Вспоминай меня | Турбо

Когда мы всей четвёркой - я, Турбо, Вахид и Саша - наконец переступили порог нашей квартиры, силы окончательно оставили меня. Колени подкашивались, а от пережитого ужаса в голове шумело.

Вахид и Саша сразу ушли на кухню - ставить чайник и давать нам время перевести дух.

Турбо осторожно завёл меня в мою комнату, посадил на кровать и принёс из ванной аптечку. Намочив ватку перекисью, он опустился передо мной на корточки. Его обычно сильные, грубые, сбитые в драках пальцы сейчас касались моих запястий - там, где остались синие следы от капронового шнура, - с невероятной, непривычной нежностью.

- Больно? - тихо спросил он, поднимая на меня тёмные глаза.

- Терпимо, - выдохнула я, рассматривая его растрёпанную кудрявую макушку. - Ты как сам? Голова не болит после арматуры?

- Заживёт до свадьбы, - хмыкнул он, но в его голосе не было привычной издёвки.

Он аккуратно обработал ссадины, отложил вату и, не вставая с колен, положил свои горячие ладони мне на талию. Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

- Я когда увидел, как тебя в ту «Волгу» запихивают... - Турбо замолчал, сглотнув тяжёлый комок. Голос его на мгновение дрогнул. - У меня внутри всё выгорело, Рин. Я думал, если с тобой что-то случится - я эту Казань вместе с Ростовом с землёй сравняю.

- Валера... - прошептала я, касаясь его щеки.

Он наклонился ближе. Помещение заполнил его родной запах - морозный воздух, сигаретный дым и лёгкий оттенок парфюма. Турбо накрыл мои губы своими - сначала осторожно, словно спрашивая разрешения, а затем горячо, с той самой накопившейся жаждой и нежностью, которую он так долго скрывал за колючими шутками.

Это был мой первый настоящий поцелуй. Сердце в груди забилось как сумасшедшее. Я запустила пальцы в его кудрявые волосы, притягивая ближе, и в этот момент поняла: пока он рядом, мне больше ничего не страшно.

Пока в комнате Регины происходил тот самый трогательный момент и первый поцелуй с Турбо, на кухне у Вахида и Саши кипела своя, не менее интересная жизнь!

После всех этих поездок в Ростов, разборок с Китом, Кощеем и Мотей они оба были выжаты как лимон, но при этом чувствовали огромное облегчение.

Пока за закрытой дверью комнаты была звенящая тишина, на кухне вовсю шипел старый советский чайник.

Вахид сидел за столом в одной майке, тяжело опираясь локтями о клеёнку. Его костяшки пальцев были сбиты в мясо после драки с людьми Моти. Он молча смотрел в одну точку, пытаясь перевести дух и до конца осознать, что сестра наконец-то дома и в безопасности.

Саша вальяжно расположилась на подоконнике, поджав одну ногу под себя. Она уже успела приоткрыть форточку и с наслаждением затягивалась сигаретой, пуская дым на морозный улично-дворовый воздух.

- Слышь, ростовская, - не поворачивая головы, глухо пробурчал Вахид, - ты мне весь потолок закоптишь. У нас на кухне не курят вообще-то.

- Ой, да ладно тебе, Зима, не бубни, - усмехнулась Саша, стряхивая пепел в пустую консервную банку. - Мы с твоей сестрой только что из подвала вылезли, имею право стресс снять.Лучше вон давай, руки свои сюда тяни: зашивать тебя, конечно, не буду, но перекисью залью.

Вахид хмыкнул, но руку протянул. Саша слезла с подоконника, достала из ванной пузырёк перекиси и вату и бесцеремонно села напротив него.

Она начала жёстко, но умело прижимать вату к его сбитым кулакам. Вахид даже глазом не моргнул, хотя шипело знатно.

- А ты боевая, - тихо сказал Вахид, разглядывая её: растрёпанная, с разодранным локтем, но с гордо поднятой головой. - Другая девка на твоём месте уже давно бы в слезах домой к мамочке уехала. А ты к Барону сама припёрлась. Права качать.

- Я своих не бросаю, - отрезала Саша, но на секунду её голос потеплел. - Ринка мне как сестра. Да и ты... нормальным братом оказался. Хоть и лысый.

Вахид чуть не поперхнулся:

- Чего?! Ты кого лысым назвала, сумасшедшая?

- Тебя, Вахид, тебя, - рассмеялась Саша, дуя на его обработанные костяшки. - Ладно, не агрись. Почти красивый.

В этот момент из комнаты Регины не доносилось ни звука. Саша перевела взгляд на закрытую дверь, ухмыльнулась своей фирменной наглой улыбкой и тихо сказала:

- Похоже, твоя молявка с кудрявым там окончательно затихли. Как думаешь, он её там мирит или они уже целуются?

