— Я найду тебя. — И вышла со станции.

В другом месте Элиас медленно опустил руку. Перед ним была та же станция. Но пустая. Он посмотрел на свои часы.

03:17.

Он тихо усмехнулся.

— Значит, ты всё-таки слышишь меня. — Он сделал шаг вперёд. Но пространство вокруг него дрогнуло. Элиас остановился. Он посмотрел туда, где только что видел Лею.
— Подожди меня.

И впервые за долгое время в его голосе не было страха. Только уверенность.

Лея вышла на улицу. Холодный воздух ударил в лицо. Она посмотрела на ночное небо. Теперь она знала, что делать. Не бросаться в Разлом. Не пытаться открыть дверь любой ценой. Не разрушать свою жизнь ради поиска. Она просто будет жить. И искать. Пока однажды их дороги снова не пересекутся. Потому что Элиас оставил ей не обещание. Он оставил ей надежду.

А где-то далеко, за границей неизвестного мира, он ждал того же. Они снова встретятся. Только никто из них пока не знал — когда.

«Иногда конец оказывается всего лишь паузой. Потому что если человек действительно стал частью твоего сердца — расстояние не способно стереть его след.»