Ошибка

Машины ехали по дороге. Тишина, что висела в салоне, была напряженной. Причиной этого напряжения был Мэтт, сидевший между мной и Тоби. Илай смотрел через зеркало, сузив глаза. А Мэтт теснил меня. Демьян курил.

— Сиди нормально, — подтолкнула к Тоби, потому что он, как собака, пытался высунуть голову в окно, придавливая.

Зараженный зарычал и полез к Тоби. Тот писал в блокнот.

— А можно мне не мешать?! — возмутился, отталкивая Мэтта.

Зараженный снова полез ко мне, я — его к Тоби, тот — ко мне. В итоге Мэтт полез на переднее сиденье. Машина вильнула.

— УБЕРИТЕ ЕГО! — рявкнул Илай.

Демьян попытался оттащить Мэтта. Мэтт вцепился в спинку сиденья и зарычал на Демьяна. Тот в ответ что-то прорычал, и на секунду показалось, что они реально сейчас начнут выяснять отношения.

— Сядь! — прикрикнула, хватая Мэтта за плечо.

Дернулся, но подчинился, плюхнувшись обратно между мной и Тоби, и недовольно защелкал. Тоби сдавленно выдохнул и прижал блокнот к груди.

— Это невозможно, — пробормотал. — Хуже, чем с детьми в автобусе.

Илай снова глянул в зеркало.

— Если он еще раз полезет вперед — я остановлю машину, и он поедет в багажнике.

Мэтт, будто поняв, покосился на Илая, затем демонстративно отвернулся к окну. Хмыкнула. Затем он приподнял подбородок и с размаху улегся мне на ноги.

— Тяжело!

Машина дернулась и остановилась. Илай резко обернулся:

— Все, он в багажник.

Мэтт приподнял голову и зарычал. Я попыталась спихнуть, но он будто прилип.

— Мэтт, встань, — процедила, давя на плечи. — Илай, не горячись.

— Я не горячусь. Я не собираюсь ехать с этой тварью на коленях у моей девушки.

Тоби выглянул в окно. Демьян с интересом наблюдал, выпуская дым.

— Может, привяжем его ремнем? — предложил.

Мэтт снова защелкал, затем медленно, нарочито медленно поднялся и сел ровно, глядя прямо. Илай выдержал взгляд, затем так же медленно отвернулся и тронулся с места.

Машины остановились около больницы. Мэтт вышел вместе с нами. Бьянка достала биту, сделала глоток воды, смочив горло.

— Заходим или выманиваем? — спросил Питер, подходя к нашей машине.

— Мне кажется, лучше просто зайти, — заметил Реми, доставая пистолет и проверяя его. — Если Бьянка завизжит, Мэтт попадет под удар, и остальные сбегутся.

Я обмазывалась кровью. Мэтт принюхивался, затем медленно отошел, не сводя глаз. Склонил голову набок.

— Что? — тихо спросила. — Не нравится?

Мэтт не издал ни звука, только принюхался снова, на расстоянии. Ноздри раздувались, голова слегка дернулась. Потом фыркнул и отвернулся.

— Похоже, он в замешательстве, — пробормотал Тоби, застегивая рюкзак. — Ты теперь пахнешь, как они. Ему это не нравится.

— Зато тварям внутри будет плевать.

Илай стоял рядом, натягивая перчатки, и не сводил с Мэтта глаз. Тот сделал пару шагов в сторону, но затем снова вернулся и встал между мной и остальными.

Мы собрались и двинулись ко входу в больницу. На дверях запеклась кровь. Одна створка была разбита. Изнутри тянуло гнилью.

— Представьте, сколько там этих тварей, — прошептала Бьянка.

Мэтт дергал носом, голова металась из стороны в сторону. Он вошел первым. Тишина давила на уши. Реми осветил фонариком: несколько тварей просто стояли, замерев. Их было много — около двух дюжин.

— Будем расчищать? — прошептал Питер.

— Нет, идем так, — произнес Тоби.

Мэтт подошел к одной из зараженных — медсестре, заглянул в лицо и зарычал через намордник. Та ожила, дернув головой. Мэтт общался с ней — щелкал. Она молчала.

Зараженный отошел, щелкнув языком. Медсестра шумно втянула воздух, распахнула рот и пошла на него. Мэтт смотрел, как на мошку, а затем поднял руку и врезал.

— Мэтт! — шикнула.

Посмотрел на меня. Медсестра резко поднялась и снова двинулась на него, широко открыв рот. Снова ударил.

— Она странная, — прошептал Тоби, не сводя глаз.

