Между прошлым и нами

وَعَسَىٰ أَن تَكْرَهُوا شَيْئًا وَهُوَ خَيْرٌ لَّكُمْ ۖ وَعَسَىٰ أَن تُحِبُّوا شَيْئًا وَهُوَ شَرٌّ لَّكُمْ ۗ وَاللَّهُ يَعْلَمُ وَأَنتُمْ لَا تَعْلَمُونَ
«Быть может, вам неприятно то, что является благом для вас, и быть может, вы любите то, что является злом для вас. Аллах знает, а вы не знаете».
Сура «Аль-Бакара», 2:216
------------------------------------------------

Пятница. Конец декабря.
Я проснулась от привычной, уже почти знакомой боли в голове.
Она снова раскалывалась так, будто кто-то всю ночь стучал изнутри, не давая мне ни минуты покоя. Меня мучили какие-то странные, обрывочные сны, от которых после пробуждения оставалось неприятное чувство тревоги.
Я медленно открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в потолок.
Опять эта боль.
Я принимала таблетки. Иногда.
Но редко.
Сама не знаю почему.
Наверное, мне просто не нравилось признавать, что я действительно нуждаюсь в них.
Я с трудом поднялась с кровати. Ноги казались ватными, а голова тут же закружилась. Пришлось на несколько секунд остановиться, опираясь рукой о стену.
- Бисмиллях...
Я медленно выдохнула.
Потом пошла совершать омовение.
Вода была прохладной и немного привела меня в чувство. Закончив, я вернулась в комнату, надела намазное платье и расстелила свой молитвенный коврик.
Мой намаз.
Как же я любила это время.
Любила оставаться наедине со своим Господом, когда весь шум этого мира словно исчезал, когда между мной и Ним не оставалось ничего.
Я подняла руки.
- Аллаху Акбар.
И начала намаз.
Сначала я старалась сосредоточиться.
Но потом глаза сами наполнились слезами.
Одна слеза.
Вторая.
А затем они просто перестали останавливаться.
Капли падали на молитвенный коврик, а я продолжала читать, стараясь не дать своему голосу дрогнуть.
Но иногда сердце не спрашивает разрешения, прежде чем заговорить.
После окончания намаза я не сразу поднялась.
Я легла прямо на коврик, поджав под себя ноги, и закрыла лицо руками.
И заплакала.
Тихо.
Почти беззвучно.
Так, как плачут тогда, когда уже слишком долго держали всё внутри.
- Аллахым... Господь мой... Милостивый, Милосердный...
Мой голос дрожал.
- Я знаю, что Ты не оставляешь Своих рабов. Я знаю, что Ты не оставишь и меня. Помоги мне... Прошу Тебя, помоги мне. Я знаю, что Ты слышишь. Знаю, что Ты видишь всё, что происходит со мной...
Я судорожно вдохнула.
- Помоги мне, Господь мой...
В комнате было тихо.
Но я знала.
Он слышит.
И однажды Он обязательно поможет.
Я верила в это.
Даже тогда, когда сама себе казалась совершенно разбитой.
Наконец я поднялась с коврика.
Времени оставалось не так много. Нужно было идти в школу.
Я взяла Коран и села читать.
Прошёл час.
За окном постепенно просыпался Измир, а я всё ещё сидела в своей комнате, погружённая в знакомые строки, которые всегда приносили мне покой.
Когда я закончила, убрала всё на место и начала собираться.
Сегодня я надела обычные чёрные широкие спортивные штаны и чёрную толстовку. Повязала свой чёрный шарф-хиджаб - он красиво лёг складками вокруг головы, полностью закрывая шею.
Затем немного консилера, чтобы скрыть следы бессонной ночи, немного блеска на губы.
Я надела чёрную куртку, вставила наушники и закинула рюкзак на плечо.
Когда я спустилась вниз, мама уже была на кухне.
- Адия, ты уже уходишь?
- Да, мам. Я пошла.
- Стой. Ты выпила таблетки?
Я замерла.
- Я забыла.
Мама тут же нахмурилась.
- Адия! Иди поешь и прими таблетки.
- Ну, мама...
- Никаких «ну, мама». Я же сказала тебе! Неужели тебе так нравится причинять себе боль?
Я замолчала.
Боль?
Я причиняю себе боль?
Или её мне причинили уже настолько давно, что я просто привыкла к ней?
Я отвела взгляд.
- Мам... всё, что происходит, происходит по воле Всевышнего. И своё спасение я ищу только у Него. А не в таблетках.
Мама несколько секунд смотрела на меня, а потом её выражение смягчилось.
- Гызым...
Она улыбнулась.
- Какая же ты у меня умная. С таким крепким иманом, ма ша Аллах. Но, пожалуйста, принимай таблетки. Они нужны тебе. Они поддержат твой организм. Кушай и принимай их, пока ты совсем не упала где-нибудь. Аллах обязательно поможет. Ин ша Аллах.
