Русская луна над Хогвартсом // Ожп/Теодор Нотт

Понедельник встретил замок глухим, заиндевевшим рассветом. Будний день неумолимо вступал в свои права, а это значило, что впереди меня ждала полноценная учебная неделя, полная лекций, министерских проверок Амбридж и косых взглядов. Именно поэтому я проснулась настолько рано. Мне было жизненно необходимо завершить переезд и обустроиться на новом месте до того, как коридоры Хогвартса заполнятся спешащими на уроки студентами, а Большой зал загудит от утренней суеты. В комнате царил сонный, прохладный полумрак, сквозь который едва пробивались первые блёклые лучи солнца. Поднявшись с постели, я по привычке потянулась к волосам. Каштановые локоны сейчас вели себя на удивление спокойно, но Лунное зелье я сегодня ещё не пила. Мой чёткий утренний ритуал оставался неизменным: я всегда принимала свои три капли серебристой жидкости строго во время завтрака, чтобы сдерживающего эффекта гарантированно хватало до самого позднего вечера. Без зелья в голове уже начинало зарождаться знакомое, лёгкое покалывание, но я умело контролировала свои эмоции, не позволяя ментальной силе медиума вырваться наружу раньше времени.
Я тихо поднялась с кровати, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Бурана, который уютно свернулся калачиком на изумрудном пледе. На полу у стены уже стоял мой тяжёлый дорожный сундук. Накануне в воскресенье я приняла стратегическое решение и поделила абсолютно все свои вещи ровно пополам, чтобы не таскать с собой лишнюю тяжесть. Половину учебников, тёплых мантий со сдвоенными нашивками и домашних раритетов я заблаговременно оставила здесь, в подземельях Слизерина. Это был мой дом, и я твёрдо знала, что вернусь сюда ровно через семь дней.
Стоит вспомнить, что в Слизерине я с самого начала жила в своей собственной, уединённой комнате, где могла спокойно практиковать медитации медиума. А вот в Гриффиндоре, когда я только-только приехала в Хогвартс, свободных комнат для меня одной ещё попросту не было. Из-за этого уникального факультетского прецедента меня на гриффиндорской неделе временно поселили в общую спальню вместе с какими-то двумя девочками. Одной из этих соседок как раз и была Гермиона Грейнджер. Именно поэтому половина моих гриффиндорских вещей уже изначально ставились и хранились в их общей комнате, там, где жила я во время пребывания у львов. И сейчас, укладывая сумку на Слизерине, я окончательно решила, что все остальные вещи из подземелий занесу в их спальню чуть позже, сегодня вечером после финального колокола или утром следующего дня, чтобы в прошлой спальне они не мешали моим слизеринским соседкам спокойно собираться на занятия и наводить утренний порядок. Я понятия не имела, что директор Дамблдор уже тайно готовит для меня грандиозный сюрприз - отдельную, совершенно новую и просторную комнату в левом крыле башни, полностью скрытую от чужих глаз. Про это драматургическое решение профессора я пока абсолютно ничего не знала, рассчитывая провести всю неделю в привычном девичьем тесном кругу.
Я взяла свою небольшую дорожную сумку из плотной замши и аккуратно сложила туда самые необходимые на первое время вещи: дорожные флаконы со свежим Лунным зельем, серебряный аптекарский нож и смену одежды для занятий. Перехватив сумку поудобнее, я тихонько подозвала проснувшегося Бурана. Лисёнок преданно тявкнул, взмахнув пушистым белым хвостом, и ловко прыгнул мне на плечо, утыкаясь прохладным носом в мою шею. Тяжёлый сундук пока остался стоять у слизеринской кровати. Тащить его через весь замок в одиночку на рассвете было глупо, да и времени до уроков оставалось не так много. Раз уж половина вещей уже ждала меня в башне львов, я со спокойной душой могла не надрываться с утра пораньше.
Замок на рассвете казался вымершим и таинственным. Каменные переходы Хогвартса встречали меня прохладным немудрёным ветром из приоткрытых окон и редкими заспанными портретами, которые недовольно ворчали мне вслед, кутаясь в рисованные одеяла. Я уверенно поднималась всё выше и выше, минуя движущиеся винтовые лестницы, пока наконец не добралась до коридора седьмого этажа, где пахло сухими травами и старым деревом.
