Добавить в друзья (18+)

И кого еще, спаси боги, она вообще ожидала увидеть в этот уродливый, проклятый день?

Громко втянув воздух, Блэр с трудом сглотнула застрявший в горле ком и гордо выпрямилась без чьей-либо помощи. Калеб выглядел непривычно: на нем были серые спортивные штаны и объемное серое худи. Судя по всему, он в кои-то веки решил сменить свой бессменный черный балахон.

— Ты в порядке? — спросил Калеб, чуть наклонив голову набок и вглядываясь в ее покрасневшее лицо с какой-то въедливой, пугающей внимательностью. — Тебя... тебя кто-то обидел, Блэр?

— Я просто хочу побыть одна, ясно тебе? — резко выдохнула она, не желая выслушивать его расспросы.

Блэр попыталась обогнуть его бледную фигуру по дуге и пойти дальше, но парень среагировал мгновенно. С неожиданной для его щуплого телосложения силой Калеб резко схватил ее за локоть и вполоборота развернул к себе. Блэр от неожиданности шокировано округлила глаза, ощутив, как пальцы сквозь ткань ветровки впиваются в ее руку.

— Но я же вижу, что у тебя что-то случилось! — в его голосе прорезалось требование. — Мы же договаривались, Блэр! Ты обещала, что будешь делиться со мной всеми своими переживаниями. В любое время, помнишь?

И в этот момент у Блэр внутри окончательно сорвало предохранители. Гнев, который она давила в себе все эти часы, вспыхнул с разрушительной силой. Мало того, что она только что собственными глазами застала своего парня за откровенной изменой в его же кабинете, так еще и этот безумный сталкер смеет хватать ее на улице, выдвигать какие-то претензии и упрекать в нарушениях несуществующих договоренностей!

— Это ты там про себя что-то договаривался! — сквозь зубы процедила Блэр, и ее взгляд вспыхнул такой ледяной яростью, которой Калеб от нее никогда прежде не видел. — Запомни раз и навсегда: оставь меня уже в покое!

Девушка с силой, наотмашь, рывком освободила свою руку из его хватки и пошагала дальше по тротуару, даже не подумав оглянуться. Калеб так и застыл на месте с полуподнятой в воздухе рукой. Он молча смотрел вслед удаляющемуся русому хвосту, пока внутри него разгорался настоящий шторм. Ему стало невыносимо, до боли в груди грустно. Медленно опустив онемевшую кисть, парень уткнулся взглядом в носки своих поношенных кроссовок. В его травмированном сознании царила полная растерянность: он искренне не понимал, почему Блэр так яростно зла на него. Она ведь даже не озвучила причину! Но Калеб был железно уверен: виноват он сам. Он где-то оступился, сделав что-то не так, и именно это ранило его Блэр. Калеб находился в настоящем шоке, ведь она впервые в жизни сорвалась на него, закричала, посмотрела с искренней ненавистью. Раньше она всегда говорила с ним мягко, была милой и вежливой, а сейчас в ней не осталось ничего от той привычной девушки. Она стала совсем другой.

Тем временем Блэр практически влетела в подъезд, поднялась на свой этаж и с оглушительным грохотом захлопнула за собой тяжелую дверь квартиры. Не разуваясь, она прошла по коридору прямо в гостиную. Там на диване устроилась Стефани. После ухода Джил и Роя блондинка осталась в гордом одиночестве, включила на полную мощность музыку и пыталась заглушить накатившую злость и обиду бокалом дорогого красного вина. Появление подруги мгновенно вырвало её из тяжелых мыслей.

— Воу, подруга, да на тебе лица нет! Что стряслось-то? — Стефани резко поднялась с кресла, покрепче сжав в руке стеклянную ножку бокала, и удивленно уставилась на вошедшую.

Блэр застыла посреди комнаты, тяжело дыша. На нее смотрели взволнованные глаза подруги, но начать разговор с Кая казалось невыносимым. Блэр понимала: стоит ей произнести его имя вслух, и она разрыдается прямо здесь, потеряв остатки контроля. А показывать свою слабость ей сейчас не хотелось больше всего на свете.

— Меня просто задолбал этот Калеб! Я... я только что встретила его на улице и ему нагрубила, — на одном дыхании выпалила она первое, что пришло в голову, и в бессилии рухнула на мягкий диван, спрятав лицо в ладонях.

Стефани искренне изумилась. Она сделала шаг вперед, держа в другой руке недопитую бутылку вина, и с недоумением развела руками:

— Постой. Ты же собиралась поехать к Каю в клинику? Откуда там вообще взялся Калеб?

