Ночная смена.

Кирби вошёл в палату, где царил полумрак. Пациент, прикованный к кровати, с надеждой посмотрел на молодого врача. С потолка непрерывно капала вода.

– Не смотри наверх. — Прошептал агенту интерн.

Морган, чьи инстинкты были обострены до предела, среагировал мгновенно. Он не стал спорить, но его рука, уже лежавшая на рукояти оружия, напряглась. Он прижался спиной к дверному косяку, не сводя глаз с пациента, чьи зрачки расширились до невозможных размеров, отражая в себе нечто, чего не было в комнате.

– Вы хорошо себя чувствуете? — Спросил Кирби, не подовая виду.

Пациент отрицательно помотал головой.

Лужицы на полу постепенно высыхали и на их замену приходили новые, больших размеров.

Интерн приблизился к пациенту. Агент злобно поглядывал на эту картину.

Только выпустившийся врач отвлекал внимание пациента от аномалии, что находилась сверху. Вчера, на прошлой смене, он уже совершил ошибку, посмотрев в множественные глаза живой плоти.

– Не мог ли ты, — Он обратился к коту. — Принеси успокоительное. Оно должно быть у ребят из приёма.

Морган молча вышел из палаты.

Коридор казался бесконечным, стены словно сжимались под тяжестью тишины. Морган шагал быстро, не сводя глаз с темного угла, где, казалось, что-то шевелилось. В голове крутились мысли, что именно скрывается за этим странным явлением? Почему вода не переставала капать, несмотря на отсутствие видимых источников?

Морган вошёл в палату, держа в руке зелёную баночку с успокоительным. Он так же бесшумно отдал её в руки стажёра.

Через пять минут наблюдения пациент уснул под действием препаратов.

Дверь палаты скрипнула. Внутрь вошёл доктор Холл с медсестрой Эвелин. Та зажмурила глаза, отведя взгляд к интерну.

– Ты в порядке? — Спросила медсестра, виляя хвостом при виде знакомого лица.

– Как пациент? — Он держал в руках баночку с каплями для глаз. — Почему не позвали меня?

Кирби сжал зубы, не желая показывать раздражение. Холл не привык передавать полномочия, особенно когда дело касалось аномалий. Но сейчас времени на споры не было.

– Пациент уснул, — коротко ответил он.

Холл кивнул, быстро осмотрел комнату

– Закапаем глаза и всё прекратится. Вышли из палаты и идём работать дальше. — Приказал доктор.

Все переглянулись и молча согласились с ним. Оставшееся время до окончания смены ребята запивали стресс свежим кофе. Секретари уже вместе гадали над кроссвордом.

В небольшое помещение вошла Лилиан. Казалось, её глаз нервно дёргался. Из её уст вырывались слова: "Ещё часик" и "Совсем чуть-чуть". Видимо, ночные смены сильно её выматывают, а неблагодарные посетители усугубляют это положение.

Полумрак ординаторской казался спасительным островком после ярко освещённых палат. Часы на стене показывали 03:17 — время, когда ночь становится самой густой и вязкой.

Дверь тихо скрипнула. Вошла Эвелин, держа в руках две дымящиеся кружки. От них пахло мятой и чем-то сладким.

– Это не больничный чай, — прошептала она, ставя одну из кружек перед Кирби. — Это бабушкин сбор. Мята, мелисса и немного липового цвета. Помогает думать о чём-нибудь кроме работы.

Кирби поднял на неё глаза.

– Спасибо, — искренне сказал Кирби, обхватывая ладонями тёплую керамику. Тепло тут же начало разливаться по замёрзшим пальцам. — Как ты это проносишь?

Эвелин усмехнулась и села в кресло в углу комнаты, подобрав ноги. — Бесценный дар.

Она сделала глоток из своей кружки и прикрыла глаза от удовольствия.

– А ты почему всё ещё здесь? — спросила она, не открывая глаз. — Стажёры обычно сбегают при первой возможности.

– Не могу уйти. После… той палаты. Знаешь, нас учат анатомии, фармакологии, протоколам. Но никто не учит, что делать, когда законы физики отменяются прямо у тебя на глазах. Я смотрю на двери других палат и боюсь зайти. Боюсь, что там будет что-то похуже живой плоти на потолке.

Хвост Эвелин замер. Она открыла глаза, и в полумраке они блеснули жёлтым.

– Палата два, — сказала она тихо. — Да, та ещё гадость.

Эвелин потянулась, выгнув спину так, что хрустнули позвонки. Хвост при этом взметнулся вверх. — Этот мир гораздо сложнее, чем пишут в учебниках. Феи воруют ручки со стола дежурного врача. Домовые живут в вентиляции над столовой и страшно ругаются, если мы вовремя не чистим фильтры. А призрак старого профессора кардиологии до сих пор появляется в библиотеке третьего этажа и сердито листает «Ланцет» за восьмидесятые годы. — Она сама хихикнула от своей столь бессмысленной шутки.

