LOST IN HEESEUNG (The truth untold)

Мне дико не понравился этот момент.

«Какой неблагодарный нахал!» – подумала я и решила догнать его. Но как только я добежала до ворот школы, прозвенел звонок. Парень зашёл внутрь и скрылся за толпой учеников, выходивших на перемену. Ну и ладно. Чего я ждала от того, кто просто позволял себя избивать?

Мне нужно было пойти к директору, пока не кончилась перемена, – решать проблему с историчкой. Постучавшись и спросив разрешения, я зашла. Директор попросил меня подождать, а сам вышел. Через несколько минут он вернулся, а следом в кабинет вошла наша учительница и бросила на меня хмурый, осуждающий взгляд.

– Ну что ж, я слушаю версии каждого, – вопросительно посмотрел на меня директор.

(Чтобы не возиться с текстом, буду обозначать диалог инициалами: С - Сьюзи, И - учительница истории, Д - директор.)

С: Я, пожалуй, уступлю взрослым. Расскажите, за что вы меня выгнали? – повернувшись к учительнице, сказала я.

Она недовольно фыркнула и начала говорить.

И: Я выгнала её за поведение. Она меня не слушала, вечно летает в облаках, а когда я задаю вопрос по теме, она такая: «А? Что? Повторите, я не расслышала». И ещё перечит мне.

Д: И что ты на это скажешь, ученица Ким?

С: Если честно, насчёт облаков – это правда.

И: Ну вот, я же говорила!

С: Но я летала в облаках, потому что не знала, чем ещё заняться. Моя учительница опять обсуждала каких-то людей из вашего города – меня такая «история» совершенно не интересует, поэтому я решила не слушать. Вроде у нас была тема про Вторую мировую войну, но на уроке я не услышала ни слова о войне. Это, конечно, хорошо – меньше слов о войне, но история есть история.

И: Как ты смеешь врать? Сочинять тебя мать научила?

С: Извините, но на семьи не переходите! – Как она посмела упомянуть мою мать в этом споре? Это было низко. Я ненавижу, когда трогают мою семью – и неважно, кто это делает.

Д: Так, хватит! – решил вмешаться директор, увидев, как я разозлилась. – Я вас вызвал не для того, чтобы спорить, а чтобы разобраться и решить проблему.

И: Вы меня извините, но я не смогу допускать её к занятиям, пока не придут её родители.

Д: Стоит ли позвать твоих родителей в очередной раз, ученица Ким?

С: Вы можете позвонить и пригласить их, если считаете, что это решит проблему. Но мне кажется, что моя учительница не хочет соглашаться с правдой – она переходит на личности, пытается унизить меня и вмешивает в это мою мать.

И: Воспитанием занимается мать!

С: Ну и что? Это не повод вмешивать её в наш спор!

Д: Хватит! Мне не нужны лишние проблемы, остановитесь. Ученица Ким, ты будешь присутствовать на всех уроках, как и остальные. Но тебя не будут опрашивать и ставить оценки, однако у учительницы будет специальная тетрадь – я дам ей. Она будет записывать туда всё лишнее, что ты сделала за урок. Так что даже если тебя не выгонят и не спросят, не относись к этому несерьёзно – всё твоё поведение будет учитываться. И ещё: в конце каждой четверти ты будешь приходить ко мне, и я опрошу тебя по пройденным темам, а затем выставлю оценку. Надеюсь, и вы, госпожа И, поняли меня. Я дам вам тетрадь. Каждый ученик имеет право находиться в классе во время урока, и выгонять их не стоит. Вы меня поняли?

С: Да, поняла.

И: Да, так и сделаю.

Д: Хорошо. Теперь вы свободны. Можете идти.

Мы вышли из кабинета. В коридоре моя учительница сказала мне, что мало мне не покажется, и зашла в учительскую. А я направилась в класс.

Как только я зашла, ко мне подбежала подружка и начала рассказывать, как наша историчка говорила про меня плохие слова. Я рассказала ей о разговоре в кабинете директора. Тут прозвенел звонок на очередной скучный урок. Мы сели по местам, ожидая учителя по геометрии. Геометрию я очень не люблю. Вообще, кроме биологии, географии и физкультуры, мне ничего и не нравилось. Остальные были либо скучными, либо нелюбимыми. Физику с информатикой я воспринимала нормально – хотя и там было много зубрёжки и формул, – но мне нравились задачи по физике, и я разбиралась в компьютерно-вычислительных машинах.

