Крик|| Турбо|| СловоПацана||

Прошу вас оставлять звезды и комментарии, приятного чтения
_____________________________________

🎵 Ласковый май — «Седая ночь»

Алсу и Валера шли рядом. Девушка смотрела себе под ноги. Боялась ли она парня, который сейчас еле плёлся рядом? Да. Хотела ли она его оттолкнуть? Тоже да. Но любопытство берка верх.

— А почему ты в общаге живёшь? — Голос парня заставил её вздрогнуть. Она явно не ожидала, что он вообще заговорит первым.

— Я не местная, — Алсу ответила честно, хотя совершенно не понимала, зачем ему эта информация.

— А бабушка с дедушкой у тебя тут живут, — он произнёс это так уверенно, будто знал ответ заранее.

Алсу тут же повернула к нему голову:

— А ты откуда моих бабушку с дедушкой знаешь? — В её голосе звучало уже не столько недоверие, сколько обычное человеческое любопытство.

— Да с детства ещё. В одном дворе живём. Мне твоя бабушка коленки обрабатывала, когда я первый раз с велосипеда навернулся. Лет семь тогда было, — Валера говорил спокойно, будто вспоминал что-то совсем обыденное.

Алсу невольно представила его маленьким. Получалось плохо. Ей казалось, что он всегда был таким — высоким, молчаливым и хмурым. — А зачем ты им помогаешь? — вопрос вырвался сам собой.

— Возраст уважаю, — Валера пожал плечами, словно не видел в своих словах ничего особенного.

Они снова пошли молча.

«Возраст уважаю...»

Эта фраза ещё долго крутилась у Алсу в голове. Она никак не могла понять, как дворовой парень, которого все вокруг боялись, может так уважительно относиться к старшим. Каждый раз, когда ей казалось, что она начала понимать, какой он человек, Валера снова ломал все представления, которые она успевала о нём сложить.
Вдали уже виднелась общага. Обрадовалась ли Алсу? Конечно. Ей хотелось поскорее оказаться в тепле и обо всём рассказать Наташе.

— Подруга твоя... Вове понравилась, — произнёс он так же обыденно, но с едва уловимой усмешкой.

— А ей-то что? — отчеканила Алсу. — Она с группировочными не связывается.

Валера перечить не стал, просто шёл рядом. Алсу это было только на руку.
Но у самого входа в общежитие девичье сердце ушло в пятки. Под фонарём стоял Артём. Что он тут делал? Зачем пришёл? Задать эти вопросы себе она не успела — Артём шагнул навстречу первым:

— Алсу, кто это с тобой? — Он был зол. Ревновал? Может быть, но между ними не было никаких договорённостей!

— Знакомый. А что случилось? Зачем пришёл? — Девушке совсем не понравился такой тон.

— Да вот, увидеть тебя хотел... А ты тут с гопотой дворовой шляешься. С чушпанами этими.

Алсу хотела ответить, но даже пискнуть не успела — Валера смерил Артёма презрительным взглядом с ног до головы.

— Зато у меня чёлка не зализана и пальто не приталено, чмырь, — Валера сочно плюнул Артёму прямо под ноги, наглядно показывая, что держит его за пустое место.

— Нет, Алсу, ты посмотри на него, он же с улицы, бандит конченый! — Артём резко схватил её за запястье и потянул на себя.
Он явно не ожидал того, что последовало дальше. Валера мгновенно перехватил его руку, с корнем вырвал Алсу и задвинул её себе за спину.

— Ты, блядь, грабли свои убрал от неё, нахуй, — процедил Валера, и его голос накрыл мороз.

— А то что? — Артём пытался смотреть с вызовом, но в голосе проскользнула слабина.

— А то пиздец тебе, сука.
Короткий, сухой и жестокий удар в челюсть заставил Артёма отшатнуться и с глухим стоном опуститься на колено. Он схватился за лицо, вылупившись на Турбо с немым шоком. — Ебало завали и съебался отсюда, пока я тебя не добил, — ровно и угрожающе проговорил Валера.

Артём, размазывая кровь с разбитой губы и не сказав больше ни слова, подскочил и быстро пошагал прочь, всё ещё оглядываясь.
Парень повернулся к девушке. Её глаза были наполнены страхом и чем-то ещё... благодарностью? Она и сама не знала.

