ПОДМЕНА СУДЬБЫ

От лица Дженни

Утро в Цитадели Белого Волка было холодным и серым, как сталь клинка перед боем. Солнце еще не взошло, но небо на востоке уже окрасилось в цвет свернувшейся крови.

Я стояла у окна, глядя в пропасть, над которой нависал замок. Ветер выл, ударяясь о каменные стены, словно требуя жертву.

Тэхен уже не спал. Он сидел на полу в центре комнаты, скрестив ноги, и медитировал. Его меч, черный цзянь, лежал перед ним на коленях. Глаза были закрыты, дыхание — ровное и глубокое. Он казался статуей, вырезанной из нефрита, спокойной и непоколебимой. Но я знала, что внутри него бушует шторм.

Я подошла к нему и опустилась на колени рядом.

— Пора, — тихо сказала я.

Тэхен открыл глаза. В них не было страха. Только ледяная решимость.

— Пора, — повторил он.

Он встал, одним текучим движением подхватив меч. Сегодня на нем не было доспехов. Только легкая куртка из черного шелка и плотные штаны, заправленные в мягкие сапоги. Доспехи на Столбе Ветров — это смерть. Лишний вес, который утянет вниз.

— Я иду с тобой, — сказала я, подавая ему пояс.

— Конечно, — он позволил мне затянуть узел на его талии. — Ты — мой секундант. Моя удача.

Он наклонился и поцеловал меня. Быстро, жестко, без лишних нежностей. Поцелуй воина перед битвой.

— Помни о том, что я сказал вчера, — шепнул он мне на ухо. — Если я упаду... уходи. Не смотри вниз. Просто уходи.

— Ты не упадешь, — я сжала его руку. — Ты умеешь летать. Я видела.

Мы вышли из покоев.

В коридоре нас уже ждали. Намджун, А-Бин, Бай и Железный Кулак. Они молча поклонились. Намджун выглядел мрачнее тучи, его глаза были скрыты в тени капюшона, но я чувствовала исходящую от него тревогу.

— Чемпион Мужуна — это "Каменный Бык", — коротко сказал Намджун, когда мы шли по коридорам цитадели. — Огромный, тупой, но сильный как гора. Он не чувствует боли. Его кожа тверже дубовой коры. Не пытайся пробить его в лоб, Тэхен. Используй скорость.

— Я знаю, брат, — кивнул Тэхен. — Я не собираюсь бодаться с быком. Я собираюсь стать матадором.

Площадка для поединка находилась на самой вершине скалы, за пределами стен цитадели.

Это было жуткое место.

От основного плато в бездну уходил узкий каменный мост, который вел к одинокой колонне — "Столбу Ветров". Вершина колонны была плоской, круглой площадкой диаметром не больше пяти шагов. Вокруг — только пустота и ветер, который здесь, на высоте, ревел, как раненый зверь.

Падение оттуда означало долгий полет и верную смерть на острых камнях внизу, где бурлила река.

На краю плато собралась вся знать Запада. Воины в шкурах, старейшины, шаманы с бубнами. В центре, на выносном троне, сидел Князь Мужун Фэн, закутанный в шубу из снежного барса.

— А вот и жених! — пророкотал он, увидев нас. — Я уж думал, ты передумал и сбежал.

— Ким не бегут, — ответил Тэхен, подходя к краю.

На мост вышел Чемпион.

Я сглотнула. Намджун не преувеличивал. Это был гигант. На две головы выше Тэхена, шириной с крепостную стену. Он был обнажен по пояс, несмотря на мороз, и его тело представляло собой гору бугрящихся мышц, покрытых шрамами и татуировками. В руках он держал два огромных молота на цепях.

— Это Туг, — представил его Мужун. — Мой лучший костолом. Он сбросил с этого столба двадцать человек. Ты будешь двадцать первым.

Туг ударил молотами друг о друга. Звон металла эхом разнесся по горам. Он зарычал, глядя на Тэхена маленькими, налитыми кровью глазками.

— Правила просты, — объявил шаман. — Двое заходят на Столб. Один уходит. Оружие любое. Магия запрещена. Бой начинается по удару гонга.

Тэхен повернулся ко мне.

— Жди меня здесь.

Он ступил на мост. Ветер рванул его одежду, пытаясь сбросить, но он шел легко, балансируя, как танцор.

Туг уже ждал его на площадке, занимая собой почти половину свободного места.

Тэхен встал напротив. Он казался таким маленьким и хрупким рядом с этой горой мяса.

Гонг ударил.

⸻

От лица Тэхена

Ветер здесь был не просто сильным. Он был осязаемым. Он толкал в спину, бил в лицо, пытаясь сбить с ног.

Я стоял на краю бездны, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь.

Туг не стал ждать. Он зарычал и раскрутил правый молот. Оружие, весившее, наверное, пудов пять, свистнуло в воздухе.

— Умри, блоха! — рявкнул гигант и нанес удар.

Молот опустился туда, где я стоял мгновение назад. Камень треснул, крошка брызнула во все стороны.