Прямо перед огромным холстом, на котором в роскошном шёлковом платье восседала Полная Дама, я остановилась, переводя дыхание после долгого подъёма. Женщина на портрете сладко потягивалась, потирая глаза после бурной ночи и поправляя растрепавшиеся локоны.
- Фортуна Майор, - чётко произнесла я, и серебряный кулон под моим воротником мгновенно выдал идеальный стальной перевод на английский язык.
Полная Дама удивлённо моргнула, оценивающе оглядев мою мантию со сдвоенными нашивками и дорожную сумку на плече, а затем плавно откинулась назад вместе с тяжёлой рамой, открывая круглый проход в стене. Я ловко скользнула внутрь, придерживая Бурана.
Гостиная Гриффиндора встретила меня непривычной, уютной тишиной. Бордовые диваны были совершенно пусты, в камине весело потрескивали свежие поленья, а шотландский утренний свет мягко пробивался сквозь высокие стрельчатые окна, окрашивая комнату в тёплые багряные и золотистые тона. Никого из Золотого трио ещё не было видно - львы явно любили поспать подольше в начале недели, и до начала завтрака гостиная принадлежала только мне.
Я уверенно прошла к винтовой лестнице, ведущей в спальни девочек, и поднялась в нашу общую комнату, где уже стояла моя кровать и хранилась первая половина моих вещей. Тихо приоткрыв дверь, я увидела, что Гермиона и вторая девочка ещё сладко спали. Буран спрыгнул с моего плеча и аккуратно устроился на моей гриффиндорской постели. Я бесшумно опустила замшевую сумку на тумбочку, достала из неё учебники на сегодняшний день и аккуратно сложила их стопкой. Убедившись, что всё в порядке, я покинула спальню и направилась прямиком вниз, в Большой зал. Время близилось к началу утренней трапезы, и желудок уже настойчиво требовал еды.
Когда я вошла в Большой зал, за длинными столами уже вовсю кипела жизнь. Студенты Гриффиндора весело переговаривались, делясь планами на неделю, а за столом Слизерина Блейз и Теодор сидели на своих привычных местах. Теодор плавно крутил серебряное кольцо, и его тяжёлый, сканирующий взгляд лидера мгновенно нашёл меня в толпе. Я лишь едва заметно кивнула ему, подтверждая, что утренний переезд завершён.
Я опустилась на скамью гриффиндорского стола, чувствуя, как лёгкое ментальное давление в висках начинает усиливаться из-за шума сотен голосов. Наконец дождалась завтрака. Домовики поставили передо мной тарелку с горячей овсянкой и кубок с тыквенным соком. Я незаметно вытащила из кармана стеклянный пузырёк, аккуратно отсчитала ровно три серебристые капли и добавила их в сок. Сделав глубокий вдох, я выпила зелье до самого дна.
Эффект наступил мгновенно. Нарастающий гул зала тут же отступил на задний план, сменившись леденящим, приятным спокойствием. Пульсирующая боль в затылке растаяла, а мысли стали монолитными и чёткими. Мои каштановые локоны послушно и ровно засияли своим мягким, лунным белым светом по умолчанию. Магия медиума снова была под моим полным, безупречным контролем, а наэлектризованные флюиды надёжно зафиксировались внутри. Теперь, когда Лунное зелье наконец начало действовать, я была полностью готова к первому учебному дню в башне львов.
- Лили, привет! Как добралась? - раздался рядом весёлый голос Гарри Поттера, который вместе с Роном и Гермионой только что опустился на скамью напротив меня. Их гриффиндорское любопытство буквально требовало подробностей моего утреннего переезда.
Я тепло улыбнулась Гарри в ответ, чувствуя, как внутри разливается приятная прохлада от подействовавшего зелья. Негласный союз защиты правды, завязавшийся между нами после совместных полётов, делал наше общение удивительно лёгким и открытым, несмотря на факультетские нашивки.
- Привет! Всё отлично, встала пораньше и занесла сумку. Основные вещи пока оставила в подземельях, перетащу вечером, чтобы девчонкам спать не мешать, - спокойно ответила я по-русски, пока серебряный кулон под воротником транслировал слова ровным стальным эхом.
Гермиона Грейнджер понимающе кивнула, аккуратно намазывая тост джемом, и на её лице отразилось искреннее облегчение от того, что я проявила такую тактичность. Рон тем временем уже вовсю уплетал яичницу, одобрительно мыча себе под нос.