— Это ухажёр твой, что ли? — с усмешкой спросил Валера.

— Нет, — чётко отчеканила Алсу. — Бегает за мной, а я избегаю.
Валера смотрел на неё с явным пониманием, спорить не стал.

— Ну ладно, давай. Спасибо тебе ещё раз, в долгу не останемся, — парень развернулся и потихоньку пошёл в сторону дворов.

— Обращайтесь! — вырвалось у Алсу.
Зачем? Зачем я это сказала?..

Дверь в общежитие захлопнулась, отсекая холодный уличный воздух и звенящую тишину двора. Алсу стояла в полутёмном вестибюле, прижавшись спиной к прохладной побеленной стене. Сердце колотилось где-то в самом горле, отдавая глухим гулом в ушах. Пальцы до сих пор немного дрожали — то ли от спертого омерзительного страха, то ли от дикого, неконтролируемого адреналина, который хлынул в кровь, когда Валера сбил Артёма на снег.

Она посмотрела на свои руки. На запястье, где ещё пару минут назад судорожно сжимал пальцы Артём, пылало красное пятно. А ведь она считала его воспитанным. Интеллигентным. Человеком из «хорошего общества», рядом с которым всё понятно, безопасно и правильно. А он разразился омерзительной руганью, вцепился в неё, как в собственность, и спасовал перед первой же реальной угрозой.

И Валера.

Человек, от одного имени которого у многих в этом городе подгибались колени. Человек, которого она сама заочно нарекла опасным бандитом. Он не стал выяснять отношения, не стал орать или устраивать представление. Он просто задвинул её за свою широкую спину и решил вопрос одним коротким ударом. Без лишних слов. По-деловому.

«Зато у меня чёлка не зализана...» — пронеслось в голове, и Алсу против воли нервно хмыкнула.

Превозмогая слабость в ногах, она преодолела пролёт за пролётом и поднялась на свой этаж. В коридоре общаги, как обычно, пахло тушёной капустой, дешёвыми сигаретами и сыростью. Из дальнего угла доносился хохот старшекурсников и звуки магнитофона, из которого хрипел «Ласковый май». Всё казалось таким будничным, спокойным, пока внутри у Алсу бушевал настоящий шторм.

Дверь в комнату оказалась незапертой. Наташа сидела за столом, подперев щеку рукой, и что-то усердно конспектировала в толстой тетради по фармакологии. Настольная лампа отбрасывала мягкий жёлтый свет на её лицо.

— О, пришла! — Наташа подняла голову и улыбнулась, но тут же осеклась, разглядев лицо подруги. Кончик ручки застыл над бумагой. — Алсу? Ты честная-побледневшая такая? Что стряслось? На тебе лица нет!
Алсу скинула пальто, которое теперь казалось неподъёмным, аккуратно повесила его на гвоздь у двери и бессильно опустилась на свою кровать. Ноги буквально отказывались держать.

— Там... Артём был, — тихим, еще немного сорванным голосом начала она, глядя в одну точку на старом паркете.
Наташа мгновенно отложила тетрадь, развернулась на стуле всем корпусом и нахмурилась:

— В смысле Артём? Врач этот с практики? Чего он тут забыл?

— Пришёл. Ждал у входа, — Алсу сглотнула подступивший к горлу ком. — Стал допрашивать, с кем я и где хожу. Разразился ор... Решил, что имеет право со мной так разговаривать. За руку схватил, потащил...

— Ах ты сука зализанная, — вполголоса ругнулась Наташа, и в её глазах вспыхнул опасный огонёк. — Совсем страх потерял? А ты что?

— А я даже сообразить ничего не успела, — Алсу подняла взгляд на подругу. — Со мной Валера шёл. До общаги провожал.
В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как на улице за окном гудит проезжавший троллейбус. Наташа медленно моргнула, переваривая услышанное.

— Кто шёл? Турбо?.. — переспросила она шёпотом, словно боясь, что их кто-то услышит через тонкую стенку.

— Да. Он догнал меня после больницы. Мы разговаривали... А потом у входа Артём налетел. Начал про гопоту орать, про чушпанов. Валера его сначала словесно умыл, а когда тот меня не отпустил — вырвал и... в челюсть прописал.

— Прямо врезал?! — Наташа подалась вперёд, искренне раскрыв глаза.

— Врезал так, что Артём на колено упал. И сбежал.

