Озвучивание не поддерживается в этом браузере
16
Оставшуюся часть вечера они провели на кухне.
Марина заварила свежий чай.
Достала печенье, которое привезла с собой.
И разговор как-то сам собой стал лёгким.
Она вспоминала бабушку Лиды.
Рассказывала смешные истории, которые случались с ними много лет назад.
— Помню, твоя бабушка однажды решила испечь пирог.
Марина засмеялась.
— Только соль с сахаром перепутала.
Лида тихо рассмеялась.
— Не может быть.
— Ещё как может.
Она потом сама смеялась над этим целый вечер.
Лида улыбалась, слушая каждую историю.
Ей было больно вспоминать бабушку.
Но впервые эти воспоминания приносили не только слёзы.
Вместе с ними приходило тепло.
Будто бабушка всё ещё была где-то рядом.
Адель почти не участвовала в разговоре.
Она сидела рядом, пила кофе и просто слушала.
Иногда удивлялась тому, сколько всего мама знала о Лиде.
Иногда ловила себя на мысли, что ей самой интересно слушать эти истории.
Марина вдруг посмотрела на Лиду.
— Ты очень похожа на бабушку.
Не внешне.
Характером.
Такая же добрая.
Лида смущённо улыбнулась.
— Не знаю...
—я знаю .
Уверенно ответила Марина.
— Она всегда думала сначала о других.
Как и ты.
Адель молча перевела взгляд на Лиду.
Она вспомнила, как та купила подарки девочкам, почти не оставив денег себе.
И ничего не сказала.
Потому что Марина была права.
Часы показывали уже почти уже два часа ночи.
Марина посмотрела на время и всплеснула руками.
— Господи...
Да мы же вас совсем заболтали.
Лида тоже посмотрела на часы.
— Уже так поздно?..
Она даже не заметила, как пролетело время.
Марина улыбнулась.
— Сегодня я останусь у вас.
С утра всё равно нужно будет ещё кое-куда заехать.
Адель кивнула.
— Комната готова.
— Спасибо, доченька.
Лида поднялась из-за стола.
Усталость вдруг навалилась сразу.
После колледжа.
После работы.
После долгого вечера.
Ноги буквально гудели.
Она негромко сказала:
— Спокойной ночи.
Марина сразу подошла к ней.
Легонько обняла.
— Спокойной ночи, Лидочка.
Хорошенько выспись.
— Постараюсь.
Лида улыбнулась.
Потом посмотрела на Адель.
— Спокойной ночи.
— Спокойной.
Ответила та.
Лида медленно поднялась на второй этаж.
Закрыла за собой дверь комнаты.
Переоделась в пижаму.
Распустила волосы, которые весь день были собраны.
И почти без сил опустилась на кровать.
Телефон тихо завибрировал.
Сообщение от Маринки.
«Ты уже дома? ❤️»
Лида улыбнулась.
Быстро ответила:
«Да. Всё хорошо. Спокойной ночи, мои хорошие.»
Через секунду пришёл ответ.
«Любим тебя, ведьма. ❤️»
Лида тихонько рассмеялась.
— И я вас...
Прошептала она.
Положила телефон на тумбочку.
Накрылась одеялом.
Закрыла глаза.
Утро началось как обычно.
Лида тихо позавтракала и ушла в колледж.
Адель ещё спала.
В колледже она сразу встретилась с Машей.
— Привет!
Маша улыбнулась и села рядом.
— Привет.
Лида тоже улыбнулась.
За последние дни Маша стала единственным человеком в группе, с которым Лиде было действительно спокойно.
Они вместе ходили на пары, сидели за одной партой и обсуждали задания.
После второй пары преподаватель попросил студентов заполнить небольшие анкеты.
Адрес.
Контактный номер.
И информацию о месте проживания.
Лида на секунду замерла.
Она не любила такие вопросы.
Но всё равно честно написала.
Через несколько минут преподаватель собрал листы.
Когда он вышел из аудитории, одна из девушек, сидевшая впереди, случайно заметила анкету Лиды, которая осталась лежать на столе.
— О...
Протянула она.
— Детский дом?
Рядом сидевший парень усмехнулся.
— Серьёзно?
Несколько человек сразу обернулись.
Лида почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Ну теперь понятно...
Сказала другая девушка с лёгкой усмешкой.
— Почему она такая тихая.
— Ага.
Поддержал кто-то с последних парт.
— Я сразу говорил, что она какая-то странная.
— А зелёные глаза вообще жуткие.
— Ведьма...