Медсестра снова встала. Голова дергалась, челюсть клацала. Раскрыла пасть и издала скрежещущий звук. Прижали руки к ушам. Плечи Мэтта начали подрагивать.

Медсестра снова издала этот звук — уже громче. Те, что стояли до этого, начали приходить в себя. Мэтт схватил медсестру и сдавил шею. Остальные двинулись на него.

— Они убьют его! — рявкнул Тоби.

Мэтт схватил одного зараженного и оттолкнул в толпу. Вся толпа стала издавать эти звуки. Было противно, будто вилкой по тарелке.

— Помогите ему, иначе он вернется в первоначальное состояние! — крикнула я.

Парни принялись убирать зараженных, но те совсем не реагировали на нас — они шли на Мэтта.

Мэтт рычал, отбивался, хватал ближайших и отшвыривал. Одна тварь вцепилась в больное плечо, и он взревел. Я не выдержала: подлетела и врезала палкой по голове той, что висела. Она рухнула, а Мэтт, не глядя, отшвырнул ногой.

Один зараженный несся прямо на меня. Мэтт оттолкнул в сторону — боль пронзила колени. Илай убил зараженного.

Зачистили этих тварей. Дышали тяжело, прижимаясь спинами к стенам. Больничный холл был усыпан телами, и вонь стояла такая, что слезились глаза. Мэтт сидел на корточках среди трупов, низко опустив голову, плечи мелко подрагивали. Подошла, несмотря на предостерегающий взгляд Илая.

— Мэтт, — позвала тихо.

В темно-алых глазах не было ярости. Присела рядом, не касаясь.

— Ты как?

Щелкнул зубами, затем медленно коснулся колена — там, где ткань порвалась. Пальцы дрожали.

— Нужно идти дальше, — негромко сказал Тоби, но не двинулся с места.

Илай подошел и встал рядом, глядя на Мэтта сверху вниз.

— Хватит. Поднимайся.

Мэтт не двинулся. Тогда Илай наклонился и взял под локоть, заставляя встать. Мэтт издал низкий гортанный звук, но не напал. Просто поднялся следом и поплелся за нами, как побитый пес. Обернулась на него. Он шел, опустив плечи.

— Я взял кровь медсестры, — Тоби быстро догнал нас, убирая пробирку в рюкзак. — Проверим, чем отличается.

— Почему они нападали на него? — спросила Бьянка, поправляя волосы.

— Возможно, потому, что вирус в нем не бушевал, был приглушен, — пробормотал Тоби, поправляя рюкзак. — По их меркам он не пахнет зараженным.

Ну да... Мэтт же был чистенький, ел сахар и не откатывался назад.

— Мне кажется, ему плоховато, — произнес Демьян.

Парень плелся последним, опустив голову, и время от времени спотыкался. Раненое плечо кровоточило, пропитывая футболку.

— Ему нужно отдохнуть.

— Здесь? — Илай вскинул бровь. — В больнице, полной этих тварей?

— Лучше тут, чем падать по дороге. Найдем комнату с кроватью. Осмотрим его. И только потом — аптека и архив.

Тоби кивнул.

— Согласен. Если Мэтт свалится, толку от него будет ноль. К тому же нам самим нужно перевести дух.

Двинулись по коридору. Бьянка прикрывала сзади, Демьян шел впереди с фонарем. Нашли ординаторскую с диваном и закрывающейся дверью.

Села на диванчик. Илай хотел сесть рядом, но Мэтт рванулся и улегся на колени, застонав и начав дрожать, закрыв глаза. Илай пнул ведро и отошел. В комнате повисло тяжелое молчание. Я не знала, куда деть руки, но Мэтт дрожал, как в лихорадке, и я, помедлив, положила ладонь ему на голову. Затих, только дыхание оставалось хриплым и неровным.

Илай стоял у окна, скрестив руки, и смотрел на улицу. Тоби, стараясь не замечать эту сцену, копался в рюкзаке, доставал бинты и антисептик.

— Рана неглубокая, но крови много, — сказал. — Хелена, придержи его.

Мэтт вздрогнул, когда Тоби начал обрабатывать плечо, зарычал, но не двинулся. Продолжала гладить по волосам.

— Ты только посмотри, — тихо сказал Илай, не оборачиваясь. — Зомби у тебя на коленях, как домашний кот. А ты его успокаиваешь.

— А что прикажешь делать? Дать ему сдохнуть?

— Может, и стоило бы.

— Илай, — предупреждающе произнесла я.

Обернулся.