Она кивнула на его кружку.

– Пей. Остынет.

Кирби послушно сделал глоток. Чай действительно был невероятным. Словно в нём растворили кусочек лета, тихого дачного вечера и чувство абсолютной безопасности. Напряжение, скручивавшее внутренности в узел, начало медленно отпускать.

Кирби допивал чай, но ощущение безопасности тут же рассеялось, стоило ему бросить взгляд на дверь. За ней по‑прежнему тянулся бесконечный коридор, и в каждом его изгибе чудилось движение.

Эвелин заметила, как напряглись его плечи, и мягко спросила:
– Думаешь о той палате? О том, что там наверху?

Кирби кивнул, не решаясь произнести вслух. Слова будто застревали в горле, словно боялись привлечь внимание чего‑то, что пряталось в тенях.

– Знаешь, — тихо сказала Эвелин, наклоняясь вперёд, — Морган вообще не должен был туда заходить. Агентов присылают не для этого. Их задача - Вылавливать эту нечисть. А не стоять в полумраке и смотреть, как лужи появляются из ниоткуда.

В этот момент дверь снова скрипнула, и в ординаторскую вошёл Морган.

Он скользнул взглядом по кружке в руках Кирби, потом, не удержавшись, взял её, сделал глоток и тут же скорчил лицо, будто вместо травяного сбора глотнул чистого спирта. Вернув кружку на место, он хмыкнул.

– Это точно не то, чем нас поят на успешных инструктажах.

Эвелин фыркнула и махнула хвостом своим собачьим хвостом. — Зато это то, что не даёт сойти с ума. Попробуй привыкнуть.

Морган чуть приподнял бровь, но спорить не стал. Вместо этого он перевёл взгляд на Кирби, спокойный, внимательный, без прежней жёсткости.

– Ты держишься лучше, чем я ожидал, — неожиданно произнёс он. — После такого многие либо сбегают, либо начинают трястись при каждом скрипе. А ты… ты просто смотришь на дверь и думаешь, что делать дальше?

Кирби неловко потёр плечо, будто пытался стряхнуть с себя это неожиданное одобрение.

– Если я позволю себе испугаться по-настоящему, я не смогу никому помочь. Ни пациенту, ни себе.

Морган кивнул, будто услышал именно то, что хотел.

Эвелин тихо вздохнула и потянулась за пачкой печенья, которую прятала в ящике стола.

– Держи, — она кинула пачку в Моргана. — Это тоже часть терапии. Особенно если заедать стресс.

Тот покосился на упаковку, потом всё-таки взял одну штуку, повертел в пальцах, словно это был какой‑то артефакт.

В дверях снова показалась Лилиан. На этот раз она выглядела чуть бодрее.

Морган откусил кусочек печенья, и на секунду в его глазах мелькнуло что‑то похожее на удивление, он впервые попробовал что‑то по-настоящему человеческое.

– Неплохо, — сдержанно признал он.

Эвелин довольно хмыкнула и откинулась на спинку кресла.

– Рада, что тебе понравилось. У нас тут свои ритуалы выживания. Чай, печенье, кроссворд… и напарник, который не даст тебе шагнуть прямо в пасть аномалии.

Она бросила короткий взгляд на Кирби, потом на Моргана, будто мысленно соединяла между собой две точки, и, чуть улыбнувшись, поднялась.

– Ладно, пойду проверю, не утащили ли пациенты последние шприцы.

С этими словами она выскользнула за дверь. Лилиан ушла проверять запасы, Нейтан тихо шуршал страницами кроссворда, время от времени поправляя очки, а Эвелин исчезла в коридоре, оставив после себя лёгкий запах мяты и ощущение, что всё ненадолго встало на свои места.

Интерн бросил короткий взгляд на Моргана - тот стоял у двери, не садясь, не расслабляясь, в любой момент был готов сорваться с места. Его кошачьи уши чуть подрагивали, улавливая каждый шорох, даже тот, который обычный человек не услышал бы вовсе.

– Ты не обязан стоять там, как часовой, — тихо сказал Кирби, не поднимая глаз. Голос прозвучал чуть хрипло от усталости.

Морган едва заметно наклонил голову, но не сдвинулся с места.

– Обязан, — коротко ответил он, не сводя взгляда с коридора за своей спиной. — Тишина, это тоже сигнал.

Кирби кивнул.

Дверь скрипнула, и в комнату заглянула Эвелин, но тут же замерла, увидев, как напряжённо застыли двое в полумраке.

– Всё в порядке? — спросила она, чуть тише, чем нужно.

– В порядке, — отозвался Морган раньше, чем Кирби успел открыть рот.