Тихо, но так, чтобы она услышала.
По аудитории пробежали смешки.
Лида опустила взгляд.
Она крепче сжала ручку.
Маша сразу нахмурилась.
— Вам заняться нечем?
Та самая девушка пожала плечами.
— Да мы просто разговариваем.
— Нет.
Спокойно ответила Маша.
— Вы издеваетесь.
Парень усмехнулся.
— Да ладно.
Чего она обиделась?
— Просто интересно.
Каково это...
Жить без родителей?
Кто-то тихо прыснул от смеха.
Другой добавил:
— Наверное, тяжело потом среди нормальных людей.
Лида почувствовала, как пальцы начинают дрожать.
Она молчала.
Потому что знала...
Если сейчас заговорит — расплачется.
— Да и вообще...
Продолжила девушка.
— Детдомовские обычно проблемные.
Их же не просто так родители бросают.
В аудитории снова послышались смешки.
Маша резко поднялась со своего места.
— Следи за языком.
Её голос прозвучал неожиданно жёстко.
Все притихли.
— Ты вообще знаешь, о чём говоришь?
Девушка закатила глаза.
— Ой, защитница нашлась.
— Представь себе.
Маша посмотрела прямо на неё.
— Не все становятся сиротами потому, что их кто-то бросил.
Иногда родители умирают.
Иногда происходят вещи, о которых ты даже не задумывалась.
В аудитории стало совсем тихо.
Лида осторожно коснулась Машиной руки.
— Маш...
Тихо сказала она.
— Не надо.
Маша посмотрела на неё.
Лида слабо покачала головой.
Она не хотела скандала.
Не хотела, чтобы из-за неё кто-то ссорился.
В этот момент в аудиторию вошёл преподаватель.
Разговор сразу прекратился.
Все быстро расселись по местам.
Но Лида уже почти не слышала, о чём говорили на паре.
Она смотрела в тетрадь.
И снова чувствовала себя той самой шестнадцатилетней девочкой, которую в детском доме называли ведьмой.
Только теперь прозвище сменилось.
Теперь для некоторых она была просто...
«Детдомовская».
После занятий Лида почти не разговаривала.
Даже Маша заметила, что что-то не так.
— Лид...
Она осторожно коснулась её плеча.
— Не слушай их, хорошо?
Лида через силу улыбнулась.
— Всё нормально.
Но они обе понимали, что это неправда.
На работе Лида, как всегда, встречала гостей с вежливой улыбкой.
Принимала заказы.
Разносила блюда.
Убирала столики.
Только улыбка сегодня была какой-то пустой.
Коллега несколько раз спросила:
— Ты себя хорошо чувствуешь?
— Да.
Тихо отвечала Лида.
— Просто устала.
Но усталость была не в ногах.
Она была где-то глубоко внутри.
Каждый раз, когда выдавалась свободная минута, Лида снова слышала в голове чужие слова.
«Детдомовская...»
«Среди нормальных людей тебе будет тяжело...»
«Их же не просто так родители бросают...»
Она закрывала глаза.
Делала глубокий вдох.
И продолжала работать.
Никто из посетителей не должен был видеть её слёз.
Домой она вернулась почти в полночь.
Во дворе уже стояла машина Адель.
Значит, она дома.
Лида тихо открыла дверь.
Разулась.
Поставила сумку возле лестницы.
В доме горел мягкий свет.
Где-то в глубине слышался негромкий шум телевизора.
Наверное, Адель была в гостиной.
Лида не хотела никого видеть.
Не хотела разговаривать.
Она быстро поднялась по лестнице.
Стараясь идти как можно тише.
Но как только оказалась возле своей комнаты...
Поняла, что больше не может.
Слёзы сами покатились по щекам.
Она быстро вытерла их ладонью.
Нет.
Не здесь.
Не сейчас.
Лида открыла дверь ванной комнаты.
Закрылась изнутри.
Подошла к раковине.
Включила холодную воду.
Несколько раз умыла лицо.
Подняла голову.
Перед ней было зеркало.
Из него на неё смотрела девушка с ярко-зелёными глазами.
Глаза были красными.
Уставшими.
Под ними залегли тёмные круги.
Лида долго смотрела на своё отражение.
Потом тихо прошептала:
— Ведьма...
Губы дрогнули.
Она вспомнила сегодняшний день.
Усмешки.
Взгляды.
Слова.
«Среди обычных людей тебе будет тяжело.»
— Я же ничего вам не сделала...
Её голос сорвался.
— Почему?..
По щекам снова покатились слёзы.