Я улыбнулась.
- Амин.
- И, гызым, ты ведь не забыла? Сегодня мы едем к тёте Амире. Вы с Маликой после школы должны выйти пораньше.
Я тяжело вздохнула.
- Хорошо.
Я взяла булочку, которую утром испекла мама, и быстро поела. Потом достала таблетку, запила водой и положила пачку в рюкзак.
Попрощавшись с мамой, я вышла из дома.
В школе уже было шумно.
Коридоры звенели голосами, смехом и бесконечными разговорами. Кто-то издалека крикнул мне «Привет!», и я лишь махнула рукой в ответ.
- Ну наконец-то пришла наша колючая звёздочка!
Я даже не удивилась.
Конечно же, Али.
Только он умудрялся одновременно называть меня и колючкой, и звёздочкой.
- Али, Чебурек.
Он тут же оказался прямо передо мной.
- Я Чебурек?
- Ты Чебурек.
- Я полностью согласна с Адией, - тут же вмешалась Малика.
- Вот видишь, Чебурек. Двое против одного.
- Так нечестно!
Я усмехнулась.
- Чебурек.
Малика первой расхохоталась, а через секунду мы уже смеялись все вместе.
Когда мы были рядом, внутри становилось тепло.
По-настоящему.
Я любила такие моменты.
Когда можно просто смеяться.
Не думать.
Не вспоминать.
Не чувствовать тяжесть прошлого.
Просто быть.
- Али, салам, брат! - к нам подошёл его друг и наш одноклассник Адам.
- Уалейкум ассалам, брат.
Они поприветствовали друг друга привычным хлопком ладонями.
- Ну что, сегодня куда-нибудь идём? - спросил Али.
Я покачала головой.
- Сегодня не получится.
- Почему?
- Наши мамы ведут нас в гости к своей подруге. Сказали, что там будут все. Ещё Джума, намаз... В общем, мы обязаны присутствовать.
Я слегка закатила глаза.
- Оу... Понятно-понятно, - протянул Али.
- Чебурек, не беси меня.
- Ой-ой. А что ты мне сделаешь, каратышка?
Я резко размахнулась рюкзаком и ударила его.
- АУЧ!
Мы с Маликой рассмеялись.
- Я знал, что ты каратышка, но не думал, что настолько опасная!
- Сейчас ещё раз получишь!
- А вот и нет!
Али с лёгкостью выхватил мой рюкзак.
- ЭЙ! ЧЕБУРЕК!
- КОЛЮЧАЯ ЗВЁЗДОЧКА!
- АДИ! БЕГИ!
Малика и Адам взорвались смехом.
Я бросилась за Али, толкаясь сквозь толпу учеников.
Я смеялась.
Бежала.
И на несколько минут забыла обо всём.
Как же я любила это чувство.
Улыбаться.
Смеяться.
Чувствовать себя обычной.
Словно у меня нет никаких проблем.
Я наконец догнала Али.
- Всё! Отдай рюкзак!
- Ой-ой, какая быстрая.
- Чебурек, не беси меня, - сказала я, тяжело дыша.
Он тоже запыхался и наконец протянул мне рюкзак.
- Ладно. Победа твоя.
Но стоило мне взять его, как из бокового кармана выпала пачка таблеток.
Али сразу изменился в лице.
Он поднял её.
- Эй... А это что?
Я застыла.
Али ничего не знал.
Он не знал, что я постоянно чувствую слабость.
Не знал, что у меня часто кружится голова.
Не знал, что иногда мне становится настолько плохо, что я едва могу стоять.
Об этом знали только мои родители, Малика.
Я не хотела, чтобы Али узнал.
Потому что знала его.
Он относился ко мне как к младшей сестре.
Когда я болела и не приходила в школу, он приходил вместе с мамой проведать меня. Приносил мне какие-то сладости, спрашивал, как я себя чувствую.
Он слишком сильно переживал за меня.
И я не хотела добавлять ему ещё одну причину для беспокойства.
- А... это...
Я нервно усмехнулась.
Смех получился каким-то странным.
Натянутым.
- Да ничего. Просто... витамины.
Я быстро наклонилась и забрала пачку.
Но Али не отпустил рюкзак.
Он посмотрел на меня серьёзно.
- Адия.
Я замерла.
- Что?
- Я спросил, что это.
- Али, я же сказала. Ничего особенного.
- Кому ты врёшь, Адия?
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
- Али...
- Адия.
Его голос стал мягче.
Но от этого мне стало только хуже.
Я выдернула рюкзак из его рук.
- Нам пора.
И быстро ушла.
В классе я сразу села рядом с Маликой.
Она посмотрела на меня.