Я ушел в сторону, используя технику «Скользящего Листа». Ветер, который мешал другим, мне помогал. Я позволял ему нести себя.

Я оказался сбоку от Туга и нанес быстрый колющий удар в его бок.

Дзынь!

Мой меч отскочил, словно ударился о гранит.

— Что за черт? — пробормотал я, отскакивая назад.

Кожа гиганта была не просто твердой. Она была покрыта какой-то мазью, делающей её скользкой и прочной, как чешуя. Или это была его природная особенность? «Железная Рубашка», доведенная до абсолюта?

Туг рассмеялся.

— Щекотно!

Он махнул вторым молотом, горизонтально, пытаясь снести мне голову.

Я пригнулся. Молот прошел в волоске от макушки. Ветер от удара едва не опрокинул меня.

Места было катастрофически мало. Пять шагов. Некуда отступать. Негде маневрировать.

Туг начал теснить меня к краю. Он работал молотами, как мельница лопастями, не давая мне приблизиться. Удар, удар, удар. Я только и успевал, что уклоняться и парировать скользящими блоками, отводя силу его ударов в сторону.

— Прыгай, блоха! — орал он. — Прыгай сам, или я сделаю из тебя лепешку!

Я отступал. Моя пятка уже нависала над пропастью. Камешки срывались вниз.

В толпе зрителей на плато послышались крики. Я мельком увидел бледное лицо Дженни. Она сжимала руки у груди.

Не смотри, любимая. Сейчас будет грязно.

Туг решил, что победа у него в кармане. Он поднял оба молота для сокрушительного удара сверху, который должен был вбить меня в камень или сбросить вниз вместе с осколками площадки.

Это была его ошибка.

Он открылся.

В тот момент, когда его руки пошли вверх, я перестал сопротивляться ветру. Я позволил порыву толкнуть меня... вперед.

Я не стал уклоняться. Я нырнул прямо к нему, в его «мертвую зону», почти касаясь грудью его потного живота.

Мой меч, бесполезный против его «железной кожи» при обычных ударах, теперь был направлен не в мышцы.

Есть места, которые нельзя закалить. Глаза. Горло. И... сухожилия.

Я упал на одно колено и с разворота, вкладывая всю силу ци в клинок, рубанул его по ногам. Сзади, под колени.

Там, где кожа натягивается. Там, где проходят жилы.

Хруст. Фонтан крови.

Туг взвыл. Его ноги подогнулись. Огромная туша рухнула на колени, прямо передо мной.

Молоты выпали из его ослабевших рук, один из них покатился и с грохотом упал в пропасть.

Я вскочил, оказавшись за его спиной.

Туг пытался встать, но перерубленные сухожилия не держали вес его тела. Он стоял на коленях, рыча от боли и ярости.

Я приставил меч к его толстой шее, прямо под затылок.

— Сдавайся, — крикнул я сквозь вой ветра.

— Никогда! — прохрипел он. — Сбрось меня! Убей!

Он дернулся назад, пытаясь ударить меня затылком.

Глупец.

Я отступил в сторону.

Туг, потеряв равновесие от резкого движения, завалился на спину. На скользкий от его же крови камень.

Его тело по инерции скользнуло к краю.

— Нет! — он попытался зацепиться руками за камень, но пальцы соскальзывали.

Его ноги повисли над бездной, потом таз.

Он посмотрел на меня, в его глазах был животный ужас.

Я мог бы подать ему руку. Намджун подал бы. Герой подал бы.

Но я не герой. Я — глава клана, которому нужна армия, а этот человек хотел убить меня и забрать мою жену.

Я посмотрел на него холодно.

— Счастливого полета, — сказал я.

И толкнул его ногой в плечо. Туг сорвался. Его крик был долгим, затихающим, пока не оборвался где-то в тумане внизу.

Я остался один на Столбе Ветров.

Я поднял меч вверх, салютуя небу.

— Ким! — закричал я.

На плато воцарилась тишина, а потом взорвались крики. Воины Запада приветствовали победителя. Они уважали силу и им было плевать на благородство.

Я пошел обратно по мосту. Ноги дрожали, но я заставлял себя идти твердо.

Дженни ждала меня у начала моста. Как только я ступил на твердую землю, она бросилась мне на шею, наплевав на приличия и взгляды варваров.

— Живой, — шептала она, целуя мое лицо. — Живой...

— Я обещал, — я обнял её, чувствуя, как уходит напряжение. — Теперь у нас есть армия, волчица.

Князь Мужун Фэн спустился с трона. Он подошел ко мне и хлопнул по плечу так, что у меня чуть не вылетели зубы.

— Хороший бой! — прогремел он. — Грязно, подло, эффективно! Ты мне нравишься, парень! Ты стоишь своего брата.

Он повернулся к своим людям.

— Слушайте меня, волки Запада! Этот человек доказал, что он достоин вести вас в бой! Клан Ким — наши братья! Завтра мы выступаем на столицу! Мы сожжем гнездо предателей и вернем честь Империи!

— Ура!!! — рев тысячи глоток сотряс горы.

Мужун повернулся ко мне.