Гарри незаметно огляделся по сторонам, проверяя, нет ли поблизости розовой кофточки Амбридж или её инквизиторов. Наклонившись чуть ближе к столу, он прикрыл ладонью лежащую рядом салфетку. Его гриффиндорский задор сменился сосредоточенностью лидера тайного общества. Парень аккуратно, мимолётным движением руки пододвинул ко мне сложенную в несколько раз небольшую бумажку.
- Там вся информация про ОД, - максимально тихо шепнул Гарри, косясь на преподавательский стол. - Когда и во сколько будет следующее занятие. Посмотри аккуратно, чтобы никто не заметил. И ещё, Лили... Мы с ребятами вчера обсуждали... Нам очень нужна твоя помощь. Конечно, в заикания Трелони про истинного пророка и грозного медиума мало кто по-настоящему верит. Половина школы считает её прорицания обычным бредом сумасшедшей, а Амбридж просто ухватилась за эти слухи, чтобы устроить очередную министерскую проверку. Но мы-то с Роном и Гермионой видели, как ты держишь пространство на поле, и как твоя магия реагирует на эмоции. Ты действительно чувствуешь скрытые, невидимые нити замка, и твоя интуиция уникальна. Помоги нам, пожалуйста. Присмотри за коридорами во время наших сборов, подстрахуй Отряд от инквизиторов Амбридж. Твой дар может спасти нас всех от исключения.
Я незаметно накрыла ладонью записку, мгновенно спрятав её глубоко в карман мантии, и бросила беглый взгляд на слизеринский стол. Теодор по-прежнему сидел там, его уникальные тёмные кудри слегка растрепались, а пальцы настойчиво и плавно крутили серебряное кольцо. Его тяжёлый, сканирующий взгляд собственника сдерживал в себе глухую, ревнивую ярость от того, как близко гриффиндорцы склонились ко мне. Но я лишь крепче сжала пальцы на кубке. Моя упрямая выдержка в этих стенах Хогвартса крепла с каждой минутой, и я точно знала, что независимый характер поможет мне выстоять и защитить своих друзей, на каком бы факультете я ни находилась.
Читать записку прямо здесь, под перекрёстным огнём сотен любопытных глаз Большого зала и тяжёлым, сканирующим взглядом Теодора, было непозволительным риском. Слизеринская осторожность, глубоко въевшаяся в меня за месяцы жизни в подземельях, требовала укрытия.
Сразу после окончания завтрака, вежливо распрощавшись с ребятами, я не стала задерживаться в шумной толпе студентов. Вместо этого я быстрыми, уверенными шагами направилась к винтовым лестницам, ведущим обратно на седьмой этаж. Мне нужно было найти более укромное, тихое место, где никто не смог бы застать меня врасплох. Идеальным убежищем на этот утренний час казался заброшенный коридор за гобеленом с танцующими троллями, неподалёку от башни львов. Там почти никогда никто не ходил, а старые каменные ниши давали отличный обзор на случай чьего-то внезапного появления.
Добравшись до места, я скользнула в глубокую тень за массивной каменной колонной, прислушалась к тишине замка и только тогда осторожно выудила из кармана сложенную гриффиндорскую бумажку. Мои пальцы аккуратно развернули плотный пергамент.
Внутри убористым, четким почерком Гарри было выведено точное время и условный сигнал для следующего сбора Отряда Дамблдора в Выручай-комнате. Но на самом низу листа была приписка, заставившая мои локоны выдать короткую, взволнованную золотистую искорку: Поттер просил меня прийти на полчаса раньше остальных, чтобы лично обсудить схему патрулирования коридоров и невидимые точки, которые мне, как медиуму, предстояло прикрывать. Я быстро запомнила текст, а затем точным движением палочки безмолвно испепелила пергамент, позволив чёрному пеплу растаять на холодном шотландском сквозняке. План был принят, и теперь мне оставалось лишь держать ухо востро.
Однако стоило мне выйти из-за колонны и сделать шаг в сторону башни, как из-за ближайшего поворота раздался оглушительный взрыв, а следом за ним - заливистый, абсолютно сумасшедший хохот. Воздух мгновенно заволокло едким фиолетовым дымом, который пах перечной мятой и жжёным сахаром.