Она медленно сползла по стене вниз.
Села на холодный кафельный пол.
Подтянула колени к груди.
И больше не смогла сдерживаться.
Лида разрыдалась.
Громко.
Так, что стало трудно дышать.
— Никто...
Всхлипывала она.
— Никто не понимает...
Она закрыла лицо руками.
— Никто не понимает, какого это...
Когда у тебя нет родителей...
Когда больше некому сказать: «Я дома».
Когда никто не ждёт.
Когда каждый праздник напоминает о том, кого уже никогда не будет рядом.
Она вспомнила своих родителей.
Не такими, какими они стали в последние годы.
А такими, какими они были ещё до алкоголя.
Смутные воспоминания.
Мамина улыбка.
Папины сильные руки.
А потом...
Всё исчезло.
И осталась только бабушка.
Единственный человек, который любил её без условий.
А потом не стало и её.
Лида судорожно вдохнула.
— А потом...
Детский дом...
Она крепче обняла себя за плечи.
— Они думают...
Что это просто слово...
«Детдомовская»...
Она горько заплакала.
— А они не знают, как страшно каждый день ждать...
Что за тобой никто не придёт.
Как больно смотреть, когда других детей забирают домой.
Как страшно понимать, что тебе уже почти восемнадцать...
И ты никому не нужен...
Её голос сорвался окончательно.
Она опустила голову на колени и продолжала плакать.
Адель сидела в гостиной с ноутбуком.
Работать сегодня совсем не получалось.
Мысли постоянно куда-то уходили.
Вдруг со второго этажа донёсся тихий звук.
Сначала она не обратила внимания.
Но через несколько секунд снова услышала.
Всхлип.
Потом ещё один.
Адель подняла голову.
Она сразу поняла.
Это плакала Лида.
Она быстро встала и поднялась наверх.
Подошла к ванной комнате.
Дёрнула за ручку.
Дверь не открылась.
— Закрыто...
Тихо сказала она сама себе.
Несколько секунд постояла.
Потом быстро пошла в свою комнату.
Достала связку запасных ключей.
Вернулась обратно.
Аккуратно вставила ключ в замок.
Щёлк.
Дверь медленно открылась.
То, что она увидела, заставило её сердце болезненно сжаться.
Лида сидела на полу, прислонившись спиной к стене.
Колени были подтянуты к груди.
Руки бессильно лежали на них.
Лицо было заплаканным.
Глаза покраснели так сильно, будто она плакала очень долго.
Она даже не вытирала слёзы.
Они просто текли по щекам одна за другой.
А сама Лида смотрела в одну точку.
Совершенно без сил.
Будто внутри уже ничего не осталось.
— Лидочка...
Тихо произнесла Адель.
В её голосе впервые прозвучало настоящее беспокойство.
Она сразу опустилась рядом с ней на пол.
— Что случилось?
Лида медленно повернула голову.
Посмотрела на неё.
И словно только сейчас поняла, что рядом кто-то есть.
Губы дрогнули.
— Адель...
Её голос был хриплым от слёз.
— Почему...
Она судорожно вдохнула.
— Почему у меня такая жизнь?
По щекам снова потекли слёзы.
— Почему у меня не как у всех?..
Она закрыла глаза.
— Почему именно так?..
Каждое слово давалось ей с трудом.
— Я устала...
Прошептала она.
— Я так устала держать всё в себе...
Лида заплакала ещё сильнее.
— Я не могу...
Не могу без родителей...
Не могу без бабушки...
Мне их так не хватает...
Она закрыла лицо ладонями.
Плечи дрожали.
Адель молчала.
Не перебивала.
Она внимательно слушала каждое слово.
И с каждой фразой понимала, сколько боли эта девушка носила внутри всё это время.
Когда Лида немного затихла, Адель осторожно убрала с её лица прядь волос.
Большим пальцем очень бережно вытерла слезу со щеки.
— Лида...
Тихо сказала она.
Девушка подняла на неё опухшие глаза.
— Солнце моё...
От этих слов Лида замерла.
Никто уже очень давно не называл её так тепло.
— Ты не виновата во всём этом.
Спокойно продолжила Адель.
— Ни в том, что произошло с родителями.
— Ни в том, что не стало бабушки.
— Ни в том, что тебе пришлось пройти через детский дом.
Она осторожно взяла Лиду за холодные руки.
— Иногда жизнь бывает несправедливой.
И это очень больно.
Но это не значит, что ты заслужила эту боль.
Лида тихо всхлипнула.
Адель крепче сжала её ладони.
— Ты справишься.