Эвелин покосилась на него, потом перевела взгляд на Кирби, словно пытаясь прочесть, что осталось недоговорённым. Она не стала давить. Вместо этого Эвелин подошла, взяла свою кружку, сделав глоток.

– Чай остывает, — сказала она Кирби. — Если хочешь, могу заварить ещё. Или дать что-нибудь покрепче, но безалкогольное. У меня где-то был пакетик с имбирём.

Кирби слабо улыбнулся.

– Спасибо, но… я лучше посижу. Просто посижу.

Она кивнула, не настаивая, и села на край стола.

Морган чуть нахмурился.

Эвелин тихо хмыкнула, но ничего не сказала. Вместо этого она достала из ящика стола ещё одну пачку печенья и кинула её Моргану.

– На всякий случай, — пояснила она, когда тот покосился на упаковку, будто не знал, что с ней делать. — Вдруг пригодится.

Он взял её, повертел в пальцах, потом положил рядом с собой, не открывая.

– Я не ем, когда на дежурстве, — коротко сказал он. — Но спасибо.

Эвелин только пожала плечами, будто это не имело значения.

– Пойдём, Кирби. У нас есть ещё один пациент.

Кирби последовал за ней, следом увязался и агент. Оба секретаря посмотрели им вслед, споря, какое слово скрывается в клеточках кроссворда.

И вот долгожданные семь утра. Первой пыталась уйти Лилиан, жаждя лишь сна.

– Я могу подвезти тебя, стажёр. — Сказал Морган.

– Мой дом на другом конце города. Это не сложно?

– Нет, можно сказать, мне по пути.

Кирби покосился на Моргана, всё ещё не веря, что тот всерьёз предлагает подвезти.

– Правда не сложно? — переспросил он, будто боялся, что это какая-то странная шутка вроде тех, когда лифт увозит тебя на этаж, которого нет в плане здания.

Морган чуть приподнял бровь, будто сам удивился тому, что вообще заговорил.

– Я живу в промзоне у старой ТЭЦ, — спокойно ответил он. — Твой район как раз по дороге.

Кирби слабо усмехнулся.

– После палаты с глазами на потолке поездка с вооружённым котом кажется самым безопасным вариантом.

Эвелин, которая как раз возвращалась из коридора с пачкой каких-то бумаг, замерла на пороге, услышав это, и расхохоталась — тихо, чтобы не разбудить ту часть больницы, которая ещё спала, но искренне.

– Вот это настрой! — фыркнула она. — Запомни его до следующей ночной смены.

Лилиан, уже стоявшая у двери с сумкой на плече, бросила на них усталый взгляд, в котором читалось: «Я слишком устала, чтобы понимать, что тут происходит».

Нейтан, не отрываясь от кроссворда, поднял руку и махнул им, не глядя. "Ему всё равно на вас всех, есть только кроссворд и новый друг и коллега Тони Блер"

– Ладно. Поехали.

Они вышли в предрассветную прохладу. Город ещё не проснулся: фонари горели тускло. Морган кивнул на чёрную машину, припаркованную чуть в стороне, где тени лежали особенно густо.

– Садись, — коротко бросил он, открывая пассажирскую дверь.

Кирби забрался внутрь. Салон пах кофе и чем-то ещё металлическим, холодным, как запах оружейной смазки.

Мотор тихо заурчал, машина плавно тронулась, и больница начала медленно отдаляться в зеркале заднего вида, становясь всё меньше, пока не слилась с серым силуэтом города.

Машина выехала на широкий проспект, и первые лучи солнца, пробившиеся сквозь тучи, скользнули по лобовому стеклу, на мгновение ослепив их обоих.

– Почти приехали, — добавил Морган, чуть снижая скорость.

Кирби кивнул, чувствуя утреннюю свободу. Сейчас ему хватило и этого.

Когда машина остановилась у его подъезда, Кирби помедлил, прежде чем открыть дверь.

– Спасибо, — сказал он, глядя прямо на Моргана.

Морган едва заметно наклонил голову - не кивок, не поклон, просто признание, что он услышал.

На губах Кирби снова мелькнула улыбка.

В квартире было тихо и пусто, но это была хорошая тишина — без скрипов и прочей дикости. Кирби сбросил с себя толстовку, сел на край кровати и на несколько секунд просто посидел, прислушиваясь к себе.

Он только сейчас заметил на своём телефоне мигающий значок пропущенного сообщения. Номер был незнакомый. Он нахмурился, потом всё же нажал на уведомление и увидел короткое сообщение: «в 22:00 новая смена, я заберу тебя."

Сообщение было от Моргана.

Кирби замер, глядя на экран:

"Пора менять номер".

Он отложил телефон, лёг на кровать и закрыл глаза. Сон накатывал тяжёлой, тёплой волной.