- Эй, осторожнее! Лови навозную бомбу! - гаркнул один звучный голос.
- Да не туда, придурок, мы же промахнулись! - вторил ему точно такой же весёлый баритон.
Из дымовой завесы, едва не сбив меня с ног, напролом вылетели двое абсолютно одинаковых рыжих парней в расстёгнутых гриффиндорских мантиях. Близнецы Фред и Джордж Уизли затормозили в последний момент, шумно дыша и дико ухмыляясь. В их руках были зажаты остатки каких-то взрывных сладостей, а карманы буквально топорщились от хулиганского инвентаря. Заметив меня, а точнее - мои сдвоенные слизеринско-гриффиндорские нашивки и ровное лунное сияние волос, близнецы синхронно замерли, как вкопанные.
- Мама дорогая, Джордж, ты видишь то же, что и я? - театрально округлил глаза Фред.
- Вижу, Фред. Это же та самая легендарная змея со львиным сердцем, о которой Поттер прожужжал нам все уши, - Джордж восхищённо присвистнул, поправляя растрёпанную рыжую шевелюру. - И у неё совершенно потрясающие волосы. Настоящий эксклюзив.
Я не выдержала, и на моих губах заиграла широкая ухмылка. Мой характер всегда обожал подобные проделки, дерзкое хулиганство и весёлый бунт против серых правил, так что в этих парнях я мгновенно почувствовала родственные души. Дух авантюризма и лёгкого безумия стёр всякую неловкость.
- Ну привет, подрывники, - усмехнулась я по-русски, пока серебряный кулон выдавал ровный стальной перевод. - Для навозной бомбы траектория была слабовата. В подземельях Слизерина нас учили целиться точнее, чтобы наверняка выкурить крыс. Вы вообще угол наклона рассчитывали? Метод у вас, честно говоря, так себе. Да вы же просто косые!
Близнецы от такой откровенной, хлёсткой критики и наглого заявления на мгновение аж рты разинули. Они искренне оскорбились, их профессиональная гордость хулиганов была задета за живое. Как это их фирменный, выверенный метод - и «так себе»?
- Погоди-ка, Лили, - Фред возмущённо прищурился, делая шаг ближе, и в его глазах заплясали искры уязвлённого самолюбия, смешанные с глубоким любопытством. - Наш метод безупречен! А вся эта чушь, которую Трелони несёт на своих уроках про древнего пророка и великого медиума... Мы в этот бред сумасшедшей, конечно, ни капли не верим. Старуха окончательно свихнулась на своём хересе. Но раз уж ты критикуешь мастеров... покажи, на что способна сама!
Джордж согласно кивнул, демонстративно вытаскивая из кармана вторую бомбу:
- Да! Поттер божится, что ты реально управляешь пространством. Докажи! Давай, если твоя интуиция медиума так хороша, исправь наш бросок прямо сейчас, змея со сдвоенными нашивками! Посмотрим, как слизеринские штучки сработают на нашей территории.
Я лукаво прищурилась, и на моих губах заиграла дерзкая, уверенная улыбка. Я сделала шаг вперёд, гордо расправив плечи, и демонстративно поправила воротник мантии, открывая взгляду яркие красно-золотые нити, которые переплетались со слизеринским серебром.
- Слизеринские штучки? - весело хмыкнула я, пристально глядя на близнецов. - Мальчики, вы, кажется, кое-что забыли. Хочу вам напомнить, что я вообще-то не только слизеринка, но и гриффиндорка! И огонька в моем характере по умолчанию побольше, чем у вас двоих вместе взятых. Так что не смейте списывать меня со счетов, львы. Моя гриффиндорская кровь бурлит ничуть не меньше вашей.
Близнецы восхищённо переглянулись, мгновенно оценив этот дерзкий, чисто факультетский вызов. В этот самый момент моя интуиция медиума резко забила тревогу, уловив плотные, тяжёлые флюиды опасности. Пространство вокруг наэлектризовалось. Прямо по коридору, всего в тридцати метрах от нас, раздался характерный шаг завхоза Филча и злобное мяуканье миссис Норрис. Но хуже всего было то, что с противоположной стороны, из галереи третьего этажа, донёсся отчетливый, леденящий стук каблуков Долорес Амбридж. Нас зажали в глухой капкан. Фиолетовое облако дыма от навозной бомбы Уизли даже не думало рассеиваться, намертво зависнув под потолком.