Вахид моментально нахмурился, в нём снова включился строгий брат:

- Если Валера себе хоть что-то лишнее позволит - я ему вторую половину челюсти сломаю.

- Да ладно тебе, Зима, не занудствуй! - Саша пихнула его локтем в плечо. - Видел бы ты, как Валера за ней рвался. Он же за неё готов был этого Мотича своими руками на кусочки порвать. Он от неё без ума, а ты всё бубнишь.

Вахид вздохнул, взял готовую кружку горячего чая и тихо пробормотал:

- Да знаю я... Лишь бы счастливая была. Столько ада перенесла.

- Будет счастливая, - уверенно сказала Саша, снова садясь на подоконник. - Мы с тобой за этим проследим. Если Валера накосячит - ты его в качалке отфигачишь, а я ему в суп мышь подкину. Ростовский сервис, так сказать.

Вахид впервые за эти бешеные дни искренне и громко хохотнул, глядя на эту неуправляемую ростовскую девчонку.

----------

На следующее утро мне пришлось вернуться в реальность. Отец звонил накануне и напомнил: никаких отговорок, с сегодняшнего дня - школа.

Я попыталась замазать тоналкой остатки фингала и ссадины. Но, увы, у меня её не осталось. За мной заскочил Марат. Узнав про всё, что произошло в Ростове и про Кощея, Марат был в полном шоке, но держался молодцом.

- Ну что, Зималединова, готова покорять 10 «В»? - ухмыльнулся он, идя рядом со мной по заснеженному школьному двору.

- Заткнись, Суворов, я спать хочу, - проворчала я, кутаясь в шарф.

В школе мы сразу же устроились за последней партой. И, естественно, спокойно сидеть не смогли. На уроке истории Марат начал кидаться в меня записками с нарисованными «акулятами», а я в ответ забросила его пенал за шкаф. Учительница - та самая полная женщина, которая гоняла Марата в прошлый раз, - не выдержала:

- Суворов! Зималединова! Вы откусили уши здравому смыслу?! Вон из класса! К директору!

Выскочив в коридор, мы с Маратом переглянулись и заржали на всю школу, так и не дойдя до кабинета директора. Мы прождали следующий урок в раздевалке. Следующим уроком снова была история. Сначала мы сидели молча, но Марат не был бы самим собой, если бы не начал болтать как базарная баба:

- Слышь, Зималединова, - Марат подпирает щёку кулаком и щурится. - А чё у тебя лицо такое довольное? Тебе Турбо за отмытые кроссовки амнистию выписал, или вы теперь мутите?

- Суворов, тебя к доске давно не вызывали? - я пихаю его локтем в бок, скрывая смущение. - Учи историю, акулёнок.

- Да я ж вижу! Он вчера в качалке ходил как шёлковый. Вы чё, реально поцеловались? Еба-а-ать, - Марат начинает ржать, закрывая рот ладонью. - Турбо влюбился! Всё, район официально спасён.

- Завали, Марат! - я краснею и бросаю в него ластик.

Марат не был в Ростове и пропустил самый жёсткий замес, поэтому ему дико интересно знать подробности.

- Рин, а если серьёзно... - Марат становится чуть серьёзнее, переписывая что-то из тетради. - Вы реально Кощея убрали? Я до сих пор в шоке. Кощей же столько лет старшим был...

- Не «мы», а Вахид с Валеркой. По приказу Барона, - тихо отвечаю я, тяжело вздыхая. - Главное, что Кит больше не приедет. Всё кончилось, Марат.

- Ну вы и отбитые, конечно. Поехать в другой город, отжать тетрадь у Кита... Тебе надо не в 10 «В» учиться, а в разведку идти.

Скорчив ему рожицу, я отвернулась.

- Слушай, а твоя Саша... она вообще адекватная? - спрашивает Марат, разглядывая нарисованную в тетради лягушку. Никак не может угомониться. - Она на меня у подъезда так посмотрела, будто я ей денег должен. И с Зимой дерзит! Зиме! Он у нас на районе авторитет, а она его «лысым» называет.

- Саша - ростовская, Маратик. У них там закалка другая. Но если ты к ней лезть не будешь - она тебя не тронет. Наверное.

- Да я ей сам наваляю, если чё! - храбрится Марат.

- Ага, видела я, как ты от неё отпрыгнул, когда она сигаретой в тебя задымила.

Чтобы отвлечься от проблем, мы вспоминаем глупые истории из детства.

- Ты, кстати, всё такая же вредная, как в садике, - Марат толкает меня плечом. - Помнишь, как ты меня заусеницами пугала и манную кашу мне в сапог налила?