- Ну что, догнала Чебурека?
- Да.
- Ади...
Я замерла.
- Что?
- Что с тобой?
- Со мной? Ничего. А что со мной?
Я почувствовала, как голос предательски дрогнул.
Малика посмотрела на меня внимательно.
Она всегда меня видела насквозь.
- Он что-то тебе сказал?
Я вздохнула.
- Мали... Он увидел таблетки.
- О Аллах...
Она тут же понизила голос.
- Ты же не сказала ему?
- Конечно нет.
- Хорошо.
Она задумалась.
- Мы что-нибудь придумаем.
Я кивнула.
Но весь урок я думала только об одном.
Али знает, что что-то не так.
И он не остановится.
Я знала его.
После занятий мы вышли из школы.
И, конечно же, Али нас догнал.
- Адия.
Я обернулась.
- Нам нужно поговорить.
Я знала о чём.
- Али, нам нужно домой. Давай в следующий раз.
- Но...
Я схватила Малику за руку.
- Пойдём!
И быстро потащила её за собой.
Когда мы пришли домой, наши мамы - моя мама и мама Малики, Гюльшад, - уже вовсю готовились к вечеру.
- Мам! Мы дома!
- Отлично! Идите наверх и собирайтесь. Мы скоро выходим! - крикнула мама.
Мы с Маликой поднялись ко мне в комнату и оставили рюкзаки.
- Сегодня у меня останешься? - спросила я.
- Конечно.
Малика посмотрела на меня.
- Ты будешь переодеваться?
- Нет. Так и пойду.
Она оглядела меня с головы до ног.
- Ну ты прямо как на похороны.
- Ой, Мали, ну не начинай.
- Всё-всё. Молчу.
Я села перед зеркалом.
Макияж после нашего побега за Али действительно немного испортился.
Я поправила консилер, слегка подкрасила ресницы и нанесла блеск.
- Мали, ты готова?
- Да, почти!
Через несколько минут мы спустились вниз.
Мамы уже всё собрали.
- Готовы?
- Да.
- Тогда идёмте.
Мы ехали в машине.
Я смотрела в окно.
За стеклом проплывал вечерний Измир.
- Мам...
- М?
- А нельзя было без нас?
Мама даже не повернулась.
- Адия, не начинай. Сегодня Джума. Проведём этот день вместе. К тому же вы давно не виделись с тётей Амирой.
Я пожала плечами.
- И с Юсуфом и Хасаном, - добавила мама.
И именно в этот момент я впервые за много лет снова подумала о них.
Юсуф.
Странно.
Я ведь почти забыла.
Когда мы приехали, перед нами оказался большой дом.
Мы вошли внутрь, и нас сразу окутало тепло.
- Зейнеп! Гюльшад! Наконец-то вы приехали!
Тётя Амира выбежала нам навстречу.
- Ма ша Аллах! Посмотрите только, какими взрослыми и красивыми стали мои девочки!
Она подошла ко мне.
- Адия, гызым... Какая же ты взрослая стала. Ма ша Аллах.
Она обняла меня и поцеловала в лоб.
- Спасибо, - ответила я с лёгкой улыбкой.
Через несколько минут мы уже сидели в гостиной.
Меня и Малику отправили на кухню за десертами.
Мы складывали их на поднос, когда из коридора послышался знакомый мужской голос.
- Мам, я дома. Я пришёл. Я с Хасаном.
Я замерла.
Малика медленно посмотрела на меня.
- Юсуф?..
- Не знаю.
- А вот и твои бывшие друзьяшки.
- Они не мои друзьяшки.
- А кто?
- Это было в детстве.
Я попыталась говорить спокойно.
- Мы были детьми.
Мы вышли с десертами.
- Молодцы мои, - улыбнулась Амира.
И тут же вспомнила:
- Адия, гызым, пожалуйста, сходи на кухню и принеси салфетки.
- Конечно.
Я развернулась и пошла.
И вот тогда...
Я повернула за угол.
И столкнулась с ним.
Юсуфом.
Мы оказались друг напротив друга.
Он замер.
Я тоже.
Но если я смотрела на него почти без эмоций, то он...
Он смотрел так, будто перед ним внезапно ожило что-то из прошлого.
Его взгляд задержался на моём лице.
Он будто пытался узнать меня.
Найти ту маленькую девочку, которую когда-то знал.
Но перед ним была уже не она.
- Ассаляму алейкум, Адия.
Его голос.
Я смотрела на него несколько секунд.
Не потому что была поражена.
Просто пыталась понять, почему он так на меня смотрит.
- Уалейкум ассалам.
Я прошла мимо.
Но его голос остановил меня.
- Ты изменилась, Адия.
Я остановилась.
Медленно обернулась.
В его голосе было что-то странное.
Будто сожаление.
Будто он только что понял, сколько всего пропустил.