Не потому что обязана.
А потому что ты уже столько выдержала.
Она смотрела Лиде прямо в глаза.
— И самое главное...
Ты больше не одна.
Слышишь меня?
Лида молча смотрела на неё.
Слёзы продолжали течь.
Но теперь в её взгляде появилась надежда.
Адель осторожно прижала девушку к себе.
Лида больше не сопротивлялась.
Она уткнулась лицом ей в плечо.
— Я буду рядом.
Тихо сказала Адель, поглаживая её по волосам.
— Не обещаю, что всегда найду правильные слова.
Не обещаю, что никогда не ошибусь.
Но я обещаю одно.
Я не уйду.
Адель ещё несколько секунд сидела рядом с Лидой на полу.
Потом осторожно погладила её по волосам.
— Давай поднимайся.
Тихо сказала она.
— Пойдём.
Лида ничего не ответила.
Только медленно подняла на неё заплаканные глаза.
— Умоешься.
Переоденешься.
И будем кушать.
Лида слабо кивнула.
Адель продолжила уже мягче:
— Мама перед тем, как уехать, приготовила борщ.
Сказала, что ты его очень любила в детстве.
Уголки губ Лиды едва заметно дрогнули.
Через силу.
Но всё же это была улыбка.
— Правда?..
— Правда.
Она помогла Лиде подняться на ноги.
Девушка всё ещё была слабой после долгих слёз.
Адель на секунду придержала её за локоть.
— Иди.
Я пока разогрею.
Лида молча кивнула.
Она ещё раз умыла лицо.
Посмотрела на себя в зеркало.
Глаза всё ещё были красными.
Но дышать стало немного легче.
Пока Лида переодевалась в комнате, Адель спустилась на кухню.
Достала кастрюлю с борщом.
Разогрела его.
Поставила на стол тарелку.
Нарезала свежий хлеб.
Положила рядом ложку.
И стала ждать.
Через несколько минут послышались тихие шаги.
Лида спустилась вниз.
Она уже была в домашней одежде.
Волосы собраны в небрежный хвост.
Но лицо всё ещё выдавало, сколько она плакала.
Глаза опухли.
Щёки оставались красными.
Она неловко остановилась возле стола.
Адель посмотрела на неё.
Сердце неприятно кольнуло.
Ещё час назад эта девочка просто не выдержала.
— Садись.
Спокойно сказала она.
— Кушай.
Лида молча села.
Взяла ложку.
Попробовала первую ложку борща.
Замерла.
На несколько секунд закрыла глаза.
А потом совсем тихо прошептала:
— Прямо как в детстве...
Голос снова дрогнул.
Перед глазами сразу возникла бабушка.
Маленькая кухня.
Запотевшие окна зимой.
Тарелка горячего борща.
И тёплый голос:
«Ешь, Лидочка. Пока горячий.»
Лида улыбнулась сквозь слёзы.
Адель смотрела на неё несколько секунд.
Потом медленно подошла.
Встала позади её стула.
Осторожно наклонилась.
Нежно обняла Лиду за плечи со спины.
Лида даже перестала есть.
Она почувствовала, как тёплые ладони Адель бережно коснулись её головы с двух сторон.
Будто боялись причинить боль.
И через мгновение Адель очень мягко поцеловала её в макушку.
Совсем коротко.
По-домашнему.
По-родному.
Лида замерла.
Она не ожидала этого.
Совсем.
По щекам снова тихо покатились слёзы.
Но теперь это были уже не слёзы отчаяния.
Она осторожно накрыла ладонью руку Адель.
И тихо сказала:
— Спасибо...
Адель слегка улыбнулась.
— Ешь.
После ужина они ещё долго сидели на кухне.
Лида уже доела борщ и теперь медленно крутила кружку с тёплым чаем в руках.
На душе всё ещё было тяжело.
Но рядом с Адель почему-то становилось спокойнее.
Они молчали.
И это молчание совсем не было неловким.
За окном тихо шелестели деревья.
Изредка по дороге проезжали машины.
Дом снова наполнился привычной тишиной.
Адель поднялась первой.
Собрала со стола тарелки.
Лида тут же встала.
— Я помою.
— Не нужно.
Спокойно ответила Адель.
— Почему?
— Потому что сегодня ты ничего делать не будешь.
Лида удивлённо посмотрела на неё.
— Но...
— Лид.
Адель повернулась.
— Иногда можно позволить кому-то позаботиться о тебе.
Лида опустила глаза.
Этим словам ей было сложнее всего поверить.