После урока я направилась в кафе вместе с подругой. У нас оставался ещё один урок, и нужно было что-то съесть до окончания занятий. В кафе было много посетителей, свободных мест не осталось, поэтому мы решили взять по круассану и кофе и вернуться в класс. Мне опять предстояло сидеть на скучном уроке, да ещё с учительницей, которая меня не выносит. И тем более после сегодняшней ссоры с историчкой я должна была вытерпеть и её дочь.

Урок обществознания.

– Здравствуйте! – сказала высокая, угрюмая женщина с каре и села за парту. Ухх, думала я, сейчас в меня влетит сотня «хороших» слов. Не успела я даже достать книгу, как она назвала моё имя.
– Сьюзи Ким?
– Да? Что случилось?
– Не «что случилось», а перекличка!
– Ну так… – хотела сказать, что перекличку делают по списку, а я почти в конце, но вспомнила: сейчас не нужно давать ей повод для скандала. Поэтому сказала «извините» и молча села. Она, видимо, ждала от меня каких-то упрёков – судя по её лицу, она даже подготовила для меня целую речь. Но я решила её переиграть. После неловкой паузы она добавила:
– Во время урока не отвлекайся и не нужно лезть в сумку.

Она опять ждала, что я начну оправдываться, скажу, что доставала книгу. Но я просто ответила: «Хорошо, извините». В таком случае у неё не осталось ко мне вопросов.

Далее она сказала, что будет спрашивать тех, у кого нет оценок. Опрашила нескольких, но когда очередь дошла до меня, я попросилась выйти. Она словно получила шанс придраться – резко ответила:

– Что? Хочешь сбежать и не ответить тему?
– Нет, просто хотела пойти в уборную. Могу ли я пойти после того, как отвечу?
– Зависит от того, ответишь ты или нет.
– Хорошо, можно я выйду?
– Я же сказала – нет! – грубо и громко произнесла она.
– К доске.
– Что?
– Я спрашиваю, можно ли выйти к доске? – В этот момент она поняла, что ошиблась, куда я просилась, и неловко кивнула. Я вышла к доске, рассказала тему. Она начала задавать вопросы, и – к её удивлению – даже на вопросы из прошлых тем я ответила быстро и чётко. У неё не оставалось выбора, и она сказала мне сесть. Я попросилась выйти, и она разрешила. Как только я дошла до двери, я спросила, какую оценку мне поставили. Она недовольно ответила: «Пять». И я с лёгкой ухмылкой вышла из класса.

На улице я направилась к лавочке. Меня сразу заметила наша завуч – женщина лет пятидесяти, строгая, хмурая и очень надоедливая. Когда она видела учеников, гуляющих по двору во время урока, у неё волосы вставали дыбом, и она начинала орать. Потом спрашивала, что этот ученик делает на улице. Максимум – в туалет, и всё. Сидеть на скамейках, вертеться на турниках и всё остальное, по её словам, было нарушением школьного режима, и за это наказывали. И вот она увидела, что я иду в сторону лавочки, и сразу заорала. Мне пришлось побежать в сторону туалета. Но она пошла за мной. Я поняла, что она зайдёт и туда, начнёт задавать вопросы и, как в прошлый раз, звонить родителям и лить яд в уши. Поэтому я решила зайти в мужской туалет. Да, ступанула слегка.

Как только я переступила порог, в нос ударил запах сигарет. Прямо у входа стоял высокий парень с дымящейся сигаретой в руке. Увидев меня, он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я мгновенно зажала ему рот ладонью.

– Тихо, сюда идёт завуч!

Эта женщина оказалась слишком упёртой - она решила заглянуть и в мужской туалет. Услышав её шаги, я схватила парня за руку, мы заскочили в одну кабинку и закрыли дверь.

Парень вёл себя на удивление послушно. Места для двоих в этой кабинке было катастрофически мало - между нами не осталось зазора даже в миллиметр. Он дышал мне в волосы, потому что был слишком высоким. А я всё ещё держала его за руку, даже забыв об этом... Всё моё внимание было приковано к завучу, которая нагло зашла в мужской туалет.