«Ложь, любовь, ненависть»!

POV Джесса:

Прошло два дня. Наказание отца оказалось удушающим — охрана на въезде удвоилась. Напряжение в доме можно было резать ножом, и сегодня вечером оно достигло своего пика за семейным ужином. Мы сидели за огромным обеденным столом. Чейз остался в своей комнате — он соврал, что не голоден, но на самом деле просто не хотел лишний раз провоцировать отца своим избитым видом. Атмосфера была ледяной. Майкл Валкер медленно отрезал кусок стейка, а затем, даже не глядя на нас, сухо произнес:

— Скоро придет время, и я выберу женихов для вас. Для тебя Эйвери, и для Джессы. Это нужно для укрепления синдиката.

Я замерла. Вилка со звоном выпала из моих пальцев, ударившись о фарфоровую тарелку. Внутри меня всё перевернулось от подступившей тошноты и дикой обиды. Запертая в четырех стенах, лишенная учебы и будущего, а теперь.. меня хотят продать как вещь?

— Ты не имеешь права решать за нас! — мой голос прозвучал громче, чем я планировала.

Я резко поднялась со стула, тяжело дыша и глядя прямо в голубые глаза отца.

— Мы не твоя собственность и не товар для твоих мафиозных сделок!

Лицо отца мгновенно исказилось от бешеной ярости. Он вскочил с места, опрокинув стул.

— Заткнись, девчонка! — взревел он.

В два шага он преодолел расстояние между нами. Воздух со свистом рассекла его тяжелая ладонь — первая пощечина прилетела мне в щеку с такой силой, что в ушах зазвенело, а изо рта вырвался глухой стон.

— Дядя, пожалуйста, остановитесь! — в слезах закричала Эйвери, пытаясь схватить его за руку.

— Майкл прекрати! — бабушка Лан попыталась встать между нами, закрывая меня собой и ударяя тростью по полу.

Но отец полностью потерял контроль. Он грубо оттолкнул Эйвери и проигнорировал мать, нанеся мне еще несколько пощечин, от которых я едва удержалась на ногах.

— Отец! Хватит, пожалуйста! — в столовую пулей влетел Чейз.

Чейз с рыком бросился вперед, намертво перехватил руки отца и с силой оттащил его от меня, закрывая своей широкой спиной.

— Хватит! Не трогай её!

Я больше не могла это выносить. Слезы застилали глаза, щеки горели от жгучей боли, а сердце разрывалось на части. Развернувшись, я бросилась вон из столовой. Я проигнорировала крики Чейза, вылетела через черный ход особняка и побежала прочь, в темноту ночных улиц. Охрана даже не успела среагировать.

Я бежала долго. Сначала со всех ног задыхаясь от рыданий, пока легкие не начало обжигать от сырого, холодного воздуха. На мне был черный топ, широкие спортивные штаны и черная зипка. Из-за слез я почти не видела дороги, сворачивая в самые глухие и темные переулки на окраине района. Когда силы окончательно покинули меня я споткнулась и тяжело рухнула на колени прямо на грязный, холодный асфальт. Я сидела посреди пустой, мрачной улицы под светом тусклого фонаря. Слезы просто градом катились по моим горящим щекам, смывая соленую влагу. Лицо невыносимо горело. Вдруг я почувствовала странную, металлическую теплоту на губах. Из-за жестоких пощечин отца у меня из носа и разбитой губы тонкой струйкой потекла алая кровь, пачкая подбородок. Кое-как, превозмогая слабость во всем теле, я еле поднялась на ноги. Пошатываясь, я засунула руку в карман зипки, нащупала там тканевый платок и достала его. Приподняв голову вверх чтобы остановить кровотечение, я с силой прижала платок к носу тяжело и прерывисто дыша сквозь ткань.

— Ого, глянь, какая тёлка тут ошивается. Да еще и подбитая, — раздался из темноты мерзкий, прокуренный хохот.

Я опустила голову. Из темноты переулка прямо ко мне вышли двое парней сомнительного вида. Они оглядели меня похотливыми взглядами, оценивая мой беззащитный вид, явно посчитав легкой добычей, которую можно безнаказанно обидеть. Один из них, нагло ухмыляясь шагнул ближе и потянулся грязными пальцами к замку моей зипки. Я среагировала быстрее, чем они успели сообразить. Резко уклонившись от его руки, я со всей силы зарядила первому подонку точным, сильным ударом ноги прямо между ног. Он со стоном согнулся пополам, хватаясь за то место, и я тут же добавила ему кулаком прямо в челюсть. Второй парень в полном шоке двинулся на меня, но я увернулась от его неуклюжего захвата и с размаху разбила ему лицо мощным и чётким ударом в нос. После, также добавила между ног. Оба мерзавца теперь валялись на асфальте. Я убрала испачканный платок от своего носа, посмотрела на них сверху вниз со всем презрением, на которое была способна, уверенно показала обоим средние пальцы и выплюнула:

— Пошли на хр**

Развернувшись, я медленно пошла обратно в сторону дома, всё еще тихо всхлипывая от пережитого потрясения.