Наташа откинулась на спину и тихо засмеялась, качая головой. В её смехе не было злобы — только горькое понимание местной жизни.

— Ну Артём и идиотина... Говорила же я тебе, Алсу, он из этих, «правильных». Такие привыкли, что в их чистеньком мире всё по указке решает папочка или диплом. На улицу вылез, а правил не знает. Полез на Турбо! Это же надо было додуматься! Скажи спасибо, что Валера его там вообще не покалечил. Турбо — парень взрывной, у него тормозов нет, если его задеть. Но... подожди.
Наташа вдруг нахмурилась и внимательно присмотрелась к Алсу:

— А почему Турбо вообще тебя провожал? С чего это вдруг такая забота от старшего группировки?

Алсу щекой прижалась к прохладной подушке. Вспоминать их разговор по дороге было странно. Но скрывать от Наташи не хотелось — ближе неё в этом чужом городе у Алсу никого не было.

— Он моих бабушку с дедушкой знает, — тихо ответила Алсу. — Они же в одном доме живут, в соседних подъездах. Говорит, бабушка Тамаpa ему ещё в детстве коленки зелёнкой мазала, когда он с велосипеда падал. Он им сумки из гастронома помогает до третьего этажа таскать... Сказал: «Возраст уважаю».

Наташа долго смотрела на подругу, а потом глубоко вздохнула.

— Вот тебе и улица... — тихо протянула она.

— У них у всех там свои понятия, Алсу. Они для города — бандиты, отморозки, горе для матерей. А во дворе — Валерка, который теть Томе улыбается и сумки Михаилу Викторовичу таскает. Но ты сильно не очаровывайся, слышишь? У них там кровь, драки, милиция, зоны. Попадёшь в этот круговорот — засосёт, не выберешься.

— Я знаю, — тихо ответила Алсу. — Я вовсе не очаровываюсь. Просто... я думала, он монстр. А он другой. Разный.

— Кстати, — Наташа хитровато щурилась, пытаясь разрядить обстановку, — а про меня он ничего не говорил? А то ты так загадочно молчишь.

Алсу смутилась, но уголки её губ всё же дрогнули в легкой улыбке.

— Говорил. Сказал, что ты Вове понравилась.

Наташа замерла. На секунду на её всегда уверенном, бойком лице промелькнула растерянность, а щеки слегка заалели. Она тут же фыркнула, пытаясь вернуть прежний независимый вид, и замахала руками:

— Ой, ну началось! Вове она понравилась! Слышала я про этого Вову... Ему бы сначала из больнички выписаться да из группировочных дел вылезти, а потом уже на девчонок засматриваться! Я сюда учиться приехала, а не зелёнкой пацанов после каждой сходки обмазывать.

Но Алсу видела — подействовало. Наташа поправила волосы, отвернулась к тетради и принялась с удвоенным усердием что-то переписывать, хоть ручка в её пальцах слегка дрожала.

Разговор постепенно затих. Попив чаю из старого эмалированного чайника, девчонки начали собираться ко сну. Наташа щелкнула выключателем, и комнату накрыла плотная, уютная темнота, разбавляемая лишь слабым светом уличного фонаря, пробивавшимся сквозь скромные шторки.

Алсу лежала на спине, уставившись в потолок.

Город за окном постепенно засыпал, но в её голове кружился калейдоскоп из событий сегодняшнего дня. Операция в больнице, запах антисептиков, раненый Вова, глаза Артёма, полные злобы и трусости... И Валера. Его тяжёлый, неторопливый шаг рядом. Его спокойный голос, когда он рассказывал про разбитые коленки. И то, как безапелляционно он встал между ней и опасностью.

«Обращайтесь!» — снова вспомнила она свою последнюю реплику и зарылась лицом в подушку от стыда. Зачем она это сказала? Зачем показала, что хочет видеть его снова?
Алсу перевернулась на бок и зажмурилась. Она приехала сюда, чтобы стать врачом. Чтобы спасать людей, учиться и жить понятной, правильной жизнью. Но прямо сейчас эта правильная жизнь казалась пресной и фальшивой, а тёмный, опасный мир за окном общежития — пугающе настоящим. И где-то там, среди холодных казанских дворов, ходил парень в поношенной куртке, который ломал все её привычные представления о добре и зле

Тгк: https://t.me/KrikTyrboOrAlsy