Блэр тяжело, с надрывом вздохнула, убирая руки от лица. В глубине души она была невероятно благодарна Стефани за то, что та не начала читать свои привычные язвительные нравоучения в духе «а я же тебе говорила». Почувствовав хоть какую-то опору, Блэр собрала в кулак остатки мужества, чтобы наконец выговорить то, что разрывало ее изнутри.

— Там... В общем, какая-то медсестра или практикантка, неважно... Я вошла в кабинет, а она прямо склонилась и целовала Кая, — сказала Блэр, уставившись в одну точку.

— Что-о-о-о?! — Стефани от шока едва не выронила бокал.

Она приоткрыла рот, во все глаза уставившись на Блэр, а вся ее утренняя вальяжность мгновенно испарилась.

— Я просто... я застала их прямо там, в его же кабинете, — Блэр тяжело, со всхлипом шмыгнула влажным носом.

Слезы, которые она так отчаянно давила в себе всю дорогу, наконец прорвали плотину, огненными дорожками обжигая бледные щеки.

— Блэр, ты... ты точно уверена в том, что видела? — Стефани растерянно моргнула, её привычная дерзость мгновенно улетучилась. Не долго думая, блондинка протянула подруге полупустую бутылку красного вина. — А Кай? Он что, даже ничего не попытался тебе объяснить?

— Нет, — Блэр приняла бутылку дрожащими пальцами и, пренебрегая бокалами, сделала глоток прямо из горлышка. Терпкий, винный вкус обжег горло, но не принес ни капли облегчения. — И знаешь, что самое паршивое? Прошло уже сорок минут, а он мне даже не перезвонил. Ни одного сообщения, ничего.

Стефани в полном оцепенении рухнула обратно в мягкое кресло, едва не пролив остатки вина из своего бокала. В голове у нее царил абсолютный хаос. Что-что, а от Кая она подобного предательства не ожидала ни при каких раскладах. Это не укладывалось в ее картину мира: Кай ведь безумно, до дрожи любил Блэр, носил ее на руках и тысячу раз доказал свою преданность поступками. Все в их компании знали его как исключительно воспитанного, сдержанного и зрелого парня. Но, видимо, все эти выверенные манеры были лишь удобным, лицеприятным образом. И все же блондинка была искренне шокирована тем, что он оказался способен на столь низкую и банальную измену. Кай был последним человеком, от которого ждешь подвоха в отличие от того же Роя, разумеется, чья кобелиная натура для Стеф не была секретом.

— Слушай... а может, тебе стоит тупо переспать с кем-нибудь прямо сегодня? Ну, чтобы восстановить баланс и жестоко отомстить ему? — Стефани импульсивно развела руками в стороны. — Этот идеальный доктор должен раз и навсегда понять, что твой мир не крутится вокруг его персоны!

— Стеф, нет! Что за бред? — Блэр резко покрутила головой, с ужасом уставившись на подругу.

— Да брось ты! Сама отлично развлечешься, выплеснешь весь этот негатив и хоть немного расслабишься, — усмехнулась Стефани, пожав плечами. — Говорю тебе на основе личного опыта, это работает лучше любой терапии.

— Стефани... я не такая и я не хочу быть такой, как ты! — почти в слезах, с горьким надрывом выкрикнула Блэр, снизу вверх посмотрев на блондинку.

На мгновение в гостиной повисла тишина. Встретившись с холодным, застывшим взглядом голубых глаз Стефани, Блэр мгновенно обомлела и прикусила язык. Внутри всё похолодело, она поняла, что в порыве боли ляпнула лишнее. Стефани было чертовски неприятно и больно слышать подобные слова от близкого человека. Однако Блэр сказала чистую, безжалостную правду, и они обе в глубине души это прекрасно знали просто блондинка никогда и ни за что не признала бы этого вслух.

— Прости... Я... я ляпнула глупость, извини меня, — Блэр судорожно смахнула тыльной стороной ладони одинокую слезу, покатившуюся по щеке.

— О, ну конечно, — горько язвительно усмехнулась Стефани, скрестив руки на груди и откидываясь на спинку кресла. — Сказать пару действительно жестких, обидных слов больному сталкеру-Калебу ты не способна. Ты у нас вся такая правильная, воспитанная, вежливая и святая. А вот как вылить ведро гадостей на голову лучшей подруги тут ты всегда в первых рядах.

— Да потому что я просто в бешенстве, ясно тебе?! — Блэр резко вскочила с дивана, всплеснув руками от подступающей истерики. — Ты ведь прекрасно меня знаешь! Ты знаешь мои принципы! Я бы никогда в жизни не стала спать с первым встречным ради какой-то мелкой мести! Так зачем ты вообще начинаешь эту тему?!