Я посмотрела на него.
«Изменилась?»
Он помнит меня?
Помнит ту девочку?
Ту, которой я когда-то была?
Но я ничего не спросила.
Просто отвернулась и ушла на кухню.
Я вернулась с салфетками.
Все уже сидели за столом.
- Спасибо, Адия гызым.
Я села рядом с Маликой.
Через несколько минут к столу подошли Юсуф и Хасан.
- Всем ассаляму алейкум, - с улыбкой сказал Хасан.
- Уалейкум ассалам.
Они сели.
Хасан оказался рядом с Маликой.
А Юсуф...
Рядом со мной.
Я почувствовала его присутствие, но никак это не показала.
Взрослые разговаривали.
Малика тоже активно участвовала в разговоре.
Я молча смотрела в свою тарелку.
Через некоторое время мне захотелось сока.
Я потянулась к графину.
Но не успела даже прикоснуться к нему.
Юсуф оказался быстрее.
Он взял графин, открыл крышку и налил мне сок в стакан.
Я посмотрела на него.
- Я сама могла.
Он спокойно поставил графин на место.
- Не благодари, Diken.
Я медленно повернула голову.
- Что?
Он улыбнулся.
- Diken.
Я нахмурилась.
- Не называй меня так.
- Ладно-ладно.
Он отвернулся.
- Не буду, Diken.
Последнее слово он произнёс почти шёпотом.
Только для меня.
Я закатила глаза.
- Дети, вы что, уже успели поссориться? - спросила Амира.
- Нет, мама, конечно нет. С чего бы нам ссориться? - спокойно ответил Юсуф, продолжая есть.
Амира повернулась ко мне.
- Адия гызым, расскажи, как у тебя дела?
- Всё хорошо, альхамдулиллях.
- Как учишься?
- Альхамдулиллях, хорошо.
- Да ты у нас совсем неразговорчивая, я вижу, - тихо прошептал Юсуф.
Я повернула к нему голову.
- Замолчи.
Он едва заметно усмехнулся.
- Всё-всё. Не злись.
Я нахмурилась.
- Я и не злюсь.
- Конечно.
Он посмотрел на меня.
- Поэтому смотришь на меня так, будто сейчас убьёшь.
Я уже открыла рот, чтобы ответить.
Но Юсуф вдруг поднялся из-за стола.
- Мам, мы с Хасаном пойдём. Нам ещё кое-что нужно сделать.
- Идите-идите.
Юсуф направился к выходу.
Но перед тем как уйти, бросил на меня последний взгляд.
И снова эта ехидная улыбка.
Я закатила глаза.
- Чем вы вообще не поладили? - прошептала Малика.
- Что? В смысле?
- Ой, не притворяйся. Я всё слышала.
Я вздохнула.
- Просто бесит он меня.
Малика рассмеялась.
- А кто тебя вообще не бесит, Ади?
Я не выдержала и тоже рассмеялась.
После вечера мы вернулись домой.
Малика осталась у меня.
Мы уже легли спать, когда мой телефон завибрировал.
Я протянула руку и взяла его.
Новый запрос на подписку.
Я открыла уведомление.
Замерла.
Yusuf_77E.
- О Аллах...
Что ему от меня нужно?
И как он вообще нашёл мой Instagram?
Я немного подумала и приняла запрос.
Почти сразу пришло сообщение.
Diken, ты оставила свою звёздочку.
Следом пришла фотография.
Я открыла её.
Моя серебряная заколка в форме звезды.
Я уставилась на экран.
Вот же...
Я действительно оставила её у них дома.
И теперь Юсуф, каким-то образом, решил использовать это как повод написать мне.
Я не знала, что ему ответить.
Поэтому написала первое, что пришло в голову:
Ок.
Я посмотрела на своё сообщение.
- Адия...
Какая же я тупая.
Что ещё за «ок»?
Через секунду пришёл ответ.
Очень ясный ответ.
Я закатила глаза.
Яснее некуда.
Он ответил почти сразу:
Ладно, Diken. Спокойной ночи.
Я ничего не ответила.
Да и зачем?
Из-за одной заколки устраивать переписку?
У меня их целая куча.
Я постоянно их теряю.
Я отложила телефон и снова закрыла глаза.
В комнате было тихо.
Малика уже спала рядом.
Я ещё несколько секунд смотрела в темноту.
Diken.
Странное прозвище.
И почему-то именно оно всё ещё звучало у меня в голове.
Я сама не заметила, как на моих губах появилась едва заметная улыбка.
Но тут же отвернулась к стене.
Нет.
Это просто усталость.
Просто странный день.
Просто Юсуф.
Я закрыла глаза.
И вскоре уснула.
Не зная, что сегодняшний день стал началом истории, которую ни один из нас ещё не умел предсказать.