ПОСЛЕДНЯЯ ОХОТА. Связанные тьмой.

Глава от лица Луны

Я вышла из комнаты Киры на ватных, дрожащих ногах. Дверь за мной закрылась с тихим, почти неслышным скрипом, отрезая меня от зрелища неподвижно лежащей на кровати женщины. Женщины, которую я пыталась вылечить и едва не убила. Или она едва не убила нас обеих - это уж как посмотреть.

Прислонившись спиной к стене в коридоре, я закрыла глаза и сделала несколько глубоких, судорожных вдохов. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, а кончики пальцев, только что касавшиеся её кожи, покалывало, словно от удара молнии. Я поднесла ладони к лицу и уставилась на них, будто видела впервые. Они всё ещё дрожали. Мои руки, привыкшие повелевать силами, которые обычным людям и не снились, сейчас тряслись, как у испуганной девчонки.

Магия огня. Стихийная, дикая, необузданная. В ней, в этой рыжеволосой охотнице, которая пришла в мой лес убивать меня, дремала такая сила, о которой она сама понятия не имела. И эта сила проснулась, чтобы защитить её от моей. Едва не разорвав нас обеих в клочья. Я не знала, смеяться мне или плакать. Охотница на ведьм, которая сама чуть не стала жертвой собственной магии - это ли не насмешка судьбы?

Но сейчас нужно было успокоить девочек.

Я нашла их в комнате Яры, сжавшихся в один дрожащий комок на узкой кровати. Яра обнимала Лику, прижимая её голову к своему плечу, и что-то тихо шептала. У обеих лица были заплаканными, а в глазах стоял откровенный, животный ужас. Увидев меня на пороге, Лика дернулась, словно от удара, и в её янтарных, таких знакомых мне теперь глазах, плескался один-единственный, оглушительный вопрос.

- Тётя Луна! - выкрикнула она, вырываясь из объятий Яры и бросаясь ко мне. - Что с мамой?! Она жива?! Мы слышали крик... и этот свет... что это было?!

Я опустилась перед ней на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне. Положила руки ей на плечи, чувствуя, как дрожит это маленькое, храброе тельце.
- Твоя мама жива, - сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее и увереннее. - И она будет в полном порядке. Даже лучше, чем прежде. То, что вы слышали... это была моя вина. Я пыталась вылечить её магией, но не знала, что у твоей мамы есть своя собственная, скрытая сила. Они... немного столкнулись. Но теперь всё позади. Слышишь? Всё хорошо.

Лика слушала, затаив дыхание, и слёзы всё ещё катились по её щекам, но в глазах уже загорался огонёк надежды.
- У мамы есть магия? - прошептала она, и в этом шёпоте прозвучало столько благоговейного трепета, что моё сердце, давно зачерствевшее и привыкшее к одиночеству, дрогнуло. - Как у тебя? Мама - тоже ведьма?

Я мягко улыбнулась, убирая прядь рыжих волос с её лица.
- Нет, не думаю, что она ведьма. Скорее, она... нечто другое. Но мы разберёмся с этим позже, когда она проснётся. А сейчас вам обеим нужно успокоиться. Яра, - я перевела взгляд на свою дочь, которая смотрела на меня огромными, всё ещё испуганными серыми глазищами, - присмотри за Ликой. Дайте нам с её мамой немного времени. Хорошо?

Яра, всё ещё бледная, но уже взявшая себя в руки, важно кивнула и снова притянула Лику к себе.
- Всё будет хорошо, - сказала она ей с той убеждённостью, которая бывает только у детей.
- Моя мама сильная. И твоя, оказывается, тоже.

Я оставила их и вернулась в общую комнату. Села за стол, машинально взяла в руки пучок сушёной лаванды, но даже не заметила этого. Мысли, тяжёлые и вязкие, словно болотная жижа, облепили меня со всех сторон. Кого я приютила? Кого впустила в свой дом, к своему ребёнку?

Сначала она была просто охотницей. Угрозой. Врагом. Потом, когда она вернула мне Яру, не причинив ей вреда, когда я увидела её на том костре, не сломленную, готовую умереть, но не предать, - она стала... человеком. Сложным, колючим, но достойным. Я начала уважать её. Возможно, даже невольно восхищаться её упрямой, несгибаемой силой духа. А теперь выясняется, что в этом «человеке» дремлет стихийная магия такой мощи, что у меня до сих пор поджилки трясутся.

