Библиотека Хаоса

Повествование от Лилии Вейн

Планирование «Протокола Полной Сборки» заняло у нас три дня. Три дня плотной, почти лихорадочной работы, которая была прекрасна. Айзек составлял списки необходимого оборудования с маниакальной тщательностью: не просто «датчики», а конкретные модели с указанием частотных диапазонов, которые должны были улавливать малейшие изменения в морфогенетическом поле. Он чертил схемы помещения — оно должно было быть достаточно прочным, чтобы выдержать потенциальные физические нагрузки, и полностью изолированным, чтобы сдержать любой всплеск энергии.

Я помогала как могла: подсказывала, какое пространство чувствовалось бы безопасным для «Рыси» (низкие потолки пугали, нужен был доступ к «верху» — деревьям или хотя бы высоким балкам), какие материалы вызывали отторжение (холодный металл — да, тёплое дерево — нет). Мы были идеальным дуэтом: он — инженер, я — потребитель, для которого проектировалось это невероятное устройство под названием «Контролируемое Превращение».

И вот, на четвертый день, он положил перо и обвёл итоговый список взглядом. Его лицо, обычно такое сосредоточенное, стало... озабоченным. Не научной проблемой. Практической.

— Проблема, — объявил он.
— Какая? — я оторвалась от схемы, которую изучала (он пытался объяснить мне принцип работы резонансного стабилизатора).
— 87% необходимого оборудования отсутствует в моих текущих запасах. Особые кристаллы, сплавы, компоненты для усиления барьерных полей. Их нет в Джерико. Их нужно заказывать из специализированных мастерских в других городах. А некоторые... — он сделал паузу, — некоторые можно достать только через контакты, которые у меня ещё остались после... разрыва с матерью. Контакты, с которыми нужно встречаться лично.

Лёд пробежал по моей спине.
— Значит... тебе нужно уехать.
— Да. Расчётное время отсутствия: от семи до десяти дней. Зависит от логистики и скорости реакции контрагентов.

Он сказал это своим обычным, ровным тоном, но я видела, как его пальцы сжали край стола. Он не хотел уезжать. Особенно сейчас. Особенно после того, как мы подошли к самой границе.

— Это... необходимо? — тихо спросила я.
— Вероятность успешного и безопасного проведения процедуры без этого оборудования падает до 23%, — ответил он, глядя прямо на меня. — Риск травмы, неконтролируемой трансформации или привлечения внимания через неэкранированный энергетический выброс возрастает в разы. Это неприемлемо.

Он был прав. Я знала, что он прав. Но мысль о том, чтобы остаться здесь одной, с этим новым, огромным знанием внутри, с «чертежами» полной сборки, которые тихо звали попробовать... это пугало.

— Хорошо, — выдохнула я. — Значит, уезжаешь. Когда?
— Завтра утром. Сегодня я завершу упаковку чертежей и списков. — Он подошёл ко мне. — Протокол на время моего отсутствия обновлён.

Он достал из кармана тонкую папку. Внутри был новый, лаконичный список.

ПРОТОКОЛ «ОЖИДАНИЕ». ВЕРСИЯ 1.0

1. Цель: Сохранение стабильного состояния субъекта Л.В. и предотвращение несанкционированных экспериментов.
2. Запрещено: Любые попытки углублённого контакта с архетипами, медитации с целью вызова «чертежей», посещение Запретного леса в одиночестве.
3. Разрешено: Повседневная рутина (учёба, питание), поверхностные практики дыхания и наблюдения за состоянием (без углубления), контакты с Мортишей Фрамп и Гомесом Аддамсом.
4. Аварийная связь: Трекер активирован. Использовать при любых признаках потери контроля или внешней угрозы.

Он протянул папку. Я взяла её, и наши пальцы встретились.
— Буду соблюдать, — пообещала я. — Как солдат.
— Ты важнее солдата. Ты — уникальный исследовательский актив. И... — он запнулся, проглотил, — и моя... коллега. Береги себя. Пожалуйста.