— Он увел тебя. Он лезет к тебе. Он реагирует только на тебя. Я не могу даже рядом сесть, потому что эта тварь бросается, как ревнивый пес. И ты хочешь, чтобы я спокойно на это смотрел?

— Я хочу, чтобы ты доверял мне, — ответила, не отводя взгляда.

Мэтт завозился, поднял голову и посмотрел на Илая. Илай смотрел на него.

Илай сделал шаг, и Мэтт снова застонал, зажмурившись.

— Так он притворяется, — прошептал Питер.

Нахмурилась. Мэтт потерся об меня. Тоби закончил перевязку.

— Что? — переспросила, переводя взгляд на Питера.

— Стоило Илаю приблизиться — он застонал и зажмурился, — пояснил тот, кивая на Мэтта. — А теперь посмотри: я, Демьян, Бьянка рядом — и он даже не дергается.

Недоверчиво перевела взгляд на Мэтта. Тот лежал с закрытыми глазами, но дыхание было ровным, а пальцы, еще секунду назад вцепившиеся в мои джинсы, расслабились.

— То есть ты хочешь сказать, он изображает слабость, чтобы не подпускать Илая?

— Именно.

Илай сжал кулаки. Мэтт приоткрыл один глаз, взглянул на него, затем снова зажмурился и прижался ко мне сильнее.

— Он издевается, — выдохнул Илай. — Я убью его.

— Не смей, — отрезала, хотя сама уже сомневалась.

Мэтт тихо заурчал, довольно, как кот, и я не сдержала сдавленного вздоха.

После короткого отдыха мы шли по коридору. Дошли до аптеки. Тоби быстро взял глюкозу и вколол Мэтту. Тот аж выгнулся. Зараженный замер на секунду, затем резко выпрямился. Глаза распахнулись, дыхание стало глубже, а дрожь в теле унялась. Повел плечами, словно сбрасывая с себя усталость, и поднял руки, рассматривая руки.

— Ну нихрена же... — прошептала Бьянка.

— Глюкоза подействовала, — Тоби не сводил с него глаз. — Ему лучше.

Илай был рядом, готовый в любой момент наброситься, но Мэтт не сделал ничего угрожающего.

— Нам нужно в архив, — напомнил Тоби, убирая пустые ампулы. — И лучше не задерживаться.

Мэтт двинулся первым. Шел уверенно, не шатаясь, не цепляясь за стены. Будто глюкоза перезапустила.

— Как думаете, тут остались выжившие? — спросила Бьянка.

— Вряд ли. Они бы не продержались без еды, — прокомментировал Реми. — Столовая на первом этаже, а зараженных тут больше, чем в университете.

— Ну, может, в палатах была еда?

— Думаешь, в палатах нет зараженных?

— Ну, кто знает...

— Классная тут была бы база, — вздохнул Питер, осматриваясь. — Дофига комнат, дофига корпусов, забор крепкий, места много.

— Предлагаешь переехать? — фыркнул Демьян.

— Не знаю.

— Ну, тут непрактично: у входа только шлагбаум, — прошептала я. — Через него зараженные могли бы прорываться каждый раз. И дверь выбита.

— Мы можем пережить и это, — задумчиво отозвался Тоби. — Больница — это медикаменты, оборудование, операционные, генераторы, морги. Если укрепить первый этаж и восстановить вход — это будет крепость. В разы лучше университета.

— Если укрепить, — сделал акцент Илай. — А это время, силы и люди. У нас их не так много.

— И все же, — вставил Питер, — такие места на дороге не валяются. Думаю, стоит хотя бы пометить на карте. Вернемся — решим.

Коридоры больницы были лабиринтом: повороты, боксы, лестницы. На стенах — таблички, на полу — кровавые следы. Мэтт шел, как по знакомому маршруту, иногда останавливался, принюхивался и сворачивал.

— Архив в подвале, — тихо сказал Тоби, сверившись с планом на стене.

Спустились к подвалу. Дверь была заперта.

— Двое или трое останутся здесь, чтобы следить за обстановкой. Остальные — со мной, — Тоби поправил рюкзак, застегнув его вокруг тела.

— Я останусь тут, — сказала Бьянка.

— Я с ней, — Демьян сел у стены и закурил.

Питер просто кивнул и, пододвинув стул, сел.

— Пошлите, — махнул рукой Тоби, открывая подвал. Дверь негромко скрипнула.

В подвале пахло сыростью, старыми бумагами и сладковатым — как в морге, только слабее. Тоби включил фонарь, и луч выхватил из темноты длинный коридор с рядами дверей.