POV: Ноа

Мой тонированный BMW стоял в глубокой тени раскидистых деревьев, прямо на границе между нашей территорией и районом «Black Web». Мы с Люком и Маркусом сидели внутри, лениво наблюдая за ночными улицами. Причина нашего нахождения здесь была проста — после стычки с Чейзом Валкером я приказал парням прочесать периметр. Нам нужно было убедиться, что люди Майкла Валкера не готовят ответный удар и не стягивают силы к нашим границам. Я откинулся на кожаное сиденье, вертя в пальцах ключи от машины, как вдруг Маркус резко подался вперед, вглядываясь в лобовое стекло.

— Ноа, смотри, — тихо сказал он, кивнув в сторону темного переулка. — Это же девчонка Валкера. Джесса.

Я мгновенно надел очки и замер. Из темноты, задыхаясь от рыданий, бежала Джесса. Она бежала так, словно за ней гнались все демоны ада.

— Похоже, у Валкеров дома скандалы, — хмуро заметил Люк, не сводя с неё глаз. — Смотри на её лицо. Кажется, она пытается остановить кровь.

Внутри меня всё напряглось. Через лобовое стекло я отчетливо видел, как под тусклым светом фонаря Джесса споткнулась и тяжело рухнула на колени прямо на холодный асфальт. Она сидела посреди пустой, мрачной улицы, и слезы катились по её щекам. На её губах и подбородке поблескивала алая кровь. Очевидно, её ударили. Отец. Эта мысль отозвалась во мне глухой, яростной вспышкой. Пошатываясь, она еле поднялась на ноги, достала из кармана платок и, гордо приподняв голову вверх, прижала его к носу, пытаясь унять кровь.

— Ноа, там двое ублюдков из местных банд, — Маркус указал на две тени, которые выросли перел девушкой.

Парни оглядели её сальными взглядами, и один из них потянулся к замку её зипке.

— Уроды, — процедил я сквозь зубы.

Моя рука сама собой легла на ручку двери. Я уже собирался выйти из машины, чтобы лично переломать этим мерзавцам кости и забрать Джессу, но Люк резко перехватил мое плечо.

— Стой. Подожди, Ноа. Смотри.

Я остановился, затаив дыхание. Джесса не закричала и не побежала. Вся её слабость в одно мгновение испарились. Резко уклонившись от руки уличного подонка, она со всей силы зарядила ему точным ударом ноги прямо между ног. Парень взвыл, сгибаясь пополам, а она тут же добавила ему кулаком прямо в челюсть. Второй бросился на неё, но Джесса увернулась и с размаху разбила ему лицо мощным, профессионально поставленным ударом в нос. Маркус в салоне машины восхищенно присвистнул:

— Обалдеть... Да она чертовка. Она их уделала за пару секунд.

Моя улыбка мгновенно исчезла, уступая место ледяной, первобытной ярости. Я снова перевел взгляд на двоих подонков, которые со стонами принялись подняться с грязного асфальта. Моя рука до хруста сжала руль. Они посмели прикоснуться к ней. Посмели потянуться своими грязными лапами к её зипке. Ни один ублюдок в этом городе не имеет права насиловать женщин.

— Люк, Маркус, — процедил я сквозь зубы и мой голос прозвучал как смертный приговор. — Выйдите и добейте этих тварей. Избейте их так, чтобы они не могли пошевелиться.

— С удовольствием, Ноа, — хищно оскалился Люк.

Парни синхронно выскочили из машины на ходу доставая кастеты. Из переулка тут же раздались новые, полные ужаса вопли и хруст ломающихся костей. Джесса давно скрылась за поворотом, так ничего и не заметив, а Люк с Маркусом быстро закончили свою работу, оставив двоих подонков лежать неподвижными окровавленными тушами на асфальте. Я медленно открыл дверь машины и вышел наружу. Ночной прохладный ветер растрепал мои волосы, в свете тусклого фонаря блеснули стекла моих очков. Вальяжной, бесшумной походкой, я подошел к переулку. Люк и Маркус уважительно отступили назад, освобождая мне дорогу. Я остановился над хрипящими ублюдками, равнодушно глядя на них сверху вниз. Не говоря ни слова, я залез во внутренний карман пиджака и достал свой складной нож. Сухой, резкий щелчок лезвия разрезал ночную тишину. Поправив очки свободной рукой, я присел перед ними на корточки. Не дрогнув ни единым мускулом на лице, я сделал два быстрых, точных и глубоких движения, перерезав обоим горло. Из ран толчками хлынула темная кровь, мгновенно растекаясь пс асфальту. Они даже пикнуть не успели. Вытерев лезвие о куртку одного из мертвецов, я поднялся во весь рост и убрал нож обратно. На моем лице снова появилась привычная, ухмылка. Я посмотрел на Маркуса и Люка. Мой голос вибрировал от непоколебимой решимости:

— Избавтесь от них. И ещё, план меняется. Мы не ждем её дня рождения. Маркус, завтра найди момент, когла она снова попытается сбежать из дома на свою тренировку. Мы похитим её. Этот адский дом не для неё. Я заберу её из этой клетки, и она будет принадлежать мне.