Ледяной контракт

Тгк: inst_linix

Лили сидела на полу в спальне, прижавшись спиной к кровати. Телефон лежал на коленях, на экране горело имя подруги. Она говорила шёпотом, чтобы он не услышал. Хотя он был внизу, в кабинете, и вряд ли мог что-то разобрать. Но она всё равно говорила тихо - привычка прятать свою боль.

- Лили, ну что ты? - голос Ани доносился из динамика, мягкий и обеспокоенный. - Ерунда из-за такого плакать. Ну зачем?

Лили провела рукой по щеке и удивилась - она была мокрой. Она даже не заметила, когда начали течь слёзы. Они текли тихо, беззвучно, просто скатывались по щекам и падали на футболку. Она смотрела в стену и не могла остановиться.

- Знаешь, - прошептала она, голос дрожал. - Мне просто обидно. Обидно, что он со мной не мужчина. Ему всё равно - есть я, нет меня. Я для него как мебель. Как вещь, которая всегда будет на месте. Он не смотрит на меня так, как раньше. Он не говорит мне тех слов. Он даже не злится на меня. Ему просто... всё равно.

- Лили, ты не знаешь этого наверняка, - пыталась успокоить её Аня.

- Знаю, - всхлипнула она. - Я чувствую это. Он может уйти и не сказать, куда. Он может не приходить ночевать и не объяснять почему. Он говорит, что у него другая. Я знаю это. Я видела её фотографию в его телефоне, когда он случайно оставил его на столе. Она красивая. Холодная. Такая же, как он. Идеальная пара.

- Лили, послушай меня, - Аня говорила твёрдо. - Ты не должна плакать из-за мужчины, который не видит, что теряет. Ты - потрясающая. Ты сильная. Ты справишься.

- Я знаю, - Лили вытерла слёзы тыльной стороной ладони. - Но мне всё равно больно. Я не могу просто взять и выключить свои чувства. Я пыталась быть холодной, пыталась быть равнодушной. Но внутри меня всё горит. И я не знаю, как это потушить.

Она замолчала, услышав шаги в коридоре. Сердце замерло. Она прислушалась - шаги стихли. Может, показалось?

- Лили, ты там? - спросила Аня.

- Да, - выдохнула она. - Я просто... я думала, он идёт.

- Он внизу?

- Наверное. Он всегда внизу по вечерам. Он избегает меня. Я для него стала неудобной. Я напоминаю ему о том, что он должен чувствовать, но не хочет.

Лили говорила, и слёзы снова текли по её лицу. Она не сдерживала их - в темноте спальни никто не видел. Она могла позволить себе быть слабой. Хотя бы здесь. Хотя бы сейчас.

- Лили, послушай, - Аня говорила мягко, но настойчиво. - Ты должна решить для себя - ты готова ждать, пока он одумается? Или ты готова уйти и начать новую жизнь?

- Я не знаю, - прошептала Лили. - Я не знаю, что правильно. Я люблю его. Но я не хочу любить того, кто не любит меня в ответ. Я не хочу быть второй. Я не хочу быть той, кого терпят.

- Тогда скажи ему это. Прямо. В глаза.

- Я пыталась. Он не слушает. Он отмахивается. Он говорит, что я всё придумываю.

- Тогда, может, пришло время действовать?

Лили молчала. Она смотрела в темноту и чувствовала, как внутри неё что-то ломается. Что-то, что она так долго пыталась сохранить.

- Я устала, - сказала она тихо. - Я так устала бороться за человека, который не борется за меня.

Она ещё долго говорила с Аней. О своих чувствах, о своей боли, о своих страхах. Она плакала и смеялась сквозь слёзы. Она рассказывала о том, как он изменился, как стал холодным, как исчез из её жизни, оставаясь физически рядом.

Когда разговор закончился, Лили положила телефон на пол, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Она плакала беззвучно, чтобы он не услышал. Чтобы не показать ему свою слабость.

Она не знала, что в коридоре, у самой двери, стоял Григорий. Он поднялся за чем-то, услышал её голос и остановился. Он слышал каждое её слово. Как она говорила, что он не мужчина для неё. Как она плакала. Как она говорила, что он просто не замечает её.

На его лице не дрогнул ни один мускул. Он усмехнулся - коротко, горько. И ничего не сделал. Он просто развернулся и ушёл обратно вниз, в свой кабинет.

Но он запомнил. Он запомнил каждое слово. Каждое всхлипывание. Каждую паузу. Он запомнил, как она сказала: «Ему всё равно - есть я, нет меня».

И где-то глубоко внутри него что-то дрогнуло. То, что он так долго прятал за холодностью и отстранённостью. То, что он сам не хотел признавать.

Он не был равнодушен. Он был напуган. Напуган тем, что она стала для него слишком важной. Напуган тем, что его чувства выходят из-под контроля. И он пытался отдалить её, чтобы защитить себя.

Но когда он услышал её слёзы, когда он услышал её боль - он понял, что проигрывает. Он проигрывает самому себе. Своим страхам. Своей гордости.