Всю жизнь она привыкла рассчитывать только на себя.
— Хорошо...
Тихо сказала она.
Адель кивнула и принялась мыть посуду.
Лида ещё несколько минут сидела за столом.
Потом неожиданно подошла.
Взяла кухонное полотенце.
Не спрашивая, стала вытирать уже чистые тарелки.
Адель искоса посмотрела на неё.
— Я же сказала отдыхать.
— А я и отдыхаю.
Лида едва заметно улыбнулась.
— Просто рядом.
На губах Адель появилась короткая улыбка.
— Упрямая.
— Есть немного.
Они закончили вместе.
Совсем быстро.
Когда кухня снова стала идеально чистой, Лида тихо зевнула.
Она сама этого не заметила.
Адель усмехнулась.
— Всё.
Марш спать.
Лида смущённо улыбнулась.
— Есть, командир.
— Именно.
Лида уже дошла до лестницы, когда услышала голос Адель.
— Лид.
Она обернулась.
— Да?
Адель несколько секунд молчала.
Будто не могла подобрать слова.
Потом спокойно сказала:
— Если тебе опять станет тяжело...
Если захочется плакать...
Не запирайся одна.
Приходи ко мне.
Хорошо?
Лида почувствовала, как снова защипало глаза.
Она только кивнула.
— Хорошо.
— Договорились?
— Договорились.
На этот раз Лида улыбнулась по-настоящему.
Небольшой, но искренней улыбкой.
Поднялась на второй этаж.
Закрыла за собой дверь комнаты.
Переоделась.
Легла под одеяло.
Сегодня она не думала о словах одногруппников.
Не вспоминала детский дом.
Не считала, сколько лет ей пришлось прожить без семьи.
Перед глазами стоял совсем другой момент.
Тёплые ладони Адель.
Поцелуй в макушку.
И её слова:
«Пока ты в этом доме... ты больше никогда не будешь одна.»
Лида прижала край одеяла к подбородку.
И впервые за долгое время перед сном не плакала.
За стеной послышались шаги.
Наверное, Адель тоже собиралась ложиться.
Через несколько секунд свет под дверью погас.
Лида долго лежала с закрытыми глазами.
В комнате было темно.
Только тонкая полоска лунного света падала на пол через неплотно задвинутые шторы.
Она перевернулась на другой бок.
Потом ещё раз.
Сон так и не приходил.
Стоило закрыть глаза, как в голове снова начинали звучать чужие слова.
«Детдомовская...»
«Среди обычных людей тебе будет тяжело...»
«Их же не просто так родители бросают...»
Лида крепче сжала край одеяла.
— Перестаньте...
Тихо прошептала она в пустую комнату.
Но мысли не исчезали.
Наоборот.
Их становилось только больше.
Она вспомнила родителей.
Бабушку.
Детский дом.
Сегодняшний день.
Слёзы снова подступили к глазам.
— Нет...
Лида быстро села на кровати.
Поспешно вытерла лицо ладонями.
Она не хотела снова плакать.
Не хотела.
Но внутри всё будто разрывалось.
И вдруг она вспомнила слова Адель.
"Если тебе опять станет тяжело... не запирайся одна. Приходи ко мне."
Лида долго сидела неподвижно.
«Нет...»
«Она уже спит.»
«Не надо её будить.»
«Сама справлюсь.»
Прошла минута.
Потом ещё одна.
Но оставаться одной становилось всё тяжелее.
Она осторожно встала.
Открыла дверь комнаты.
Тихо вышла в коридор.
В доме было совсем темно.
Лида медленно подошла к комнате Адель.
Несколько секунд просто стояла возле двери.
Не решаясь постучать.
Потом всё-таки очень тихо приоткрыла её.
В комнате горел только маленький ночник.
Адель уже почти спала.
Лида едва слышно позвала:
— Адель...
Адель сразу приоткрыла глаза.
Приподнялась на локте.
— М?
Она посмотрела на Лиду.
И сразу заметила её красные глаза.
— Что случилось?
Лида виновато опустила голову.
— Адель...
Мне опять грустно...
Она судорожно вдохнула.
— Я не могу находиться одна...
Мысли... они уже съедают мою голову...
Я...
Голос сорвался.
Договорить она не смогла.
Слёзы снова покатились по щекам.
Адель даже не стала ничего спрашивать.
Она сразу села на кровати.
Откинула одеяло.
Подошла к Лиде.
Очень осторожно взяла её за руку.
— Идём.
Тихо сказала она.
Лида послушно пошла следом.
Адель подвела её к кровати.