На ведьму она не похожа. Абсолютно. У ведьм наша сила
- это ремесло. Мы учимся ей, мы её приручаем, мы договариваемся с ней, как с капризным, но любимым зверем. Наша магия - это плетение кружев, это зелья, это шёпот на грани слышимости. А то, что я почувствовала в Кире, было иным. Это была стихия. Грубая, первозданная, не терпящая контроля. Огонь. Чистый, яростный огонь, который не подчиняется заклинаниям и не нуждается в ритуалах. Он просто есть. Как часть её самой.

И это меня пугало. Не столько сама сила, сколько полное, абсолютное незнание Киры о ней. Человек, который не знает, что он стихийный маг - это бомба с зажжённым фитилём. Рано или поздно рванёт. И я должна понять, когда и как. Должна выяснить, на что именно способна её магия, где её предел и, что важнее, где её слабость. Потому что если эта сила выйдет из-под контроля в моём доме, рядом с моей дочерью...

Нет. Этого я допустить не могла.

Но как проверить? Как заставить скрытую, неведомую ей самой магию проявиться в полную силу? Обычно такие вещи проявляются на пике эмоций. В момент крайней опасности, смертельной угрозы. Когда разум отключается, а инстинкты берут верх. И тут мне в голову пришла идея. Не самая благородная, признаю. Да что уж там, откровенно жестокая. Но я должна была знать. Я должна была увидеть.

Я не собиралась причинять ей реальный вред. Лишь иллюзию. Достаточно правдоподобную, чтобы её тело поверило в угрозу и ответило единственным доступным ему способом - выбросом магии.

Я дождалась, пока Кира придёт в себя. Когда она открыла глаза, я сидела рядом на стуле, старательно изображая спокойное, даже немного отстранённое выражение лица. Она застонала, попыталась приподняться, и её взгляд тут же метнулся к боку, где ещё недавно зияла рана. Увидев лишь гладкую, розовую кожу, она замерла. Потрогала это место пальцами. Перевела на меня изумлённый, ещё затуманенный взгляд.

- Ты... вылечила? - прохрипела она.

- Вылечила, - кивнула я.

И прежде чем она успела сказать хоть слово благодарности, я это сделала. Я щёлкнула пальцами, и магия послушно отозвалась на мой призыв. Пол под ней, там, где стояла кровать, внезапно дрогнул и пошёл трещинами. Из этих трещин с пугающей, противоестественной скоростью полезли толстые, извивающиеся корни. Чёрные, блестящие, покрытые слизью и острыми, как иглы, шипами. Они росли, извивались, словно щупальца какого-то подземного чудовища, и тянулись к Кире, оплетая её запястья и лодыжки, притягивая её тело обратно к кровати. Запахло сырой землёй и гнилью.

Я увидела, как расширились от ужаса её рыжие глаза. Как она дернулась, пытаясь вырваться, и как один из шипов, острый, как бритва, царапнул её по щеке, оставляя тонкую алую полоску.

- Луна! - её голос сорвался на крик. Она увидела меня, стоящую над ней с ничего не выражающим лицом, и в её глазах ужас сменился дикой, всепоглощающей болью предательства. - Что ты... что ты делаешь?! Если ты хочешь меня убить, так убей! Но зачем эти игры?! Я думала... я верила... Отпусти меня! Я просто уйду! Мы с Ликой уйдём, я никому, никогда не скажу, где вы! Я исчезну из вашей жизни навсегда, клянусь! Зачем убивать?!

Я видела, как по её щекам покатились слёзы - слёзы не боли, а горького, разъедающего душу разочарования. Её голос дрожал, и в нём слышалась мольба, смешанная с отчаянием. И на мгновение мне стало стыдно. Да что там стыдно - мне стало тошно от самой себя. Но я не могла остановиться. Я должна была довести это до конца.

Я заставила себя усмехнуться. Холодно, жёстко, как и подобает той ведьме, которой меня рисовали деревенские сказки.
- Убить? О, нет, Кира, - произнесла я, растягивая слова, словно смакуя её страх. - Убить - это слишком просто. И слишком скучно.

Я наклонилась ближе, заглядывая в её полные ужаса глаза.
- Ты права. Я хочу тебя убить. Медленно. Наблюдая, как ты корчишься.

Это было слишком. Даже для меня. Я видела, как в её глазах что-то сломалось. Страх достиг своего пика и обратился во что-то иное. В гнев. В дикую, неконтролируемую ярость. И тогда это произошло.