Это «пожалуйста» прозвучало так несвойственно ему, так по-человечески, что у меня к горлу подкатил комок.
— И ты, — прошептала я. — Возвращайся быстрее. Со всеми твоими шестерёнками и кристаллами.

Он кивнул. Потом, после секундного колебания, обнял меня. Быстро, крепко, по-деловому. Но в этом объятии была вся невысказанная тревога, вся ответственность, которую он на себя взял.
— Через десять дней, максимум, — сказал он мне в волосы. И отпустил.

---

Утро следующего дня было серым и дождливым. Я проводила его до главных ворот, где ждал наёмный экипаж в Джерико. Мортиша стояла рядом со мной, молчаливая и солидарная.
— Не делай глупостей, — сказал Айзек, уже садясь в карету. Он смотрел на меня, и в его глазах не было прощания. Был инструктаж. — Соблюдай протокол. Отслеживай сигналы. Я буду на связи.
— Удачи, Найт! — крикнул Гомес, махая с порога. — Привези мне какой-нибудь диковинный винтик!

Айзек кивнул ему, потом в последний раз взглянул на меня, и дверца захлопнулась. Карета тронулась, её колёса зашлёпали по мокрой земле, и вскоре она скрылась в туманной дымке.

Тишина. Не та, что в лаборатории. Гулкая, пустая.

— Ну что, — сказала Мортиша, кладя руку мне на плечо. — Десять дней. Решила, чем займёшься?
— Соблюдать протокол, — ответила я, всё ещё глядя на пустую дорогу.
— Кроме протокола.

Я обернулась к ней. В её тёмных глазах читалось понимание.
— Буду скучать, — призналась я.
— Это нормально. А теперь идём завтракать. Голод — плохой советчик для соблюдения любых протоколов.

Первый день прошёл на удивление спокойно. Уроки. Столовая с Мортишей (Гомес, как всегда, носился где-то со своим новым проектом — на этот раз он пытался скрестить музыку с ростом грибов). Библиотека. Всё как по расписанию. Но везде чувствовалась его отсутствие. Не как дыра, а как тихий фон — там, где должен был быть звук его шагов, острый взгляд, сканирующий пространство, или его голос, что-то констатирующий.

Вечером мы с Мортишей сидели в нашей комнате. Я пыталась читать, но буквы расплывались.
— Он оставил тебе инструкцию на каждый день? — спросила Мортиша, разбирая свои ядовитые семена.
— Да. «Протокол ожидания». В основном «не делай».
— Мудро. Для тебя сейчас «не делать» — самое сложное. — Она отложила семена. — Знаешь, Гомес в первый год дружбы с ним пытался вести дневник «Наблюдений за Найтом». Потом бросил. Написал: «День 47. Объект продолжает быть гением. Скучно. Зато когда он взрывает что-то — очень не скучно».
Я улыбнулась.
— Он не скучный. Он... сконцентрированный.
— Именно. И сейчас вся его концентрация там, в разъездах. Чтобы привезти тебе то, что нужно. Так что твоя задача — держать фронт здесь. Быть той самой «стабильной системой», пока он монтирует для тебя новый безопасный полигон.

Она была права. Его не было, но его воля, его забота были здесь, в этом протоколе, в трекере на моём запястье, в самой цели, ради которой он уехал. Я не была одна. Я была на дежурстве.

Перед сном я открыла папку с протоколом. Кроме сухих пунктов, на последней странице, аккуратным почерком, было написано:

«P.S. В случае возникновения вопросов, не покрытых протоколом, обращайся к Фрамп. Она обладает высоким коэффициентом практической рациональности. А.Н.»

Я улыбнулась, прижала листок к груди и погасила свет. За окном шумел дождь. Где-то там, на большой дороге, ехал мой гений, чтобы привезти мне ключи от моей же собственной, новой двери.

А мне нужно было просто дождаться. И не нажимать на кнопку до его возвращения. Как бы сильно «Рысь» ни показывала мне свои идеальные, готовые к сборке чертежи в темноте за закрытыми глазами.