— Ложись.
Лида растерянно посмотрела на неё.
— Но...
— Никаких "но".
Спокойно ответила Адель.
— Сегодня поспишь со мной.
Всё нормально.
Лид...
Не плач.
Лида осторожно легла.
Ей было немного неловко.
Она никогда раньше не приходила вот так к кому-то среди ночи.
Адель легла рядом.
Накрыла их одеялом.
Одной рукой осторожно обняла Лиду за талию, словно хотела дать ей почувствовать, что рядом есть кто-то живой и надёжный.
Другой рукой медленно гладила её по длинным волосам.
Движения были спокойными.
Размеренными.
— Попробуй подумать о хорошем.
Тихо сказала Адель.
— О девочках.
Помнишь, как они сегодня радовались?
Как Ксюша сразу схватила альбом?
Как Маринка обнимала тебя с этими наушниками?
Как Даша улыбалась?
Лида тихонько кивнула.
— Помню...
— Вот.
Думай об этом.
Не о словах тех людей.
А о тех, кто тебя любит.
Кто искренне рад, что ты есть.
Лида прижалась ближе.
Её дыхание постепенно становилось ровнее.
Адель продолжала гладить её по волосам.
— Знаешь...
Тихо сказала она.
— Люди иногда говорят очень жестокие вещи.
Не потому что знают твою жизнь.
А потому что не знают её совсем.
Поэтому не позволяй чужим словам решать, кем ты являешься.
Для меня...
Она на секунду замолчала.
— Ты Лида.
Добрая, сильная и очень светлая девочка.
И никакое слово этого не изменит.
Лида снова заплакала.
Но уже тихо.
Без истерики.
Она осторожно обняла Адель в ответ.
*********
Прошёл почти месяц.
За это время жизнь Лиды стала совсем другой.
Утром — колледж.
После занятий — работа.
В выходные — вторая работа консультантом.
А свободное время...
Она почти всегда проводила дома.
С Адель.
Они вместе ужинали.
Иногда молчали.
Иногда разговаривали до позднего вечера.
Адель всё ещё оставалась строгой.
Могла сделать замечание.
Могла коротко ответить.
Но Лида уже знала...
За этой холодностью скрывался человек, который никогда не оставит её одну.
Каждый раз, когда Лиде становилось тяжело, Адель была рядом.
Иногда с чашкой ромашкового чая.
Иногда просто молча садилась рядом.
И этого было достаточно.
Сегодня было воскресенье.
Адель с самого утра уехала на работу.
— Не жди меня рано.
Сказала она перед выходом.
— Хорошо.
Ответила Лида.
Она давно ждала этот день.
Снова увидеть девочек.
Как всегда, она купила сладости, книги и разные мелочи, которые они любили.
Большую часть денег снова потратила на них.
И ни капли не жалела.
Через час Лида уже входила в знакомое здание детского дома.
Запах.
Длинные коридоры.
Старые окна.
Всё казалось таким родным.
Будто часть её жизни навсегда осталась здесь.
Она поднялась на второй этаж.
Подошла к двери.
Осторожно открыла её.
— Привет...
Не успела она договорить, как три знакомые фигуры сорвались с мест.
— ЛИДА!
Девочки буквально налетели на неё.
Все одновременно.
Лида громко засмеялась.
— Осторожно!
— Мы скучали!
— Очень!
— Ты опять похудела!
— Да дайте вы ей зайти!
Комната сразу наполнилась смехом.
Лида поставила пакеты на кровать.
— Ну...
Кто первый?
— Я!
Закричала Маринка.
— Нет, я!
— Все вместе!
Через несколько минут по комнате снова были разбросаны коробки, пакеты, шоколадки и книги.
Ксюша радостно рассматривала новый скетчбук.
Даша уже листала книгу.
Маринка примеряла новую толстовку.
— Лидка...
Она вдруг подняла голову.
— Спасибо.
— Не за что.
Ответила Лида.
— Вы же знаете.
Маринка неожиданно прищурилась.
— Ну рассказывай.
— Что?
— Как ты вообще?
Лида улыбнулась.
— Хорошо.
— А как там твоя Адель?
Нормально всё?
Лида хотела ответить сразу.
Но неожиданно задумалась.
Перед глазами вдруг возникла Адель.
Её спокойный взгляд.
То, как она по утрам пьёт кофе.
Как иногда хмурится, когда Лида поздно приходит с работы.
Как гладит её по волосам.
Как обнимает.
Как поцеловала её тогда в макушку.
На губах Лиды сама собой появилась улыбка.