- Пусть Филч попробует нас поймать! Нам нужно что-то поинтереснее обычных пряток! - азартно прошептал Фред, когда понял, что времени на побег не осталось.
- Исправляй наш метод, Лили, если не струсила! - так же тихо отозвался Джордж.
- Смотрите и учитесь, подрывники, - хмыкнула я.
Филч выскочил из-за угла с поднятым фонарем, его лицо перекосило от предвкушения расправы, а миссис Норрис уже победно зашипела, заметив нас троих. Одновременно с этим из тумана со стороны галереи величественно выплыла Амбридж. Её розовая кофточка ядовитым пятном выделялась на фоне серых стен, а в руках она крепко сжимала новую министерскую директиву. Они практически поймали нас, их разделяли считанные сантиметры от наших мантий. Но в эту самую секунду наше упрямство и общая тяга к хулиганству сработали как единый щелчок.
- Сейчас! - одновременно выдохнули близнецы.
Вместо того чтобы трусливо сдаться, Фред и Джордж швырнули новые экспериментальные ракеты «Диких десантников» прямо под ноги наступающим врагам. И вот тут я задействовала свои ментальные силы на полную мощность. Направив палочку на фиолетовое облако навозного дыма, я перехватила хаотичный и несовершенный поток их бомбы. Вместо того чтобы позволить дыму безвольно рассеяться, я закрутила его в плотный, направленный и непроницаемый барьер, искажая акустику и пространство коридора, идеально скорректировав траекторию.
Грохнул оглушительный взрыв. Зачарованные ракеты близнецов взорвались каскадом ядовито-розовых и кислотно-зеленых искр. Мой скорректированный ментальный дымовой барьер полностью дезориентировал преследователей: ослепительные огненные драконы с жутким ревом начали кружить вокруг Амбридж, сжигая её министерские бумаги и намертво вцепляясь зубами в полы её розовой кофточки. Филч, ошалев от грохота, бросил фонарь и принялся яростно отбиваться от искрящихся фейерверков, которые с сухим треском лопались прямо на его лысине. Амбридж в панике начала палить заклинаниями в пустоту, попадая то в доспехи, то в вопящего завхоза, пока навозный запах бомбы намертво въедался в её холёные волосы.
- Бежим! - рявкнул Фред, хватая меня за руку.
Мы пулей рванули сквозь созданный мной туман, пока за нашей спиной Амбридж истошно визжала, пытаясь потушить тлеющий розовый подол. Мы мчались по тайным переходам, сворачивая за потайные гобелены и перепрыгивая через три ступеньки, пока окончательно не оторвались от погони в заброшенном классе на четвертом этаже.
Мы рухнули на пыльные парты, тяжело дыша и буквально захлебываясь от безумного, дикого хохота. Лицо Джорджа было испачкано сажей, у Фреда оторвался край кармана, но их глаза светились абсолютным, неистовым восторгом. Совместный азарт, этот сумасшедший риск, то, как мы вместе размазали Амбридж и Филча, и, главное, эта общая, идеально выверенная проделка мгновенно сделали нас намного ближе. Мы совершили это безумие вместе, исправив их метод в реальном бою, и первый кирпичик доверия был заложен.
Фред с удивлением посмотрел на меня, и в его взгляде больше не было прежнего недоверия, хотя громких признаний в вечной преданности никто делать не спешил:
- Мерлин... Ты уложила дым точнее, чем мы могли представить. Трелони, может, и сумасшедшая, но ты, Лили... Ты реально видишь и контролируешь пространство. Это был отличный перехват.
- Да, наш метод сегодня встретил достойный отпор, - Джордж со смехом отряхнул мантию от пепла и протянул мне руку, чтобы помочь подняться. - Гриффиндорский огонёк в тебе реально есть. Недели обещает быть весёлой, змея-львица.
Я весело рассмеялась, чувствуя, как невидимые нити общего дела только начинают завязываться. Никаких поспешных клятв в дружбе - впереди у нас было достаточно времени. Наша суровая школьная война продолжалась, и теперь, когда мы нашли общий язык, это было лишь началом долгого, захватывающего пути, на котором вся школа со временем поймет, какая мощная банда у нас образовалась.