Мэтт держался рядом со мной, но теперь был спокоен. Изредка замирал, втягивал воздух и шел дальше. Илай не отставал, держа оружие наготове.

— Архив должен быть в конце, — прошептал Тоби, сверяясь с табличками. — Остальные помещения — подсобки, бытовки, старые хранилища.

— Очень уютно, — пробормотал Реми. — Прям как в фильмах ужасов.

Мэтт вдруг остановился у одной из дверей и зарычал. Изнутри раздался шорох.

— Там кто-то есть, — одними губами произнесла.

— Может, крыса, — шепнул Тоби, но на всякий случай достал нож.

Мэтт прижался ухом к двери, как делал в университете, и затих. Потом отошел, качнул головой и двинулся дальше.

— Значит, не опасно.

Дошли до двери с выцветшей табличкой «Архив». Тоби потянул за ручку — заперто. Тогда он кивнул Реми, и тот, не церемонясь, сбил замок монтировкой. Внутри — стеллажи с папками, коробки, старые компьютеры и запах пыли, от которого сразу засвербило в носу.

— И что мы ищем?

— Все, что связано с «Панацеей», Эммой, профессором Ренье и странными болезнями за последние месяцы. Особенно — журналы поступлений и списки пациентов.

Мэтт остался у двери — смотрел в темноту коридора, как страж. Илай то и дело бросал взгляды, но молчал. Я углубилась в бумаги. Пыль оседала на пальцах, страницы пахли старостью. Все это было похоже на поиски иглы в стоге сена. Но другого пути не было.

— Ничего нет, — заметил Илай.

— Думаю, тут и не должно было быть, — вздохнул Реми. — Мейсон ведь говорил, что это связано с правительством. Откуда в больнице взяться такой информации.

— Я нашел папку по Эмме, — Тоби вышел, держа в руках, открыл. — Но тут совсем ничего. То есть... буквально ничего.

Он показал пустую папку.

Внутри холодело. Имя Эммы было на обложке, а внутри — лишь заломы, как от документов, которые спешно вынули.

— Значит, информация была, — тихо сказала я. — Но забрали.

— Думаю, тут не все так просто.

Тоби захлопнул папку, но не выбросил — спрятал в рюкзак.

— Тогда нужно проверить электронный архив. Если здесь есть старые терминалы, может, сохранились логи.

Мэтт снова шел впереди, как ищейка. В какой-то момент остановился у стальной двери без таблички. Тоби посветил. Дверь была опечатана, но печать давно сорвана. Потянула ручку — она поддалась. Внутри оказалась небольшая серверная. В углу мигал зеленый огонек — техника работала.

— Джекпот, — пробормотал Реми. — Если генераторы дышат, то и данные могли сохраниться.

Илай вошел первым, осмотрелся. Мэтт остался в дверях, втягивая воздух. Внутри пахло пылью и перегретым железом. Тоби подошел к старому монитору, нажал на кнопку. Экран засветился тусклым синим.

— Есть питание! — выдохнул, как ребенок. — Ищем, парни. Ищем. Если «Панацея» оставила хоть один цифровой след — он здесь.

Мэтт шагал по серверной и случайно задел шкаф. Тот с грохотом рухнул, эхо прокатилось по помещению. За шкафом оказалась дверь. Переглянулась с Илаем. Тоби медленно подошел к двери и посветил фонариком: металлическая, с электронным замком, но тот был разбит. Ручка висела на одном креплении.

— Ну и что это? — прошептал Реми.

— Понятия не имею, — ответил Тоби. — Но такие двери за шкафом просто так не прячут.

Мэтт подошел и встал рядом, втягивая воздух. Я сжала палку.

— Открываем?

— Тихо, — Илай шагнул вперед, оттеснив меня за спину. — Если оттуда полезет что-то — валим всех, без разбора.

Тоби кивнул и потянул ручку. Дверь поддалась с мерзким скрипом. Внутри было темно, пахло лекарствами, хлоркой и чем-то гнилостным. Луч фонаря выхватил больничную кушетку, стойку с ампулами, капельницу. И... тело на полу. Высохшее, в медицинском халате, с черными венами на лице. Рядом лежала ключ-карта.

Реми подхватил ключ-карту и осмотрел. Мэтт подошел к кровати и отодвинул в сторону. Под ней обнаружился люк.

— Мы точно хотим туда идти? — прошептала.

— Ну, пока не дойдем до конца, — ответил Тоби, взялся за ручку и открыл люк.

Снизу потянуло холодом. Мэтт стал спускаться первым. Тоби — следом.