Очень тёплая.
Она даже не заметила этого.
Маринка тут же хлопнула в ладоши.
— Та-а-ак...
Все трое одновременно посмотрели на неё.
— Что за улыбка?
Лида смутилась.
— Какая ещё улыбка?
Ксюша засмеялась.
— Вот такая!
Она изобразила точно такое же счастливое лицо.
— Лидка...
Маринка села рядом.
— Колись.
Лида несколько секунд молчала.
Будто сама пыталась понять свои мысли.
Потом тихо сказала:
— Ой...
Девочки...
Я сама не знаю, что со мной.
Все сразу притихли.
— Просто...
Она нервно переплела пальцы.
— За этот месяц я поняла...
Что мне нравится Адель.
В комнате повисла тишина.
Лида быстро продолжила:
— Не просто как человек...
Она опустила глаза.
— А... как девушка.
Она глубоко вздохнула.
— И если честно...
Мне самой очень странно.
Я никогда раньше о таком даже не думала.
Ксюша несколько секунд смотрела на неё.
А потом неожиданно громко рассмеялась.
— Да ты что!
Маринка тоже расплылась в улыбке.
— Девки!
Вы прикиньте!
Нашей Лидке кто-то понравился!
Даша тихо засмеялась.
— Наконец-то.
Лида закрыла лицо ладонями.
— Не смейтесь...
— Да мы не смеёмся!
Возмутилась Ксюша.
— Мы радуемся!
— Правда?
Тихо спросила Лида.
Маринка сразу взяла её за руку.
— Лид.
А что тут странного?
Нравится — значит нравится.
Это же чувство.
Оно не спрашивает разрешения.
Даша кивнула.
— И вообще...
Адель очень заботится о тебе.
Мы это ещё в первый день заметили.
Лида тихо улыбнулась.
— Она правда хорошая.
Иногда грубая.
Очень упрямая.
Работает без остановки.
Делает вид, что её ничего не волнует...
Но на самом деле...
Она очень добрая.
Маринка хитро улыбнулась.
— Всё.
Пропала наша ведьма.
Лида тихонько толкнула её плечом.
— Маринка!
— Что?
Она засмеялась.
— Просто давно не видела, чтобы ты говорила о ком-то с такими глазами.
Лида опустила взгляд.
Маринка перестала улыбаться.
Теперь она смотрела на Лиду уже серьёзно.
— Лидка...
Лида нервно крутила кольцо на пальце.
— Я правда не знаю, что делать.
Она тяжело вздохнула.
— Но я не смогу сказать ей об этом.
— Почему?
Тихо спросила Даша.
Лида пожала плечами.
— Потому что это странно.
Она опустила глаза.
— Она забрала меня отсюда.
Дала мне дом.
Помогает мне.
Поддерживает...
А я ей вдруг заявлю, что она мне нравится.
Она невесело усмехнулась.
— Представляете, как это будет выглядеть?
Ксюша сразу покачала головой.
— Не представляю.
— А я представляю.
Продолжила Лида.
— Она посмотрит на меня и подумает, что лучше вообще не надо было меня забирать.
В комнате стало тихо.
— Лид...
Начала Маринка.
Но девушка перебила её.
— А если она после этого отвернётся от меня?
Если ей станет неприятно рядом со мной?
Если она перестанет меня обнимать...
Перестанет разговаривать так, как сейчас...
Лида глубоко вдохнула.
— Я этого не переживу.
Она почувствовала, как снова защипало глаза.
— Я только начала привыкать к тому, что у меня появился человек, которого я могу назвать своим.
И я боюсь всё испортить.
Ксюша пересела ближе.
Взяла Лиду за руку.
— Слушай.
Во-первых, ты не обязана рассказывать ей прямо сейчас.
Лида посмотрела на неё.
— Правда?
— Конечно.
Чувства не убегут.
Маринка кивнула.
— Тем более вы всего месяц живёте вместе.
Дай себе время.
И ей тоже.
Даша улыбнулась.
— А ещё...
Ты же даже не знаешь, нравятся ли ей вообще девушки.
Лида тихо усмехнулась.
— Вот именно.
Может, она вообще только по мальчикам.
И тогда...
Она не договорила.
Маринка закончила за неё:
— И тогда это ничего не говорит о тебе.
Это просто значит, что ваши чувства могут не совпасть.
Не потому, что с тобой что-то не так.
Лида задумалась.
Ксюша вдруг хитро улыбнулась.
— А вообще...
Мне кажется, ты не столько боишься отказа.