Стефани глубоко вздохнула и опустила взгляд на свои ногти. В словах Блэр была правда, но проблема заключалась в том, что по-другому Стеф просто не умела выражать поддержку. Как она могла рассуждать об измене? Что она могла сказать про ту неизвестную медсестру, если сама прямо сейчас, за спиной у Джил, тайком спит с ее парнем? От этой мысли и осознания собственного лицемерия Стефани на секунду стало подлинно тошно и мерзко на душе.

— Извини, — Стефани поднялась с кресла, подошла к Блэр и попыталась тепло, по-дружески обнять ее за плечи. — Я правда знаю, что ты сейчас на пределе и на взводе. Но я не хотела сказать ничего плохого... Просто мне казалось, что отомстить ему...

— Всё, довольно, хватит, — Блэр мрачно нахмурилась и жестким движением плеча отстранилась от подруги, не дав той договорить. — Я, пожалуй, лучше побуду одна у себя в комнате.

Блэр развернулась и быстрыми, тяжелыми шагами направилась по длинному коридору.

— Блэр! Ты ведь... ты же не обиделась на меня, правда? — громко крикнула ей вслед Стефани, тревожно подавшись вперед.

— Нет, — с досадой и усталостью ответила Блэр и с треском толкнула дверь своей спальни, закрываясь от всего мира.

***

Утро следующего дня встретило девочек прохладной осенней свежестью, но атмосфера между ними была натянута как струна. Джил, Стефани и Блэр вместе направлялись в колледж, однако это не было их привычной веселой прогулкой. Джил, сияющая от счастья после вчерашнего вечера, с самого порога квартиры не замолкала ни на секунду, в мельчайших подробностях расписывая каждое мгновение своего романтического свидания с Роем - от огромной сладкой ваты до их незабываемого поцелуя на самой верхней точке колеса обозрения.

Стефани шла рядом, прямо-таки корчась от скрытого раздражения. Каждое восторженное слово подруги отдавало тупой болью где-то под дыхом, но блондинка виртуозно, с улыбкой заправской актрисы, отыгрывала роль внимательной слушательницы, время от времени кивая и вставляя фальшивые «ух ты» и «как мило». Джил же, полностью поглощенная собственным счастьем, была настолько слепа, что даже не заметила мрачной тучи, висевшей над Блэр. Про вчерашнюю драму с Каем она так ничего и не узнала просто потому, что не давала подругам вставить даже слова.

Перед первой парой девушки решили зайти в огромную студенческую столовую, где на больших переменах всегда яблоку негде было упасть. Джил и Стефани шествовали чуть впереди, а Блэр плелась позади, уткнувшись взглядом в носки своих кед и полностью игнорируя трескотню подруги. В её голове крутился бесконечный, мучительный хоровод мыслей. Всё её существо отказывалось верить в то, что Кай мог поступить с ней так подло.

— Блэр... привет, — тихо раздалось из-за спины.

Девушка резко вздрогнула. Этот голос она узнала бы из тысячи, и прямо сейчас он подействовал на её взвинченные до предела нервы как спичка, брошенная в сухую траву. Сдерживать копившуюся внутри ярость больше не было сил, и несчастному Калебу не повезло оказаться именно тем человеком, на которого обрушилась вся эта буря.

— Опять ты? — Блэр резко обернулась и гневно нахмурила брови.

Калеб выглядел откровенно паршиво. Его волосы были хаотично растрепаны, под глубоко посаженными глазами залегли темные синяки от беспросветной бессонницы, а бледная, бескровная кожа придавала ему сходство с призраком. Было видно, что эту ночь он не спал вовсе.

— Я... я просто хочу узнать, что я тебе такого сделал? За что ты так со мной? Почему ты вдруг стала так общаться со мной?.. — с грустью прошептал он, подавшись немного вперед.

— Ты что, совсем слов не понимаешь?! — вскипела Блэр, и её голос взвился на октаву выше. — Оставь меня в покое, мне сейчас вообще не до тебя и не до твоих глупых вопросов!

Она круто развернулась на каблуках, намереваясь уйти, но Калеб в отчаянии сделал импульсивный шаг и больно, мертвой хваткой сжал её тонкую кисть.

— Не отказывайся от меня! Пожалуйста, Блэр! — выкрикнул он, глядя на неё безумными глазами.

— Да оставь ты меня в покое, чертов псих! — на пределе срыва, с надрывом воскликнула Блэр и изо всей силы выдернула свою руку из его пальцев.