Он сел за стол и закрыл глаза. Другая. Да, он встречался с другой. Но она была просто отвлечением. Просто попыткой заглушить то, что он чувствовал к Лили. Попыткой доказать себе, что он не зависит от неё. Что он может быть с кем угодно. Что она - просто контракт.

Но это была ложь. И он знал это.

Другая была просто куклой. Лили была... всем.

Григорий открыл глаза и посмотрел на потолок. Там, наверху, плакала его жена. И он не пошёл к ней. Потому что боялся, что если подойдёт - не сможет уйти. Не сможет быть холодным. Не сможет притворяться.

- Прости, Лили, - прошептал он в пустоту. - Я ещё не готов.

Но он запомнил. Он запомнил всё. И когда-нибудь он вернётся к этому разговору. Когда-нибудь он скажет ей правду.

Но не сегодня.

Сегодня он просто сидел в тишине и слушал, как она плачет наверху. И это была самая тяжёлая ночь в его жизни.

Лили уснула на полу, прислонившись к кровати. Она не слышала, как он поднимался наверх через час, как открыл дверь и увидел её спящую в неудобной позе, с мокрыми дорожками от слёз на щеках.

Он подошёл, осторожно поднял её, как в ту ночь, когда она заснула на диване. Она пробормотала что-то во сне, прижалась к нему. Он понёс её на кровать, укрыл одеялом и долго стоял, глядя на неё.

- Ты небезразлична мне, - прошептал он, касаясь её щеки. - Ты даже не представляешь, как небезразлична.

Он вышел из комнаты, оставляя её спать. Но этой ночью он не сомкнул глаз. Он сидел в своём кабинете и думал о ней. О её словах. О её слезах. О том, что он должен сделать.

И он понял - больше он не может прятаться. Но он не знал, как сказать ей правду.

Он боялся. Впервые в жизни.

Через два месяца

Утром Лили спустилась вниз, всё ещё чувствуя тяжесть в груди. Она не ожидала увидеть его за столом. Он редко завтракал дома. Но сегодня он сидел с чашкой кофе и смотрел в окно. Когда она вошла, он повернулся к ней.

- Сядь, - сказал он тихо.

Лили замерла у входа, но села напротив. Она не хотела скандала с утра пораньше. Она слишком устала.

- Что? - спросила она.

Григорий посмотрел на неё долгим взглядом. Его лицо было серьёзным, почти суровым. Но в глазах не было холода.

- Я выполнил условия контракта, - сказал он.

Лили моргнула.

- Что?

- Твой брат жив, цел, - продолжил он ровно. - Я перевёл ему деньги, он уехал из страны. Он в безопасности. Он больше не в опасности.

- А отец? - голос её дрогнул.

- С твоим отцом всё хорошо.

Лили смотрела на него и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Он сделал это. Он всё сделал.

- Почему ты не сказал раньше? - прошептала она.

- Хотел убедиться, - он пожал плечами. - Я не люблю говорить о том, что не завершено.

Она молчала. Слёзы подступали к глазам. Она хотела сказать ему спасибо. Хотела обнять его. Но в голове стучала одна мысль - контракт выполнен.

- Значит, всё, - сказала она тихо. - Ты сделал всё, что обещал. Я свободна?

Григорий сделал паузу. Его челюсть сжалась. Он смотрел на неё так, будто она ударила его.

- Нет, - ответил он. - Есть ещё одно условие. Ты помнишь?

Лили замерла.

- Мы должны прожить вместе пять лет. Это в контракте, - сказал он. - Я не отпущу тебя до конца срока.

Она смотрела на него, и горечь поднималась из глубины души.

- Ты хочешь, чтобы я осталась, - прошептала она. - После всего, что было? После того, как ты стал холодным? После того, как у тебя появилась другая?

- Это неважно, - сказал он, и его голос был жёстким, почти злым. - Она ничего не значит. Я пытался заглушить то, что чувствую к тебе.

- И что ты чувствуешь? - её голос дрожал.

Он смотрел на неё долго. Так долго, что она почти отвела взгляд.

- Я выполнил все условия, Лили, - сказал он тихо. - Я спас твоего брата. Я помог твоему отцу. Только потому, что обещал тебе. Осталось только пожить вместе. Я не прошу любви. Я не прошу быть со мной по-настоящему. Но я прошу тебя остаться.

Лили встала, подошла к нему и посмотрела сверху вниз.

- Ты дурак, - сказала она. - Самый большой дурак, которого я знаю. Ты боишься признать то, что я чувствую уже давно. Ты нравишься мне. Даже когда ты холодный. Даже когда ты отворачиваешься. Но если ты не хочешь быть мужчиной для меня, то зачем я тебе?

Она развернулась и ушла, оставляя его сидеть за столом с пустой чашкой. Он смотрел ей вслед, и в его глазах была буря.

Он выполнил всё. Он сделал всё, что должен был сделать. Он спас её семью. Но она всё равно хочет уйти.

И он понимал - он потерял её Он потерял её, потому что не сказал правду. Потому что боялся.

Григорий сжал чашку так сильно, что она треснула.

Он был готов сражаться за бизнес, за деньги, за власть. Но он не знал, как сражаться за неё.

Но он знал одно - он будет бороться. Даже если это будет слишком поздно.