Сколько боишься потерять её.
Лида медленно подняла глаза.
И поняла, что подруга попала в самую точку.
Она тихо кивнула.
— Да...
Очень боюсь.
Потому что...
Она стала для меня домом.
Не этот большой красивый дом.
А именно...
Она.
И если однажды её не станет рядом...
Мне кажется, я снова останусь одна.
Маринка крепко обняла Лиду.
Следом их обняла Даша.
Потом Ксюша.
Они снова сидели своей привычной четвёркой.
Как когда-то вечерами в этой самой комнате.
— Знаешь, что мы тебе скажем?
Тихо произнесла Маринка.
— Не торопись.
Просто живи.
Узнавай её.
Радуйся тому, что она рядом.
А любовь...
Если она настоящая...
Никуда не денется.
Лида прижалась к подругам и впервые за этот разговор почувствовала, что ей стало немного легче.
Они просидели вместе ещё почти два часа.
Разговаривали обо всём подряд.
Маша из колледжа.
Работа в кафе.
Покупатели, которые могли десять минут выбирать чай.
Строгие преподаватели.
Девочки смеялись так громко, что воспитательница несколько раз заглядывала в комнату.
— Тише вы.
— Всё, всё!
Хором отвечали они.
Но уже через минуту снова начинали смеяться.
Лида смотрела на них и ловила себя на мысли, что очень скучает по этим вечерам.
Когда все были рядом.
Когда не нужно было никуда спешить.
— Лид...
Тихо сказала Даша.
— А Адель знает, что ты куришь?
Лида виновато улыбнулась.
— Знает.
— Ругается?
— Очень.
Маринка рассмеялась.
— Прямо орёт?
— Нет.
Она никогда не орёт.
Просто посмотрит своим взглядом...
И мне уже стыдно.
Ксюша прыснула со смеху.
— Всё, попала ты.
Лида тоже засмеялась.
— Наверное.
Даша внимательно посмотрела на неё.
— А если когда-нибудь она сама...
— Нет.
Лида покачала головой.
— Не надо придумывать.
Такого не будет.
Маринка тяжело вздохнула.
— Какая же ты трусиха.
— Возможно.
Честно призналась Лида.
— Но лучше пусть она останется рядом как человек...
Чем я признаюсь...
И потеряю её совсем.
Когда пришло время уезжать, девочки снова проводили её до самого выхода.
Обнимались долго.
Как будто отпускали не на неделю, а на целый год.
— Пока, ведьма!
Крикнула Ксюша.
Лида улыбнулась.
— Пока!
Берегите себя!
— И ты!
Она помахала им рукой.
Села в автобус.
Прижалась лбом к прохладному стеклу.
Город медленно проплывал за окном.
Но мысли Лиды были далеко.
Она снова вспоминала Адель.
Как та поправляла ей воротник перед колледжем.
Как однажды оставила на столе записку:
«Поешь. Не забудь.»
Как звонила, если Лида задерживалась после работы.
Как всегда ждала её дома, даже если сама возвращалась поздно.
Лида тихо улыбнулась.
— Какая же ты...
Прошептала она.
— Хорошая.
И тут же сама себя одёрнула.
— Всё.
Хватит.
Не думай об этом.
Не надо.
Но сердце, кажется, её уже не слушалось.
Когда Лида открыла входную дверь, в доме было непривычно тихо.
Она сняла обувь.
Поставила пакет с пустыми контейнерами на тумбу.
— Адель?
Ответа не было.
Лида заглянула на кухню.
Пусто.
В гостиную.
Тоже никого.
Она уже хотела подняться к себе, как услышала звук открывающейся двери.
Адель вернулась с работы.
Она выглядела очень уставшей.
Расстегнула пиджак и устало провела рукой по лицу.
Увидев Лиду, она едва заметно улыбнулась.
— Приехала?
— Да.
— Ну как девочки?
Лида сразу оживилась.
— Хорошо.
Они были счастливы.
Я привезла им всё, что мы купили.
Адель кивнула.
— Это видно по твоему лицу.
Ты сама сегодня улыбаешься чаще обычного.
Лида на секунду замерла.
Потом быстро отвела взгляд.
— Наверное...
— Это хорошо.
Тихо сказала Адель.
— Люблю, когда ты улыбаешься.
Лида почувствовала, как сердце вдруг пропустило удар.
Она растерянно посмотрела на Адель.
Та уже спокойно снимала часы, даже не подозревая, что всего одной фразой заставила Лиду окончательно запутаться в собственных чувствах.
Комментарии