— Мои тумены готовы. Десять тысяч всадников. Но помни, Тэхен: они идут за добычей и славой. Если ты приведешь их к поражению, они сожрут тебя.

— Я приведу их к победе, — ответил я. — И к самой богатой добыче в их жизни — казне Министра Налогов.

Глаза старика загорелись алчностью.

— Договорились.

⸻

Вечер того же дня. Военный совет

Мы собрались в шатре Князя. На столе была разложена огромная карта Империи.

— Ситуация такая, — начал Намджун. Он стоял у карты, опираясь на стол кулаками. Тьма в нем притихла, но я видел, как пульсирует жилка у него на виске. — Принц стягивает войска к столице. Он знает, что мы живы. Он знает, что мы идем. Он закроет город.

— Стены Чанъаня высоки, — заметил Мужун, грызя баранью ногу. — Моя конница бесполезна при осаде. Мы будем топтаться под стенами месяц, пока к ним не подойдут подкрепления с юга.

— Мы не будем осаждать, — сказала Дженни.

Все посмотрели на неё. Она стояла рядом со мной, в своей простой одежде, но держалась с достоинством Императрицы.

— У нас есть ключ, — продолжила она. — Список и доказательства предательства. Но чтобы они сработали, нам нужно доставить их не Императору, а народу.

— Народу? — удивился Бай. — Черни плевать на бумажки.

— Не плевать, если эти бумажки объяснят, почему их сыновья гибнут на Севере, а цены на рис растут, — возразила она. — Мы должны распространить правду. Везде. В каждой деревне, в каждом городе по пути к столице. Мы должны поднять восстание. Когда мы подойдем к стенам Чанъаня, город должен уже кипеть изнутри.

— Пропаганда, — усмехнулся я. — Мне нравится. Мои люди из «Лотоса» могут это сделать. Мы распечатаем список. Мы напишем песни о предательстве Принца и геройстве Генерала.

— Песни? — Намджун поморщился. — Я не герой песен.

— Теперь ты легенда, брат, — сказал я. — Воскресший Генерал. Демон Мщения. Люди любят такие истории.

Мужун хохотнул.

— Умная баба. Если мы поднимем крестьян, Принцу придется распылять силы на подавление бунтов.

— Но главное, — добавила Дженни, — мы должны проникнуть во дворец. Во время хаоса. И убить Принца. Пока он жив, война не закончится.

— Во дворец... — задумчиво протянул Намджун. — Есть один путь. Тот самый, через который вы бежали.

— Он завален, — покачала головой Дженни. — И охраняется.

— Есть другой, — вдруг сказал Бай. — «Путь Небесного Спокойствия». Тайный ход для Императора на случай эвакуации. О нем знают только Командиры Гвардии.

— И ты знаешь? — спросил я.

— Я знаю, где вход. За пределами города, в старом мавзолее династии Цинь. Он ведет прямо в тронный зал.

В шатре повисла тишина.

— Это наш шанс, — сказал Намджун. — Мы отвлечем армию у стен, а ударный отряд пройдет под землей.

— Я пойду, — вызвался я.

— Нет, — отрезал Намджун. — Ты поведешь армию. Ты — лицо восстания. Ты и Мужун. А я... я поведу отряд в туннель.

— Ты? — я посмотрел на брата. — В твоем состоянии?

— Именно в моем состоянии, — его глаза сверкнули красным. — В узких коридорах моя сила пригодится. Со мной пойдут Бай и лучшие из «Волчьей Стаи».

— И я, — сказала Дженни.

— Нет! — воскликнули мы с Намджуном одновременно.

— Я беременна, а не больна! — отрезала она. — И я знаю дворец лучше вас всех. Я знаю, где покои Принца, где он может спрятаться. Без меня вы будете блуждать по коридорам, пока вас не переловят.

Я схватил её за руку.

— Дженни, это слишком опасно.

— Тэхен, — она посмотрела мне в глаза. — Мы начали это вместе. Мы закончим это вместе. Я не останусь в обозе ждать вестей.

Я смотрел на неё и понимал: я не смогу её остановить. Она упрямее тысячи мулов.

— Хорошо, — сдался я. — Но А-Бин и Железный Кулак пойдут с тобой. Если с твоей головы упадет волос, я их казню. И тебя отшлепаю.

Она улыбнулась.

— Договорились.

Намджун ударил кулаком по столу.

— Решено. Выступаем на рассвете. Мужун, готовь своих волков. Мы идем охотиться на Дракона.

* * *
Утро следующего дня
Земля дрожала.
Десять тысяч всадников выстроились в долине. Лес пик и знамен. Молчаливая, грозная сила.
Я сидел на коне, одетый в доспехи, которые дал мне Мужун — черная сталь с серебряной отделкой. Рядом со мной — Князь Запада.
Позади, в крытой повозке, ехала Дженни.
Я поднял меч.
— На столицу! — крикнул я.
— СМЕРТЬ ПРЕДАТЕЛЯМ! — ответила долина эхом десяти тысяч голосов.
Лавина двинулась, но на этот раз это была лавина не из снега, а из стали и ярости.
Мы шли домой. Не просить милости, а брать свое.