Её зрачки вспыхнули. Не загорелись, нет. Они именно вспыхнули - из янтарных став ярко-золотыми, почти белыми, как раскалённый металл. Воздух вокруг неё загудел, наполняясь жаром, и корни, которые я создала, начали дымиться, а потом и вспыхнули, осыпаясь пеплом. Она не произнесла ни заклинания, не сделала ни одного пасса рукой. Она просто закричала - яростный, гортанный крик, в котором смешались боль, страх и неверие. И вместе с её криком из неё вырвалась волна. Не огня - чистой, концентрированной силы, похожей на взрывную волну в пустыне. Невидимый, но осязаемый жар, который ударил во все стороны, плавя воск на моих свечах и заставляя оконные стёкла жалобно звенеть.

Я ждала этого. Я была готова. Мгновенно вскинув руку, я поставила перед собой серебристый, мерцающий щит - плотную стену лунного света. Удар был такой силы, что мой щит прогнулся, пошёл рябью, и я почувствовала, как вибрация от столкновения двух магий отдаётся в моих зубах. Ещё секунда - и он бы не выдержал. Но волна схлынула так же внезапно, как и появилась.

Тишина. Звенящая, оглушительная тишина. Кира лежала на кровати, тяжело дыша и глядя на меня совершенно ошарашенным взглядом. Вокруг неё дымились остатки моих корней, превратившихся в уголья. По её вискам струился пот, а зрачки медленно гасли, возвращаясь к своему обычному янтарному цвету. Она перевела взгляд на свои руки, словно видела их впервые.

Я опустила щит и медленно, очень медленно подошла к ней.
- Всё, - сказала я тихо, но твёрдо.
- Успокойся. Это была проверка. И ты её прошла.

- Про...верка? - выдохнула она, всё ещё не в силах поверить.

- Проверка, - повторила я. - Ты не знала, что в тебе есть магия. Я должна была понять, насколько она сильна и как именно проявляется. Теперь я знаю. Это стихийный огонь. И пробуждается он в момент крайней опасности, на пике эмоций.

Я видела, как в её глазах страх постепенно сменяется осознанием, а затем - новой вспышкой гнева, уже вполне контролируемого.
- Ты... ты пугала меня до полусмерти, чтобы проверить?! - прошипела она, сжимая кулаки. - Я думала, ты предала меня! Я думала...

- Знаю, - перебила я, и мой голос был усталым, но лишённым издёвки. - Прости. Это был жестокий, но самый быстрый способ.

Кира отвернулась, и я видела, как ходят желваки на её сжатых челюстях. Она злилась, и я её понимала. Я бы на её месте тоже злилась. Я уже собиралась выйти, оставить её одну, чтобы она могла переварить всё случившееся, когда кое-что ещё заставило меня замереть на пороге.

Там, в момент всплеска, когда её магия ударила в мой щит, я почувствовала это снова. То самое странное, неуловимое эхо, которое ощутила в первый раз, когда пыталась исцелить её. Оно было под слоем огня. Глубже. Древнее. Это не было магией в привычном понимании. Это было что-то звериное. Что-то дикое и невероятно, пугающе живое. Как если бы под тонкой человеческой кожей, под слоем стихийного пламени, дремал кто-то ещё.

Я остановилась и, не оборачиваясь, бросила на неё взгляд. Она лежала, всё ещё тяжело дыша, глядя в потолок. Обычная женщина. Рыжие волосы разметались по подушке. Бледная, вспотевшая. Человек. Но где-то там, внутри, свернувшись калачиком, спало нечто иное. Я чувствовала его звериный, острый запах, его неслышное рычание, его голод. Я ощущала его так же ясно, как лунный свет на своей коже.

«Кто ты, Кира? - подумала я, и по моей спине пробежал холодок. - Ты сама-то знаешь, ЧТО ты такое? Волк. Я чую волка. Но как? Ты человек... и не человек одновременно».

Ответа у меня не было. Но я знала, что этот ответ нам ещё предстоит найти. И, судя по всему, наше вынужденное знакомство обещает быть куда более запутанным, чем я могла себе представить.

__________________________

Слов-1854

Луна решилась на жестокую проверку - и не пожалела. Кира - стихийный маг огня. Но под этим огнём спит что-то ещё. Что-то звериное, дикое, древнее. Волк? Луна уже догадывается. А вы? 🐺🔥👀