- Ты первый у меня игрушечную машинку отобрал, акулёнок! Я просто восстановила справедливость.

- Ага, справедливость... Ты и Турбо сейчас так же пилишь, да? Бедный Валера, за что ему всё это...

Учительница видит наше шушуканье:

- Суворов! Зималединова! Вы на уроке истории или на базаре?! О чём вы там беспрестанно шепчетесь?

- Да мы о великих исторических событиях, Любовь Ивановна! - бодро рапортует Марат, вставая с места. - Обсуждаем победу над... э-э-э... шведами!

- За дверь оба! К директору!

Марат хватает портфель, хватает меня за рукав:

- Погнали, лягушка, на воле свежий воздух!

Вместо директора мы сбежали со сменкой с последних уроков и пошли в сторону моего подъезда.

----------

Возле подъезда нас уже ждали Саша и Вахид. Саша стояла, опираясь о перила, и вальяжно курила.

- О, школота припёрлась, - хмыкнула Саша, пуская дым в сторону Марата. - Чего такие довольные? Опять из класса выгнали?

Марат сузил глаза, разглядывая ростовскую подругу.

- Слышь, ростовская, ты чё тут дымишь? Тебе кто разрешал на нашем районе выпендриваться? - огрызнулся Марат, делая шаг к ней.

- А ты мне запрети, акулёнок, - нагло улыбнулась Саша, сделав затяжку и выпустив дым ему прямо в лицо.

Это стало последней каплей. Марат взвился:

- Ты кого акулёнком назвала, швабра ростовская?!

Он рванулся к ней, а Саша, недолго думая, сбросила сигарету и встала в стойку, готовая въехать ему в челюсть.Они едва не сцепились прямо у подъезда!

- Воу-воу! Хорош! - Вахид быстро схватил Марата за куртку, оттаскивая назад, а я встала между ними, упираясь ладонями в грудь Саши.

- Суворов, успокойся, она тебе башку проломит! - хохотнула я.

- Я ей сам сейчас наваляю! - орал Марат, но уже улыбаясь.

И в этот самый момент со стороны арки раздался громкий, уверенный голос:

- Это что за цирк на моём районе?

Все мгновенно умолкли и повернулись.

У арки стоял парень в армейской форме, с тяжёлым армейским баулом через плечо. Крепкий, с суровым, но родным взглядом, выправкой и коротким ёжиком волос.

Вова Адидас вернулся со службы.

- Вовка! - ахнул Вахид и первым бросился к нему. Парни крепко обнялись, хлопая друг друга по спинам.

Следом подошёл Турбо, выходивший из-за угла. Увидев Адидаса, он просветлел в лице. Они обменялись крепким пацанским рукопожатием.

- Ну здорово, пацаны, - улыбнулся Адидас, оглядывая двор. - Слышал я по дороге... Кощея больше нет? Вы тут, я смотрю, времени даром не теряли.

- Тут такое было, Вов... - вздохнул Вахид. - Зайти надо, поговорить.

Поднявшись в квартиру, Зима и Турбо начали свой рассказ, а девочки слиняли гулять с Маратом.

----------

Уже через час Адидас, Вахид и Турбо сидели в кабинете съёмного дома Барона. Вова, как истинный старший и лидер, должен был лично закрыть вопрос с вором в законе.

Барон сидел за столом, помешивая чай, и с интересом разглядывал вернувшегося из армии Адидаса.

- Вова Адидас... Наслышан, - негромко пробасил Барон. - Хороших пацанов вырастил. Слово держат. Кощея убрали, Казань под мной, порядок наведён.

Адидас спокойно сидел напротив, скрестив руки на груди. В его взгляде не было страха - только уважение к старому законнику и чёткое понимание пацанских правил.

- Иван Сергеевич, - ровно проговорил Адидас. - Пацаны мне всё рассказали. Вы девчонку защитили, Кита с Мотей списали - за это вам уважение от всей нашей «Универсамовской» системы. Доля ваша будет выплачиваться в срок, как и договаривались. Но район держим мы.

Барон чуть прищурился, а затем удовлетворённо кивнул:

- Правильно мыслишь, Адидас. Доля моя, район ваш. Главное - чтобы беспредельщиков вроде Кита больше на улицах не было.

Они пожали друг другу руки, запечатав новый порядок в Казани.

Выйдя на морозный воздух, Турбо закурил. Все проблемы остались позади. Впереди была новая жизнь, в которой Регина и Турбо наконец-то будут вместе... или ему кажется.

----------

«Ребята, как вам такой расклад? Это, если что, ещё не конец - у меня на неё ещё очень много планов!»