Её звонкий, полный ненависти крик пролетел по всему помещению. В ту же секунду в огромной столовой воцарилась гробовая тишина. Стук вилок, смех и гул голосов мгновенно затихли, десятки пар глаз уставились на них. Блэр от ужаса приоткрыла рот, только сейчас осознав, насколько громко это прозвучало.

Она перевела взгляд на Калеба и обомлела. В его широких, покрасневших от слез и недосыпа глаз застыл ужас. Парень дрожью забился на месте, словно через его тело пропустили мощный разряд тока, но он изо всех сил пытался удержаться на ногах и не упасть. Его губы дрожали. Не в силах больше выносить такого публичного унижения и такой ледяной жесткости от девушки, которая была для него единственным смыслом жизни, Калеб резко развернулся и, не разбирая дороги, бросился прочь из столовой. Блэр тяжело, со свистом вздохнула и судорожным движением дрожащих пальцев зачесала волосы назад. В груди противно заскребли кошки, но отступать было поздно.

— Туда его, пошли, не обращай внимания, — Стефани подскочила к ней, уверенно взяла за локоть и потащила к освободившемуся дальнему столику у окна.

Они сели. Джил, которая наконец вынырнула из своих фантазий и поняла, что упустила нечто действительно важное, подалась через стол.

— Блэр, почему ты мне вчера ничего не рассказала про Кая? — недоуменно спросила она, хлопая ресницами.

— Да потому что ты не замолкала ни на секунду со своим Роем и болтаешь без остановки! — жестко отрезала Стефани, со стуком садясь напротив и не давая Блэр снова погрузиться в оправдания.

— Но... вам все равно нужно нормально поговорить! — настойчиво продолбила Джил, обращаясь к Блэр. — Не надо строить глупых догадок и накручивать себя.

Стефани тем временем раздраженно порылась в своем вместительном рюкзаке и извлекла оттуда ярко-желтую пачку «Читос». С громким треском надорвав упаковку, блондинка демонстративно протянула её сначала Джил, а затем Блэр. Блэр лишь молча покачала головой, отказываясь от еды, кусок в горло не лез.

— Я видела всё своими собственными глазами, ясно?! - всплеснула руками Блэр, чувствуя, как внутри снова закипает обида. — Он даже не побежал за мной! Он не попытался догнать, не позвонил, не пришел объясниться, хотя обычно в таких ситуациях парням есть что сказать!

Джил глубоко задумалась, прикусив губу. Кай был её кузеном. Она с самого детства знала его как исключительно честного, благородного и сдержанного человека. В её голове просто не укладывалось, что Кай способен на банальную интрижку с коллегой.

— А я вот считаю, что если всё действительно так, то ты должна просто забить на него огромный болт, — Стефани с хрустом закинула в рот пару вредных снеков и ядовито ухмыльнулась. — Настоящий мужчина, который искренне ценит тебя, во что бы то ни стало попытался бы вымолить прощение и объясниться. А точнее... человек, который по-настоящему любит, в принципе никогда не пойдет на измену.

Блондинка сделала паузу и многозначительно посмотрела прямо в глаза Джил. В этих словах была вся её личная, жгучая желчь: Джил сидела перед ней, абсолютно наивная, понятия не имеющая, какие предательские игры вытворяют её любимый парень и «лучшая подруга» за её спиной каждый раз, когда она отворачивается. Непонимающая Джил лишь раздраженно закатила глаза на нравоучения Стефани и снова повернулась к Блэр:

— Блэр, ну я правда не верю, что Кай мог так поступить! Ты же сама его отлично знаешь! — Джил еще сильнее наклонилась вперед. — Вдруг у него прямо в тот момент, когда ты уходила, началась какая-нибудь операция? Он же хирург! У них в отделении постоянно авралы, поступают тяжелые пациенты, и он просто был обязан бросить всё и спасать чью-то жизнь!

Блэр медленно отвела взгляд в сторону проплывающих за окном облаков. В логической цепочке Джил безусловно присутствовала доля правды - специфика работы Кая действительно допускала подобные форс-мажоры. Но прямо сейчас это объяснение казалось слишком удобным, слишком пригнанным за уши, будто Джил просто отчаянно пыталась обелить любимого родственника.

— Ой, да забей ты на него пока что! — Стефани подбадривающие улыбнулась, хлопнув ладонью по столу. — Главное, помни: завтра твое двадцатилетие! Твой день рождения! Ты должна сиять, гулять и кайфовать, а не сопли на кулак наматывать из-за мужиков.

Блэр вздохнула и едва заметно кивнула. На душе по-прежнему было паршиво и темно, но портить свой праздник и превращать его в траур из-за сомнительных поступков Кая ей действительно не хотелось.